Читаем Чужой мир онлайн бесплатно
АЛЕКСАНДР ЛЕВЧЕНКО
ЧУЖОЙ МИР
фантастический рассказ
За открытым настежь окном медленно догорал предлинный июльский день. Вездесущие насекомые с любопытством заглядывали в комнату, но, попробовав прохладного кондициированного воздуха, ещё не успевшего полностью выветриться, с недовольным жужжанием убирались прочь. Сбитая с толку первым легким дуновением, большая цветистая бабочка немного изменила предыдущий курс и, неожиданно для самой себя оказавшись в помещении, уже совсем растерялась и села прямо на одну из трех металлических звездочек, выстроившихся рядышком на клочке плотной ткани с позолотой.
"Смотри, какая смелая!", - усмехнулся Генерал и, осторожно занеся руку, схватил непрошеную визитершу за крылышки. Та испуганно забилась, затрепетала в предчувствии неминуемой гибели, однако неожиданно получила свободу и радостно дала деру на улицу. "Видишь, даже этой бабочке судьба подарила неординарное событие, которое скрасит остаток её короткой жизни". Хозяин кабинета вздохнул и перевел взгляд на западную часть неба, медленно затягивающуюся темно-серой пеленой туч.
Да уж, раньше будущее виделось в совсем иных тонах, но грех было бы обвинять в чем-то собственную судьбу - она и так дала почти все, чего хотелось конкретно: и довольно высокую должность, и стойкое материальное благополучие, и двоих чудесных детей - сына и доченьку. В чем же упрекнешь её теперь, когда выяснилось, что счастье - совсем не в том, чтобы руководить большим научно-исследовательским полигоном или проводить отпуск на Канарских островах, даже если мало кто из твоих знакомых может позволить себе подобное. Но в чем же тогда оно, это счастье?
Посвежевший ветерок дохнул в лицо чем-то новым. "Похоже, надвигается гроза, - отметил Генерал. - Давно уже пора освежить землю...". Он попробовал изменить надоедливую тему, направить мысли в другое русло, однако те упрямо возвращались к старому. Так в чем же состоит счастье? Может, в том, чтобы хоть иногда вырываться из серых тисков будничности?
Взять, скажем, Фила. Для него должность заведующего известной лабораторией - всего лишь инструмент, с помощью которого он старается пробиться сквозь толстый нарост уже известных законов и явлений к нежным, ещё неразгаданным пластам научной Истины. Нужно отдать давнему другу должное, ему все-таки удалось осуществить свою заветную мечту, и сегодня ночью он, наверное, не будет спать, дожидаясь завтрашних испытаний... Его жизнь постоянно проходит по границе между будничным и необыкновенным, но чувствует ли он себя счастливым? А, может, для этого нужно сделать что-то немножечко больше - такое, что оставило бы свой след в Истории?
Еще один порыв ветра задул в комнату немного пыли, и Генерал, подойдя к окну, закрыл обе внешние створки. Потом возвратился к столу и уже протянул руку к небольшой панели, чтобы снова включить кондиционер, когда неожиданно тишину разорвал короткий телефонный сигнал. Рука замерла на полпути и через миг потянулась к красному аппарату прямой связи с дежурным по полигону.
- Я слушаю, - спокойно сказал Генерал в трубку. На его памяти этот канал связи срабатывал дважды, и оба раза причины оказывались просто-таки мелочными.
- Господин генерал... - голос дежурного прерывался от волнения, транспортный вертолет с "изделием" на борту потерпел катастрофу...
- Как?!! - Генерал едва не выпустил трубку из рук. - Где, почему?!!
- Место падения - квадрат 15-09, это неподалеку от Среднего кольца охраны, в пяти километрах от КПП номер 107, - чувствовалось, что в кресле дежурного сидит явный новичок этого дела. - Причина катастрофы - взрыв на борту... на высоте четыреста пятьдесят метров...
- Какой взрыв?! "Изделия"?!!
- Кажется, нет... по крайней мере...
- Как только вам перестанет казаться, немедленно дадите точную информацию! - раздраженно оборвал дежурного Генерал. - А пока что организуйте быстрейшую эвакуацию нарядов Среднего и Внутреннего колец и... словом, всех, кто там внутри.
- Объявлять общую тревогу? - голос в трубке был до края растерянным.
- Нет!! - отрезал Генерал несколько резче, чем это было необходимо, и сразу же скривился в укор самому себе. - Используйте только дежурные подразделения и собственные возможности нарядов, - прибавил уже мягче. - И вообще... старайтесь создавать как можно меньше шума.
Он опустил красную трубку на рычаг, запуская в действие громоздкую, но безотказно-неудержимую военную машину, поднял соседнюю и слегка постучал пальцами по сенсорным кнопкам.
- Алло, это ты, Макс? - отозвался через секунду усталый голос.
- Ты меня уже по дыханию узнаешь, - мрачно пошутил Генерал. - Вот что, Фил: бери генерального и во весь дух мчи ко мне. Через четверть часа я должен быть на ЦПУ.
- А что произошло? - в трубке хорошо слышалось, как потяжелело дыхание Ученого.
- Мои ребята разбили Ваше "изделие" на Среднем кольце.
- Боже мой, а как генератор?! Он... сработал?!!
- Пока что нет... кажется, - Генерал хмыкнул, употребив это нелюбимое каждому настоящему военному слово. - Итак, я жду.
Он решительно закончил разговор, повернулся немного вправо и, включив компьютер, опустил руки на клавиатуру. На экране дисплея промелькнула заставка, красный прямоугольник селекции забегал по командам главного меню и наконец остановился на слове "эвакуация". Если бы сейчас кто спросил Генерала, зачем он методически, страница за страницей, но не вникая в содержание, просматривает план частичной эвакуации, маршруты, списки объектов, то он едва ли смог бы дать осмысленный ответ. Возможно, это было просто обычной реакцией человека в его положении.
И вдруг... рука на клавиатуре замерла. "Обратно, обратно!" Что-то в этом потоке информации, какая-то небольшая деталь не позволяла бездумно пройти дальше. Генерал вернул на экран предыдущую страницу, потом ещё одну и все понял: в списке объектов Среднего кольца недоставало строки "Контрольно-пропускной пункт № 115".
"У-ух... в-вашу... разгильдяи чертовы!" - во внезапном приступе бессильной злости изо всех сил треснул кулаком по столу. Кто-то из обслуживающего персонала компьютерной сети поленился ввести в базу данных пока что не функционирующий объект, не имеющий ещё всех атрибутов КПП. Но сейчас там почти наверняка находятся люди, о которых эвакуаторы могут просто ничего не знать! "Эх, разгильдяйство, кругом одно разгильдяйство!" скрипнул зубами Генерал и потянулся к красному телефону.
Однако рука остановилась на полпути. "Обожди, не вмешивайся в чужие дела" - неслышно, но выразительно промолвил какой-то голос. "Как это чужие?! - сразу же попытался возмутиться Генерал. - Ведь это мой полигон!". Но негодование почему-то выходило ненастоящим, фальшивым, как будто внутреннее "я" уже успело сговориться с тем циничным голосом, который непринужденно продолжал: "Эвакуацией занимается дежурный, он должен знать обо всем". Обескураженная часть сознания - "начальник полигона" продолжала сопротивляться, стремясь убедить оппонента уже не словами, а каким-то клубком невыразительных отрывистых мыслей, где были и упоминание о неопытности дежурного, и обычное ворчание относительно разгильдяйства, и попытка сделать акцент на моральной стороне дела: "Там же люди!", но "циник", не вступая в дискуссию, отделался коротким: "Пусть все идет само по себе".
Генерал энергично тряхнул головой, словно надеялся вытрясти из неё самозванного претендента на руководящую роль, и с удивлением уставился на свою неподвижную правую руку, стремясь понять, что же это за сила препятствует ей взять трубку. Где-то в глубинах подсознания блуждали туманные объяснения, какие-то невыразительные намеки на скрытые мотивы, но, странная вещь: малейшая их попытка подняться выше немедленно блокировалась паническими возражениями: "Что за бредни!", "Это же просто бессмыслица!". Чтобы окончательно разделаться с этим, достаточно было одного-единственного движения, и Генерал уже почти решился на него, когда неожиданно в коридоре послышался шум.
Обитая дерматином дверь открылась резко, словно от удара, и в комнату ворвался разгоряченный Фил. Его спутник вошел следом и, притворив за собой дверь, уставился тяжелым взглядом в хозяина кабинета. Оба визитера молчали, но если на каменном лице Конструктора было невозможно что-либо прочесть, то горящее лицо Ученого выражало такой четкий вопрос, что, казалось, присмотрись повнимательней - и на красных щеках и лбу начнут проступать буквы.
Генерал коротко пересказал донесение дежурного, и в комнате снова повисла давящая тишина. "Мог бы предложить гостям присесть", - промелькнула ворчливая мысль, но она почему-то показалась столь неуместной в данной ситуации, что Генерал признал за лучшее встать самому.
- Мне нужна от вас максимально достоверная информация о надежности "изделия", - сказал он и повернулся к Конструктору. Тот лишь на какой-то миг отвел глаза в сторону, но и этого было вполне достаточно. "Эх, рецидивы прошлого, чтобы вам... - мысленно ругнулся Генерал. - Уже столько времени прошло, а все никак не избавимся...". Встретившись с непонимающим взглядом приятеля, он нехотя объяснил:
- Нужно определиться с эвакуацией экипажа вертолета и сопровождающих, хотя... - и дальше лишь выразительно покачал головой.
- Как это определиться, Макс?! - сразу же негодующе воскликнул Ученый. - Неужели ты можешь их там оставить? Немедленно посылай спасательную команду!
- Как у тебя все просто! - снова покачал головой Генерал. - А мне, кроме голых эмоций, ещё необходимо учесть, что шансы потерпевших практически нулевые, а лететь за ними к вашему ужасному генератору должны молодые здоровые ребята...
- "Изделие" имеет шесть блокирующих систем, - как-то через силу, словно выдавливая из себя слова, отозвался Конструктор, - но задействованы только три: две механические и электромагнитная...
Ученый перевел на него исполненный страха взгляд, а Генерал сердито засопел и повернулся к окну, где голубой клочок неба быстро таял под натиском сплошного занавеса темно-серых туч.
- Хорошо, - вздохнул он, - обсудим ещё по дороге. Нас, наверное, уже ждут на ЦПУ.
Хотя к центральному пункту управления было всего лишь минут пять ходу, эта небольшая отсрочка немного ослабила общую скованность. Ученый вместе с Конструктором уже наполовину повернулись к двери, а Генерал почти обошел свой стол, когда неожиданно снова зазвонил телефон. Все мигом оцепенели в тревожном предчувствии какой-то беды. Наконец Генерал коротко хмыкнул, бросил на аппарат укоризненный взгляд и медленно поднял красную трубку.
- Слушаю...
- Господин генерал, - слова дежурного, казалось, густели прямо во рту, - полминуты назад "изделие" сработало...
- По-оня-а-атно, - протянул Генерал после короткой паузы, - понятно. Сейчас я подойду сам...
- Извините, господин генерал, - неожиданно оборвал его дежурный своим загустевшим голосом, - но это ещё не все. На КПП номер сто пятнадцать осталось двое людей...
Наверное, нормальной человеческой реакцией на такое сообщение было бы сразу схватиться за голову, воскликнуть что-то отчаянное, потребовать немедленных объяснений или хотя бы круто, от души выругаться, однако Генерал всего лишь хрипло спросил:
- Это... далеко?
- Два с половиной километра...
Удары грома все чаще разрывали в клочья грозовую прелюдию ветра за окном и уже не привлекали к себе особого внимания, но этот звук почему-то заставил Лейтенанта поднять голову от электронных внутренностей пульта связи и прислушаться.
- Ты слышал, сержант? - обратился он за поддержкой к своему подчиненному, молодому русоволосому парню.
- Если Вы о чем-то необычном, то нет, - пожал плечами тот, ответив начальнику удивленным взглядом.
Лейтенант хмыкнул себе в нос и попробовал вернуться к работе, но словно какая-то внешняя сила опять подняла его от стола и потянула к окну.
- Твою бабушку! - вдруг аж присвистнул он и бросился к двери, с ходу обронив оторопевшему Сержанту: - Вертолет падает!
Парень перепугано ахнул и через миг двинулся следом, но не успел ещё Лейтенант с разбега навалиться на дверь, как помещение легко тряхнуло, и откуда-то извне донесся странный приглушенный грохот.
- Разбился! - выскочив наружу, коротко выдохнул Лейтенант и замер в нескольких шагах от КПП, не сводя глаз с темного клубка дыма и пыли, подымающегося вверх в двух-трех километрах от них. Сержант стоял рядом молча и лишь тяжело дышал.
- Нужно бежать туда! - принял решение Лейтенант и уже сделал шаг вперед, бросая взгляд в сторону Сержанта, однако тот даже не сдвинулся с места.
- Господин лейтенант, мы не имеем права оставлять КПП! - с какими-то просящими нотками в голосе возразил он.
- Ты что, парень, ошалел?! - Лейтенант резко остановился и, повернувшись всем телом, недоуменно уставился в своего подчиненного.
- Но ведь Устав запрещает... - начал оправдываться Сержант, однако под пронзительным взглядом начальника растерялся и подавленно смолк.
- В задницу мне твой Устав, когда рядом гибнут люди!! - гаркнул Лейтенант. - Хорошо! Если так, то я бегу один, а ты сиди здесь и учи Устав! Наизусть! Когда вернусь, я тебя поспрашиваю!!!
- Господин лейтенант! - казалось, Сержант сейчас заплачет, но Лейтенант лишь махнул рукой и бросился бегом к месту катастрофы.
Через полкилометра он начал жалеть, что в последнее время пренебрегал физической подготовкой. В ногах появилась слабость, в правом боку начало легонько покалывать, а тут ещё этот проклятый ветер в лицо, временами становящийся похожим на упругую невидимую стенку! Злость на беднягу-сержанта, переполнявшая душу какую-то минуту назад, исчезла без следа, и когда тот через несколько сотен метров появился рядом и на ходу протянул ремень с кобурой, Лейтенант отозвался даже несколько виновато:
- Спасибо, сержант!.. Оружие нельзя оставлять ни в коем случае... И вообще ты также прав... Устав нужно уважать... но в жизни бывают... особые обстоятельства...
Ветер швырнул в лицо первые, ещё мелкие капли дождя, и вместе с этим в воздухе появился легкий запах горелого. Это невольно заставило обоих ускорить бег, хотя Сержанту сейчас все давалось явно через силу. "Он боится, - мысленно заметил Лейтенант, - он безумно боится того, что вскоре увидит".
А картина, вырисовывающаяся на их глазах, и в самом деле была не слишком приятной. Искореженный, сплющенный с носа и сторон корпус темнел рваными дырами окон и иллюминаторов и грязными пятнами закопченной обшивки, неподалеку хвостовая часть с обломанными лопастями винта вздымалась над степью, будто корма странного судна, затонувшего на мели, а вокруг какие-то куски металла, пластмассы, резины, обломки стекла и жирные лужи. И ещё кое-где - тусклые языки пламени, которые, казалось, лижут голое железо, сердито шипя под первыми густыми струями дождя.
До цели оставалось всего лишь сотни две метров, когда в специфическом букете запахов, доносимых ветром с места катастрофы, появился ещё один оттенок. Сержант неожиданно отчаянно застонал и, закрыв лицо руками, резко сбавил ход, и Лейтенант помчался дальше один.
