Читаем converted file d54bcb3d онлайн бесплатно
Лайла давила их, одного за другим, тратя на каждого по одному заклятью, не больше.
Проломив все барьеры, Кровавый Молот обрушился на Дэвида, опрокидывая на спину и
вминая в пол. Разом лопнули кровеносные сосуды в носу, из ушей хлынула кровь, кожа на лице
раскрылась, из множества пор выступила кровавая влага. Он ослеп — и на телесном, и на более
«тонком» плане реальности; выставляя перед собой руки в тщетной попытке защититься, он
понимал, что второго удара не переживет.
Но второго удара не последовало, вместо него пустынное пространство вестибюля
прорезал сухой и холодный голос:
— Что тут происходит?!
Дэвид не сразу узнал говорившего, но то, что ситуация изменилась, ощутил немедленно.
Провел рукой по лицу, шепча исцеляющее заклятье.
— Ничего особенного, господин Дильбрег, — откуда-то издалека донесся вежливый голос
Кантора. — Господин Брендом попросил меня показать ему одно боевое заклятье, которое его
очень интересовало… конечно же, я не мог ему отказать…
Дэвид помотал головой. Мутные пятна постепенно обретали формы двух человеческих
фигур. Дильбрег, как всегда, в красном и черном, и Кантор, почти такой же высокий и намного
более мускулистый, чем преподаватель прикладной ритуалистики — в белой сорочке, темно-
сером камзоле без рукавов и черных бриджах…
— А эта девушка?.. — Черная перчатка Дильбрега указала на Идэль, по-прежнему
пребывающую в беспамятстве. — Она тоже вас попросила… что-то ей показать?..
Лицо Кантора приняло растерянный вид. Он посмотрел на Идэль так, как будто видел ее
впервые.
— Девушка?.. Ой, кажется, ей плохо!.. В обморок, наверное, упала… от переутомления,
должно быть… у нас такая напряженная программа обучения, господин кен Аунблан, что не все с
ней справляются… особенно эмигранты и гости — они ведь такие хрупкие, нежные… Ничего-
ничего, не беспокойтесь, сейчас я ей помогу… — и начал спускаться по лестнице.
— Мразь… — приподнявшись на локте, прохрипел Дэвид. — Не тронь ее… — Перевел
взгляд на Дильбрега. — Все ложь… все, что он сказал… Помогите… — и зашелся в кашле,
выхаркивая на мраморный пол вестибюля собственную кровь.
Когда он вновь поймал взгляд Дильбрега, тот равнодушно покачал головой. Кантор
довольно ухмыльнулся: учитель оказался не дураком. А может, добить Бездаря-выскочку прямо
сейчас, к их обоюдному удовольствию?.. Окажется ли препод настолько
согласится поучаствовать в
сказал:
— Значит, практикуетесь на второкурсниках в боевых заклятьях, досточнимый господин
кен Рейз? Похвальное прилежание. Прошу вас, продолжайте. — Дильбрег сделал широкий
приглашающий жест.
Однако что-то в его тоне было не то, потому что Кантор продолжать не стал, а только
напряженно, с подозрением, уставился на учителя.
Пауза затянулась. Дэвид кое-как сел — прямо на пол. Он с избытком наглотался
собственной крови и все еще продолжал выплевывал ее наружу.
— Ну что же вы, Кантор? — с отеческой укоризной пожурил ученика Дильбрег. —
Продолжайте, не стесняйтесь.
— Я не…
— Неужели вы полагаете, что я стану вмешиваться? Ну что вы!.. — Учитель
успокоительно махнул кистями рук, как будто подчеркивая очевидную нелепость этой идеи. —
Неужели я враг сам себе?.. Уверяю вас, господин Кантор, у меня и в мыслях не было мешать вам.
Молодым идиотам вроде вас я многим обязан: например, мне не нужно бегать по хеллаэнским
городам, разыскивая
такого рода намечено у меня только через два-три месяца, но обещаю, я сохраню до этого времени
вас в полной неприкосновенности внутри замедляющего заклинания… Продолжайте, пожалуйста,
и побыстрее: у меня скоро начнется урок, а до этого времени мне бы хотелось обеспечить вашу
безопасность… на ближайшие два-три месяца.
— Какое вам до него дело? — презрительно скривив губы, спросил Кантор. — Что вы так
печетесь об этом смерде?
— До него — абсолютно никакого, — доверительно сообщил Дильбрег. — Более того, мне
нет дела даже до престижа Академии, который вы — совершив убийство в ее стенах —
собираетесь вымазать в грязи. Все, что меня заботит — моя скромная, личная работа с четырьмя
различными группами весьма настырных учеников, нуждающихся не только в сухой теории, но и
в живой, непосредственной практике… каковую работу вы, господин Кантор, любезно хотите мне
облегчить. За что я вам безмерно признателен.
— Только троньте меня — и будете иметь дело с моей семьей! — процедил Кантор, чуть
приподнимая руки — так, будто ждал нападения и готовился его отразить.
Дильбрег не пошевелился.
— Не думаю, что буду иметь, — спокойно сказал он. — Ваша семья не настолько глупа,
насколько вы воображаете, и не станет лезть в бутылку из-за одного молодого идиота. Неписаные
