Читаем Демон Ночи онлайн бесплатно

Начну с того, что я умер и попал в Рос…

Хотя нет.

Несколько слов о своей прошлой жизни всё же нужно сказать.

Что же…

В незапамятные времена мир был погружён во тьму и хаос.

Это были времена Демонов Ночи.

Времена, когда никто не шёл против Зла. Потому что именно Зло спасало мир от Монстров из Демонических Разломов.

Мы поглощали демоническую энергию этих тварей, чтобы убивать Монстров их же оружием.

Кому-то может показаться, что Демон Ночи — это что-то очень страшное, и вообще, лучше держаться от него подальше.

Нет, это не так.

Мы такие же существа, как и все в этом мире.

Разница лишь в том, что мы рискуем своими душами, напитывая их демонической энергией Монстров из других миров, чтобы спасти души тех, кто нам дорог.

Именно поэтому моих предков и таких, как я, называют Демонами Ночи.

Моё имя Га́лархейм.

Я существо высочайшего ранга. Ранга, который можно сравнить с Божествами Демонических Разломов.

Я смог впитать в себя столько демонической энергии из других миров, что даже на физическом плане стал излучать демоническую ауру в радиусе ста лиг вокруг своего Чёрного Кристалла, который проявился в области солнечного сплетения.

Мне удалось укротить всё то Зло, что лезло из Разломов.

Я мог жить, как все.

Мог заниматься всем, чем мне хотелось.

Вопрос лишь в том: а хотелось ли мне теперь чего-то другого?

Раньше бы я сказал, что хотелось.

Но после убийств тысяч и тысяч Монстров, мой ответ: «Нет, я хочу и дальше убивать этих тварей».

Увы, последние двадцать лет я жил в мире и гармонии.

Почему «жил», а не «живу»?

Когда ты убиваешь Монстров, а они в какой-то момент заканчиваются, тебя сильно тянет к противоположному полу, чтобы заглушить в себе ту душевно-мозговую борьбу между прошлым тобой и тем, кем ты становишься, отходя от дел.

Поэтому, хоть для какого-то разнообразия, я придумал свой собственный свод законов, который состоял из пяти пунктов:

1. Найди женщину, которая сможет тебя рассмешить.

2. Найди женщину, которая умеет готовить.

3. Найди женщину, которая действительно слушает тебя.

4. Найди женщину, которая великолепна в постели.

5. Убедись, что эти четыре женщины ничего не знают друг о друге.

Так вот, Вторая узнала.

Проблема в том, что понял я это, когда отравился борщом.

Да, даже Демон Ночи может отравиться от этой адски вкусной пищи.

Но, для меня лично, самое обидное — я умер не как герой, сражаясь с Монстрами, а отравился в мирное время каким-то, сука, борщом!..

Короче, даже не хочу об этом вспоминать.

Лучше начну с самого интересного, а именно — мне дали шанс всё исправить, но уже в другом мире и в другом теле.

Я это понял, поскольку скопытился в своём мире, но сразу же оказался в Российской империи, в теле восемнадцатилетнего парня.

Не знаю, как это произошло, но хрень вышла знатная.

Почему-то память этого аристократа отложилась в моей голове.

И это хорошо, ведь я знал, что моё новое имя — Чернов Константин Николаевич. Фамилия очень даже подходила под мою прошлую жизнь Демона Ночи.

Мой новый Род решил избавиться от меня и «моего» питомца — гремлина по кличке Псих.

Увы, у аристократов так принято: если ты можешь доставить кучу хлопот со своим Даром, пусть даже очень редким, а иногда и очень полезным для Рода, но всё же хлопотным, то тебя отправят на верную смерть.

Если же откажешься от невыполнимой миссии, то тебя просто казнят. И причину найдут, в этом можно не сомневаться.

А в моём случае, реципиент действительно имел редкий дар — умение предвидеть опасность и постараться её избежать.

Касалось это, как я понял из памяти хозяина моего нового тела, только его личной жизни. Он будто бы видел будущее того, ка́к и где́ его ждёт смертельная опасность.

Кстати, очень хороший Дар.

Если бы я имел таковой, то с лёгкостью бы увидел, что мой борщ отравлен.

Но, увы.

И всё же напрашивается вопрос: если Костя Чернов такой весь из себя крутой парень, который может предвидеть опасность касательно своей жизни, то какого хера он сдох и в его тело попал я?

Что же, мне тоже это очень интересно.

Увы, я этого не знаю.

Всё, что я понял — мой реципиент и его относительно бессмертный питомец отправились в один из Межпространственных Разрывов, откуда вылезли твари из других миров.

Видимо, это и была та самая невыполнимая миссия со стороны его Рода. И наш парень, то есть хозяин моего нового тела, решил сдохнуть как «герой». А может, ему просто захотелось закончить такое «жалкое» существование. Вот именно поэтому он не попытался как-то выжить, используя свой Дар и своего гремлина по кличке Псих.

Ну, это его выбор.

Юноша просто сдался.

Его бесила семейка, которая люто ненавидела такой Дар. Им хотелось, чтобы у Кости была другая магия… боевая.

А тут такой облом.

Ну ничего.

Парень сделал свой выбор в пользу Межпространственного Разрыва. И решил, что лучше всего сдохнуть именно там, где Монстры куда менее страшные, чем его семейка…

Казалось бы, в моём мире были Разломы, а в этом мире Межпространственные Разрывы — то же самое, что и Демонические Ущелья, Логова Демонов, Демонические Разломы… короче, всё это из одной оперы — Порталы.

Самое главное — из этих «Дыр» лезут враждебные новому миру твари… моему новому миру, где есть Российская империя и Японская империя, а между ними Великая Русская Стена и Великая Японская Стена. А вот на нейтральной, небольшой территории между этими Стенами и появляются Межпространственные Разрывы. Туда допущены лишь охотники-ловцы, создающие Пространственные Разрывы для своих коллег по смертельному цеху — охотников-убийц.

Другими словами, охотники-ловцы создают эдакие Пространственные Порталы, чтобы небольшими группами запускать туда Монстров из Межпространственных Порталов, а охотники-убийцы мочат этих Монстров в специально сконструированных для этих целей Секторах. И вот эти сектора разбросаны по всей Российской империи.

Думаю, в Японской империи нечто схожее, так как враг у нас общий — твари из других миров, которые превыше всего жаждут смерти людей.

Вот такой вот суицидальный звездец.

Остаётся загадкой: как наш парень пробрался на нейтральную территорию между Великой Русской и Великой Японской Стенами, будучи НЕ охотником-ловцом?

Но вернёмся ко мне.

Раз мне не удалось предотвратить такую тупую смерть через «пищевое отравление», нужно во что бы то ни стало изменить свой кодекс, добавив туда некоторые ограничения по части романов с несколькими красотками одновременно. Ибо девушки в большом количестве — это зло для любого мужчины. А проблемы с ними могут обернуться смертью, причём не самой лучшей… особенно для героев вроде меня.

Ну а касательно Монстров — кажется, у меня есть план, кем я стану в этом мире, когда хозяин моего нового тела придёт в себя после кровавой бани на нейтральной территории.

Три раза по двадцать дней спустя.

Чувствую, как тело реципиента восстановилось.

Я даже могу открыть глаза.

Даётся это с трудом, но зато результат меня удивляет.

Оказывается, я лежу в больничной палате. Вот только выглядит она по-военному. Видимо, некий лазарет для охотников, которые сражаются с Монстрами из Межпространственных Разрывов. Во всяком случае, память реципиента толкает меня именно на эти мысли.

Сразу проверяю мысленно свой Чёрный Кристалл Демона Ночи, который виден только мне, и понимаю, что он практически не имеет радиуса демонической ауры вокруг моей новой тушки.

Ладно, с этим мы поработаем. Благо здесь тоже есть Монстры, а значит, прокачать свои старые способности будет не так сложно… надеюсь.

Однако это не самое главное в данный момент.

Есть одна маленькая пушистая проблема бело-коричневого цвета с большими заострёнными ушами, но в целом маленьким ростом, не больше новорождённого младенца.

Понимаю, что это «мой» питомец гремлин.

Он сидит у меня на животе, повёрнутый ко мне спиной, и смотрит немецкие фильмы о любви.

Да-да, немецкие.

Пусть вся Европа, Центральная Азия и Юго-Западная Азия теперь принадлежат Российской империи, всё же главенствующая семья военных из Империи — это не варвары, поэтому практически сохранила культуру и быт тех земель, которые захватила. А самых непослушных, кто заболел «европейской модой», отправила на перевоспитание в Сектора с Монстрами, чтобы выбить из них всё неестественное дерьмо.

А что касается таких слов, как саудовский, немецкий, испанский… и другие — все они, конечно же, сохранены. Разве что только титулы аристократов изменены по всей Империи, а самый низший титул вообще называется «Рекрутом», как в старые добрые времена называли солдата-новобранца. Именно поэтому большинство аристо желает побыстрее прокачаться до более высокого титула, чтобы не чувствовать себя «новобранцем» в этом мире.

Семья военных у власти, и этим всё сказано.

Так вот, вернусь к гремлину и его немецким фильмам.

Стоны из планшета усиливаются.

— Псих⁈ — повышаю я голос. — Ты чем там занят? — пытаюсь как-то аккуратно дать ему понять, что нужно свалить с моей койки.

Телесно-оранжевые ушки гремлина приподнимаются. Сам питомец медленно поворачивается ко мне и смотрит прямо в душу через свои огромные карие глазищи.

— О, чувак, ты проснулся, — вообще без удивления отвечает гремлин, будто не видел меня часа два. Хотя по телесным ощущениям я понимаю, что пролежал в лазарете не меньше двух-трёх суток после «битвы» с Монстрами. — А я тут эти… тибетские мантры смотрю, — продолжает Псих пороть гремлинскую горячку своим наглухо пропитым голосочком, будто этому малышу в душе́ лет сорок, он работает на заводе, а послезаводские посиделки с друзьями — это уже традиция.

— Тибетские мантры он смотрит, ага, — ложусь на левый бок, чтобы скинуть Психа. — Слышишь, давай ты свои «мантры» будешь досматривать на коридоре, хорошо?

Питомец плюхается на пол.

Быстренько встаёт, отряхивается и крошит острыми зубками планшет.

Я в этот момент чувствую прилив сил и магии в области солнечного сплетения. Даже мой Чёрный Кристалл увеличивает на сантиметр радиус демонической ауры.

Интересно, однако.

Совпадение?

— Ладно, чувак, — грозит мне Псих указательным пальчиком левой руки. — Спишем это на то, что ты два месяца пролежал в коме и не совсем понимаешь, что происходит.

Охренеть!

Два месяца⁈

Я пролежал два месяца в отключке с момента попадания в тело аристократа⁈

Видимо, парень умер от болевого шока, когда его ногу разрывала тварь из другого мира.

В этот же момент в его тело попал я, после «пищевого недоразумения» в своём мире.

А потом уже я сам отрубился, так как мой реципиент потерял много крови. Возможно, именно по этой причине я помню всё отрывисто. Но то, что Псих — это мой питомец, помню замечательно.

Быстренько осматриваю свои раны, но не нахожу ни одного укуса, ни одной оторванной конечности.

Я цел и невредим.

Похоже, в этом лазарете работают настоящие профессионалы своего дела.

Вот только из памяти реципиента я понимаю, что такие регенеративные операции стоят кучу денег. А «моя» семейка, которая так хотела избавиться от наследничка, ни за что на свете не оплатила бы услуги лекарей.

Что тут говорить, они были бы только рады узнать, что меня убила тварь из Межпространственного Разрыва.

Похоже, кто-то, но не мой Род, очень хотел, чтобы я выжил и стал его должником, который отработает дорогущую операцию с помощью своего редкого Дара.

Псих тем временем пытается допрыгнуть до газеты, которая лежит на тумбочке возле двери.

— Медсестрааа! — кричит он.

В этот момент я краем глаза замечаю, как на крик гремлина реагирует взрослая тушка, которая притаилась в другом углу палаты.

Так как на часах около пяти утра, за окном ещё темно, а палату освещает лишь аварийный маячок над входной дверью, я не сразу замечаю мужчину, спящего в кресле.

— Чувак, это Саня, — спокойно говорит Псих. — Он Неуловимый охотник-убийца восьмой стадии. Хотя этот слабак всего сорок шесть часов протянул без сна. Буквально час назад уснул. Сдался, оболтус.

Мужчина медленно подходит ко мне. Я начинаю видеть его широченный силуэт, а за ним уже и самого Саню, как выразился гремлин.

Это действительно охотник-убийца. Только не Саня, а Александр, ведь ему лет пятьдесят, и он в чёрной боевой экипировке: пуленепробиваемый плащ, меч с шипами, наполненный фиолетовой магией, карбоновая маска со встроенными солнечными очками из пуленепробиваемых стёкол, которую он держит в руке, чтобы я видел его лицо со шрамом.

Раз меня залечили, то и его шрам могли убрать даже без дорогостоящей регенеративной операции.

Видимо, старый охотник оставил его себе как память о каком-то очень важном сражении.

— Меня зовут Бойко Александр Михайлович, — представляется мужчина. — Я действительно Неуловимый охотник-убийца восьмой стадии, — подтверждает он слова Психа.

— Медсестрааа! — снова кричит гремлин, перебивая широкоплечую тушку.

В палату вбегает брюнетка с пышной грудью. На лице лёгкий румянец. Видимо, не услышала в первый раз и понимает, что мой питомец не просто так кричит. Как только красотка закрывает дверь, лёгкий освежающий аромат ягодного парфюма вперемешку с сигаретным дымом с ментолом доходит до моего носа.

— Милая, подай мне ту газету, — указывает гремлин на тумбу.

Похоже, я ошибся.

Псих звал девушку для тупой просьбы.

И да, ему совсем наплевать, что его хозяин только что очнулся после двухмесячной комы. Хотя лично мне было бы не наплевать только на то, что парень спокойно вышел из комы, будто просто проснулся, как любой здоровый человек просыпается по утрам.

Медсестра смотрит на меня и на охотника-убийцу. Потом плавно переводит взгляд на гремлина.

— Константин Николаевич, — снова смотрит красотка на меня. — Я сейчас позову лекаря, который проводил регенеративную операцию. Просто он просил позвать его, когда вы придёте в себя, — ещё больше краснеет девушка, пытаясь оправдаться непонятно за что.

Я улыбаюсь и одобрительно киваю.

— Эй, красавица. Газетку мне, будь добра, — повторно дёргает Псих медсестричку за белый халатик.

Девушка даёт гремлину то, о чём он просит.

— Пойду посру, — резко и без прикрас выдаёт Псих. Сам он чешет зад и добавляет: — Как говорится: и новости прочту, и жопу ими подотру.

У медсестры расширяются глаза. Она не знает, что ей делать.

— Стой! — кричу я.

Питомец разворачивается и эмоционально вздыхает.

— Ну что ещё? — Не дожидаясь ответа, добавляет: — Чувак, говори с Саньком, пусть тебя выписывают поскорее из лечебки, и пойдём, наконец, по бабам. — И Псих выходит из палаты, громко хлопая дверью.

Только и слышно, как мелкое существо шлёпает голыми ступнями по холодному полу и поёт на весь коридор:

Над станицею туман — это курит атаман,

А казак с казачкой хлещут самогон,

На базу́ мат-перемат, есаул лежит в умат,

И завален пузырями весь прогон.

И пока спокоен враг, вся станица на ушах,

Мы упьёмся самогона, всем смертям назло,

Но если вражеский урод нападёт на наш народ,

Атаман, веди вперёд! Шашки наголо!

Медсестра, я и охотник «наслаждаемся» пением этого мелкого хриплого алкаша. В какой-то момент уже слышно, как он стучит стеклянной бутылкой по металлической этажерке.