Читаем Дефеманг онлайн бесплатно

Пролог.

О

громные поля чернично-розового вереска волнами лиловых облаков растекались по извилистым хребтам малахитовых холмов, простирающихся почти до самого моря, бушующего под крутым утесом и склонившимися над ним кривыми соснами. Густой белый туман плотным снежным облаком обволакивал берег моря, а земля в этом месте стала зеркалом неба и невозможно было понять, что чем является. Густой огромный лес, растянувшийся на сотни тысяч километров вперед внушал благоговение своим спокойным могуществом и величием. Стволы могучих деревьев словно огромные колонны упирались в небо, будто бы подпирая его собой. Их верхушки настолько высокие, что исчезают наверху, теряясь то ли в тумане, то ли в облаках.

Вступая в лес, кажется, что это дверь в другой мир, мир туманный и мрачный. Деревья плотной стеной обступают со всех сторон и не видно ни тропинки, по которой можно было бы выйти из него, ни просветов неба. На поросших мхом бревнах сверкают изумрудными каплями светлячки. Густой мох гроздями свисает с ветвей деревьев, переплетаясь с цветочными лозами удивительных растений. Лес хранит много тайн. То, что случайно забредший сюда путник не сможет выбраться из него – одна из них. Оглушительная, неестественная тишина и черный холодный мрак являются здесь чем-то ощутимым. Их мягкие и глухие прикосновения можно ощутить кожей. В тяжелом влажном воздухе висят множества разных запахов – сырой мох, хвоя, горьковатая смола и примесь цветочных нот сплетаются с ароматом невиданного. Из-за оглушительной тишины может показаться, что Лес необитаем, но пронзительные невидимые взгляды обжигают, заставляя покрываться позвоночник холодной дрожью. На черной спокойной глади ледяного озера, спрятанного в самой чаще, плавают кувшинки и сверкают то там, то здесь бледно-золотые искры света. Светлячки то или же крошечные крылатые феи, чей тихий звон полупрозрачных перламутровых крыльев мгновенно затихает при звуке шагов?

Глухая тьма промеж мертвых деревьев густой плотной материей укрыла Лес, вязкой паутиной запутавшись и осев в его ветвях. Облака тумана рассеялись над землей, орошая влагой нефритовый мох. Холод обжигает тело так беспощадно, что оставлет свои ожоги на щеках и пальцах. Голые ступни уже не чувствуют боли, боль забрал Лес, вместе с мыслями, чувствами, ощущениями, желаниями. Ковер еловых острых игл покраснел от крови. Лес чувствует запах крови, пьянея от этого аромата. Скоро здесь будут хищники. Мертвая пронзительная тишина глушит дыхание, растворяя его во мраке. Деревья растут слишком тесно друг к другу. Шершавая острая кора в кровь раздирает нежную кожу. Паутина липнет к волосам и ресницам, нежно и мягко опутывая их нитями смерти. Где-то совсем рядом, под ногами шипят змеи. Они с тихим шелестом вонзают клыки в плоть, оставляя на месте укуса жгучее тепло. Лес забирает души людей, порой оставляя и человеческое тело в своей власти, пронзая его гнилью. Сквозь эпителий тканей рвутся бледные грибы, пуская яд по венам. Кожа покрывается влажным мхом и травой. Их корни уже так глубоко под ней, что стоит вырвать их – останешься без мяса. Лес поглотил тебя, съел изнутри и снаружи. Тебя больше нет. Теперь ты – часть чего-то большего.

**********

Далеко-далеко, на другом конце Леса высокая мягкая трава шепчет ветру о его тайнах, а журчащий водопад скрывая белой стеной вход в обитель фей, поет колыбельные его обитателям.

Зрачок солнца догорающим углем тлел в небесном пожаре. Гранатовым соком пролился кровавый свет заката на стеклянную гладь зеркальных небес. Облака белыми цветами утопали в крови, набухая, раскрывали невинные лепестки, распукаясь нежным весенним цветом в садах неба. В воздухе витал запах перечной мяты и раздавленной забродившей вишни, сладость которой смешалась с ароматом жимолости.

В огромном пышном саду, зеленеющем нежностью изумрудной листвы, белели маленькие чайные розочки, напоминающие сгустки заварного крема. Тлела в своей прохладной благовонии белоснежная черемуха, чьи пышные грозди цветов опылял золотистый шмель, нарушавший своим монотонным гулом тишину сада, в глубине которого раздавался тихий звон серебряного колокольчика и стон высокой травы, мнущейся под огромными мягкими лапами. Необъятный сад кольцом окружал небольшой замок, скорее напоминающий уютный белый коттедж. На окраине сада цвело старое вишневое дерево, пустившее свои кривые толстые корни на поверхность. Корни вросли в маленький аккуратный колодец с крышей, стоящий рядом с фонтаном для птиц. Спелые алые вишни усыпали всю землю рядом с колодцем. На их аромат слетелись птицы, купавшиеся в фонтане и звонко щебеча, клевали ягоды. Неподалеку гуляла белая лошадь с бледно-розовыми пятнами на морде и жемчужной длинной гривой, местами заплетенной в косички. Внезапно раздался скрип калитки, и кобыла вскинула голову, устремив взгляд в сторону звука шагов. К лошади смеясь бежала девочка в белом платье. Обняв наклонившуюся к ней морду и посмотрев ей в глаза, она прошептала:

– Эрато.

Глаза цвета морской глубины внимательно посмотрели на девочку. Та погладила любимицу по шее и обогнув ее, застыла перед возвышающемся над ней садом. Словно завороженная она сделала шаг вглубь и сад встретил ее прохладой вечера и запахом невиданного. Светлячки летели впереди нее, освещая путь. Ветер мягко шелестел травой и листьями деревьев. Она все шла и шла вперед и ей казалось, что сад расширяется изнутри. Словно из ниоткуда выпорхнула прекрасная бабочка. Она летела, проваливаясь в воздушные ямы, ее хрупкие тонкие крылья трепетали на ветру, словно лепестки флендоранжа. Бабочка завораживала своей хрупкостью, своим изящным полетом – она не парила, а кружилась в танце с ветром. Сад поражал удивительными растениями, деревьями величиной с трехэтажный дом, цветами, несуществующего в людском мире оттенка, ароматами. Но девочка, не видя ничего, кроме крылатого цветка, заходила все глубже в бесконечный сад, сойдя с тропинки, углубляясь в чащу. Вот бабочка зависла в воздухе, будто сломанная голограмма. Последние лучи заходящего солнца жарким пламенем заплясали на ее крыльях, словно сжигая ее. Насекомое забилось в воздухе. Даже в огне солнца она продолжала танцевать с ветром, словно единственное, что было важным в ее жизни – этот танец. Бабочка не жила искусством танца – она была им. Но вот солнце село и тень упала на ее крылья, они почернели, словно от копоти. Высоко в воздухе, где-то на уровне деревьев произошло какое-то движение. Бабочка исчезла. Девочка, завороженно наблюдавшая за этим, подняла глаза к небу. Что-то огромное и белое возвышалось над ней.

Сад лишь на несколько мгновений погрузился в кромешную тьму, но тут же был озарен мягким светом трех небесных святил, засиявших на него с высоты небес – трех лун.

Исполинский кот с длинной белой шерстью, цвета ирландских сливок не моргая смотрел на девочку огромными круглыми глазами.

«Его зрачки размером с луну» – пронеслось в ее голове.

Кот втянул воздух розовым носом и не обнаружив ничего интересного для себя, прошелся шершавым языком по своей белой лапе, пригладил шерсть на груди и принялся вылизывать хвост, игнорируя девочку.

– Это ты съел бабочку? – Спросила она.

Кот на секунду замер, словно ища источник звука, повернул огромную круглую голову к девочке и впился в нее черными зрачками, похожими на лунное затмение. Он зевнул и открыв розовую пасть, продемонстрировал белые острые клыки, в которых застряло крыло бабочки.

– Да. Это ты ее съел. Вот она, у тебя в зубах. Зачем ты съел ее? Она такая маленькая, что ты все равно ей не наелся. – С бесстрашным любопытством поинтересовалась она.

Налетел ветер, растрепав белые волосы и поиграв с ее платьем из тончайшего кружева, взъерошил шерсть кота.

– Я не съел. Просто убил. Потому что мне так захотелось. – Наклонив голову набок, ответил кот.

Его голос – не мужской и не женский, глубокий и гортанный, напоминал утробный звук мурчания и глухое эхо в горных пещерах.

– Убил, потому что… Хотелось? – Задумчиво повторила девочка.

– Да. Так велят инстинкты. Так велит Лес.

– Что за Лес?

Кот молчал. Судя по его взгляду он и вовсе не был заинтересован в этом бессмысленном разговоре.

– Ну скажи мне. Расскажи о… Лесе.

Кот прижал уши к голове, его зрачки сузились. Он замахал хвостом. Губы поползли вниз, обнажая клыки.

…Лес.

Ветер с новой силой хлестнул по деревьям. Мучительно застонали ветви старой вишни, скрипя и грозясь в любой момент сломаться от такого напора.

…Лес.

Зверь вздыбил шерсть, грозно зашипел, затравленно озираясь по сторонам. Его глаза потемнели и утратили свою осмысленность. В них застыл животный ужас. Вдалеке, тяжелым ударом по зеркальной глади неба грянул чудовищный рык грома.

Кот сорвался с места и бросился прочь, в глубину сада, ломая по пути высокую траву и нижние ветви деревьев.

Девочка ничего не понимая осталась стоять на месте. Еще несколько секунд она видела сверкающее пятно ослепительно-белой шерсти, мелькающее сквозь просветы в зелени.

Небо, ослепленное вспышкой молнии, снова взревело подобно раненому дикому зверю и слезы ярости обрушились на землю холодным ливнем.

...Лес.

*********

Стройный женский силуэт в черном длинном платье стоял у окна замка, располагающегося прямо напротив сада. Лунный свет слабо освещал ее бледное молодое лицо, не выражающее никаких эмоций.

– Ричард. – Позвала она.

Дворецкий бесшумно появился из темноты и застыл на шаг позади нее.

– Сегодня ее семилетие. И снова Трилунье. – Холодно бросила темная фея, не отрывая взгляда от сада.

– Да, это очень необычное совпадение, госпожа. – Откликнулся мужчина.

– Совпадение? – Усмехнулась госпожа Лилит и медленно повернув голову, посмотрела ему в глаза.

Когда она так делала, Ричард твердо выдерживал ее взгляд, но ему всегда становилось не по себе. В этих темно-зеленых глазах ничего не отражалось, словно они не отзеркаливали все, что видели, а затягивали внутрь.

– В ночь, когда она родилась все пошло не по плану. Она должна была родиться в другой день, гораздо позже. Но все случилось в ту ночь. Кассиэля забрали на Великую войну, я хотела отправиться с ним, но начались роды. – Спокойно говорила она, а дворецкий думал о том, что загадочнее существа ему не доводилось видеть. Он знал ее лишь под именем, под которым она известна в этом мире – Лилит. Хотя большинство созданий фейри обращались к ней не иначе как: «Темная госпожа» или «Королева Тьмы». Мужчине всегда было интересно, что она за существо и насколько его подозрения близки к истине. Когда у нее родилась вторая дочь, он сразу понял, что судьба девочки будет по-настоящему особенной.

– Ей очень подходит имя, которое вы ей дали. Луна действительно особенная девочка. – Заметил он.

– И Луна и Марбл обе очень особенные. – Отрезала женщина.

– Да, вы правы, госпожа, но только Луна родилась в Трилунье и встречает свой седьмой день рождения в него же. И, наверное, вы помните то страшное пророчество, которое сказала повитуха, когда девочка родилась. Это не иначе как знак судьбы. Ей уготовлено нечто…Особенное.

– Эта повитуха была просто сумасшедшей, выжившей из ума бабкой. И где ты ее только тогда откопал. Ее слова – не более, чем старческий бред.

– Прошу простить меня, госпожа. Роды настали так внезапно, что я привел к вам первую попавшуюся повитуху… Но о ней ходила вполне добрая слава и многие пользовались только ее услугами. Ходят слухи, что она – праправнучка древних друидов, обладающих… Пророческим даром.

– Вот уж не думала, что такой человек, как ты, Ричард придаст значение каким-то слухам. В любом случае ты всегда будешь рядом с Луной, чтобы уберечь ее. – Приказала темная фея.

– Разумеется, госпожа. – Поклонился дворецкий и также бесшумно, как и появился, исчез во тьме коридора.

– Что-то грядет. – Тихо произнесла госпожа Лилит, смотря на сад, стонущий под порывами ледяного северного ветра.

Небо потемнело и черные тучи закрыли луны, погрузив сад в непроглядную тьму.

Глава 1.

Бутоны и шипы.

Тихая, печальная мелодия фортепиано нежно струилась из-под тонких изящных пальцев в белых перчатках и разносилась по замку, наполняя собой все пространство. Высокий, стройный мужчина в черном костюме, состоящим из жилета, пиджака и галстука, сидел спиной ко входу и играл. Его идеально-ровная осанка, элегантные движения и аристократическая холодная красота – все в нем говорило о человеке изысканном и сдержанном. Взгляд черных, как у ворона глаз темен и колюч.

В коридоре раздались тихие шаги и в дверях застыла маленькая девочка в белом платье. На ее лице застыло восхищение. Она слушала чудесную музыку и жадно впитывала в себя каждую ноту мелодии, однако та уже подошла к концу, и дворецкий закончил играть. Улыбнувшись, он не оборачиваясь негромко произнес:

– Госпожа Луна, прошу вас, не стойте в дверях, проходите.

Девочка покраснела и нерешительно подошла к мужчине.

– Очень красивая музыка. Научишь меня играть также, Ричард?

Он улыбнулся, осторожно взял руку девочки и положил ее на клавишу фортепиано.

– Смотрите, миледи. Это первая октава. В нее входят следующие ноты… – Дворецкий поочередно нажал на каждую клавишу, произнося ее название. – Теперь вы, госпожа. Попробуйте.

Луна нажала на клавиши по порядку.

– Превосходно, миледи. Вы правильно запомнили последовательность. Присядьте. – Он встал, освобождая стул девочке и наклонился к ней. – Теперь поставьте руки, вот так. – Мужчина положил пальцы на клавиши, и она попыталась за ним повторить.

– Перенесите вес руки на кончики ваших пальцев. Не напрягайте плечи, локти и кисти. Расслабьте их.

– Вот так?

– Представьте, что вы держите в руке яблоко. Пусть ваша ладонь не лежит на клавишах. Только пальцы должны касаться их. Согните мизинцы вниз, они не должны торчать.

Девочка сделала все в точности, как сказал Ричард.

– У вас отлично получается, миледи.

Луне понравилось учиться играть на фортепиано. Она мечтала играть также красиво, как и Ричард и очень старалась держать руки правильно, но ее мизинцы всегда предательски поднимались вверх и как бы она не старалась это контролировать, у нее не получалось.

Через час упражнений дворецкий закончил урок.

– Вы прекрасно потрудились и уже многое умеете. Если вы хотите продолжать учиться играть, давайте продолжим завтра.

– Да, я очень хочу научиться! Скажи, Ричард, а Марбл тоже умеет играть?

– Да, мы с вашей сестрой занимаемся, однако ей это совсем не нравится. Госпоже Марбл больше по душе верховая езда и фехтование. – Сдержано улыбнулся мужчина.

– Тогда почему вы с ней занимаетесь фортепиано?

– Ваша матушка настояла на этом, миледи. Поскольку Марбл уже пятнадцать, у нее много разных занятий. Когда вы станете чуть старше, вы тоже будете обучаться тому же, чему и госпожа Марбл.

– Я хочу кататься на лошади!

– Вы уверены, госпожа? Это не так просто. Вы не боитесь?

– Нет! Я люблю Эрато! Ричард, ну пожалуйста, научи меня верховой езде!

– Как вам будет угодно, миледи. Но сначала вам необходимо спросить разрешение у вашей матушки.