Читаем Давай останемся врагами онлайн бесплатно

Глава 1

Вспышка на пару коротких секунд освещает дорогу.

Водитель проезжающего мимо авто совершает резкий манёвр — берёт левее и раздражённо сигналит, но я никак не реагирую на его недовольство. Продолжаю двигаться по обочине и сосредоточенно крутить педали, развивая запредельную для моего старенького велика скорость.

Тем временем стремительно потемневшее небо наливается свинцом и хмурится всё сильнее. Серо-лиловые тучи громоздятся, расступаются, вновь смыкаются, а между ними то и дело вспыхивают острые зигзаги молний.

Спустя мгновение доносится раскат грома — глубокий, вибрирующий. Шелестят, опасно раскачиваясь, деревья. Разыгравшийся ветер бросает пряди распущенных волос мне в лицо.

Откидываю их назад. Делаю глубокий вдох и в лёгкие тут же проникает воздух, насыщенный острым запахом приближающегося дождя, — свежей нотой озона, смешанной с ароматом разогретой солнцем земли и травы.

Чувствуется, что каждая молекула заряжена ожиданием: вот‑вот первые тяжёлые капли ударят по асфальту и уверенно застучат по листьям.

В такие моменты я люблю сидеть дома у окна и обнимать ладонями чашечку горячего шоколада, но увы… Сейчас я не дома. А всё потому что мой брат Никита в очередной раз умудрился подкинуть проблем, попав, со слов его друга, в крупные неприятности.

Устало вздыхаю. И вот вроде ничего нового, ведь подобное происходит не в первые, однако почему-то именно сегодня как-то очень тревожно и тягостно на душе. То ли голос Кости так сильно напугал меня, то ли назначенное для встречи нехорошее место.

Собственно, про место. Кажется, целая вечность проходит до тех пор, пока добираюсь на своём допотопном велике до Штормового Мыса.

Сворачиваю сразу после указателя на узкую колею в густой тёмный лес, а уже пару минут спустя выезжаю из него к заброшенному деревянному пирсу, возле которого одиноко стоит недешёвая с виду машина чёрного цвета.

Резко притормозив, осматриваю пустынный пляж, Перекинув ногу, слезаю с велика и бросаю его на песок, быстрым шагом направляясь в сторону автомобиля.

Чем ближе подхожу, тем страшнее становится, ведь чего ожидать от происходящего абсолютно непонятно. Невозможно предугадать.

— Никит? Костя? — настороженно зову, остановившись в паре метров от машины. — Эй! Вы там? — нахмурившись, интересуюсь неуверенно. — Здесь кто-нибудь есть?

Реакции на мои вопросы никакой не следует и я решаюсь подойти к автомобилю ближе.

Внимательно рассматриваю иномарку.

Горят фары. Тонированная водительская дверь открыта нараспашку. В тёмном салоне авто играет музыка, однако внутри, похоже, никого нет. Громкий свист, привлекающий моё внимание, это подтверждает.

Развернувшись на звук, поднимаю голову и замираю в ужасе.

Чёрт. Вероятно, неприятности и впрямь серьёзные…

Передо мной печально известная вышка. Старая и давно уже неиспользуемая по назначению. Демонтаж этой конструкции, согласно заверениям властей, должен был случиться ещё прошлой осенью.

— Эй!

На самой верхней площадке визуализируются четыре мужские фигуры и одна из них абсолютно точно принадлежит моему брату.

— Никита! — пытаюсь перекричать поднявшийся ветер, но тщетно.

Ощущаю настойчивую вибрацию телефона. Достаю его, нырнув пальцами в задний карман джинсовых шорт.

На экране светится номер, с которого мне уже звонил друг Никиты. Его было легко запомнить. Тринадцать-тринадцать в конце.

— Костя? — принимая вызов, спрашиваю осторожно и до меня тут же доносится заставивший поморщиться стон. — Не трогайте ребят! — стиснув зубы, требую отчаянно. — Отпустите их! Я принесла то, что вы просили! Слышите? Принесла! Спускайтесь и заберите. Нам чужого не надо!

— У тебя минута, — несколько секунд спустя ледяным тоном отвечает мужской голос, — или будешь внизу тело своего Никиты встречать.

«Разговор» обрывается, и я без лишних раздумий тут же со всех ног несусь к вышке, отчего-то совершенно отчётливо осознавая, что этот человек не шутит. Буквально нутром чую: иначе не договориться. Скинет Никиту с вышки вниз, а тот или разобьётся, или утонет. Как потом жить с этим? Как матери в глаза смотреть?

Пролезаю боком за хлипкое ограждение, выставленное больше для вида, нежели для безопасности. Со своими функциями оно однозначно не справляется, то и дело пропуская молодёжь на территорию закрытой зоны.

Поднимаюсь наверх по ржавым скрипучим ступенькам. Шаткая металлическая лестница ходит ходуном, дребезжа вибрирует, и на очередном повороте у меня начинает кружиться голова. Не от высоты, от волнения. Переживаю за брата идиота, вновь по своей глупости нарвавшегося на неприятности.

— А вот и тёлка ваша. Вовремя подоспела, — хмыкает светловолосый парень, лениво пожёвывая жвачку.

Ступив на площадку, замираю. Потому что здесь происходит именно то, чего я так боялась. Никита, избитый и перепуганный до чёртиков, стоит на самом краю. Его друг Костя, забившись в угол, вытирает кровь с лица и умоляет их не трогать.

— Заткнись уже, нытик, — презрительно скривившись, бросает блондин.

— Отпусти его! — встревоженно наблюдаю за тем, как брат нависает над пропастью, удерживаемый за ворот футболки вторым незнакомцем.

Это ужасно. Одно неосторожное движение — и Никита полетит камнем вниз.

— Не делай этого, слышишь? — пытаюсь воззвать к здравому смыслу.

Высоко очень. Да к тому же, Никита жутко боится воды. По моей вине. Когда-то в детстве я имела неосторожность неудачно подшутить, резко вынырнув прямо перед ним и попытавшись утащить на дно.

— Он ведь может разбиться!

— Может и разбиться, — с улыбкой комментирует происходящее светловолосый бугай. — Пополнит список наших местных неудачников.

— Прекратите немедленно! Эй ты! Отпусти его! — требую, обращаясь к парню в чёрной худи.

— Отпустить? — раздаётся голос, который я уже слышала сегодня из динамика телефона.

Злая саркастичная усмешка.

Поворот головы и я перестаю дышать.

Знаете, секунду назад мне казалось, что ситуация кошмарная, но теперь... Теперь всё становится во сто крат хуже.

— Так я отпускаю? — выгибая бровь, хладнокровно интересуется брюнет.

А я даже ответить на его вопрос не могу.

Меня словно парализовало. Впала в ступор. Не в состоянии произнести ни звука.

Гулкий стук моего сердца ритмичной барабанной дробью ощущается где-то в горле. Мышцы сковало ледяное оцепенение: ни шагнуть, ни даже моргнуть не могу. Просто стою прибитая и таращусь на человека, за жизнью которого неотрывно следила через социальные сети на протяжении нескольких лет.

Спортивного телосложения. Высокий, широкоплечий, скуластый. Чёлка, закрывающая лоб, спадает на глаза.

Мальчишка значительно вырос и возмужал, но несмотря на это, я сразу же его узнала. Слишком хорошо запомнила черты лица.

Не может быть… Неужели вернулся в родной город спустя столько времени? И как же, чёрт возьми, так случилось, что Никиту угораздило украсть часы именно у Него?

Наверное, если бы не очередной раскат грома, я бы ещё долго приходила в себя от этой абсолютно неожиданной встречи.

— Внезапно оглохла?

Он, похоже, что-то сказал мне, но я, пребывая в состоянии полнейшего шока, ничего не услышала.

— Сюда уже едет полиция, — вздрогнув, наконец выдавливаю из себя. — Я позвонила.

— Враньё, — спокойно отражает парень.

И да, естественно, я никому не звонила, учитывая тот факт, что это мой брат совершил кражу.

— Нет, не враньё, — упрямо стою на своём.

— Значит поиграть со мной решила? — брюнет толкает Никиту вперёд, заставляя меня отчаянно прокричать:

— Стой, ненормальный! — максимально быстро достаю из кармана часы, в то время как этот неадекватный дёргает брата назад. — Вот они! — выдыхаю с облегчением. — С ними всё нормально. Целые и… Ты можешь забрать их! Только прекрати всё это! Сейчас же!

— Слышь, коза, а ты не охренела условия выдвигать? — наезжает на меня его друг.

— Ань, пожалуйста…

Смотрю на Костю. Он… Кажется, плачет?

— Оставьте нас в покое или я… — резко поднимаю руку так, будто собираюсь замахнуться, — просто вышвырну их в море! Ни за что потом не найдёте!

— Только попробуй, — не спуская с меня испепеляющего взгляда, предупреждающе цедит сквозь зубы владелец часов.

Отчего-то в моменте становится ясно: этот предмет принадлежит именно брюнету и он для него весьма дорог. Уж не знаю дело в стоимости побрякушки или в чём-то другом.

— Я отдаю часы. Вы отпускаете Никиту! Только так!

— Идёт, — усмехнувшись, соглашается тот, кого я ненавижу всей душой. — Есть одно НО...

— Какое? — напрягаюсь, когда его взгляд оценивающе скользит по моей фигуре. Задерживается на ногах. Поднимается к животу и груди.

Поджимаю губы.

Идиот! Знал бы ты, кто я такая…

— Они уходят, ты остаёшься, — продолжает свою мысль.

— Договорились, — киваю и подступаю ближе. — Убери от него руки.

— Сначала. Моя. Вещь, — травит взглядом.

Что ж. Делать нечего. Я не в том положении, чтобы указывать.

Протягиваю раскрытую ладонь и брюнет тут же забирает свои часы.

— Живи пока…

Толкает в мою сторону едва стоящего на ногах Никиту, выполняя условия бартера.

— Ты как? — обеспокоенно осматриваю пострадавшего брата.

Тот, шатаясь, мычит что-то неразборчивое в ответ.

Ох и досталось ему... Хотя, стоит признать, вполне себе заслуженно. Воровать в нашей семье не принято, хоть и живётся нам ой как непросто.

— Слышь, соплежуй, подъём! — блондин ногой тыкает в Костю. — Давай, помоги своему дружку. Проваливайте оба.

Дважды повторять не требуется. Костя, не поверивший собственному счастью, резво поднимается на ноги и, вцепившись в Никиту, тащит того прочь.

А пока они спускаются вниз, ко мне приходит полное осознание происходящего, ведь теперь я остаюсь наедине с этими отморозками.

— Дерьмовый у тебя парень, — заключает брюнет.

— Это брателло, как я понял, — поясняет ему светловолосый.

— Значит брат дерьмо, — застёгивает браслет на левом запястье.

— Что вам от меня нужно? Часы я отдала. Мы в расчёте.

— Уверена? — ухмыляется, вопросительно вскидывая бровь.

— Уверена, — отражаю ровным голосом и пытаюсь сохранить спокойствие даже тогда, когда он направляется в мою сторону.

Шаг.

Ещё один.

Останавливается совсем близко. Так близко, что в ноздри проникает аромат дорогого мужского парфюма.

Нависает надо мной грозовой тучей.

Руки в карманах джинсов. Наклон головы. Хитрый прищур.

— Я потратил до хрена своего времени. Нужна компенсация за доставленные неудобства.

— Какая ещё компенсация? — хмуро взираю на него исподлобья.

— Надо бы как-то извиниться, не считаешь, м?

Его друг растягивает губы в похабной сальной улыбке и мои щёки вспыхивают.

— Восемнадцать есть? — звучит провокационный вопрос.

— Чисто визуально Анечка возраста согласия по-любому достигла, — недвусмысленно меня разглядывая, выражает своё мнение блондин.

— Не совсем в моём вкусе, но на раз-другой сойдёт…

— Да пошли вы! — отступаю назад и нервно сжимаю ладонью ржавые перила, хотя выражение лица воинственно-презрительное.

— Ты не догоняешь, что встряла? — ловко прихватывает меня сзади за шею ледяными пальцами, буквально сталкивая нас лбами.

Кожа горит. Всего несколько сантиметров разделяют наши лица. Смотрим друг другу в глаза долго и пристально…

Когда-то мне хотелось, чтобы однажды это непременно произошло, но сейчас я понимаю, что к встрече с сыном врага не была готова абсолютно.

— Не трогай меня! — отшатнувшись, зло сбрасываю с себя его руку.

— Не начинал ещё, — отражает он, усмехнувшись.

— Только попробуй! Убью! — всерьёз предупреждаю, дёрнувшись назад.

— А она, по ходу, горячая штучка, бро, — противно ржёт второй придурок.

— Тем интереснее, — пожимает плечом брюнет.

Небо, разгневавшись, адски грохочет. В это же мгновение срываются первые тяжёлые капли дождя и с каждой последующей секундой он усиливается, перерастая в ливень.

Сын будущего мэра накидывает капюшон на голову.

— Короче, давай вниз, недотрога. Прокатимся.

Бросив эти слова, он разворачивается ко мне спиной и собирается спускаться по лестнице, а я так и стою, не шелохнувшись. Не двигаюсь с места.

«Прокатимся».

По телу дрожь.

Нетрудно догадаться, чем может обернуться для меня эта поездка. Мама столько раз предупреждала и просила быть осторожной.

Разворачиваюсь лицом к морю. Смотрю вниз на бушующие волны.

Высоко до ужаса, но сейчас прилив, а значит…

Какие ещё варианты? Их просто нет. Уж лучше так, чем допустить то, о чём они говорят.

Переступаю через перила. Собираюсь с духом.

Вдох-выдох.

Ветер подхватывает мокрые волосы.

По плечам бегут мурашки.

— Эй, ты чё там? — прилетает в спину обеспокоенный голос блондина. — Стопэ! Спятила, что ли, дура? Стаас… — испуганно зовёт друга, но я в этот момент уже делаю шаг вперёд.

Глава 2

Гул. Низкий, вибрирующий.

Ноги рассекают воздух.

Ветер хлещет лицо.

Высота будоражит и пугает до безумия! Подо мной неистовое мятежное море. Высокие пенистые гребни накатывают на берег и рушатся о камни с глухим рокотом.

Первые секунды — невесомость. Время будто перестаёт существовать, теряет смысл. Мир сужается до рваного ритма твоего дыхания.

Полёт — быстрый и стремительный.

Оцепенение. Голова кругом. Дух захватывает!

Затем — резкий, отрезвляющий удар о воду. Холод пронзает до костей, словно тысячи иголок разом впиваются в кожу. Вода тянет вниз, кружит, лишает ориентиров: где верх, где дно — не сразу понятно.

Бешеный стук сердца набатом отдаёт в висках, ушах, горле, кончиках пальцев.

Упрямо вырываясь из плена водной стихии, наконец выныриваю на поверхность. Вокруг — хаос: темнота, волны вздымаются и шумят. Соль слепит глаза. Каждый вдох — борьба: нужно успеть втянуть носом воздух, прежде чем очередная стена воды обрушится на тебя сверху.

Тело дрожит от накатившей порции адреналина, мышцы горят, их сводит от напряжения, но вместе с тем внутри по венам разливается дикое, первобытное, пьянящее чувство — ты здесь, ты жива! Необузданная дурная свобода захватывает каждую клеточку!

В этот же момент удаётся поймать ритм шторма. Ныряю между валами, поднимаюсь на гребни, ощущая, как могучая сила бездны то поднимает, то опрокидывает, словно игрушку.

Сливаешься с морем воедино. Ты — часть стихии. Ты — её голос, её дыхание. И сейчас она, будто сжалившись и пощадив, помогает, выталкивая к суше.

Выбираюсь на берег и оказавшись на безопасном расстоянии, просто падаю спиной на песок.

Тяжело и порывисто дыша, устремляю взгляд в чёрное небо и жду, когда отпустит первый шок.

Потом смеюсь, качая головой. Всё ещё не могу поверить в то, что сделала это.

Как решилась? В прошлый раз ведь струсила.

— Аня! — словно сквозь вакуум слышу Костю. — Живая? Цела? — помогает принять сидячее положение, трясёт меня и без конца задаёт какие-то вопросы. — Ты с ума сошла? Зачем сиганула оттуда? Мы подумали, что ты разбилась! Что тебя больше нет! Совсем нет!

Молча принимаю эту истерику. С закрытыми глазами слушаю не его, а неуёмный дождь. Ощущаю каждую капельку кожей и чувствую себя как никогда живой, хотя раньше желала обратного.

— Лоб расшибла. Почему ты молчишь? У тебя кровь на ноге. Что-то серьёзное?

— Анька…

Нехотя разлепив веки, поворачиваю голову и осуждающе смотрю на брата.

— Прости, — едва заметно произносит разбитыми губами.

Простить за что? За то, что, опустившись в моих глазах, совершил кражу? Или за то, что бросил меня там, наверху?

Не уточняю. Медленно поднимаюсь на ноги и бреду вдоль берега.