Читаем Дайте мне повеситься! онлайн бесплатно

— Отстаньте от меня, Боты!!! Я буду богатым!

И прежде чем кто-то успел что-либо предпринять, толстый лысоватый мужчина выбросился из окна с улыбкой человека, полностью уверенного в своём поступке. Все замерли. За окном раздался громкий звук упавшего с большой высоты тела. Повисла тяжёлая тишина…

С усталым лицом, не глядя, император жестом приказал страже удалиться, что те незамедлительно сделали. Мужчина подошёл к окну и посмотрел вниз, на распростёртое там тело.

За последние два года император стал выглядеть на все сорок лет вместо своих тридцати. В густых чёрных волосах виднелись седые прядки. Даже в его большой и могучей фигуре, которую боялся и уважал весь континент, сквозила тень усталости.

Рядом с ним в покоях остался всего один человек — невысокий щуплый мужчина в очках, казавшийся ещё меньше на фоне императора. И хотя они были ровесниками, сейчас это только подчеркивало, на сколько правитель Гипербореи состарился.

— Пэт[1], — голос Бориса, главного императорского советника, звучал до жути буднично. — Двенадцатый гость с севера умер.

— Вижу.

— Ведамир сказал: «Когда тринадцать гостей севера один за другим умрут ровно в полночь, тогда на империю Гиперборея падёт моё проклятье».

— Помню.

— Тридцать три года будет засуха, чума и голод.

— Бор, что ты хочешь? Чтобы я его воскресил? Уж прости, магией я не владею, — раздражённо и устало произнёс Пётр Первый, сдерживая желание плюнуть на тело этого пентюха и лободыря[2]. Но это было слишком низко для императора, объединившего континент.

— Что делать будем? Предлагаю заколотить северные ворота и больше не принимать гостей. Один гость всё же остался.

Император Гипербореи набрал воздуха в грудь, чтобы хорошенько рявкнуть на забывшегося советника, а также своего лучшего друга. Но сдержал сей дурной порыв. Император ограничился только абстрактным объяснением того, где он видел такие советы и куда Борису надо с ними пойти. Петру хотелось послать к Чернобогу, этот древний обычай, приписывающий встречать и принимать всех гостей, которые приходят в столицу через северные ворота. Так завещал первый король. И даже если северными воротами больше никто не пользуется, ибо дорога, ведущая к ним, давно разрушена. Кроме, конечно, последних двенадцати гостей, которые, скорее всего, Ведамиром и перенесены туда.

Пётр Завоеватель с превеликим удовольствием саморучно заколотил бы их, но оппозиция только и ждёт момента, чтобы ещё раз выступить против него и попытаться усадить на трон его брата Фёдора.

«Эти сдёргоумки и шаврики[3] один за другим убиваются. Обычай запрещает причинять им какой-либо вред. Что же я должен сделать? Пусть будет проклят тот день, когда я напал на королевство Норов», — вперемешку крутились мысли.

— Мне ни один из них не показался человеком, способным себя убить. Все они уверены, что не умрут. Ты же тоже слышал, он уверен, что станет богатым. Кхм. Точнее, был уверен, — словно читая мысли друга, подытожил Борис и заключил: — Предлагаю два варианта: убить до полуночи или попробовать усыпить.

Молодая хрупкая девушка сидела в небольшой комнате маленькой квартиры с советским ремонтом. Из всего нового в этой квартире был только ноутбук, и тот доживал последние дни.

Выскочила контекстная реклама, и, едва скользнув глазом, Таня закрыла ссылку. Уставилась на открывшееся окно личного кабинета одного известного банка:

Таня выдохнула и прикрыла глаза. Карта принадлежала покойному брату, и, как единственная наследница, вместе с наследством она получила этот долг. О котором узнала только сегодня.

«Что же делать?» — только и крутилось в голове.

Тело брата нашли полгода назад с пробитой головой. Их родители умерли уже давно. Девушка осталась совсем одна. И теперь этот долг. На что только брат мог его брать?!

Он же всегда был против кредитов и хорошо зарабатывал. Если долг не выплатить, то могут забрать их с братом квартиру. И тогда у неё больше ничего не останется. На глазах блеснули слезы жалости самой к себе.

«Интересно, куда пропал его жетон?» — не к месту вспомнился давно волновавший её вопрос. Но тут же был сбит другими:

«Может, взять кредит? Ага, как же, в микрозайме или ещё одну кредитную карту. Это болото», — и чем дольше об этом размышляешь, тем грустнее мысли.

Таня только закончила учиться на агронома. И то последние полгода ей пришлось подрабатывать в магазине, чтобы хоть как-то завершить обучение. Да, у неё была небольшая заначка на чёрный день, но она вся была потрачена на похороны брата.

Щёлк.

«Может, посмотреть? Если там надо внести деньги, то точно лохотрон… Хотя хуже-то быть уже не может». — Таня нажала на ссылку и пробежала по странице глазами.

«Что за идиотская миссия?! Да кто добровольно на это подпишется, даже если это не по-настоящему?!»

Но забив данные в поисковик, она убедилась, что такая фирма есть, и да, целых 9 баллов из 10. Правда, есть единичные негативные отзывы, но это, наверное, одни нытики.

Ещё немного подумав и взвесив все за и против, Таня набрала указанный номер телефона.

Столичная таверна, которая находится у статуи Алексею Второму Доброму, хотя народ между собой называл его не иначе как Алексей Мягкотелый. Король Алексей считался отцом нынешнего императора, правил он мягко, а когда умер, то на его место пришёл тогда ещё просто Кронпринц Пётр, который казнил всех, кто хоть немного проворовался. Чуть позднее Пётр начал свои походы в другие страны. Народ принял его решение с огромной радостью. Не было среди простого люда тех, кто бы роптал против своего императора. Народ всей душой любил Петра Первого в отличие от знати…

В таверне с затейливым названием «За здравие императора Петра Первого, долгих ему лет жизни», или как в народе её называли «За здравие» либо «За императора», сегодня было людно, но тихо. Никто не смеялся, не пел песен. Каждый чувствовал на себе клокотание туч, сгустившихся над Гипербореей.

И это неудивительно. Не было ни одного человека в стране, а тем паче в столице, который не знал бы про существующее проклятие. Никто из живущих не осуждал Петра за то, что тот уничтожил под корень королевство Норов, ибо такого от него совсем не ожидали. Один из жителей той страны уцелел и посмел выкрикнуть столь грозное проклятие с центральной площади столицы.

Тем временем в таверне бродили тихие шепотки:

— А может, и не сработает ещё проклятие?

— Да как не сработает-то? Говорят, после смерти первого же реки обмелели на одну пятую и ударил небольшой град. А с каждой новой смертью они всё сильнее мелеют. Топит те луга, которые даже в дождливые годы были сухими. Или, наоборот, сохнут пашни, которые оставались сырыми в самые засушливые годы. Боюсь представить, что будет, если господин император не сможет этого остановить.

— Да что же такого надо наобещать, чтобы так радостно прощаться с жизнью?

— Странное там дело, говорю я вам. Знаешь Пеху лысого? Так вот, его брат работает в императорской страже и рассказал по секрету, что все они, как умрут, станут пылью, словно и не было их.

Он ещё больше понизил голос:

— А еще говорят, будто те балабошки[4] уверены, что не умрут. Слышали, как последний говорил, что будет богатым. Да и шестой, перед тем как заколоться, твердил, мол, простите, ничего личного, долги, сестру надо обеспечить и ремонт наконец-то сделать. Интересно, что это за бесы такие. Вот и ходит слух, что Ведамир внушает им, что если они убьются, то не умрут, и они свято в это верят. Видомо, посулил им огромные горы рубов. Боюсь, скоро надо будет затянуть пояса.

— Да говорят же, если человек во что-то верит, ты его хоть об стенку бей, всё равно межеумок[5] не поймет, пока сам не захочет.

— Сплюньте. Свет наш Император всё королевство этих тварей колнов изничтожил. Думаете, не справится с простым проклятием? Да, может, он просто играется с Ведамиром? А этого гостя возьмёт и спасёт.

— Слушай, а ты не знаешь, почему он просто не может не принимать их или до полуночи убивать?

— О-о-о, это очень старая история… Однажды первый король, ещё тогда королевства были…

Сидевший в углу Борис Меньшиков перестал слушать, о чём говорит простой народ. Главное он уяснил: тот до сих пор поддерживает императора, что не может не радовать. Также он сделал себе зарубку в памяти — уволить того болтливого стражника и уже хотел было удалиться, как в таверну вошла девушка. Сердце советника замерло. Она не считалась очень уж красивой, но так бывает: смотришь на человека и понимаешь, что вы с ним родственные души.

— И вот поэтому король повелел всех, кто пройдёт через северные ворота, встречать как дорогих гостей, не причинять никакого вреда, кормить, задавать три этих вопроса, желать удачи и отправлять в лучшие гостевые покои, а наутро следующего дня провожать в дальнейший путь с дарами, — закончил быстро трактирщик и обратился к вошедшей: — Чего желаете?

— Здравствуйте, — робко начала говорить вошедшая гостья. — Мне сказали обратиться именно сюда, чтобы отыскать хоть кого-нибудь, кто помог бы указать дорогу к дворцу.

И хотя голос у незнакомки был неуверенный, да и сама новая посетительница таверны ничем примечательным особо не выделялась, на неё уставились почти все присутствующие. Но прежде чем кто-либо успел что-то сказать, к ней подошёл молодой человек в очках, одетый, как и она, в плащ, капюшон которого он тут же не преминул снять. Все посетители затаили дыхание.

Борис Меньшиков считался весьма известной фигурой при дворе императора. Да, он не обладал такой огромной силой и отличными навыками для победных сражений, как правитель, но, однако, каждый житель Гипербореи знал и уважал его. Чего бы стоил император без своего советника?! Все в империи восхищались его умом и стратегическими навыками. Но иначе и быть не могло. Императора, как водится, и должны окружать лучшие из лучших. Потому хоть последняя гостья и припозднилась слегка, в ответ же никто даже пискнуть не посмел. Все были уверены, что ничего лишнего не произнесли, но, несмотря на это, принялись с ужасом вспоминать, не совершили ли они чего подсудного.

— Милая сударыня, разрешите мне Вас проводить.

Девушка кивнула.

Спустя несколько минут Борис с Таней оставили таверну, в которой воцарились ещё бόльшая тишина и уныние, чем те, что правили до этого. Но девушка даже не заметила произошедшего. Она сосредоточенно разглядывала своего спутника и то, что их окружало.

Все то время, пока путники шли до замка, они вели оживлённую беседу, какая случается между двумя только что повстречавшимися людьми, обо всем и ни о чём.

Что скрывать, советник уже очень давно жаждал пообщаться хотя бы с одним гостем, прошедшим через северные ворота, даже если бы не было никакого проклятия. Ему прекрасно было известно, что страже не удавалось поймать ни одного из тех двенадцати, попавших во дворец. Если бы все могли пройти через северные ворота, то одноименный тракт стал самым оживлённым. Однако преодолеть это препятствие мог только тот, кто был от рождения наделён определёнными качествами. Раньше одарённые люди проходили через северные ворота где-то раз в десятилетие или даже столетие и всегда приносили в королевство необычные знания, совершали открытия. И Борису было ещё более досадно, оттого что последние двенадцать гостей так глупо и бессмысленно завершили свой жизненный путь.

Тане же, наоборот, было интересно всё: и мир, и собеседник, который её куда-то вёл. Всё-всё. Она никогда прежде не участвовала в подобных играх. Однако, несмотря на увлеченность, девушка не забывала постоянно твердить самой себе: «Это не человек, да и всё здесь не настоящее».

Ей время от времени становилось грустно, и она словно чувствовала себя обманутой. Тогда беседа немного провисала, что, впрочем, не укрывалось от пытливых глаз советника, после чего он живо переводил разговор в другое русло.

— А тут у нас цветут цветы заморские, с Юга.