Читаем Что скрывает красота онлайн бесплатно

Глава 1

Я медленно шла по длинному узкому коридору, на стенах которого висели старинные картины, известных художников, обрамленные в позолоченные рамки. Мои мысли были не на месте: вернее, чувство волнения и дрожь пробегавшая холодом по моему телу, которые сковали меня настолько сильно, что я уже была не в состоянии что- либо думать.

Неожиданно послышался хриплый сдавленный крик. Я остановилась как вкопанная, прислушиваясь к странным звукам. Буквально в следующее мгновение звуки повторились, теперь я могла расслышать, откуда они доносятся. Поддавшись вперед, я сделала несколько шагов к двери из полированного красного дерева и замерла.

– Гм.… Гм.… Гм.… Снова послышались сдавленные звуки и я, повинуясь какому-то неведомому мне инстинкту, наклонилась и прильнула к замочной скважине.

Кровь тут же прилила к моим венам от того, что я там увидела.

Сквозь замочную скважину, в нескольких метрах, прямо на меня, в упор смотрело искривленное от боли и ужаса лицо молодого человека.

Его рот занимал большой кляп и тугая повязка, сильно сдавливающая всю челюсть. Глаза выходили из орбит, словно залитые кровью, лицо залилось темной краской. Он барахтался, лежа на кровати животом вниз и просил о помощи. Руки его были крепко связаны толстой веревкой и находились за спиной, дергаясь в нервных конвульсиях. Мой взгляд переместился чуть правее, и тут я застыла в изумлении. Рядом с кроватью стояла, выпрямившись во весь рост как палка, худощавая, темноволосая женщина. Она была одета в странный костюм: черные, плотно обтягивающие чулки, поверх них шелковые, такого же цвета, трусики, а далее – черный корсет и маска на лице. В руках она держала кожаную плетку и каждый раз, как только в комнате замолкали звуки о помощи, она, смеясь и со злорадствующей ухмылкой на лице, наносила мужчине новые удары, которые с силой обрушивались на его спину, заставляя его снова и снова биться в конвульсиях. Так, в некоторых местах спина мужчины уже покрылась кровоподтеками.

– Что вы здесь делаете? Неожиданно послышался строгий и жесткий голос у меня за спиной и я, как ошпаренная, отскочила от замочной скважины.

– Вы подглядываете? Уставившись на меня и приблизив ко мне страшно – изуродованное лицо от ожогов, на котором сидели ядовитые едкие черные глаза, произнесла женщина. Это была домоправительница, старшая помощница по дому – Роуз. На вид ей было лет сорок пять – пятьдесят, возможно и меньше, если бы её лицо не портил большой, отталкивающий шрам – на все лицо, с обожженной и изуродованной кожей. Интересно, откуда у неё этот шрам? При каких обстоятельствах она его получила? Подумала я ещё в первый день своего появления в этом доме.

Сейчас же мои мысли лихорадочно, как тараканы забегали в голове.

Незаметно для женщины я бросила на пол ключи от своей комнаты.

– Так, что вы здесь делаете? Снова услышала я, прямо над своим ухом, свербящий и гадкий голос Роуз. Она была на голову выше меня, поэтому смотрела повелительно сверху – вниз, уничтожающим взглядом.

– Я, кажется, потеряла здесь свои ключи,– произнесла я и, наклонившись, сделала вид, что ищу их.

– Вы меня за дуру принимаете? Грозно сказала она.

– Нет, это правда,– утвердительно произнесла я, поднимая ключи с пола, лежащие возле двери на длинной дорожке и показывая их ей.

– Вы хотите сказать, что своими ключами от комнаты, пытались открыть чужую дверь?

– Нет, вовсе нет,– растерянно произнесла я.

– В таком случае еще раз вас спрашиваю, что вам тут нужно?

Я осмотрелась по сторонам, и только сейчас до меня дошло, что я нахожусь на чужом этаже. Моя же комната, как и комнаты для прислуги в этом доме, хотя я и не являлась ей, находилась этажом ниже – на первом. Похоже, за мыслями о том, что происходит здесь, я забрела на чужую территорию, там, где жили сами хозяева.

– Простите, кажется, я настолько углубилась в работу по просьбе миссис

Честертон, а я была стенографисткой и секретарем хозяйки этого дома, миссис Вивьен Честертон, нанятой ею по рекомендациям хороших знакомых. – Что, погрузившись в свои мысли, забрела ни туда, – собравшись с силами, произнесла я.

Какое-то время домоправительница буровила меня презрительным и циничным взглядом, после чего произнесла:

– Будьте внимательны в следующий раз и не заходите туда, куда вам не должно, иначе, вас могут понять превратно, – заключила она, после чего застыла в ожидании, как истукан, стоя на месте, словно безмолвная и холодная статуя. Я, молча, развернулась и быстро направилась к центральной лестнице. Спустившись вниз, я почувствовала легкое облегчение, избавившись в глубине души от неприятной и назойливой женщины. Иногда мне казалось, что Роуз – выполняет в этом доме не только

обязанности домоправительницы, но и шпиона, нанятого следить за всеми и за всем, что происходит в этом доме. Но, меня занимала еще одна мысль, почему на эту должность не могли нанять менее отталкивающего человека, хотя бы со среднестатистической внешностью, а не женщину с таким ужасающим обликом? Возможно, дело в ином? Что если эта женщина работает здесь очень давно? Но может быть, она получила этот шрам, так сильно портящий её внешность, в этом доме? А быть может, она хранит какие-то особенные тайны семьи и доказывает свою преданность, какими – либо поступками что, не смотря на все, продолжает быть домоправительницей в этом доме? Подумала я, но это были всего лишь мои предположения, о правдивости которых мне еще предстоит узнать.

Надо заметить, я приехала в это богатое и известное поместье не для того, чтобы быть, как все думали – секретарем и стенографисткой для главы семейства Вивьен Честертон. Я прибыла сюда, об этом даже никто не догадывается, совсем с другими намерениями. Но благодаря тому, что пожилой, весьма странной и необузданной в своих прихотях Вивьен Честертон, которой захотелось написать и оставить о себе и о своем семействе записи для многих поколений, я смогла, наконец, так близко подобраться к этой семье.

Семейство Честертонов славилось многовековыми богатствами и роскошью, переходящих из поколения в поколения и принадлежало древнему роду, так считали и считают многие, по сей день, но мало кому известно, что на самом деле творится в этом древнем роде и какие необузданные тайны и дела происходят в их семье. Именно для этого я здесь. Я должна под видом секретаря-стенографистки Вивьен Честертон, раскрыть все тайны этой семьи, которые, как меня предупредили, могут служить сенсацией не только в этой стране, но и далеко за её пределами, потому как, древние корни семейства Честертонов расползлись по всей земле. Но, я и догадываться не могла, как сильно изменится моя жизнь, после того, как я встречу здесь…

Мой распорядок дня был весьма специфичным, но вполне устраивал меня.

Так как миссис Честертон ложилась спать поздно, а вставала ближе к полудню, с усмешкой называя себя «совой», у меня было предостаточно времени для личных наблюдений и размышлений обо всем, что происходит вокруг.

Вынужденная подстроиться под график дамы преклонного возраста, так я после двенадцати ночи возвращалась от нее с многочисленными записями воспоминаний о былых днях её юности и как она говорила, суровых днях школы жизни. Впрочем, Вивьен Честертон делилась со мной только той информацией, как я заметила, которая никоим образом не давала толк для каких либо слухов или ненужных предположений. Поняв это, я каждый раз входя в комнату, миссис Честертон с блокнотом в руке и с шариковой ручкой для записей, нарочито напускала на себя вид глубокой заинтересованности в её истории, ни в коем случае не выдавая своих истинных намерений.

Итак, после того, как я увидела то, что творится на втором этаже в одной из комнат хозяев и после того, как меня там застала врасплох домоправительница Роуз, я вернулась в свою комнату.

Было солнечное теплое утро, я подошла к окну и, приоткрыв его, всей грудью вдохнула, повеявший ароматом весны и запахом садовых цветов, свежий воздух.

На мгновение я напряглась, вспомнив тот день, когда впервые шагнула на землю Честертонов, а затем то, как Вивьен Честертон представила меня всей своей семье. Тогда, первое, что мне бросилось в глаза и то, что я, можно сказать, почувствовала всем своим нутром так это то, как меня, словно насквозь сверлят чьи-то глаза. Я посмотрела в ту сторону, откуда исходил этот взгляд, и застыла на месте.

Стоя посреди комнаты, как и все члены семьи, на меня в упор смотрел один человек. Это был мужчина, на вид ему было лет тридцать- тридцать пять; смуглое вытянутое лицо, слегка щетинистый подбородок и глаза- черные, ядовитые, смотревшие на меня с каким-то маниакальным вожделением, они будто загипнотизировали меня, так, что я не могла даже сдвинуться с места.

– А это Уилфред! Сказала миссис Честертон, понизив голос, видимо поняв, на какого я так смотрю, не отрывая глаз и решив нас представить друг другу.

Вожделенные сарказмом черные глаза, стали, еще темнее, в них, как мне показалось на мгновение, заиграли черти.

Но тут я почувствовала на себе еще один взгляд, только на этот раз ощущение было совсем другим. Как теплый поток стремительного света пронизал меня насквозь своим теплом, так и этот взгляд, остановился на мне, и я встретилась с взглядом других светло- серых глаз, смотревших на меня внимательным, изучающим взглядом. Я вдруг почувствовала как по моим охладевшим только что рукам, начало разливаться стремительное тепло.

Луч света пробился сквозь большое окно в пол в гостиной, где мы сейчас все и собрались и намеренно встал между мной и тем, кто сейчас не отводил от меня пристальных серых глаз.

– Это Дарен! Услышала я глухой голос Вивьен Честертон, который мимолетно пронесся в моем сознании и остался в нем надолго.

Глава 2

– Дарен, – медленно, произнесла я про себя, не в силах оторвать взгляд -

необыкновенно красивый молодой мужчина, словно с обложки журнала, все еще не сводил с меня глаз. Он был высок, прекрасно сложен, на нем отлично сидел дорогой черный костюм, который подчеркивал его отменную фигуру.

Но больше меня поразили его глаза: открытые и умные, они смотрели на меня так, словно в облике меня, здесь появилось какое-то иное существо, чуть ли не из другого мира, так, что я не выдержав, перевела взгляд на других членов семьи, залившись легкой краской.

Какое-то время я пыталась не смотреть на него, даже опасаясь, ненароком коснуться его взгляда и лишь бездумно и полуосознанно, смотрела на других членов семьи, лица которых, проносились передо мной, как калейдоскоп видений, каждый раз, когда Вивьен Честертон представляла мне их.

Не понимаю, почему с тех пор, как я увидела его в той большой солнечной гостиной, он не выходит у меня из головы. Это как наваждение. Я хотела вновь и вновь увидеть его, но при этом боялась этого. Да, я думала, что буду вести себя при виде него глупо и нелепо и в очередной раз как часто и происходило со мной во время какого-то сильного волнения – зальюсь вся краской, и буду нести какой – ни будь очередной не осознанный бред. Нет, будет лучше, если я больше не увижу его. Хотя это и маловероятно, ведь я нахожусь с ним в одном доме и, следовательно, волей не волей, нам придется видеться. Даже если это будет мимолетно, – подумала я, тяжело вздохнув, не отрывая глаз от синего неба, в котором быстро проплывали кучевые облака из большого и светлого окна в кабинете миссис Честертон. Я направилась туда, после того как мне сообщили, что она проснулась и желает меня видеть.

Но, когда я вошла туда, то заметила, что в комнате никого нет. Я осмотрелась по сторонам в надежде увидеть что-нибудь такое, что натолкнет меня на разгадки тайн этой семьи, но вскоре в кабинет вошла Вивьен Честертон и, я сделала вид, что лишь терпеливо ожидаю её.

Я по-прежнему чувствовала себя несколько скованно в этом огромном роскошном доме, больше похожем на величественный замок с многочисленными колоннами при входе, с огромными холлами и длинными коридорами, увешанными дорогими картинами, на которые можно было любоваться бесконечно.

Среди всего этого, я словно терялась, как та маленькая девочка, что случайно заблудилась в лесу.

Лишь со временем ко мне стала приходить уверенность в себе и в своих собственных силах, особенно после того, как я стала больше узнавать людей, с которыми мне приходилось взаимодействовать. Я начала понимать, что происходит в этом доме и что за жизнь ведут его обитатели. Но это произошло не сразу, а постепенно, тайны, словно одна за другой – сами медленно и неохотно открывали для меня свою дверь.

Так на кухне, хотя я и была приглашена обедать с хозяевами, но чувствовала себя среди них не комфортно, потому как еще никого не знала, поэтому, предпочитала обедать, или завтракать по возможности, там.

Я познакомилась с обслуживающим персоналом, особенно, с одной девушкой, как выяснилось, она много чего знала об атмосфере, царящей в этом доме, а так же, была очень наблюдательна и осторожна. Даже не знаю, чем я вызвала её доверие, но она, как я заметила, какое-то время, наблюдая за мной, после, заговорила первой. Незаметно, наше общение переросло в нечто большее, после чего, я обрела подругу. Девушку звали Мэгги. Это была невысокая, чуть меньше меня ростом, худенькая, стройная, как осинка, девушка, с короткими вьющимися волосами и с внимательными карими глазами. Порой, она мне чем-то напоминала эльфа, потому как её постоянная задумчивость, внимательный взгляд и необычная внешность, делали из неё человека из особенного мира, такой она казалась мне, по крайней мере.

В первый раз, когда мы с ней познакомились, а это произошло на кухне, она, сказала:

– Вас, ведь зовут Рут? Рут Хауэрт?

– Да,– ответила я.

– А меня – Мэгги.

– Очень приятно, будем знакомы, – произнесла я и протянула ей в ответ свою руку. Девушка робко пожала её.

– Вы…,– хотела что-то сказать она, но я мягко её перебила.

– Можно на «ты», – заключила я.

– Хорошо, – сказала она, улыбнувшись.

– Ты секретарь миссис Честертон, вернее – её помощница?

– Совершенно, верно, почему ты об этом спрашиваешь?

– Хотела убедиться, что это так.

Я недоуменно посмотрела на неё.

– Просто, девушки, которые … – в этот момент, она осеклась и поджала губы, мы услышали, как к нам приближаются чьи-то тяжелые шаги.

На кухню вошла слегка располневшая, розовощекая, с гладко зачесанными назад и заколотыми в тугой жгут черными волосами – кухарка.

Она, молча, посмотрела на нас и, поставив посуду, кивнула мне головой, по-видимому, поприветствовав меня и, снова удалилась.

– Это Айрис,– произнесла Мэгги, видя, как я провожаю женщину, странным взглядом.

– Она немая, то есть – не разговаривает, – заметила Мэгги.

– Это от рождения? Спросила я.

– Нет, такой она стала здесь, в этом доме, – заключила Мэгги и её лицо вдруг, искривилось в ненавистной ухмылке.

– Но, что произошло? Потрясенная таким обстоятельством, спросила я.