Читаем День, когда ты придешь онлайн бесплатно
Full Metal Panic!
Стальная тревога!
FMP - Tsudou Make My Day
День, когда ты придешь
Автор: Гато Сёдзи
Иллюстрации: Сики Додзи
перевод с японского – Shutazen.
перевод с английского и японского – Костин Тимофей
Оглавление:
Пролог
Глава первая: Падшая ведьма
Глава вторая: Военный совет
Глава третья. «Направить в сторону противника»
Глава четвертая: Штормовая ночь
Глава пятая: Огненный меч
Эпилог
1
В маленькое пыльное окошечко под потолком светило яркое утреннее солнце.
На верстаке в углу тесной и захламленной авторемонтной мастерской выстроились
три ноутбука. По экранам неслись разноцветные потоки цифр. Сидевшая перед ними
девушка каким-то чудом успевала схватывать их все. Нет, даже ей было неудобно
работать сразу с тремя экранами, молниеносно скроллируя массивы информации, но, если
выполнять задачу обычным способом, трудно было бы сказать, на сколько дней это
удлинило бы работу. Девушка чувствовала раздражение.
Посередине мастерской, на козлах, стоявших на заляпанном маслом полу,
возвышался куцый огрызок бронеробота. Точнее, его торс. Не было ни манипуляторов, ни
ступоходов. Ни следа внешней брони. Смонтированная нижняя часть черепа, словно
металлическая чаша, заканчивалась там, где должны были располагаться лафеты
шестиствольных пулеметов и сенсоры.
Торс с блестящими титановыми ребрами тоже был вскрыт и пуст. Вместо
моноблока палладиевого реактора, работающего на холодных нейтронах, зияла черная
дыра.
Экраны продолжали перемалывать электронную цифирь.
Девушка с жадностью впитывала текущую рекой информацию, одновременно, не
глядя, отстукивая по клавишам стремительные мотивы программного языка BADA. По
сравнению с традиционными вычислительными средами, этот высокоэффективный язык
требовал всего несколько строчек команд против сотен. Но ей все равно приходилось
стучать со скоростью пулемета.
Проворно и точно. Целый день подряд.
Тем более что это было не такое уж скучное занятие – набивая коды, она
разговаривала кое с кем.
Солнечные лучи за ее спиной медленно ползли от одной стенки к другой.
Мозг жадно требовал кислорода. Она глубоко вздохнула, поморщившись, размяла
затекшие плечи. В голове мутилось.
Да, все резервы вышли. Сахар, сахар, сахар…
Девушка откусила от плитки шоколада, лежащей на пыльном верстаке и запила
остывшим сто лет назад кофе с молоком.
И снова застучала по клавишам.
Каждая строчка, каждая команда приближала ее к «нему».
2
Когда окошко подсветили багровые лучи заката, она поняла, что труд близок к
завершению. Не поворачивая головы, попросила женщину, которая лениво листала
страницы потрепанного покетбука, расположившись на скамейке в углу мастерской:
– Питание, пожалуйста.
Стройная женщина с короткими и черными, как ночь, волосами захлопнула книгу,
встала и прошла между недостроенным корпусом бронеробота и электронным блоком
размером с холодильник. Опустив рычаг древнего рубильника на стене мастерской –
лампы под потолком моргнули – она поинтересовалась:
– Ты уже закончила?
– Как раз тестирую. Займет еще немножко времени.
– Вот как. Кажется, тебе и самой не терпится с ним поболтать?
– Еще бы.
Тестирование затянулось еще на полдня. Девушка неутомимо редактировала
программные коды, контролировала отклики системы искусственного интеллекта
бронеробота, и снова вносила бесчисленные исправления. Когда глаза уже совсем начали
слипаться, она управилась с сандвичем, который молча вложила ей в руку молчаливая
компаньонка, и прилегла вздремнуть, прямо здесь – на раскладушке рядом с верстаком.
Проснувшись еще в темноте, девушка молча вернулась к работе.
Утреннее солнце следующего дня осторожно просунуло лучи, ощупывая грязный
пол мастерской. Потом окошко снова покраснело закатным оттенком, и только тогда
девушка выдохнула:
– Готово.
Последний щелчок кнопки – «энтер».
Экран моргнул, сигнализируя о подключении к внутреннему ядру. Почти сразу же
одна за другой на угольно-черном фоне стали появляться литеры.
Э … э …
Э р р о р .
Девушка не прикоснулась к клавиатуре. На экран ноутбука шла командная строка
из недр загадочного черного ящика.
Н е … н е м … н е м е д л е н н ы й о т х о д . П о в т о р я ю … р е к о м е н д у е т с я
о с т а в и т ь м а ш и н у … и о с у щ е с т в и т ь н е м е д л е н н ы й о т х о д .
Экран моргнул снова. Опять поползли буквы, медленно, настойчиво.
… О т х о д . П о в т о р я ю , р е к о м е н д у е т с я о с т а в и т ь м а ш и н у и
о с у щ е с т в и т ь н е м е д л е н н ы й о т х о д . С п а с и б о з а в с е , с е р ж а н т .
У д а ч и .
В полной тишине пустой автомастерской на лицо девушки упали мертвенные
отсветы синих меню-формуляров, появившихся на мониторе. Состояние системы
охлаждения реактора – бесчисленные повреждения, опасно повышающаяся температура
активной зоны… и этапы ступенчатой процедуры, необходимой для того, чтобы
заглушить его. Навсегда.
Наверное, эти были последние команды, которые выполняла система
искусственного интеллекта перед тем, как погаснуть.
Снова все пропало. Остался только одинокий курсор.
Молчание.
Пустой мигающий экран.
Девушка терпеливо ждала. Кажется, «он» снова начал осознавать себя. Понял, что
его последний бой остался в прошлом. Начал сортировать информацию о положении дел в
настоящий момент.
О т к у д а м ы ? . . К т о м ы ? . . К у д а м ы и д е м ?
Странный вопрос.
Quo vadis. «Камо грядеши»?
Что могли означать эти слова? Он все еще блуждает в дебрях электронного бреда?
3
По монитору соседнего ноутбука быстро проскочил протокол нового теста.
Логические цепочки процессорного ядра функционируют нормально. Коннект тоже в
полном порядке. Она проверила все десять раз, еще перед тем, как разбудить его. Все
тесты прошли нормально.
Выпрыгнуло новое окно, с надписью «Квази ментальное состояние». В окошке
вращался разноцветный трехмерный график. Вздымающиеся и яростно пульсирующие
красные пики посередине графика немного разгладились и окрасились желтым.
Ментальное состояние жестокой битвы сменилось настороженным поиском противника.
Подозрительным и замкнутым. Неудивительно – он счел, что находится в руках врага.
Сложив кончики пальцев перед лицом, девушка подумала секунду и стремительно
отстучала приветствие:
«Привет, Ал. Я искала тебя».
Искусственный интеллект надолго замолчал. Ни единого сигнала на выход.
Умный парень. Его не обманешь с кондачка. Как же объяснить ему, что мы –
союзники? Что сейчас он в безопасности? Что эта работа была адски тяжелой?
Лишь через час настороженного молчания последовала реакция.
На мониторе возникли всего два слова. Простой и прямой вопрос.
С о о б щ и т е о б с т а н о в к у .
– «Сообщите обстановку»? Хм.
Темноволосая женщина, смотревшая через плечо девушки, сдержанно хмыкнула.
– Что такое?
– Точное отражение хозяина.
4
Сопроводительная записка, подписанная каким-то сержантом муниципального
полицейского департамента, была практически пуста. Психиатр Марта Витт поправила
очки и перечитала формуляр еще раз.
Имя пациента. Словесный портрет. Примерный возраст.
Состояние здоровья и обстоятельства, при которых пациент попал под
юрисдикцию полиции.
Госпиталь располагался в южной части Сан-Франциско. Пациентка, к которой
относилась записка, – молодая девушка – сидела по другую сторону стола доктора Марты
Витт, глядя перед собой пустыми глазами.
Ее возраст составлял лет шестнадцать-семнадцать, хотя с первого взгляда на
изможденное лицо можно было дать и все тридцать-сорок. Растянутая старая голубая
майка на несколько размеров больше чем нужно явно принадлежала кому-то из
сердобольных полицейских, а волосы цвета пепла опускались почти до пояса нечесаными
спутанными космами. На щеке и подбородке все еще виднелись следы грязи.
Согласно стандартной процедуре медицинского осмотра врачу полагалось
провести опрос пациента и заполнить анкету. Используя самые мягкие обертоны голоса,
чтобы не напугать пациентку, Марта назвала свое имя и должность. Никакой реакции.
– Как тебя зовут?
– Тереза… Тестаросса.
Губы девушки двинулись, но ее голос был едва слышен.
– Чудесное имя. Рада познакомиться с тобой, Тереза. Сколько же тебе лет?
– …Семнадцать.
– В какой школе ты учишься?
– Я… не хожу в школу.
– Вот как. Это печально. Если бы ты немножко приоделась и помылась, бьюсь об
заклад – мальчишки-одноклассники были от тебя без ума.
Никакой реакции. На щеках девушки не появилось краски стыда – за свой
непрезентабельный вид. Она не клюнула и на лесть, заключавшуюся в профессионально-
провокационно построенной фразе психолога. Никакого отклика в тусклых глазах при
упоминании противоположного пола.
– Итак, что касается обстоятельств, при которых ты попала в полицию. Тебя
обнаружили бредущей босиком по загородному шоссе, в направлении пригородов
Редвуда. В три часа ночи, верно?
– …Да.
– Ты, наверное, не помнишь, как там оказалась?
– Помню.
Хм, ответ звучал неожиданно разумно. Хорошо бы и дальше так продолжалось.
– Не объяснишь, почему же ты шла по ночной дороге в одиночестве и босиком?
– Меня… бросили.
– Кто же?
– Мои… подчиненные.
– Подчиненные?..
Марта внимательно исследовала безразличное лицо пациентки, ища следы
насмешки или издевки. Не могла же эта странная Тереза Тестаросса говорить серьезно?
Безусловно, это была какая-то глупая шутка.
– Наверное, ты имеешь в виду школьных друзей? Те «подчиненные», о которых ты
говоришь? Но ведь ты же не ходишь в школу.
– …Наемники.
5
– Наемники?..
– Наемники из Митрила.
– «Митрила»? Что это такое?
– Секретная военная антитеррористическая организация. Я выполняла функции
командующего оперативной группы «Туатха де Данаан», входящей в состав Западно-
тихоокеанской флотилии.
Безразличный взгляд Терезы все так же упирался в поцарапанную столешницу. Она
говорила так, словно сказанное ей было самой естественной вещью на свете.
– …Мое воинское звание – капитан первого ранга. Атомная десантно-штурмовая
подводная лодка под моим командованием с успехом провела ряд операций с
использованием новейшей боевой техники, в частности – бронероботов третьего
поколения.
– О-о-о! Эта область мне не слишком хорошо знакома, но твой отряд наверняка
выглядел впечатляюще.
Одобрительно улыбнувшись, Марта быстро записала в новой медицинской карте:
«Исключительно
редкий
тип
галлюцинаций.
Использование
сложной
терминологии: оперативная группа, десантно-штурмовая подводная лодка. Требует
изучения».
Марта действительно не разбиралась в военной терминологии, поэтому решила
зайти с другой стороны.
– Ты, кажется, сказала – «Туатха де Данаан»? Это ведь из кельтской мифологии,
если я не ошибаюсь?
– Да. От имени богини Даны.
– Выходит, ты была не только командиром, тебе поклонялись как богине-матери?
– Дана – имя главного искусственного интеллекта подводной лодки.
Высокоэффективная компьютерная система, построенная на базе квантовых
вычислительных технологий.
– Вот как.
Марта сделала следующую пометку в карте: «Из какого научно-фантастического
романа»? Спросила осторожно:
– И почему же, ты, командир этой военной организации, брела босиком по шоссе
посреди ночи? Кажется, ты упомянула, что тебя бросили подчиненные?
– …Да.
Девушка по имени Тереза помолчала.
Люминесцентная лампа под потолком мрачного приемного покоя моргала, тусклый
неестественный свет придавал странный оттенок лицам людей. Застоявшийся воздух был
душным и тяжелым, словно копил напряжение перед грозой.
– Наша база была атакована и захвачена противником.
– Противником?..
– …Тайная организация, называющаяся Амальгам, бросила на нас превосходящие
силы. Митрил потерпел поражение и был практически полностью уничтожен. Уцелевшие
военнослужащие, во главе со мной, покинули базу на борту подводной лодки…
В глазах оборванной бродяжки плеснулась такая боль и тоска, что Марта невольно
поежилась. Девушка, погрузившись в воспоминания, неосознанно сжалась, обняла себя
руками. Тонкие плечи вздрагивали.
– Ты в порядке? Если тебе тяжело говорить об этом, не нужно…
– Нет.
Тереза втянула воздух, сглотнула, и продолжила:
– Уйдя от преследования, подводная лодка несколько недель двигалась на большой
глубине. Но у нас закончились запасы ядерного топлива, и пополнить их было негде.
Добыть дорогостоящие материалы для ремонта – тоже. Ведь у нас больше не было
финансирования. Нечем было платить экипажу денежное содержание…
6
Марта не прерывала ее.
– …В боевом походе, в стальной коробке в глубинах океана, люди всегда
испытывают стресс. Моряки начали проявлять недовольство, и, наконец, половина
экипажа взбунтовалась. Он решили продать меня и мой корабль врагу.
– Те самые подчиненные?
– …Того, кто возглавил бунт, пришлось казнить.
Тереза говорила ровно, не вкладывая в эти страшноватые слова никаких эмоций.
– Его убили?
– Да.
Ее голос дрогнул. Девушка неожиданно замолчала, намертво замкнувшись в себе и
не отвечая более на вопросы Марты.
С момента первого разговора прошла неделя.
Дважды в день, во время обхода, Марта пыталась разговорить девушку,
назвавшуюся Терезой Тестаросса. Постепенно количество деталей, которые ей удалось
вытянуть, увеличивалось. Но странная бродяжка оставалась все такой же замкнутой, и
построить доверительные отношения между доктором и пациентом никак не удавалось.
Так же как и после того, как ее доставили полицейские, Тереза говорила невнятно,
отрывисто и снова уходила в глухой аутизм.
