Читаем Давайте все сойдём с ума онлайн бесплатно
Название : Давайте все сойдём с ума...(Солнечная дилогия, часть первая)
Автор: MarInk
Персонажи : Драко Малфой, Гарри Поттер
Рейтинг : NC-17
Категория фика: слэш
Жанр : Ангст/ Роман/ Юмор
Размер : макси
Статус : Закончен
Дисклаймер: Все права на героев принадлежат Дж. Роулинг.
Аннотация: Фантазия на тему седьмого курса. С этого я начинала прошлым летом, самый первый мой фик. Если сиквел к нему...
Разрешение : получено (Гермиона Малфой)
Глава 1.
Ясной летней ночью с тридцатого на тридцать первое июля Драко Малфой окончательно убедился в том, что он бесповоротно спятил.
Было уже около трёх или четырёх часов ночи, и скоро должен был наступить рассвет; Драко наблюдал, напрягая зрение, за улетающей совой со свёртком в лапах, пока птица совсем не скрылась в темноте. Он постоял в совятне ещё немного, опершись руками о подоконник. Безлунная ночь отлично соответствовала расцветкой тому юмору, что пронизывал мысли блондина.
Ну кто, кроме психа, станет отправлять подарок на день рождения злейшему врагу? Причём без подвоха подарок, любовно (???) и тщательно выбранный - сколько магазинов Драко обегал и сколько денег в результате выложил… И уж совсем ни в какие ворота не лезет то, что юный Малфой вскочил посреди ночи ради отправки подарка - чтобы именно его презент пришёл Гарри Поттеру первым.
Драко представил себе зачем-то, как вытянулась бы физиономия Люциуса Малфоя, если б кто-нибудь посвятил его в подробности жизни сына, и рассмеялся. Смех, правда, вышел невесёлый, но уже какой есть.
Блондин оттолкнулся от подоконника обеими ладонями и упругим шагом направился прочь из совятни. Надо же хоть сколько-нибудь поспать этой ночью - ночью, когда Гарри Поттеру исполняется семнадцать лет.
Для Драко оставалось загадкой, когда, как и почему гриффиндорец перестал вызывать в нём, слизеринце, злость, раздражение и желание уязвить, ударить побольней, вывести из себя, а стал вызывать одну только щемящую нежность и восхищение. Перепалки потеряли остроту - глядя в брызжущие гневом огромные зеленющие глаза, Малфой просто забывал, о чём шла речь в его же собственной предыдущей реплике.
Осознав тот факт, что несносный Мальчик-который-выжил-и-вконец-охамел - невероятно красив, мил и сексуален, Драко в первую очередь дико возмутился и, чтобы опровергнуть для себя ту подлую мыслишку, что на Поттере свет клином сошёлся, пустился в недельный загул. Потом, держась за голову, решил, что надо меньше пить - всё равно не помогает. Потом долго и старательно искал следы наложенного на него темного заклятья или особо подлого приворотного зелья. Не нашёл, после чего вынужден был признать - либо он идиот и не может распознать заклятие/зелье, либо он действительно влюблён в чёртова Поттера по уши. Влюблён в его невозможные глаза, в его гладкую смуглую кожу, пахнущую мёдом (как-то раз они подрались, и Драко, вдохнувшему запах Поттера, пришлось сильно себя сдерживать, чтобы не накинуться на гриффиндорца с поцелуями вместо кулаков), в его чуть смущённую обаятельную улыбку, в плавные линии хрупкого, миниатюрного, но очень сильного тела (говорят, Поттер в детстве недоедал и не занимался спортом, посему он был ниже Драко на полголовы и смотрелся даже тоньше, чем от природы походивший на готовую ударить плеть слизеринец, а Гарри порой казался похожим на тростинку…), в вечно растрёпанные шелковистые угольно-чёрные волосы…
Драко долго и безуспешно ворочался в постели, пока не понял, что это бесполезно. Встал, завернулся в школьную мантию поверх пижамных штанов и сел на подоконник открытого окна - курить и смотреть на звёзды. Ни одна дурацкая звезда не способна конкурировать с сиянием его глаз, и неважно, по какому поводу загораются эти изумрудные огни - от гнева ли, от радости…
Скорей бы кончались эти каникулы. Тогда он сможет снова увидеть Гарри… Поттера, чёрт побери, Поттера, они же никогда не звали друг друга по имени!! «А вдруг с ним за лето что-нибудь случится? - обожгла Драко неожиданная мысль, заставившая его выронить сигарету из пальцев, прямо на клумбу с любимыми фиалками матери. - Тёмный Лорд охотится за ним! Пусть он и не раз уходил живым - не обязательно, что этому безбашенному нарушителю всех и всяческих правил всегда будет достаточно везти!».
Рассвет безмятежно розовел где-то на горизонте, и Драко, тяжело вздохнув, соскочил с подоконника. Кажется, в библиотеке было что-то такое, древнее, о следящих Чарах - например, о такой их разновидности, как Диагностика на расстоянии, дающая возможность проверить состояние здоровья любого, не выстроившего вокруг себя конкретный контрщит для этого заклятия (Драко не сомневался, что Поттера окружает такое количество щитов, что такой цифры не придумали ещё, за ненадобностью. Но конкретно этого щита вполне может не быть, больно древняя и специфичная штука).
В очередной раз уверившись, что он, как ни печально это признавать, съехал с катушек, Драко Люциус Малфой связал свои отросшие до лопаток платиновые волосы кожаным шнурком и натянул брюки с рубашкой. Самовнушение на тему «на-хрена-тебе-здоровье-Поттера-пусть-себе-хоть-дохнет-или-ещё-что-нибудь-тебе-нет-до-этого-никакого-дела-иди-и-спи-или-почитай-учебники-или-ответь-на-письмо-Пэнси-третью-неделю-не-отвечаешь-а-она-хоть-и-дура-но-твоя-невеста-вы-обручены-с-колыбели-мать-твою-растак-Драко…» не действовало.
Может, в психиатрическое отделение Св. Мунго наведаться на предмет обследования? Ага… «Доктор, у меня очень распространённая в наши дни болезнь - поттеромания, только в невероятно острой форме: я этого придурка готов зацеловать до умопомрачения и затрахать до изнеможения, а ещё - на руках носить, если ему захочется…». Ха-ха. Пронаблюдать реакцию колдомедика было бы действительно забавно, если бы не существовало реальной опасности загреметь в психушку, произнеся такое.
* * *
Гарри Поттер проснулся оттого, что что-то увесистое и вместе с тем мягкое шлёпнулось ему на грудь, не прикрытую опять сброшенным во сне одеялом, заставив Мальчика-который-похоже-не-выспался-в-собственный-день-рождения вздрогнуть и открыть глаза.
- Зараза! - сказал Гарри вслух. Чья-то наглая сова - точнее, чёрный филин - сидела на спинке его кровати и явно примерялась клюнуть гриффиндорца в лоб за нерасторопность
- Зааважу, - пообещал Поттер сквозь зевок и бросил филину пригоршню найденного в тумбочке совиного печенья. - Ешь пока. Ну-ка, и что ты мне принёс?
Гарри ещё не успел толком привыкнуть к тому, что несколько его последних дней рождения сопровождались подарками и празднованиями; максимумом, на который расщедривались Дурсли, были катушка из-под ниток или ржавый гвоздик вкупе с очень перезрелым яблоком. Поэтому к подаркам - настоящим подаркам - он относился с трепетом. Даже к таким странным - завёрнутым в зелёную бархатную бумагу и перевязанным серебристой ленточкой. Кто бы мог прислать ему подарок с цветами Слизерина? Первыми на ум пришли ярые недоброжелатели, могшие прислать какую-нибудь гадость: не добитый ещё Вольдеморт, Малфои - отец и сын… да кто угодно из околотемнолордной компании. Но они там, может, и сволочи, но не идиоты, чтобы слать гадость в вызывающей подозрение упаковке. Тогда кто? И вообще, может, они и рассчитывали, что Гарри подумает, что не может подвох быть обёрнут так откровенно? Но если они такие умные, то должны знать, что Дамблдор лично окружил Нору, где Гарри гостил после нескольких обязательных недель у Дурслей, такими защитными заклинаниями, что они не пропустили бы ничего тёмного, опасного или подозрительного - типа портключей, например (мало ли куда те могут привести). В Дамблдоре Гарри не сомневался, так что в свёртке решительно не могло быть ничего опасного. Но цвета Слизерина…
Окончательно запутавшись в собственных логических цепочках, Гарри плюнул на это дело и решительно развязал ленточку. Под бумагой обнаружилась коробочка, похожая на те, где хранят украшения, а поверх неё записка, кусок пергамента, исписанный чьим-то совершенно незнакомым каллиграфическим почерком. «В коробке - Многосущная вещь. Сейчас она в стандартной форме кната, но, так как принадлежит она тебе, на оборотной стороне твой профиль, а не Мерлина. Чтобы превратить её в любую вещь, которая тебе нужна (не советую, правда, превращать в конфету и съедать - это было бы глупой тратой такого редкого предмета, как Многосущная вещь), ты должен всего лишь сжать монету в кулаке и подумать о том, чего ты хочешь. С Днём рождения!
Д. М.»
Гарри открыл коробочку и убедился, что описанный кнат там наличествует - хотя даже в очках Гарри не смог понять, чей там изображён профиль, он вообще никогда не вникал в этот вопрос. Именинник сжал монету в кулаке и подумал о пере - первом, что пришло в голову. Ладонь слегка закололо и обдало прохладой. Обычное перо, такое же, каким было его собственное, пока не сломалось, попав в сундуке между двумя кроссовками, - о таком он и подумал. Воодушевлённый Поттер игрался с Многосущной вещью ещё битых полчаса, превращая её то в суперскоростную метлу, то в изящный кинжал, то в клык василиска, то в волшебную палочку, то в расчёску, то в колдографию родителей - как в когда-то подаренном Хагридом альбоме, то в меч Гриффиндора. Метла летала, кинжал резал, с клыка капал яд, палочка помогала колдовать, расчёска сама укладывала вечно непокорные вихры Гарри более-менее аккуратно (на «элегантно», по-видимому, даже настолько волшебная вещь не была способна), родители улыбались и махали руками с колдографии, меч был таким же, каким его запомнил Гарри со второго курса. Даже мантия-невидимка в исполнении Многосущной вещи работала безукоризненно. Обалде-еть… Гарри был в восторге и тихой эйфории.
Д. М. Кто же это? Так, сходу, Гарри припомнил только одного «Д. М.» в своей жизни: Драко Малфоя. Но с какой бы это стати надменный хорёк подарил ненавистному Поттеру такую замечательную, редкостную и явно очень дорогую вещь? Смешно, на самом деле. Кто это такой? Но то ли у Гарри было плохо с памятью, то ли «Д. М.» обозначало вовсе не инициалы дарителя, а, скажем, сокращение какого-нибудь прозвища или названия организации. Добрый Мальчик. Даритель Многосущных вещей. Деликатные Многоножки. Дамблдор Мудрый. Ни до чего конструктивного Гарри так и не додумался.
Размышления его были прерваны проснувшимся Роном - Гарри жил в одной комнате с лучшим другом.
- Гарри? Ты не спишь? С днём рождения! - рыжик просиял и сунул лучшему другу подарок от себя, между прочим, завёрнутый в красно-золотую бумагу. Это оказался набор по уходу за метлой, как раз такой, какой Гарри давно хотел.
- Спасибо, Рон. Классный подарок.
- О, а это что? Кто-то тебе уже что-то прислал? Что это?
Гарри отдал Рону записку от Д. М. и, пока друг читал, придал Многосущной вещи стандартный вид.
- Д. М.? Кто это?
- Если б я знал! - пожал плечами Гарри. - Блин, неужели нельзя было полным именем подписаться?!
- Наверное, нельзя… может, этот - или эта - Д. М. в тебя влюблён, а? - Рон захихикал.
- Да ну тебя!! - Гарри отчаянно покраснел и пихнул друга в плечо: в свои семнадцать он оставался, похоже, последним девственником Хогвартса (ну что такое пара поцелуев с Чжоу и Джинни?) и сохранил с детства эту глупую привычку алеть по малейшему поводу.
- Ладно-ладно, не злись. Это вот этот филин тебе подарок принёс? - всё ещё посмеиваясь, Рон уставился на птицу. Птица смерила его в ответ оценивающим взором и, сочтя недостойным своего внимания, презрительно отвернулась, продолжая хрустеть печеньем. Кажется, наглое пернатое за эти полчаса схрумкало уже почти всю пачку. - Знаешь, Гарри…
- А?
- По-моему, это филин Малфоя - только у него во всей школе чёрный.
- Мало ли кто мог обзавестись чёрным филином! - возмутился Гарри; Малфой, дарящий ему подарки на день рождения, решительно не вписывался в объективную реальность. Такая версия была попросту неуместна, как Вольдеморт, самочинно ушедший на пенсию и занявшийся разведением селекционной капусты. - Зачем бы хорьку дарить мне что-нибудь подобное?
- Не знаю, - честно признал Рон. - А ты точно уверен, что эта штука безопасна? Вдруг она ночью сама превратится в верёвку с мылом и удушит тебя! Если это правда Малфой, от него и не такого ожидать можно.
- Я не уверен, но… мне почему-то кажется, что это вполне безопасно. Хотя надо спросить Гермиону.
Последняя оказалась легка на помине и вбежала в комнату, сияя улыбкой и абсолютно несонным взглядом.
- Привет, Гарри! - она легонько поцеловала друга в щёку. - С Днём рожденья!
- Спасибо, Герми, - Гарри развернул очередную книгу - на этот раз это оказалась «История основателей Хогвартса».
- В этой книге приведены их личные дневники, и все остальные источники информации очень надёжные! - сияя, сообщила Гермиона. - Это издание ещё не в продаже, но я - один из соавторов, и мне полагался собственный экземпляр.
- ЗдОрово, - искренне сказал Гарри, знавший, что Гермиона примерно курса с четвёртого активно участвует в научной жизни магического сообщества и пользуется немалым уважением в таком количестве сфер деятельности, что все их гриффиндорец никогда не мог запомнить, это было как нескончаемые войны гоблинов. - Послушай, Герми, мне тут прислали с утра подарок…
- Какой подарок?
Гари вытянул по направлению к Гермионе ладонь с Многосущной вещью.
- Тебе подарили… кнат?
- Не совсем… то есть, это и кнат тоже… в общем, в записке при подарке сказано, что это Многосущная вещь.
Гермиона ахнула.
- Гарри, ты не шутишь?! Ты проверял?
- Да. Вот, смотри, - Гарри сжал монету и задумался об «Истории основателей Хогвартса». Через секунду тяжёлый том заставил ладонь Гарри рухнуть на кровать - удерживать эту книгу на весу было не так-то просто.
- Гарри, кто тебе это подарил? Многосущная вещь - это один из легендарных артефактов, созданных Основателями! Говорят, Салазар Слизерин и Годрик Гриффиндор вместе работали над ней, пока не поругались, а потом доводила до ума Ровена Равенкло - ну, когда Слизерин и Гриффиндор поссорились. Многосущная вещь может стать всем! Кроме живого, правда. Ты можешь превратить её в яйцо, но не можешь в живого цыплёнка. Это такая вещь… она считалась утерянной, - глаза Гермионы горели фанатичным блеском учёного. - Кто тебе её прислал?
- Какой-то Д. М., - мрачно ответствовал Гарри. - Чтоб я ещё знал, что значат эти буквы!
Гермиона прочла записку, придирчиво осмотрела уже разбухшего от печенья филина, благоговейно поглядела на Вещь и непреклонно заявила:
- Это Малфой.
- Гермиона, а может, это всё-таки не он? - с тоской во взоре спросил Гарри. - Ну зачем ему дарить мне такое?!
