Читаем dd5d30aa2bdd378383e8ea40b3e5acd5 онлайн бесплатно
В следующий миг над замком разнесся звук волчьего воя, а вслед за ним и горн северян. Под грохот копыт, лязг стали и клич «Зима близко!» в спину пиратам ударили выскочившие из-за ближайшего холма кавалеристы Винтерфелла.
Упрямые пираты выстроились в стену щитов, ощетинились короткими копьями, спешно перевели в арьергард немногочисленных стрелков, но куда им тягаться с натиском тяжелой кавалерии? Когда северные всадники вклинились в построение островитян, на берегу озера запылали первые суда. «Зима близко», разносилось над полем брани. Осада Торрхенова Удела закончилась, не успев начаться.
…
— Что делать с пленными, милорд? — спросил у Робба один из офицеров.
— Не думаю, что Толхарты горят желанием их кормить, лечить и держать у себя, — пожал плечами Бринден Талли.
Глаза сопровождавшего его Брана расширились. Поняв, на что именно намекает дедушка, синие очи наполнились переживанием и удивлением, но мальчик старался не показывать этого. Отец уже брал его на казнь, но видеть столь массовую юному Старку ещё не доводилось.
— Я слыхал, ваш брат любит украшать побережье, — добавил Старик в ответ на хмурый взгляд Робба.
— Из-за чего его боятся и считают кровожадным дикарем. Он один из наиболее близких мне людей, но я не одобряю его методов. Защищать свой дом — одно, но упиваться кровью — совсем другое.
— Благородство и праведность — хорошие черты, племянник, но всего должно быть в меру.
— Северу нужны союзники на юге, но убивая обычных солдат он не только не обретёт новых, но и может утратить имеющихся, — ответил ему Робб. Бринден засмеялся, тепло, по-отечески.
— Как же ты похож на своего отца и нашего Эдмара, — пробормотал он. — Не стоит приравнивать ненависть к грабителям, насильникам и мародёрам к отношению к исполнявшим долг перед сюзереном, побеждённым солдатам. Вы разбили силы Долины и отнеслись к ним благородно, не став упиваться кровью. Я скажу, что это похвально. Но железнорождённые сами напали на Север, напали, чтобы грабить, убивать и мучить подданных вашего лорда-отца. Не думаю, что кто-то осудит вас за очередную стену из голов.
Робб Старк затих. Слова деда определенно заставили молодого Старка задуматься над тем, чтобы несколько переосмыслить свои убеждения.
— Милорд, — вновь напомнил о себе офицер. — Так что делать с пленными?
Ров Кейлин
Битва закончилась, золотые львы отступили. В замке тут и там было видно привалившихся спиной к стенам измождённых новобранцев, переживших свою первую битву. Их живые и юные глаза заметно поблекли, наполнившись звенящей пустотой. Каждый из них потерял в этом бою товарища, друга, брата. Вряд ли уплатившие долг отчизне дети Севера предполагали, что он окажется именно таким.
Ветераны и рабочие обоза приходили в себя быстрее зелёного молодняка. Они уже начали складывать мертвые тела в кучи. Битва закончилась, пришло время для тесно граничащего с меркантильностью прагматизма: отделить мёртвых благородных от черни, снять снаряжение, которое ещё можно использовать, собрать трофеи и, что более важно, стрелы, выдать семьям тела погибших и выплатить финансовые компенсации родне солдат реестра, приготовить огромные погребальные костры для похорон.
Эдрик Дейн шёл к северным воротам, попутно оглядывая замок и отдавая распоряжения обступившим его офицерам.
— Отправьте к Цареубийце посланника, — велел Дейн. — Скажите, что он может отправить Молчаливых сестёр и обслугу обоза собрать с тракта трупы своих людей. Мы не будем по ним стрелять.
— Но, милорд…
— Лучше потерять часть трофеев, чем сгинуть от мора, — перебил его Меч Зари. — Выполняйте!
Молодой рыцарь оглянулся. Казалось, этот замок принадлежал озёрным кланам. Болотники заполнили собой все площадки для стрелков, башни, ворота и стены. «И чем мы их кормить будем?», с улыбкой причитали кухарки. Процессия прошла во внутренний двор.
Башня с госпиталем, над которой теперь реяло знамя с львоящером, не уступала остальному замку в плане оживлённости, но там витали гораздо более мрачные настроения. Дочери Мары, вместе с молчаливыми сёстрами и маркитантками, занимались перевязкой и обработкой ран, алхимики подносили лекарства, а мейстер Гормон занимался сортировкой раненых. Госпиталь заполнялся, бесконечные вереницы носилок не прекращали доставлять в башню стонущих от боли раненых.
Около лестницы в башню Эдрик увидел раненого синего плаща, над которым склонилась Дочь Мары. Молодой солдат лет двадцати тяжело дышал и кашлял кровью, а едва сдерживающая слёзы девушка тщетно пыталась ему помочь. На окровавленной кольчуге отчетливо виднелось с полдюжины колотых ран, припарки уже не спасут, перевязки тоже.
— Мы справились? Мы справились? — в бреду повторял умирающий.
— Справились, — отвечала ему девушка, давясь слезами. — Справились, родной.
— Где его так? — тихо спросил Эдрик.
— Ворота, псы, нужно удержать ворота, — прохрипел ему в ответ солдат. В уголках его губ пузырилась алая кровь.
