Читаем Чулан (СИ) онлайн бесплатно
Глава первая.
Молчун.
- Проснулся, милок? - вопрос прозвучал неожиданно.
Мужчина помотал головой и открыл глаза. Он лежал на невысоком топчане, стоящем у стены.
Захотелось принять горизонтальное положение, что он и сделал, сев на кровати. Босые ноги дотронулись до прохладного пола - старой, местами потрескавшейся плитки, с трещинами и дырами, небрежно и явно наспех, заделанными цементом.
Мужчина инстинктивно поджал ноги - они оказались совершенно голыми. Он перевел взгляд на руки, грудь - так и есть, из всей одежды на нём лишь широкие и длинные трусы темно-синего цвета. Стало немного неуютно. Не то, что бы он сильно стеснялся, просто в одежде человек себя чувствует как-то уверенней.
Потом он посмотрел на собеседника. Прямо перед ним, сидя на краю облупившейся ванны, находился дедок - высокий, судя по длинным ногам и рукам, худой, с редкими седыми волосами до плеч, широкими усами и кудлатой бородой. Дед сидел, положив ногу на ногу, и сложив руки на груди. Руки привлекали внимание - хотелось назвать их трудовыми. Широкие ладони, сильные пальцы, мозоли. Наверное, так могли выглядеть руки старого плотника. Честные и умелые "золотые" руки.
На вид деду можно дать лет семьдесят. Но глаза, цепкие, внимательные, с веселым огоньком, как то не вязались с морщинистым лицом. Да и внутренний голос не позволял окончательно согласиться, что перед ним находился старик.
Одет он в вытянутую майку, линялые треники, и тапочки
- Ну что, насмотрелся? - спросил дед. - Моё имя Даим.
- А я... - мужчина неожиданно замолк. В районе солнечного сплетения появился холодок. Мать честная, он не помнил своего имени! Он стал суетливо рыться в памяти. Какие-то ошмётки воспоминаний, образов, места, люди. Вся эта "каша" сказочным калейдоскопом мелькала в голове, но уверенно зацепиться за что-то, вспомнить, он так и не смог. Ни своего имени, ни как здесь оказался, ничего другого.
- Если ты здеся впервой, то, скорее всего ничего про прежнюю жизнь не помнишь, - неторопливо, словно успокаивая и давая возможность осознать новые условия, сказал дед. - Это не страшно, не бойся, так и должно быть. Все новички теряют память, но со временем появляются возможности кое-что припомнить.
- Да я вообще ничего не помню, даже собственного имени! - в голосе мужика прозвучала нотка отчаяния.
- Говорю же, это нормально, - дед неторопливо покачал ногой. Задник тапочка несколько раз хлопнул по пятке. - Все, кого я встречал, ни черта не помнят. Так уж устроено...
- Что это за место и как я здесь очутился? - мужик нашел в себе силы задать первые вопросы.
- Мне нравится имя Чулан. Многие называют по-другому. А вот как ты сюда попал - ты сам должен вспомнить. Толи по доброй воли, толи по Судьбе, мне не ведомо.
- Что за Чулан?
- Обычный мир. Место как место. Не хуже и не лучше других. Жители, конечно разные, да и не всегда люди, но, как и везде, есть добрые, есть и злые. Это уж зависит, кто какими дорожками ходит.
Слушая неспешную и обстоятельную речь Даима, мужик немного пришел в себя и осмотрелся. Похоже, что он находился в ванной - раз здесь стояла эта самая ванна. Помещение большое, размером метров шесть на десять. В узкой части - дверь, ведущая, судя по всему, в другие комнаты. В одной из стен, на уровне груди, окно. Стекла грязноватые, пыльные. С той стороны в комнату проникал дневной свет - неяркий, но неплохо все освещающий
На подоконники масса мелких предметов. Впрочем, такие вещи, самое место для которых находилось на свалке, заполняли все помещение. Ванная, на краю которой сидит дед, была до половины ими завалена. Старые телефоны, мотки проволоки, инструменты, рама от велосипеда, плюшевый мишка, кукла без одной ноги, жестянка из под чая, пустые бутылки и многое другое...
В одном из углов ванной стоят доски, с налипшими кусками закостеневшей штукатурки, и пара удочек. Около другой стены несколько мотоциклетных деталей - рама, седло, колёса, руль, и стопка пожелтевших газет, перевязанная бечевкой. Короче, кругом сплошной хлам.
В повешении, также находилась и вторая кушетка - на ней лежало аккуратно сложенное одеяло и две относительно чистых подушки.
Вторая кровать выглядела странно в этом месте - своим порядком она резко выделялась из всего, что тут находилась.
- И что же вы здесь делаете?
- Как и все - просто живём, - старик подмигнул, словно намекая на что-то.
- А мне что делать? - мужик окончательно понял, что лучше показаться тупым и не далеким, но получить хоть какую-то информацию. Судя по всему, это не сон, слишком уж всё реалистично. Да и многочисленные шипки, и похлопывания себя по щекам, результата пока не принесли. А значит, прямо сейчас, следовало "выжать" из деда побольше информации.
- А что и все делают, - дед неторопливо поднялся. - Жить, находить себя занятие по душе, и свое место здесь.
- Слушай, отец, не бросай меня. Помоги, чем можешь, а? - мужик тоже встал, оказавшись чуть ниже Даима.
- Не боись, не брошу, - дед рассмеялся. - Я для того тута и живу. Встречаю новичков, помогаю освоиться. Да и Имя даю.
- Это здорово, имя мне бы не помешало, - обрадовался мужик.
- Имя всем нужно,- согласился Даим. - Но что бы дать правильное имя, мне необходимо тебя немного узнать.
- Хорошо, спрашивай.
- Не торопись, пойдем ка для начала прогуляемся, - Даим направился к двери. - Да не стесняйся что в трусах, в доме баб нет.
Мужик вышел следом за ним и оказался в квадратном холле. В той, части, где они находились, он заметил еще две закрытые двери, и пару светильников на стене. Обои следовало заменить, да и светильники не помешало бы протереть. Впрочем, мужик, стал ко всему этому привыкать. В этом доме все было старое, износившееся, но одновременно чем-то близкое и даже уютное. Может и не зря Даим называет это место Чуланом? Ведь в чулане как раз и находятся старые вещи.
Они прошли по коридору к еще одной двери. Напротив неё, в нише, мужик увидел лестничную площадку. Один пролет вел вниз, похоже в подвал, второй наверх. В той части коридора, к которой они подошли, находилась дверь, а около нее очень красивая, кованная подставка с двумя зонтиками. И подставка и зонтики, кстати, выглядели совершенно новыми.
Даим прошел к двери, повернул ручку и вышел на улицу.
Мужик вышел следом за ним. Первое, что он почувствовал - это запах ветра. Удивительно свежий, живой. Он сразу понял, что до этого никогда не дышал таким чистым воздухом.
Потом он разглядел небо - сероватое, с низкой облачностью, оно выглядело спокойным и умиротворяющим. Солнце он не заметил, а свет, казалось, исходил сразу со всех сторон.
Он стояли на крыльце. Дом Даима располагался на неширокой улице, выложенной брусчаткой. Вокруг стояли другие строения - одно-, и двухэтажные домики, некоторые с пристроенными гаражами. Часть домов покосившиеся, разрушенные, и судя по всему, заброшенные. Другие смотрелись совсем не плохо - ухоженные, блестевшие новой краской, с красивыми газонами, невысокими заборчиками, скамейками и качелями.
Впрочем, пару домов на улице, выглядели, как и жилище Даима. Потрепанные бесчисленными годами, старые, но еще очень добротные строения.
За этой улицей находилась другая, со своими домами. Складывалось впечатление, что жилище Даима находится либо в пригороде крупного населенного пункту, либо в маленьком провинциальном городке.
В общем, странное это место. Непонятное, одним словом. Само сочетание разных домов, их состояние вызывало какое-то двойственное внутреннее чувство.
Потом мужик понял, что его беспокоит. Он смотрел на вещи, а интуиция подсказывала, что здесь что-то не то. Какая-то неувязка, шероховатость, которую он пока не в силах заметить или оценить.
Некоторое время они стояли совершенно молча. Даже странно, что мужик, который так хотел узнать новое, задать кучу вопросов, теперь не промолвил и слова. Но так было правильно, почему то сейчас спешить и суетиться не следовало. Иногда, боковым зрением, он замечал, как Даим нет, нет, да и посмотрит на него, словно оценивая и что-то для себя решая.
- Мы называем эту улицу Брусчатка, а сам городок Шансом, - пояснил Даим.
- Шансом?
- Ага, он у каждого появляется.
- Ясно, - ответил мужик, хотя, разумеется, ничего ясного для него не было, и эти названия ничего ему не сказали.
Где-то далеко залаяла собака. Из дома напротив вышел полноватый мужик лет пятидесяти, одетый в клетчатую рубашку, джинсы и кроссовки. Он молча, как старому знакомому, махнул Даиму рукой, а потом с довольным видом присел на скамеечку, откинулся на спинку, закрыл глаза, и похоже настроился подремать.
Чуть дальше по улице, несколько детей лет пяти-семи возились в песочнице. Около них, с любопытством и одновременно с достоинством, прохаживался здоровый рыжий кот. Детвора его не обижала, более того, котяра выглядел как полноценный участник их игры.
Подул ветерок, и как по команде, дневной свет потускнел. Судя по всему, наступал вечер.
- Ладно, пошли в дом, - сказал Даим.
Они вернулись, но на этот раз, пройдя по коридору, зашли в кухню, которая выглядела, как и большая часть этого дома. Обшарпанные табуретки, простенький стол, раковина с краном, тумбочка, часы с кукушкой на стене. Судя по дверке в домик кукушки, птица либо заснула, либо умерла как минимум несколько лет назад. И признаков жизни подавать не собиралась.
- Пить или есть хочешь? - спросил Даим.
Мужик прислушался к своему телу. Есть не хотелось, а вот попить он бы не отказался, о чем и сказал хозяину дома.
Даим достал из тумбочки металлическую кружку, и подойдя к раковине, налил в неё воды, а затем протянул своему гостю.
Мужик вначале немного занервничал - ну какая вода может быть в таком доме? Наверняка ржавая, невкусная.
Но он заглянул в кружку и опасения мигом развеялись - он увидел необыкновенно прозрачную, голубоватого цвета воду. Он сделал глоток и даже зажмурился от удовольствия. Холодная, как из ручья, вода пахла лесными травами, и моментально, с первого глотка, бодрила и тонизировала. Он и сам не заметил, как всё выпил и протянул пустую кружку хозяину дома, намекая на повторение.
Даим удовлетворил его просьбу. После второй выпитой кружки воды жажда пропала, и вообще он почувствовал себя хорошо.
Немного подумав, мужик ещё раз осмотрел себя, и сообразил, что из одежды на нём одни трусы.
- Батя, как-то мне неудобно в труселях и босым здесь расхаживать. Может, найдется, что из одежды на меня?
- Слушай меня внимательно, милок, - дед присел за стол. - Первое правило Чулана - здесь всё создаётся силой собственного разума, силой мысли. В том числе и одежда.
- Это как? - мужик опешил.
- Обыкновенно. Поначалу, конечно, всё кажется чудно и непонятно, но потом привыкаешь. Закрой глаза и просто представляй одежду на себе. Какую хочешь.
Мужик так удивился, что даже рот открыл, собираясь выдать очередную порцию вопросов. Потом глубоко вздохнул, успокоил мысли и решил просто выполнять советы хозяина дома. Послушно, как ученик на уроке, выполняя задание учителя, он закрыл глаза.
- Так, что же представить, - начал он думать. - Сначала брюки... Пусть будут джинсы. Светло-синие.
- Ага, молодец, - услышал он голос деда. - Цвет есть, форма тоже. Теперь добавляй мелкие детали. Карманы там, ширинка, - он рассмеялся,- швы... Что хочешь.
Мужик добавил карманы - два сзади и два спереди, пуговицы, ширинку на молнии, потом швы по бокам штанин.
На самом деле представлять одежду оказалось очень легко и наглядно. Он словно смотрел на себя самого со стороны, и одевал на себя второго штаны, меняя их цвет и детали, как в трехмерном конструкторе.
- Неплохо, теперь открой глаза, - сказал Даим.
Мужик посмотрел на себя. Теперь на нём красовались вполне приличные джинсы.
- Посмотри сзади на колени, на икры и на низ, - посоветовал Даим.
Мужик посмотрел. Зрелище получилось занимательным. Спереди и по бокам джинсы он видел. А снизу, и сзади их просто не было, лишь голые ноги.
- Это потому, что ты на эти части не обратил внимание. И не материализовал их, - словно читая его мысли, прокомментировал дед. - Закрой глаза и добавь необходимые детали.
Мужик сосредоточился и сделал всё необходимое. Модели джинсов висели перед его мысленным взором, и он видел и фиксировал каждую деталь. Из любопытства он добавил потертости на бедрах, пару заклёпок и открыл глаза.
На нем оказались одеты очень удобные, словно на заказ сшитые джинсы, со всеми деталями, что он нафантазировал.
- Вот так это и работает, - промолвил дед. - Теперь собери силу воли, придай им долговременную форму и зафиксируй, чтобы они не пропали без твоей команды.
Действовать, используя подсказки Даима, было легко и даже интересно. Словно занимаешься чем-то очень необычным и завлекательным.
Закончив, мужчина, задал интересующий его вопрос:
- Слушай, Даим, а из чего эти штаны материализовались? Они вообще, реальные, ли это просто иллюзия?
- Конечно реальные. Здесь всё реальное и одновременно созданное силой мысли. А создаётся всё это из окружающего пространства. По сути, ты просто перестраиваешь окружающие нас атомы и молекулы.
- Но я же их не вижу, я не понимаю, из чего я создаю? Невозможно из ничего создать что-то!
- Не из ничего, - старик мотнул головой. - Из окружающего пространства ты забираешь нужное тебе количество энергии и материи, и из них создаешь нужную вещь. Можешь считать, что ты создаешь всё из эфира, если тебе знакомо это слово. Он на самом деле пронизывает всё Мироздание. А для примера, представь, воздух. Вот ты его не видишь, но он же есть. И даже имеет массу. И также с эфиром. Но если сложно с эфиром, можно думать, что создаешь вещи из атомов воздуха.
- Как-то все это необычно... - протянул мужик. - Это магия, что ли?
- А что есть магия?
- Ну, возможность совершать действия, не укладывающиеся в физические законы мира.
- Эк, как ты завернул, - восхищенно протянул Даим. - Ты, прям пальцем в небо попал. В самую середку, - и дальше уже продолжил серьезным тоном. - Всё, что происходит, обязательно укладывается в тот или иной закон вселенной. Иначе и быть не может. Просто магия, это внешнее проявление тех законов, о которых многие не знают или не слышали. Поэтому она и кажется чудом. Вот, как ты думаешь, умение летать для человека, это магия?
- Если нет, то, что тогда?
- Обычная наука. И есть законы Мироздания, которые всё это объясняют. И так со всем.
- Понятно... А что я еще могу, кроме как одежду создавать?
- Ну, много чего, - неопределенно ответил дед. - Всё от тебя зависит. Хотя, конечно, более сложные объекты тяжелее создавать. Например, дом. И помучиться придется дольше, и деталей много, и труднее зафиксировать его форму на длительное время.
