Читаем Давай, расплачивайся онлайн бесплатно

— Ты вернулась? — Каприс стояла, вцепившись в дверную ручку так, что побелели костяшки пальцев.

— А разве у меня был выбор? Каникулы вообще-то закончились, — собираясь поставить дорожную сумку около ног, я в итоге передумала. Только прошел дождь и брусчатая дорожка рядом с домом была грязной. — Я опоздала в общежитие, пустишь переночевать?

— Конечно, нет, — ее голос прозвучал слишком резко. Разжав пальцы, Каприс сделала шаг вперед, быстро оглядываясь по сторонам. При этом ее движения были нервными и дерганными.

— Ты ведешь себя странно. Что-то случилось? — я тоже повернулась, осмотревшись, но кроме привычной, полностью безлюдной улицы ничего не заметила. Вот только, поведение подруги все равно настораживало. Едкими нитями проходило по сознанию.

— Ты случилась! И, нет, черт раздери, я не пущу тебя к себе. Вообще советую немедленно уехать куда-нибудь подальше, — она стиснула зубы и быстро вернулась обратно к двери. — Спрячься, пока он не узнал о том, что ты опять в городе.

Этих слов было достаточно, чтобы у меня по коже вспышками прошел ток. Пробираясь в тело. Сжигая сознание. Достаточно сильно, чтобы я ощутила, как пальцы сами по себе до жжения сжали ручку сумки и сердце пропустило несколько ударов.

— Он еще не успокоился? — спросила, пытаясь хоть немного разжать ладонь, но тело будто остолбенело и перестало слушаться.

— Конечно, нет, — Каприс нервно запустила пальцы в волосы, потянув за прядь. — Ты не представляешь, что здесь творилось, когда ты уехала. Я таким его никогда не видела. В поисках тебя он к черту кошмарил весь университет. Да и вообще чуть ли не всю Флоренцию перевернул вверх дном.

Нервно переступив с ноги на ногу, я подняла голову и посмотрела на мрачное, облачное небо. Лишь после этого произнесла:

— Наверное, перед отъездом мне следовало ему в глаза сказать о том, что мы расстаемся.

— О, ну я бы посмотрела, как ты в таком случае уехала бы, — сказала подруга на нервном выдохе. — Ты разве не понимала, с кем начинала встречаться?

— Это упрек? — я бросила на нее взгляд. — Представляешь, не понимала. На нем не было написано, на что он способен.

— Да ладно? — саркастично спросила Каприс. — То есть, того, что он на голову отбитый ублюдок, которого в универе даже преподы боятся для тебя было мало?

Я опустила сумку на грязную землю и даже пнула ее. После этого опять посмотрела на Каприс.

— Поверь, только начав встречаться с ним, я многое узнала. То, о чем ты даже не представляешь, — возможно, мои слова звучали, как полный бред. Его ведь все чудовищем считали. Как он может быть еще хуже? А вот может.

То, что я слышала про Него, меня не пугало. Сознание в клочья разорвало кое-что другое. Но я все равно не думала, что он будет искать меня после того, как я уехала и сейчас, слыша об этом, я улавливала то, как нервная дрожь скользнула по телу.

Размыкая губы, Каприс будто бы хотела что-то сказать, но, в итоге, не произносила ни слова. Шумно выдохнула и, отпуская дверь, она подошла к перилам и оперлась о них поясницей.

— Армандо в реанимации, — закрывая глаза, она потерла веки кончиками пальцев.

— Что? Что с ним случилось? — лишь одна фраза подруги, а у меня дыхание оборвалось и по спине скользнул царапающий холодок.

— Это из-за Него, — убирая ладонь от лица, Каприс опустила голову. — Он узнал о чем ты переписывалась с Армандо… Ну и, поздравляю, тебе конец. А я не хочу быть в это вмешанной. Все-таки, для меня моя жизнь важнее, поэтому, будь добра, уйти от моего дома и больше никогда ко мне не подходи.

— Значит, вот так наша с тобой дружба и заканчивается? — иронично спросила. Было неприятно. Даже сильнее, чем можно представить. То есть, когда я ее спасла, она с радостью приняла мою помощь. Клялась о том, что теперь навеки является моей подругой, а теперь брала и разворачивалась ко мне спиной. Но, стиснув зубы и качнув головой, я подумала про Армандо. Пыталась дословно вспомнить наши переписки.

— Я уже все сказала. Немедленно уходи от… — Каприс не договорила. В полной тишине раздался шорох шин и на улицу лег свет фар.

Это явно была не простая машина. Громоздкий внедорожник. Местные жители на таких не ездили.

— Ты… Ты сказала про общежитие, — голос Каприс стал тревожным. Ломающимся. — Ты заезжала туда? Да? Господи… Там же караулили его шестерки…

Она быстро забежала в дом и захлопнула дверь, тут же закрывая ее на ключ.

Из внедорожника вышло несколько парней из старших курсов. Те, кто был в Его компании и уже в следующий момент они меня схватили.

— Я честно не собиралась пускать ее к себе! Я бы позвонила бы и сказала, что она уже в городе! — за дверью слышался приглушенный голос Каприс, но парни, не обращая на нее внимания, зашвырнули меня в машину. Вещи забрали и, кажется, отправили в багажник.

Я кричала, вырывалась, пыталась укусить и даже открыть дверцу, несмотря на то, что машина уже сорвалась с места и куда-то поехала. Да лучше к чертям разбиться, чем опять увидеть Его, а в том, что меня везли именно к нему, я почему-то не сомневалась. Или меня сейчас просто утопят в ближайшем озере? Казалось бы дико звучит, но то, что касалось Его, в рамки мира не укладывалось.

Сколько времени прошло, я не имела ни малейшего понятия, но меня отвезли в город. Машина остановилась около какого-то клуба и меня через задний двор втащили в него. За шкирку выволокли на второй этаж, а затем закинули в одну из комнат. Так, что я, даже не сумев устоять на ногах, рухнула на пол, немного обдирая правую ладонь.

Судорожный выдох. Я резко села и увидела Его.

Он сидел в кресле. Огромный. Мощный. Внешне похожий на безжалостное божество и смотрящий на меня так, что в его голубых глазах я увидела жажду беспощадных пыток для меня.

— И как? Понравилось убегать от меня? — его тяжелый, хриплый голос сжег нервные окончания. — Теперь будешь платить за это.

— Такому грязному ничтожеству, как ты, не место в моем доме, — тяжелый, жесткий голос Лонго безжалостно проходит по нервным окончаниям.

— Я уйду как только вы отдадите то, что по праву принадлежит мне, — я поправила очки, без которых почти ничего не видела и пальцем указала на массивный стол, на котором были разложены принесенные мной документы. Те, которые я нашла на чердаке три дня назад. — Как оказалось, когда двадцать лет назад мой отец оказал вам помощь, вы обязались отплатить за нее, но так и не сделали этого.

Мужчина медленно перевел взгляд на документы и в нем я ощутила желание свернуть мне шею. Достаточно жутко, чтобы я уловила соприкосновение со смертью.

— Я должен был твоему отцу. Не тебе, — на его губах появился еле заметный, но жуткий оскал.

— Нет. В документах указано, что вы должны нашей семье, а я единственная, кто из нее остался, — пододвинув стул, я прихрамывая села на него. У Лонго дернулся глаз. Возможно, он позже скажет сжечь эту мебель. — Я уже проверила эти документы у юристов и, поверьте, если вы откажетесь отдавать долг или сделаете так, чтобы я просто исчезла, остальные главы кланов узнают об этом. А ведь это сильно ударит по вашей чести. Гаспар Лонго не держит свое слово! Даже несмотря на то, что вы глава Ндрангеты, сколько людей после такого захочет иметь с вами дело?

— Какая-то никчемная мелкая идиотка смеет угрожать мне? — взяв один лист со стола, он смял его.

По сути, я против него и правда была никем. Хуже пыли. Вот только, мне уже нечего терять.

— Я просто говорю по факту, — произнесла, пытаясь отряхнуть рукава выцветшего свитера. У меня не было шанса встретиться с Лонго. Пришлось пробираться в его дом и, пока я убегала от охраны, пару раз упала в саду. Но ничего, вот я тут. Значит, оно того стоило. — Решение за вами.

Мужчина еще раз взглядом окинул документы. Затем, подкурил сигару и сел в кресло.

— Хорошо. Я отдам долг, — он притянул к себе лист, на котором была оговорена сумма. — Но поскольку срок не оговорен, а сумма слишком большая, я буду это делать частями, — он выдохнул дым. — За пятьдесят лет может отдам.

— Вы шутите? Вы глава одного из самых крупных кланов. В ваших возможностях отдать это одной выплатой.

— Да, но я этого делать не буду.

У меня горло сжало от гнева и отчаяния. А ведь когда-то этот ублюдок был лучшим другом моего отца.

В голове щелкнуло и я, смотря на документы, решила пойти на крайние меры. Зацепиться за жуткий нюанс в договоре. Все, что угодно, лишь бы показать Лонго, что я серьезна и терять мне нечего.

— Хорошо. Знаете, не нужны мне деньги такими платежами. Отдавайте мне своего наследника, — перевернув несколько листов, я пододвинула к нему нужный. — Я не вхожа в ваш криминальный мир. Я вообще самая обычная студентка, но мой отец был грамотным человеком и договор был составлен правильно. Видите?

Я указала на определенную строчку.

— Тут написано, что, если вы будете не в состоянии отдать долг, будете обязаны расплатиться самым дорогим, что у вас есть. А именно — вашим наследником.

Жесткие черты мужчины перекосило. Сжав сигару пальцами, он ее сломал.

— Ты решила поиграть со мной?

— А разве не вы это начали первыми? Мне деньги нужны сейчас, а не через пятьдесят лет. Не хотите расплачиваться нормально? Так отдавайте мне своего старшего сына. Думаю, я найду ему применение.

Насколько мне было известно, у Лонго два сына. Я об этом знала, так как мы учились в одном университете. И я не особо интересовалась слухами. То есть, они толком и не доходили до меня, так как даже среди своей группы я что-то сродни изгоя. Но даже несмотря на это, про старшего сына я наслышана.

Матео Лонго — еще то адище. Сам дьявол сошедший на землю. Тот, кого боялись все преподаватели и явно не просто так. Хотя, что парадоксально, девчонки по нему сохли. Все. Без исключения. Наверное, роль играла его внешность. Это как раз тот случай, когда чудовище выглядело, как божество.

Но это меня не волновало. Главное, что я слышала — несмотря на свой жуткий характер, он достаточно умен и явно обожаем своим отцом.

Черты лица Лонго еще сильнее исказило, чем-то жутким, но некоторое время он молчал. Лишь спустя несколько бесконечно долгих секунд, потушив поломанную сигару, произнес:

— Хорошо. Сделаем, как ты хочешь.

— Отлично, — я с облегчением выдохнула. Теперь все наладится.

— Где ты сейчас живешь?

— В фамильном доме. Вы, наверное, знаете про него. Это тот, который еще моему отцу принадлежал, — я не стала уточнять, что с тех пор дом сильно обветшал. В какой-то степени даже был аварийным. Денег на его содержание у меня не было, хоть я и пыталась хоть что-то делать. — А вы хотите всю сумму мне домой привезти?

— С чего ты решила, что я отдам тебе деньги?

— Но вы ведь только что сказали, что сделаете так, как я хочу, — я свела брови на переносице.

— Ты хотела забрать моего наследника. Хорошо. Я отдам его тебе.

Меня словно валуном ударило. Я даже не сразу поняла, что услышала.

— В каком это смысле отдаете? Мне… Мне не нужен ваш сын.

Мужчина ничего не ответил. Встав с кресла, подошел к двери и, открыв ее, обратился к мужчине, стоящему в коридоре. Это явно был не обычный охранник.

— Сделай объявление для всего клана. Сообщи, что пришла Мирела Верди. Дочь покойного Карлоса Верди и в оплату старого долга потребовала моего старшего сына. Плата непомерна, но, поскольку я человек чести, со скорбью отдам долг. С этого момента Матео теряет свободу и переходит ей в собственность.

— Эй, не нужно никого отдавать мне в собственность, — я поднялась на ноги, видя, что Лонго уже закрыл дверь. — Мне деньги нужны. Давайте, не одним платежом, а, может, тремя? На полгода растянем. Можем… Можем и на год.

— Мы уже решили этот вопрос. Я с тобой расплатился. А теперь проваливай, никчемное существо.

Меня передернуло от этого и я шумно выдохнула.

— Раз ваш сын будет принадлежать мне, я же буду делать с ним все, что захочу. А вдруг я его на органы отдам?

— Мне все равно, — он произнес это настолько просто, что мне даже жутко стало. Как так можно относиться к собственному сыну? — Теперь Матео твоя собственность. Сочувствую, — уже эти слова он произнес оскалившись.

— Нет, ну ты представляешь? — упав на кровать, я перевернулась на спину и изо всех сил сжала подушку, затем вовсе швырнула ее в стену, чуть не задев стопку книг на столе. — Пятьдесят лет. Да он же столько даже не проживет! Да и, черт раздери, зачем мне такие выплаты? Деньги же нужны сейчас.

Перевернувшись на живот, я посмотрела на своего собеседника — огромного плюшевого динозавра. Он лежал около изголовья кровати и, бережно поправив нитки на его когтистой лапе, я опять обратилась к нему:

— И, да, я понимаю, что ты сейчас скажешь. Руки опускать нельзя. Так или иначе, но мы со всем справимся, — я уткнулась лицом в покрывало и, подняв руку, подтянула к себе динозавра. Обняла его и совсем тихо прошептала: — Но… я правда больше не знаю, что делать.

В груди жгло. Достаточно сильно, чтобы я уже ощущала желание заплакать и сильнее обняв динозавра, я прошептала:

— Спасибо за то, что хотя бы ты со мной.

На самом деле, наверное, я выглядела дико. Взрослая восемнадцатилетняя девушка, которая разговаривает с игрушкой, но мне, как и любому другому человеку хотелось хоть какого-то общения.

Сколько мне было лет, когда я нашла этого динозавра? Наверное, пятнадцать. Я, побитая, еле волоча ноги, шла со школы, а он выглядывал из мусорного бака. Улыбался мне. До сих пор помню, как вытянула его и, скрывая, укутала в куртку, после чего быстро побежала домой.

А после этого отмывала его щеткой в ванной и ревела. Что бы папа сказал, если бы узнал, что я уже по мусорным бакам начала лазить? При жизни он всю Флоренцию держал в страхе. А я что? Позорище. Не могла волочить даже приблизительно достойное существование.

Но у меня всегда было паршиво с деньгами. Тогда особенно. Сейчас еще хуже. Но этот динозавр до сих пор со мной. Я назвала его Лоренцо и разговаривала с ним. Когда становилось совсем паршиво, обнимала его. После этого было значительно легче. Пусть это и просто игрушка, но я все равно не одна.

— Как думаешь, Лонго действительно отдаст мне в рабство этого жуткого Матео? — отпуская динозавра, я села на кровати. — И что мне с этим делать? Как быстро он мне шею свернет?

Про криминальный мир я вообще ничего не знала и ни в коем случае не хотела с этим соприкасаться. Я бы и к Гаспару Лонго не пошла за долгом если бы не крайне вынужденные обстоятельства.

Вот только, даже это мне в итоге вылезло боком.

Тем более, мне как обычному человеку было жутко и совершенно непонятно, как это можно в современной Италии кого-то в рабство передавать? Что это вообще должно значить? И, главное, что мне с этим, черт раздери, делать?