Читаем Дети воды онлайн бесплатно

Саймон Браун живет с женой Элисон и двумя детьми, Эдлин и Финном, в Австралии в городе Моллимук (штат Новый Южный Уэльс).

Трилогия Брауна «Ключи власти» («The Keys of Power»), написанная в жанре фэнтези, недавно вышла в свет в издательстве «DAW Books». Опубликованный в 2005 году в том же издательстве роман «Дочь империи» («Empire’s Daugther») начинает новую трилогию «Хроники Кайдана» («The Chronicles of Kydan»). Новеллы Брауна дважды удостаивались премии Аурелис, один из его рассказов, написанный в соавторстве с Шоном Уильямсом, вошел в сборник «The Year’s Best Science Fiction», а другой, написанный вместе с женой Элисон, был напечатан в сборнике «The Year’s Best Fantasy and Horror». Его произведения вошли в состав обоих томов «Лучшей австралийской научной фантастики и фэнтези года».

Двенадцать рассказов Саймона Брауна собраны в книге «Каннибалы нежного света» («Cannibals of the Fine Light»), опубликованной в Австралии издательством «Ticonderoga Publications».

Рассказ «Дети воды» впервые вышел в антологии «Agog! Smashing Stories».

Сержант уголовной полиции Джоанн Уолш припарковала машину за белым полицейским фургоном. От обочины к берегу реки Непеан сквозь заросли высокой травы вилась узкая тропинка. Уолш сделала несколько шагов по сырой земле и застонала от досады, видя, как кожаные туфли покрываются слоем грязи.

Дойдя до спуска к реке, она посмотрела вниз: над телом на коленях стояла женщина, рядом топтался молодой констебль. Не успев сделать несколько шагов вниз по склону, Уолш услышала крик констебля:

— Сержант, смотрите под ноги!

Она хотела ответить, но прикусила язык. Слишком велики были шансы совершить несколько запоминающихся кувырков и плюхнуться с головой в реку, отметив таким изящным способом свое продвижение по службе.

— Кто затащил тело на берег? — спросила она со злостью.

Женщина, склонившаяся над трупом, спокойно взглянула на нее.

— Вы кто?

— Сержант уголовной полиции Уолш. А кто вы такая?

Женщина снова занялась телом.

— Доктор Луиз Пелхэм. Живу у дороги, в двух шагах.

— Кто затащил это тело на берег?

— Тело Корбетта, сержант Уолш. Это тело звали Уоррен Корбетт.

Уолш прищурилась:

— Вы его знали?

— Визуально. Его семья уже сто лет живет в нашем районе. Ему было семнадцать.

Уолш, слегка подтолкнув локтем констебля, прошла к телу и осмотрела его внимательнее. Судя по бледности и дряблости кожи, Джоанн предположила, что оно находилось в воде менее суток, но затем напомнила себе, что все ее предыдущие дела об утоплении связаны с морем; возможно, пресная вода действует иначе.

— Как долго?

Пелхэм покачала головой:

— Сперва я решила, что он утонул менее двенадцати часов назад. Но посмотрите на это.

Доктор немного приподняла тело сбоку, чтобы Уолш смогла взглянуть снизу.

— Боже! От чего это?

— Сазаны? — услужливо предположил констебль, бледнея на глазах.

Пелхэм подняла на него глаза:

— Сазаны — фильтраторы ила. Возможно, раки. Но для того чтобы нанести такие повреждения, им понадобилось бы больше двенадцати часов.

— Угри? — спросила Уолш.

— Не исключено. Посмотрим, вскрытие покажет.

Чуть покачнувшись, Пелхэм встала. Уолш с завистью наблюдала, как доктор вытягивается в полный рост — по крайней мере на двадцать сантиметров выше, чем у нее самой.

— А что касается вашего первого вопроса, — продолжала Пелхэм, глядя на нее сверху вниз, — школьники, которые нашли тело, затащили его на берег. Они не знали, живой он или нет.

Уолш кивнула и повернулась к констеблю:

— Мальчиков уже допросили?

— Старший констебль Виггинс общается с ними в данный момент в приемной доктора Пелхэм, сержант.

— Где именно был найден труп?

Констебль указал на клубок спутанных ветвей и речной травы в двух метрах от берега.

Уолш взглянула на реку, зацветшую зелеными водорослями, после того как недавние сильные дожди смыли в нее слишком много удобрений. К северо-западу Непеан уходила в леса, примыкавшие к низменности вокруг Камденского аэропорта. Вверх по течению, на восток, река, извиваясь, бежала через поля к Камдену, протекала под мостом Каупэсчер. Оттуда, как помнила Уолш, Непеан поворачивала к юго-востоку, и этот изгиб повторял прилегавший к ней город. Река и город неразделимы, как сиамские близнецы.

— Нам известно, где Корбетт упал в воду?

Констебль кивнул:

— Похоже, что да. Очевидцы говорят, он часто рыбачил с мостков, соединяющих заказники на улицах Челластон и Ривер-роуд.

— Известно, был ли с ним кто-нибудь еще?

— Нет, но старший констебль Биггинс отправил людей осмотреть местность вокруг мостков.

— А много таких случаев, чтобы человек упал с этих мостков и утонул? — спросила Уолш у Пэлхем.

— До сих пор я не слышала здесь ни об одном утоплении, а в Камдене я работаю уже десять лег. Не собираюсь вас учить, сержант, но, пока не произведено вскрытие, я бы не стала предполагать, что это случайная смерть.

Уолш с грохотом швырнула столовые приборы в раковину.

— «Не собираюсь вас учить, сержант! — передразнила она и отправила вслед за посудой старую кастрюлю. — Я бы не стала предполагать, что это случайная смерть…»

— Мам?

— Что?

Четырнадцатилетняя Силия смотрела на нее с выражением притворного гнева; судя по опыту, это означало, что Силия собирается попросить о чем-то, заранее зная, что мать не сдастся без боя.

— Кайли и Лора в четверг вечером едут в город…

— Кто такие Кайли и Лора?

— Из школы, и они едут с сестрой Лоры, которой семнадцать…

— Нет.

— Но, мама…

— Забудь. Даже если бы ты ехала с вооруженной охраной. Ты слишком маленькая, чтобы болтаться в городе по вечерам.

— А мама Лоры говорит…

— Пошла она в жопу!

Рот дочери захлопнулся, как мышеловка. Уолш прикрыла глаза. «Черт…»

— Прости, Силия. Я не должна была так говорить.

— Но Лориной сестре…

— Семнадцать, я знаю. — Уолш вспомнила, что Уоррену Корбетту было столько же. — Но поверь мне, родная, семнадцать лет — это ерунда.

Силия решительно смотрела на нее.

— Поедем в город все вместе в субботу, — предложила Уолш. — Ты, я, Ровена и Мириам.

— В субботу за нами приедет папа, — хмуро откликнулась Силия.

— Господи, правильно. Я забыла. Тогда в следующую субботу.

— Ты просто расстроена из-за того мальчика, который утонул.

Две младшие дочери, до этого с удовольствием смотревшие телевизор в большой комнате, повернулись и стали прислушиваться к происходящему на кухне.

«Ты права. А еще я волнуюсь из-за нашего переезда сюда, в Камден, и из-за новой работы, и из-за ваших новых школ, и из-за того, что Ровена сосет большой палец…»

— Ровена, вытащи его изо рта, пока не откусила!

Ровена повиновалась.

— Силия, займись посудой.

Та сделала такое лицо, будто только что съела лимон, но пошла к раковине.

— Мириам, у тебя что, домашних заданий нет?

— Нет, — воинственно откликнулась та. — А ты видела утонувшего мальчика? С ним случилось то же, что с другими?

— Кто вам сказал про утопленника?

— Мальчики, которые нашли тело, из нашей школы, — объяснила Силия.

— Понятно. А что это за чушь про других?

— Она имеет в виду других детей, которые утонули до этого, — ответила Силия.

— Мне сказали, что здесь больше никто не тонул.

— Много лет назад. Двое ребят, мне Лора рассказывала. В семидесятых.

Уолш вдруг стало не по себе, и она сменила тему:

— Мириам, а ты уверена, что у тебя нет домашних заданий?

Прежде чем Мириам успела ответить, зазвонил телефон.

Уолш сняла трубку и раздраженно ответила:

— Да?

— М-м, сержант Уолш?

— Кто говорит?

— Старший констебль Биггинс, мэм. Просто подумал, что вам будет интересно узнать: того парня, Корбетта, в последний раз видели, когда он рыбачил с моста в заказнике на улице Челластон, всего за четыре часа до того, как обнаружили его труп.

На следующее утро, высадив детей у школы, Уолш поехала к мосткам, на которых Уоррена Корбетта видели в последний раз. Она нашла их в пятидесяти метрах от того места, где кончается улица Челластон, — тупика, вдоль которого располагались дома, внахлест обшитые доской, и палисандровые деревья.

Тридцатиметровые мостки тянулись через Непеан, соединяя заказник с фермой по выращиванию дерна для газонов, от которой даже на этом расстоянии доносился слабый запах крови и костей. Мостки выглядели так, будто могли развалиться в любой момент. Посередине был опасный прогиб, а поручни вились, как водяные змеи; многие деревянные балки и опоры треснули и покоробились.

Уолш подошла к краю моста, переступила через разбитую табличку, гласившую «ПРОХОДА НЕТ — МОСТ НА РЕМОНТЕ», и посмотрела вверх и вниз по течению реки. В нескольких местах, где бревна или камни лежали совсем близко к поверхности, виднелась небольшая рябь. На запад вдоль берега раскинулся заказник, в котором росли высокие местные деревья и буйные заросли бирючины. Тропинка, ведущая вглубь леса, терялась в темноте.

— Ребята всегда удят рыбу с этого моста, — раздался вдруг чей-то голос.

Уолш повернулась и увидела высокого мужчину в форме констебля. Мужчина был без фуражки, на лбу лежала прядка темных волос, похожая на роспись. Он подошел и подал ей руку.

— Констебль Юан Дейвис, — представился он. — Мне поручено работать с вами, пока вы обживаетесь на новом месте.

Уолш пожала протянутую руку.

— Как вы узнали, что я буду здесь?

— Я не знал, — ответил Дэвис. — Просто решил заехать и осмотреть место, перед тем как идти на работу.

— Хорошая мысль, — бросила Уолш и на случай, если комплимент дошел до адресата, продолжила: — А где ваша фуражка?

По лицу Дейвиса пробежала легчайшая улыбка.

— В машине. Не думал, что здесь еще кто-то окажется.

Уолш кивнула:

— Что случилось с мостом?

— Паводки. Каждые пару лет вода поднимается так высоко и течет так быстро, что смывает в реку стволы деревьев; они бьются об опоры моста. Не успевает муниципалитет его починить, как тут же случается очередной паводок. — Дейвис перегнулся через поручни и показал на кучу бревен и мусора, собравшуюся под мостом. — У ребят леска там зацепляется, и они спускаются, чтобы распутать.

— Так вот что случилось с Корбеттом?

Дейвис пожал плечами:

— Для вас в участке оставлено сообщение. Вчера вечером сделали вскрытие Корбетта, заключение пришлют нам с курьером сегодня в течение дня…

— Оно мне нужно сейчас, — отрезала Уолш.

— …или я могу поехать прямо в морг и забрать его.

Инспектор уголовной полиции Кроззи ждал Уолш в полицейском участке Камдена; он сидел на ее столе, между двумя большими, до сих пор не распакованными картонными коробками.

— Привет, Джоанн, — весело обратился к ней Кроззи и похлопал по одной из коробок. — Я смотрю, ты все еще переезжаешь?

— Много работы, — отрывисто ответила она.

— А, дело Корбетта. О нем и в нашей епархии разговоров много, даже слишком.

— Ты здесь в каком качестве, Эдуард? Бывшего мужа или бывшего начальника?

— Как дети? — спросил он, улыбаясь.

— В порядке. В субботу сам их спросишь.

Кроззи кивнул.

— Босс попросил меня заглянуть к тебе. Его беспокоит дело Корбетта. Интересуется, не нужно ли передать его нам в отдел убийств.

— Передай главному инспектору Макдермотту, что здесь все чисто. Утопление, и ничего больше.

Крози поджал губы.

— Судя по шрамам на груди мальчика, возможно, не так все просто…

— Можешь сказать Макдермотту, что я знаю свою работу, — отрезала Уолш. — Если в деле Корбетта возникнут подозрения, я подключу отдел убийств. А пока это сугубо местный вопрос, и ты со своими дружками-головорезами можешь проваливать.

Кроззи вздрогнул от ее яростного голоса.

Джоанн, я не ставлю под сомнение твою компетенцию. Я знаю, что ты справишься с этим назначением.

«В суде по семейным делам ты говорил иначе», — подумала она.

— Конечно, Эдуард. Ты ведь просто мальчик на побегушках.

Кроззи встал со стола.

— Ну ладно, Джоанн. Я просто по-дружески зашел. Сообщу Господу, что у тебя все под контролем. Увидимся в субботу.

После его ухода она обругала себя за то, что не сдержалась. «Он постоянно меня доводит. И почему я думала, что после развода что-то изменится?»

Уолш бросила на стол свой экземпляр заключения судмедэкспертов.

— Я ждала каких-нибудь зацепок, которые помогут понять, откуда у Корбетта эти шрамы на груди и на животе.

— В отчете сказано: они могли появиться в результате того, что вода протащила тело по веткам затонувших деревьев.

— Течение слишком медленное, чтобы вызвать такие повреждения. Но даже если так, почему тогда нет шрамов на голове и на шее? Трупы в воде плавают вниз лицом; если бы что-то задело туловище, на голове остались бы следы. На основании этого заключения можно сказать только то, что он умер в воде. В легких нашли песок и водоросли. Если бы он умер до погружения, их бы там не было.

— Вы думали, он мог быть уже мертв до попадания в воду?

— Не исключала.

— Значит, по-вашему, он утонул.

— Никакое вскрытие не подтвердит вам смерть через утопление, — категорично ответила Уолш. — Мы можем утверждать лишь то, что он умер, будучи под водой, и все.

— Что же дальше?

— Я хочу, чтобы вы нашли мне отчеты о двух утоплениях в семидесятых в этом районе. По-видимому, в обоих случаях погибшие — дети.

Дейвис кивнул и удалился.

Уолш разобрала свои коробки, навела порядок на столе, затем еще раз изучила заключение экспертов. Там значилось, что «возможность нанесения повреждений с использованием ножа или иного режущего предмета либо каким бы то ни было животным исключена, поскольку не обнаружено следов укусов на конечностях, и глаза остались неповрежденными».

Вывод патологоанатома подтверждался тем, что под кожей в области повреждений были найдены частицы древесного волокна.

Уолш подумала о том, чтобы произвести обследование реки и прилегающей территории, но отказалась от этой идеи. Такое действие дало бы отделу убийств необходимый повод, чтобы забрать дело к себе. Кроме того, у Джоанн не было реальных оснований, чтобы подозревать здесь преступное деяние.

Прежде чем уехать из участка, она оставила сообщение констеблю Дейвису, что ее можно найти в заказнике на улице Челластон.

Вернувшись к мосту, Уолш взглянула вниз на реку. Журчащая вода лениво путешествовала на запад. На поверхности резвились водомерки, над ними порхали стрекозы. Поймав солнечный зайчик, Уолш зажмурилась. Река нежно шевелилась, как мускулы под кожей. Легкий ветерок погладил Джоанн по щекам.

Она помотала головой, чтобы отогнать посторонние мысли, перешла мост и направилась к тропинке, ведущей в заказник. Нагнувшись, она прошла под изогнутыми ветвями и остановилась, давая глазам привыкнуть к приглушенному свету. Чувствовался запах сырого перегноя под ногами и мокрой коры стоявшей рядом мелалеуки. Когда глаза привыкли, Джоанн разглядела, что тропинка петляет еще несколько метров, а затем теряется между бирючиной и каскадом переплетенных вьющихся и ползучих растений. Солнечный свет просачивался сквозь кроны, оседая каплями на листьях, покачивавшихся от легкого дуновения ветра.

Идя по тропинке и слушая, как под ногами хрустят листья и сучки, Уолш вдруг поняла, что пропали звуки цивилизации. Даже на мостках было слышно отдаленное гудение транспорта и пульсирующий гул насосов, подающих речную воду к дерновой ферме. Но здесь — только редкое жужжание насекомых и собственное дыхание. Даже когда ветерок шевелил верхушки деревьев высоко над головой, звуки не проникали сквозь лесной полог.

Уолш двигалась по тропинке и вскоре оказалась на краю крутого берега, покрытого травой и мхом.