Читаем Демон Эдварда Янга онлайн бесплатно

Приглушенный свет в окнах большого приземистого дома янтарными каплями мерцал сквозь сгустившиеся сумерки. Под крышей возведенного неподалеку от маленького сонного городка жилища скучал его хозяин — шестидесятилетний склонный к полноте здоровяк Эдвард Янг. На его поросячьем, по-мальчишески розовощеком лице с курносым носом и живыми острыми глазками читалось смятение, почти не свойственное людям подобного рода…

Мистер Янг, что называется, сделал себя сам, точнее говоря, он завоевал вожделенный приз материального благополучия, избавившись своими беспрестанными и самоотверженными усилиями от безденежья вместе с сопутствующими этому пороку невзгодами. Будучи уроженцем юго-восточного штата библейского пояса, Эдвард рос в многодетной семье простого рабочего завода по производству агрохимикатов и потому знал о финансовых ограничениях не понаслышке. Старающаяся во всем угождать супругу, вечно угрюмая мать-домохозяйка уделяла ему мало внимания, как и другим своим детям.

Едва достигнув совершеннолетия, Эдди покинул отчий дом и перебрался в столицу штата, где поначалу подвизался доставщиком фастфуда. Благодаря врожденному чутью на людей он вскоре обзавелся нужными знакомствами и к третьему году самостоятельного существования уже выгодно перепродавал вместе с компаньонами дешевые азиатские товары. Сколотив приличную для его возраста сумму, он удвоил ее взятым кредитом и на свой страх и риск открыл с товарищем небольшую клининговую компанию, со временем обросшую постоянными клиентами из-за относительной дешевизны предоставляемых услуг. На первых порах пахать приходилось сутками, прерываясь только на краткий сон. Несколько раз нависала угроза банкротства нового предприятия, грозящая самыми мрачными последствиями для ее владельцев, однако постепенно бизнес вышел на самоокупаемость и вскоре стал приносить от месяца к месяцу растущий доход. Свой медленно, но верно растущий капитал Эд пускал в оборот, инвестируя в ценный бумаги, одалживая под проценты и вкладывая в недвижимость. В результате вызывающих нервное перенапряжение финансовых манипуляций и игры на бирже он заработал свой первый миллион лишь к сорока годам, но зато потом удачно инвестированные деньги стали воспроизводить сами себя без особой помощи со стороны их счастливого обладателя.

Ко дню шестидесятилетнего юбилея на счетах мистера Янга в общей сложности насчитывалось около пяти миллионов долларов и именно в разгар торжества по поводу круглой даты он принял неожиданное для всех решение уйти на покой, чтобы оставшуюся жизнь наслаждаться умиротворением сельской глубинки. Клининговая компания была уже продана, амбиции становиться мультимиллионером отсутствовали, семьи создать так и не удалось, поэтому через полгода Эдвард без проблем и сожалений стал обитателем просторного дома в восьмидесяти милях к югу от столицы штата, возведенного в короткий срок на двух акрах земли по утвержденному будущим хозяином проекту.

С детства зная нравы жителей глубинки, подозрительно относящихся к держащимся особняком, тем более пришлым, Янг немедленно познакомился с мэром городка, близ которого обосновался. В первый же воскресный день Эдвард умудрился появиться на богослужениях в баптистской и пятидесятнической церквях — двух примерно равных по численности и влиянию религиозных общинах, а в последующие будни обошел все мало-мальски значимые места скопления горожан, от магазинов и баров до единственной прачечной с парикмахерской. В результате такой активности спустя месяц он завел шапочное знакомство с парой дюжиной аборигенов, в том числе и средних лет пастором Южно-баптистской конвенции Дэвидом Муром, который подкупал своей врожденной харизмой и немного напускным добродушием. Не желая смешивать прошлое и настоящее, Эд даже приобрел себе еще один айфон специально для взаимодействия с новыми приятелями, однако редко когда им пользовался.

В общем и целом всю свою жизнь Янг исповедовал те же ценности, что и большинство местных жителей. Считая себя патриотом, он, даже в ущерб своему карману, предпочитал «шевроле» и «кадиллак» более бюджетным «тойоте» и «субару». Перешагнув порог совершеннолетия и получив право голоса, Эдди неизменно поддерживал на праймериз и перманентных выборах наиболее консервативных республиканских представителей, каковые надежно контролировали местные органы власти и чаще всего попадали от штата в Сенат и Палату представителей Конгресса. Он вовсе не был ярым противником легализации нетрадиционных отношений, медицинского каннабиса и более социально ориентированной политики Демократической партии, однако искренне полагал, что подобные эксперименты следует проводить на более продвинутых обитателях Лос-Анджелеса, Сан-Франциско или Нью-Йорка, но ни в коем случае не разрушать ими архаический уклад уроженцев захолустных уголков библейского пояса. По всей видимости, похожим образом рассуждали и коренные жители, поэтому местный кандидат во власть мог заручиться поддержкой исключительно гарантируя неприкосновенность жилища на переданной по наследству или купленной земле, свободное владение в том числе автоматическим оружием и минимальное вмешательство государства в неспешное течение привычной жизни. Рознила Эдварда с людьми из нового окружения, да и то только умозрительно, их показная религиозность, выражающаяся в особом пиетете к пасторским наставлениям, которые были обильно сдобрены морализаторством.

Еще в пору становления первых бизнес-проектов Янг пытался сойтись с операционистом небольшого коммерческого банка Камиллой Кларк, однако потерпел неудачу несмотря на все свои старания и самые серьезные намерения. У Эдди тогда было совсем мало времени на себя и еще меньше свободных от оборота денег, зато имелся груз взятого в банке, где работала Камилла, кредита. Очевидно, подобный расклад не мог устроить амбициозную девицу, поэтому она относилась к Эдварду с еле заметным, но все же уловимым пренебрежением и постоянно старалась его побольнее уколоть при общении. Неопытный в сердечных делах молодой человек терялся в догадках, тщетно силясь выяснить причину такого к себе отношения, но Камилла искусно путала молодого бизнесмена, без видимых причин то и дело меняя маски с выражением неприязненности, усталости и отстраненности. Как понял Эд годы спустя, она просто хотела быть объектом хоть чьего-нибудь обожания, слышать в свой адрес комплименты и, по сути, играла с ним, разгоняя скуку однообразных вечеров. Но тогда причину неизбежного разрыва отношений с Камиллой Янг по наивности приписал своей неказистой внешности и присущей деревенскому ковбою дремучести, хорошо считываемой утонченными городскими девушками.

Решив больше не тратить свои силы на неуклюжие попытки найти спутницу жизни, он с головой окунулся в свои бизнес-проекты, из-за которых практически перестал чувствовать присущий молодости зуд любовной лихорадки, заставляющий искать вторую половину. Уже позже, когда Эдвард вложился в ценные бумаги и при помощи опытных трейдеров увлекся игрой на бирже, у него появилось свободное время, а вместе с ним и привычка покупать суррогат страсти за деньги. Пользуясь время от времени услугами дорогих проституток Янг, сам варившийся в жестком мире товарно-денежных отношений и услуг, оставался вполне доволен взаимовыгодным сотрудничеством со жрицами любви. С их помощью он неплохо восполнял прошедшую в более ранние годы мимо сексуальную активность, при том, что его финансовые затраты, как ему казалось, вряд ли могли сравниться с даже частичным содержанием избалованной любовницы, не говоря о законной супруге. Плюс ко всему Эд получил возможность по желанию менять одну красивую женщину на другую, о чем до того, как разбогатеть со своей невзрачной внешностью не мог и мечтать.

Как-то обедая вместе с деловым партнером Дэниелом Гарсиа в итальянском ресторане, он увидел за одним из столиков своего бывшего дантиста Арчера Батлера, заботливо подливающего вино миловидной блондинке вдвое младше него.

— Думаешь дочь или племянница? — с улыбкой прошептал Дэниел, заметив его заинтересованный взгляд. — Ан нет, жена! Я Арчера знаю давно. После двух неудачных браков не опустил руки и нашел-таки на свою голову третью хозяйку, помоложе предыдущих.

Заинтригованный Эдди собрался поинтересоваться, каким образом толстому, кривоногому коротышке удалось на шестом десятке обвенчаться с красоткой лет двадцати пяти, но не успел открыть рот, как Гарсиа поведал вполне заурядную историю интернет-знакомства разведенного дантиста с медсестрой из восточной Европы, закончившуюся бракосочетанием. Рассказ Дэниела не произвел на него особого впечатления, однако весь оставшийся день раз за разом самопроизвольно прокручивался в голове, словно навязчивый музыкальный хит.

Отправляясь поздно вечером спать, Эдвард против обыкновения взял с собой в кровать ноутбук и удобно устроившись на приподнятой подушке, нашел с помощью поисковика несколько крупных платных и бесплатных сайтов международных знакомств. Бегло ознакомившись с предварительной информацией, он отдал предпочтение платной площадке с изящным интерфейсом, владельцы которой уверяли, что здесь самые красивые девушки, реализовавшие себя мужчины и полное отсутствие мошенников. Переведя нужную сумму, Янг зарегистрировался, заполнил анкету и получил доступ к данным изнывающих от одиночества женщин и девушек с разных концов света.

Свободные моменты последующих дней Эд посвятил изучению информации пользовательниц сайта, чьи изображения на опубликованных фотографиях и видеозаписях ему приглянулись более остальных. Вскоре он завязал переписку на своем родном языке с двадцатисемилетней Оксаной из украинского Ужгорода — голубоглазой миловидной блондинкой с пышными формами. Набранные на клавиатуре слова не могли в должной мере передать настроение находящихся за тысячи километров друг от друга людей и в эру стремительного развития технологий связи казались вчерашним днем, поэтому Эдвард сам предложил продолжить общение с помощью видеозвонков мессенджера. Его инициатива была принята без возражений, отчего их коммуникация сразу же вышла на качественно иной уровень.

Несмотря на до безобразия слабый английским Оксаны, Янг теперь по-настоящему чувствовал свою собеседницу благодаря изменению мимики ее лица, выражению глаз и интонации голоса. Молодая женщина с другого континента загадочным образом воскрешала в нем болезненные воспоминания о встречах с Камиллой, хотя ничего схожего в их чертах, манерах и поведении не было. Воскрешенная боль вперемешку со жгучей обидой и ранящим ощущением собственной неполноценности теперь вызывали ответную реакцию ярости, раздражения, вместе с желанием отыграться на незаслуженно уничижавшей его девице. После разрыва с Камиллой эти чувства были подавлены чрезмерно заниженной самооценкой Эдварда, а их потенциальная деструктивная энергия нашла выход в схватке за место под солнцем. «В отличие от тех давно ушедших дней, сегодня я хозяин ситуации и больше никому не позволю пренебрегать собой, — думал он, взирая на обольстительно улыбающееся ему с экрана лицо. — И на какие бы ухищрения не шли молодые охотницы за состоятельными мужьями, им вряд ли удастся задать свои правила игры в общении со мной, успевшим узнать, по чем фунт лиха».

В глубине души Эд прекрасно понимал, что все люди разные и если на ком срывать застарелую злость, то только на самой Камилле Кларк. Однако та девушка, скорее всего, давно нашла себе пару и превратилась в почтенную миссис бальзаковского возраста. Но зато на него теперь явно имела планы молодая и амбициозная девица, каковой когда-то была стерва Кларк, вот только он давно уже не та дрожащая от безденежья и комплексов тварь. Осознание сложившегося расклада, при котором, как казалось, спустя годы восстанавливалась порушенная справедливость, чертовски раззадоривало Янга.

Желая сильнее обнадежить Оксану, чтобы она выстроила далеко идущие планы, каковые когда-то существовали у него в отношении совместной жизни с Камиллой, Эдвард то и дело сыпал в ее адрес комплименты, как бы случайно проговаривался о жгучей зависти к женатым приятелям, а также добавил в профиль фотографии своего нового спортивного седана от «кадиллак» и роскошные интерьеры просторной двухуровневой квартиры. В итоге на очередном видеосвидании жительница живописной столицы Закарпатья, неожиданно рассмеявшись, сообщила в витиеватых выражениях о желании наведаться в гости дабы «воочию засвидетельствовать образ жизни и быт обычного американского богача».

— Чем скорее прилетишь, тем лучше будет для нас обоих! — бурно отреагировал Эд на ее недвусмысленный намек. — А я постараюсь сделать так, чтобы у тебя отпало всякое желание возвращаться обратно!

После такого заявления между ними стал быстро рассеиваться туман первоначальной недосказанности и вскоре общение превратилось в приторно-сладкий диалог двух сердец, наконец-то нашедших друг друга.

— Со мной ты будешь жить, как в сказке. Одиночество, неустроенность и всякая нужда останутся в прошлом, — вкрадчивым голосом говорил Янг так, будто тихо напевал. — Я никак не могу поверить, что такая прекрасная девушка обратила на меня, столь неказистого человека, внимание. Лишь бы твои чувства оказались подлинными, а мое благосостояние не было бы главной причиной нашей скорой встречи.