Читаем Commercial for Peter (СИ) онлайн бесплатно

========== 1. Safety (Безопасность) ==========

Стоять перед огромной толпой было привычно. Хотя это столпотворение было сложно назвать толпой — несколько журналистов и блогеров-любителей теснились возле небольшой сцены в ожидании каких-либо комментариев от одного из известных супергероев. И не то чтобы Питер уж очень хотел выступать перед жаждущей информации сворой, но считал, что был должен. Люди, потерявшие привычные лица из виду, нуждались хоть в ком-то.

В нынешних реалиях жизни супергерои давно стали чем-то обычным, необходимым, неотделимым от общества. После появления Таноса стало ясно, что оружейная гонка государств абсолютно бессмысленна, если в мире нет тех, кто способен отразить атаку такого уровня. Человек-паук был одним из таких сверхлюдей, которым, казалось бы, всё под силу.

Признаться кому-либо было сложно. Питер не мог взять и сказать, что эта ноша — не для него. В этой войне он тоже терял, как и все, и с каждый разом становилось всё сложнее улыбаться, делая вид, что ничего не случилось. С каждым разом ему всё меньше хотелось стараться. Наверное, он бы уже бросил эти выступления перед публикой, если бы не Мэй. И плевать было бы на то, что от его появления перед камерами зависело бы чувство безопасности простых гражданских. Потому что он уже не ощущал прежней безмятежности и легкости, теперь, когда броней стал он сам, всё, что ему хотелось — хоть на секунду почувствовать себя защищенным.

Стоя рядом с ним, Мэй улыбалась. Она помогла ему закончить речь и даже закрыла собой от вспышек фотоаппаратов. В последний раз помахав зрителям, Питер скрылся за шторой и моментально снял маску, жадно глотая воздух. За спиной всё ещё слышался голос Мэй, которая выволокла на сцену и Хэппи, чтобы хоть как-то оправдать отведенное под мероприятие время.

Зажмурившись, Питер сделал глубокий вдох, прямо как на уроке по физре перед тяжелыми упражнениями. Волна напряжения поднялась от груди к плечам и повисла тяжелым грузом, когда он понял, что был здесь не один. Чужие ладони коснулись шеи, и он не смог сдержаться, вздрогнул, как испугавшаяся курица-наседка, и на секунду представил хруст сломанных костей и следующую за этим боль.

С ним случалось всякое, и любое новое происшествие напоминало о прошлом, новая рана ложилась поверх старой. Всё это было привычно: сломанные ребра, сбитые в кровь руки, головокружение от сильного удара в голову.

Но это прикосновение было ни на что не похоже. В первую секунду он испугался, как овца, услышавшая вой волка, но, прислушавшись к себе, понял, что его чутье молчит, а прикосновение ласкает и успокаивает. И то ли это его защита, его спокойствие, а то ли иллюзия, выстроенная его воображением на фоне стресса.

— Расслабься, куколка.

Голос звучал тихо, мягко и близко. От него не хотелось убегать или прятаться, хотелось спрятаться в нём — от камер, от журналистов и даже от Мэй. Укрыться, как за щитом со звездой.

— Ты меня напугал, — Питер выдохнул, открыв глаза, и поймал на себе холодный взгляд: серые глаза наблюдали за ним с любопытством, — Баки. П-привет.

— Фьюри по тебе соскучился, — в противовес холодным глазам, губы расплылись в улыбке.

— А я всё надеюсь, что однажды соскучишься ты, — буркнул Питер себе под нос.

Он не стал вытаскивать Мэй со сцены, к тому же Хэппи вроде как удачно справлялся с внезапной для него задачей — толкал речь о супергероях и о том, как он работал у Тони Старка. Публика покупается на всё, что хоть как-то связано с Железным Человеком, поэтому было грех не воспользоваться форой и испортить всё выступление.

Питер напечатал сообщение Мэй, пока шел рядом с Баки к машине.

На улице уже стемнело. Вечер плавно передавал полномочия ночи, уличные фонари загорались поочередно, не обращая внимания на горящие неоном вывески. Витрины магазинов становились еще ярче за счёт дополнительного освещения и яркой рекламы. Среди этих огней и многообразия света, никто не обращал внимания на Человека-паука, шагающего за парнем в кепке, куртке и в перчатках.

Питер сел на пассажирское сидение неприметной черной машины. У Фьюри в гараже всегда стоят только тачки класса люкс, но эта явно была не из его арсенала. Черный глянец давно померк, кожа на сидениях потрескалась и вытерлась, а половина лампочек на панели управления перегорели. Однако ничего из этого не мешало Баки ездить на этой машине, представляя себя крутым. Из-за его уверенности даже Питер чувствовал себя так, как будто сидел в Порше последней модели.

— Надеюсь, я не испорчу тебе обивку, — проворчал Питер, разглядывая руки, вцепившиеся в руль. Одна из них была металлической, и от этого факта Паркер балдел так, как будто сам не носил железное трико. — А то жалко портить такую красивую машину.

Баки только закатил глаза, ничего не ответив.

Питер не знал, куда они ехали. Не знал, но верил Баки, что с ними всё будет в порядке, и через пару часов он встретится с Фьюри, который уже устал изводить его звонками. Он едва сдержался, чтобы не рассказать, как сильно его пугает этот странный одноглазый старикашка. Наверное, Фьюри для всех Мстителей был кем-то вроде классной училки, которая, если не отругает за недостойное поведение, то сделает так, чтобы ты почувствовал всю вину. Поэтому он не хотел связываться с Фьюри, а ещё потому что отказывался признавать, что мир стоит на грани очередной катастрофы. Сомневаться в этом не было смысла, иначе зачем бы Баки приехал за ним?

Хорошо, что приехал Баки, тут же подумал Питер, потому что с Сэмом они совсем не ладили.

— Поспи, — Баки нарушил тишину, когда они встали на светофоре. — Выглядишь неважно. Устал от журналюг и публичных выступлений?

— Не то слово, — Питер вздохнул. А ещё, наверное, улыбнулся, как дурак, потому что так случалось каждый раз, когда Баки заботился о нём. Он не понимал, что всё это значило, но предпочёл бы, чтобы солдат не знал об этой его тайне — об улыбке и красных щеках. — Никто меня не понимает.

— Неправда. Я понимаю. А ещё Стив понял бы, будь он здесь. У него со сценой своя история, — в этот раз в улыбке была насмешка, и Питер предположил, что адресована она не ему, а воспоминаниям о былой жизни. — Развлекать людей сомнительное удовольствие. После такого желание спасать планету в разы уменьшается.

— А это мне ещё предстоит выяснить.

— Сделай милость — не торопись. Людям нужен Человек-паук.

— Людям нужен Железный Человек, а не его жалкое подобие, — пробормотал Питер, вспомнив статью, на которую случайно наткнулся в интернете.

— Так ты из-за этого такой напряженный? — поинтересовался Баки.

Это было странно. Они с Баки не были друзьями, да что там друзьями, когда их и знакомыми назвать было сложно. Они вместе сражались против Таноса, и Баки даже закрыл его от взрыва (как будто не знал о его железном костюме), но там на поле боя были ещё тысячи таких людей, лица которых он уже никогда не вспомнит. А при первой встрече Питер вообще сглупил: отвесить комплимент металлической руке незнакомого парня верх бескультурности.

— Просто я сломался, — Питер сказал это так тихо, что даже сам не был уверен в том, что произнес эти слова.

— Говорю же — поспи.

С этими словами Баки нажал какую-то кнопку, и кресло Питера стало медленно опускаться. Вот так бывает: в старой, непривлекательной машине спрятано больше технологий, чем в новом Порше. Оказавшись в горизонтальном положении, Питер убрал маску, скрывающую лицо, и уже не думал о том, что Баки заметит его румянец. На задней крышке, отделяющей багажник от салона, он нашел дорожную подушку и с большим удовольствием подложил её под голову.

В темноте салона он погрузился в мысли и раздумья, иногда отвлекаясь на руки Баки, который переключал передачи или плавным движением нажимал рычаг, чтобы показать правый поворот. Но быстро он перестал отвлекаться и на это. Рядом с Баки он чувствовал себя так спокойно, что волноваться о чем-либо не было смысла. Паучье чутье молчало.

Он уснул. Даже не уснул, а скорее задремал. Сквозь сон слышал, как гудят машины, чувствовал вибрацию двигателя и даже закрытыми глазами ловил каждую яркую вывеску. Поэтому был обескуражен, когда машина остановилась. Баки не сказал ни слова. Мотор заглох, и острый слух Питера уловил знакомый шум: гудение кораблей, всплески воды и крик чаек.

— Почему мы остановились? — спросил Питер, потирая глаза. — Уже приехали?

— Нет.

— Ждём паром? — он поднялся на локтях и увидел старый деревянный пирс.

— Нет.

— Ты мне не скажешь?

— Не скажу. Спи, куколка.

Питер улыбнулся, снова ложась на дорожную подушку.

— Почему ты называешь меня куколкой? — этот вопрос мучил его уже давно.

Он заметил, как губы Баки дернулись в улыбке. Он опустил подбородок, а потом повернулся к Питеру. Обычный человек в темноте ничего не заметил бы. Но Питер необычный: он видел всё, каждую морщинку в уголках глаз, ямочку на подбородке и приподнятые уголки губ. Видел и краснел, потому что разглядывал того, кого не следовало бы разглядывать, если ты не собираешься составлять фоторобот для поимки преступника.

— Потому что прозвище «придурок» уже занято Стивом.

Питер рассмеялся в голос. И, может, было что-то нервное в его смехе или какое-то напряжение в движениях, но Баки это заметил. У него вообще был на редкость меткий взгляд.

— Расслабься, куколка, — шепотом сказал он, отчего по спине поползли мурашки. — Со мной ты в безопасности.

Такому голосу сложно было не поверить.

========== 2. Light (Свет) ==========

Доверять людям дело опасное. Питер всегда знал это, но урок выучил только сейчас, когда каждый идиот в мире знает, кто скрывается за маской Человека-паука. Открытие этой тайны подпортило ему всю жизнь. Мэй оказалась в опасности (спасибо, Хэппи, который её спрятал), от Нэда, как от лучшего друга, не отлипали журналисты, а школа вообще стала общенародным достоянием для тех безумцев, которые надеялись пойти по стопам Питера Паркера.

Сам же Питер довольно неплохо проводил время на конспиративной квартире Уилсона и Барнса, которые уже вторую неделю таскали его за собой по разным городам. Этот был уже третьим, и в третий раз Питер не знал названия места, где жил.

Конечно, конспиративная квартира это не тюрьма, но Питер чувствовал себя заложником. Ему нельзя было даже подходить к окну, что уж говорить о небольших прогулках и возможности подышать ночным воздухом. Он жутко скучал по ночным вылазкам, по посиделкам на крышах и лавированию между высоток.

А ещё он скучал по свету. Самому обычному дневному свету, солнечным лучам и россыпи звёзд на черничном небе. Искусственного света тоже катастрофически не хватало — в этой квартире, как назло, была неисправная проводка. От запаха плавящегося воска уже кружилась голова даже у супергероя. Сэм, в отличие от них с Баки, пользовался свечами постоянно, даже пока принимал душ.

Чудесно, что проблем с горячей водой здесь не было.

Время шло к вечеру. Питер понял это по тени, которая падала на шторы. А это значило, что уже как минимум шесть часов он возился с треклятой розеткой — единственной розеткой, которая подавала признаки жизни. Когда Питер попытался включить в неё старую лампу, посыпались искры. Он в последний раз проверил все провода, прежде чем поставить саму пластмассовую розетку. В этот самый момент дверь в квартиру открылась, и два самых шумных супергероя ввалились внутрь.

— У тебя птичий костюм, — громко заявил Баки, как будто они не прятались от плохих (и не очень) парней. — Ты и готовь курицу. Вы же сородичи.

— Просто завали хлебалушку, мистер Фриз, — недовольно фыркнул Сэм. — Вряд ли я еще хоть раз пущу тебя на кухню.

Следом последовало бурчание и недовольство, но Питер к такому привык — это обычный ритуал. Но за ужин хотя бы можно было не переживать. Улыбнувшись, он толкнул розетку в выемку на стене и стал прикручивать её, чтобы та не выпала. За этим занятием его и застал Баки: он привалился к косяку, сложив руки на груди, и не сводил взгляд с увлеченного делами Паркера.

— Я купил тебе лампочку, — Баки нарушил тишину, но Питер всё равно не поворачивался к нему. — Такая ведь подойдёт?

— Подойдёт любая, — хмыкнул Паркер. — Там стандартный цоколь.

— Помощь нужна?

— Я справлюсь.

Его голос звучал чертовски убедительно. Может, потому что это было правдой, а может, всему виной был Баки Барнс. Питер старался не думать о том, какой он привлекательный и милый в этой своей броне из «я — мировой киллер» и «ты уже поел сегодня?», дурацкая смесь из заботы и сумасшествия, приправленная опасностью и беспокойством о графике питания.

— Зачем тебе лампа? — всё с тем же интересом продолжал Баки. — Ты ведь видишь в темноте.

— Книжку хочу почитать, — Питер показал ему язык. Шутки ради.

Сэм батрачил на кухне. Питер слышал, как гремит посуда, слышал ширканье спички по коробку в попытках добыть огонь, а еще частый стук ножа по разделочной доске. За стеной, рядом с которой он возился, был включен телевизор. Звуков было много, но у него в голове они все смешивались в один и превращались в посторонний шум.

Баки всё не уходил. Всё смотрел, наблюдал, изучал. А может, запоминал или присматривал, боясь, что Питер устроит пожар в попытке сбежать из-под «охраны». Он стоял в одной позе ровно до того момента, пока Питер не вкрутил лампочку в старый светильник.

А потом комната наполнилась светом.

Тот падал на серые стены, разливался по потолку, сгущался над спальным мешком, что лежал у стены под окном. Питер с восторгом поднялся на ноги и, широко улыбнувшись Баки, подошел к мешку. Возле него лежала книга, которую он нашел в самой первой квартире и с тех пор таскал её с собой. Он сел на пол, вытянул ноги и раскрыл книгу, убрав в сторону чек из «Старбакса», служивший ему закладкой.

В начале девятой главы два главных героя почему-то решили, что полежать на тротуаре с закрытыми глазами — хорошая идея. Питер не был бы так уверен, но и сам сейчас был бы не против оказаться где-нибудь в другом месте, чтобы наконец забыть запах паленого воска. Пока он размышлял о такой вот жизни в странствиях, пропустил тот момент, когда Баки сел рядом, прижался к нему слишком близко (как будто они знали друг друга миллион лет) и, опустив голову на плечо, спросил:

— И что мы читаем?

— «Автостопом по галактике», — ответил Питер. Он наделся (безусловно, зря), что Баки не уловил радость в его голосе и то, как изменился его пульс после того, как суперсолдат, подобно кошке, уселся с ним рядом. — Ты весь вечер собираешься так сидеть?

— Ну да, — ответил Баки, не отрывая взгляда от книги. Должно быть, он и правда читал. — Это же единственное место в этой квартире, где есть свет.

— На кухне есть свечи.

— Но ты с книжкой здесь.

Баки говорил очевидное, но Питеру было всё равно.

Сейчас его вообще мало что волновало. Кроме Баки, конечно.

========== 3. Storm (Гроза) ==========