Читаем Чикагский вариант онлайн бесплатно

В американском политическом марафоне — президентских выборах своеобразную роль играют национальные съезды, или, как их называют у себя, конвенты двух основных политических партий США — демократической и республиканской, на которых происходит выдвижение потенциальных кандидатов в очередные президенты. Проводимые за несколько месяцев до президентских выборов, эти съезды проходят как всеамериканские рекламные шоу: своего рода политические спектакли, которыми две ведущие партии открывают схватку за кресло в Белом доме.

Вся эта буффонада тонет в бравурных мелодиях, ура–патриотических приветствиях и отрепетированных демонстрациях в поддержку кандидатов.

Впрочем, карнавальная буффонада — лишь видимая часть айсберга. Пока в зале съезда не смолкают оркестры и трещотки, раздаются приветствия, за его стенами в узком кругу партийных боссов «делается политика», идет ожесточенный торг между представителями конкурирующих группировок и блоков, заключаются сделки, предваряющие решения съезда о кандидатах партии на пост президента и вице–президента. В ожесточенной борьбе за обеспечение поддержки большинства делегатов съезда в пользу того или иного кандидата их сторонники, руководители и сотрудники их избирательных кампаний не брезгуют никакими средствами. Подкуп, шантаж, всевозможные махинации и интриги дело обычное.

Об этой скрытой, но весьма характерной для американской политической системы стороне партийных съездов по выдвижению кандидатов в президенты и повествуют в своем романе, который журнал предлагает читателю, американские писатели Флетчер Нибел и Чарлз Бейли, уже известные у нас по ранее публиковавшимся произведениям «Семь дней в мае», «Ночь в Кэмп — Дэвиде» и «Исчезнувший».

Обстоятельно нарисованная в романе картина падения политических нравов США и той роли, которую играют в политической жизни этой страны финансовые и монополистические круги, стоящие за спиной тех или иных кандидатов и прокладывающие им путь в Белый дом, как бы перекликаются с сегодняшней Америкой, которую еще недавно потрясали ураганы Уотергейта и для которой подобные политические скандалы стали нормой.

Не обошли они, как известно, стороной и нынешнюю американскую администрацию, когда летом 1983 года обнаружились сенсационные факты так называемого «нового Уотергейта», свидетельствующие о причастности многих высокопоставленных сотрудников сегодняшнего хозяина Белого дома Рональда Рейгана к тайной шпионской операции против своего противника Дж. Картера во время избирательной кампании 1980 года. Вот почему роман «Чикагский вариант» даже спустя двадцать лет после выхода в свет в основе своей остается весьма злободневным. Усилившиеся в США за этот период политическая коррупция и расходы на гонку вооружений намного превзошли смелую фантазию его авторов.

В. ПАРХОМЕНКО,

кандидат исторических наук

Роман

Арчи Дю — Пейдж приоткрыл было дверь, но, заслышав доносившиеся крики и барабанную дробь, вновь поспешно вернулся в номер. Группа самодеятельных музыкантов промаршировала мимо двери, громко распевая калифорнийский гимн, восхвалявший на все лады губернатора Брайана Робертса. Миновав номер Дю — Пейджа, замыкавший шествие юнец задержался на мгновение и крикнул:

— Эй, ты там, не грусти! Робертс возьмет тебя в вице–президенты!

Арчи выждал некоторое время и затем прошел в апартаменты кандидата. Внимание собравшихся здесь, как обычно, было поглощено телефоном. Министр финансов Чарлз Манчестер, высокий и стройный, стоя у стола, говорил по белому телефону, а рядом нетерпеливо переминались с ноги на ногу два его помощника. В штабе кампании под лозунгом «Манчестера — в президенты!» только что начался новый трудовой день.

— Это очень разумно, господин президент, — вежливо, исполненным уважения тоном говорил в трубку Манчестер. — Не волнуйтесь, я пока помолчу о сельскохозяйственной программе… Да, я знаю. Спасибо, сэр. Теперь, после вашего звонка, чувствую себя куда увереннее. До свидания, господин президент…

Манчестер повесил трубку и улыбнулся своим помощникам.

— Старый лис, — сказал он. — Захотел, видите ли, пожелать мне ни пуха ни пера перед пресс–конференцией. На самом–то деле его волнует, как бы я не покритиковал его программу развития ферм. Ну что, пошли?

Все четверо во главе с Манчестером вышли из номера. Кандидат не торопился. Арчи заметил, что тот держится очень прямо, и невольно расправил плечи, стараясь скрыть недавно обозначившуюся сутулость. Манчестер слегка теребил пальцами мочку уха, и по этому признаку Арчи определил, что кандидат немного взволнован. Мысли его, судя по всему, были заняты предстоящей пресс–конференцией и теми каверзными вопросами, которые ему могли задать.

— Черт бы побрал этих калифорнийцев с их гимном! — пробормотал толстяк Оби О’Коннел, вразвалку семенивший рядом с кандидатом.

— Хороший гимн, — отозвался Манчестер. — Мне, по крайней мере, нравится.

— Эх, Чарли, — проговорил О’Коннел, потирая ладонями свою обрюзгшую физиономию. — Ты просто еще не знаешь, что такое конвент. Поначалу–то тут все нравится…

Льюис Коэн, профессор Принстонского университета и советник Манчестера по политическим вопросам, втиснулся между кандидатом и главой его штаба.

— Господин министр, — хмурясь, произнес он. — Не стоит сейчас распространяться насчет сельскохозяйственной программы. Подождем, пока будет готов отчет экспертов. Даже если вас изберут кандидатом в президенты…

— Что значит «если», Льюис? — спросил Манчестер, на ходу улыбаясь коротышке–профессору. — Мы выиграем после первого же голосования.

— Победу приносит только последний тур, — поправил его О’Коннел.

— Что ж, будь по–твоему, — согласился Манчестер и вновь расплылся в улыбке.

Без двух минут десять Манчестер вошел в большой зал отеля «Хилтон» и приветствовал толпу зрителей и журналистов. Четыре телекамеры тут же уставились на кандидата, замелькали вспышки фотоаппаратов. Трое помощников Манчестера уселись в кресла, а сам он приблизился к трибуне. Ровно в десять утра министр поднял руки, прося тишины.

— Спасибо за радушие, — проговорил он. — Однако на ближайшие полчаса я поступаю в распоряжение прессы, и давайте не будем мешать ее работе. Итак, дамы и господа, я к вашим услугам!

В зале засмеялись, глухо затарахтел стенотип. Манчестер пригладил ладонью черную шевелюру, в которой поблескивали седые пряди, и кивнул одному из репортеров.

— Корсон, Ассошиэйтед Пресс, — представился тот. — Господин министр, вам предрекают победу после первого же тура голосования. Вы согласны с этим прогнозом?

Манчестер стиснул ладонями края трибуны.

— Пять минут назад руководитель моей избирательной кампании мистер О’Коннел заявил, что победу всегда приносит последний тур, — ответил он. Мне не хочется вступать с ним в противоречие. По крайней мере, до вторника, пока не пройдет перекличка штатов.

Репортеры захохотали.

«Порядок, — подумал Арчи. — Однако пора настраиваться на серьезный лад».

Словно отгадав его мысли, Манчестер согнал с лица непринужденную улыбку и серьезно посмотрел на журналистов. Один из них поднял руку.

— Карл Джонсон, «Реджистер». Господин министр, последний опрос в штате Айова показал, что сельскохозяйственную программу Стюарта поддерживают лишь тридцать процентов фермеров. У вас есть какой–то новый путь решения этой проблемы?

Манчестер кивнул. Его так и подмывало сказать, что программу давно пора выбросить на помойку как совершенно негодную, однако он вовремя вспомнил о предостережениях президента и Льюиса Коэна. Кандидат слегка нахмурил брови.

— Я не видел результатов опроса, — проговорил он. — Однако даже противники программы согласятся со мной, если я скажу, что президент искренне желал найти разумное решение этой насущной проблемы. Конечно, программа не лишена недостатков, и это понимаю не только я, но и президент. Сейчас готовится новый проект, который будет представлен в окончательной редакции к Дню труда, не позже.

Пресс–конференция пошла полным ходом и постепенно превратилась в дотошный допрос.

Манчестер отвечал на вопросы спокойно и уверенно. Лишь однажды он отвернулся от газетчиков и, бросив взгляд на Арчи Дю — Пейджа, убедился, что его помощник по связям с прессой вполне удовлетворен ходом дела.

В этот миг где–то посреди зала встал пожилой джентльмен и попросил передать ему микрофон.

— Кэлвин Бэррауфс, независимый издатель, — представился он. — Господин министр, ходят слухи, будто бы вы против увеличения оборонного бюджета. Насколько я помню, вы еще ни разу не высказывались на эту тему публично. Может быть, настало время внести ясность?

— С удовольствием, мистер Бэррауфс, — ответил Манчестер. Он на мгновение умолк, подбирая нужные слова, потом осторожно проговорил: — Со времен второй мировой войны наша страна постоянно ощущает на своих плечах тяжкое бремя военных расходов. Боюсь, что нам и впредь придется выделять значительные суммы на основные статьи оборонного бюджета. Несмотря на то что совместными усилиями нам удалось частично разрядить напряженность в отношениях с Советами, «холодная война» еще не окончена. Ядерного оружия, которым обладают Соединенные Штаты сегодня, вполне достаточно не только для того, чтобы стереть с лица земли Россию, но и чтобы уничтожить саму человеческую цивилизацию… Короче говоря, сейчас возник вопрос о том, нужно ли вообще наращивать военный потенциал. У меня нет определенного мнения на этот счет. Пусть мне докажут, что наша оборона нуждается в еще большем числе боеголовок и носителей. Вы удовлетворены, мистер Бэррауфс?

— Нет, сэр. Как вы знаете, сейчас решается вопрос о нескольких крупных военных контрактах, которым пока еще не дан ход…

— Это мне известно, — Манчестер говорил, тщательно подбирая слова. Вряд ли есть смысл вести речь об уже выработанных планах. Скажу только, что, если меня выдвинут кандидатом и изберут в президенты, я, пожалуй, рассмотрю их заново.

— А что вы можете сказать о проекте «Дафна»? Как вы знаете, его общая стоимость исчисляется суммой в десять миллиардов долларов.

— Контракт на реализацию проекта «Дафна» одобрен министром обороны и президентом…

— Одобряете ли его вы, как министр финансов?

— Я нахожусь здесь не как министр финансов, а как лицо, желающее стать кандидатом на пост президента от республиканской партии.

— Стало быть, не одобряете.

— Смею надеяться, что мои слова достаточно ясно отражают то, что я чувствую и думаю.

— Значит, став президентом, вы пересмотрите и проект «Дафна»?

— В числе всех прочих — да.

Двое газетчиков, стоявших возле дверей, бросились вон из зала. Один из них зацепился карманом пиджака за дверную ручку, и треск рвущейся ткани слился с возбужденным гулом голосов. Арчи Дю — Пейдж вскочил и зашептал что–то на ухо Манчестеру, тот отрицательно покачал головой и снова повернулся к микрофонам.

— Я вижу, мои слова не на шутку взволновали вас, — сказал он. Позвольте же мне объясниться. По данным объединенной комиссии Конгресса по атомной энергии, в нашем арсенале насчитывается и так слишком много ядерных боеголовок и бомб. Стоит взорвать их все одновременно, и человечеству конец. Я совершенно искренне заявляю: довольно! Конкретно о «Дафне». Насколько я понимаю, весь смысл проекта в том, чтобы на какие–то секунды сократить время полета ракеты–носителя от наших стартовых площадок до цели. Я считаю, что тратить десять миллиардов ради того только, чтобы на несколько секунд раньше похоронить человечество, чистейшей воды идиотизм!

— Идиотизм? Мы не ослышались, сэр?

— Ну, возможно, это слишком сильное выражение, однако оно вполне соответствует моим чувствам.

О’Коннел тихонько застонал, профессор Коэн щелкнул суставами пальцев. Арчи Дю — Пейдж почувствовал смутную тревогу.

— Господин министр, фирма «Юнивесл фордж» объявила о своем намерении нанять десять тысяч сотрудников с тем, чтобы обеспечить проект «Дафна» рабочей силой. Получается, что теперь эти люди останутся без работы, так?

— Я не намерен комментировать действия фирмы «Юнифордж». Моя цель состоит в том, чтобы совершенно искренне поделиться с вами своими соображениями относительно проблемы, которую я считаю глобальной и жизненно важной для всего человечества.

— Сэр, намерены ли вы использовать свой тезис о необходимости соблюдать меру как средство в борьбе против губернатора Робертса?

— Я думаю, что мистер Робертс солидарен со мной в этом вопросе.

— Благодарим вас, господин министр! — прокричал какой–то корреспондент телеграфного агентства, бросаясь к двери. Толпа репортеров повалила следом.

В кабине служебного лифта О’Коннел тяжело привалился к стене и снова принялся потирать пальцами щеки.

— Эх, святая простота… — пробормотал он. — В политике от нее куда больше бед, чем от лицемерия.

— Ты считаешь, что я зашел слишком далеко? — растерянно спросил Манчестер.

— Далеко! Где это видано — откровенничать накануне голосования!

— А твое мнение, Арчи?

Дю — Пейдж глубоко вздохнул.

— Я восхищен вашей искренностью, босс, и все, что вы сказали, правильно. Только вот подходящий ли сейчас момент для таких речей? Не думаю, чтобы президент Стюарт…

— Черт возьми! — воскликнул Манчестер, в расстройстве сжимая кулаки. — До каких пор я должен отмалчиваться по всем сколько–нибудь важным вопросам и подпевать Стюарту? У меня, в конце концов, есть своя голова на плечах!

Молодой человек в гробовой тишине пересек комнату и выключил телевизор. Взгляды пятерых мужчин разом обратились на кресло, в котором восседал шестой член компании — грузный здоровяк в желтом купальном халате.

— Что вы скажете об этом, губернатор? — спросил Карл Флейшер, руководитель кампании по выдвижению Брайана Робертса.

Губернатор закинул ногу за ногу и вперил взор в потухший телеэкран.

— Пожалуй, сперва лучше выслушаем наших экспертов, — проговорил он. Дэви, начинай.

Молоденький пресс–секретарь немного подумал.

— По–моему, — сказал он, — Манчестер набрел на нечто такое, что породит в стране нужный ему отклик. Понравится ли все это президенту Стюарту — другой вопрос. Старик ведь одобрил «Дафну»…

— Что верно, то верно, — согласился Карл Флейшер. — Однако в отличие от Дэви я полагаю, что Манчестер дал маху: в стране полным ходом идет строительство ракет, и многие из делегатов наверняка призадумаются о том, не ударит ли выдвижение Манчестера по их чековым книжкам.

Робертс кивнул долговязому Роджеру Абботу, старейшине канзасских республиканцев, занимавшему в калифорнийском штабе вторую по важности должность после Карла Флейшера.

— Не могу отделаться от мысли, что Манчестер и Стюарт отрепетировали все это в Белом доме, — заявил Аббот. — Скоро из Вашингтона дадут знать о полном согласии между президентом и министром финансов. Будь осторожен, Бин, взвешивай каждое слово.

Остальные помощники Робертса высказались приблизительно в том же духе, после чего все члены штаба вновь уставились на своего кандидата, который молча барабанил пальцами по подлокотнику кресла.

— Вы не знаете Манчестера. Чарли выложил все, что было у него на душе, — сказал наконец Робертс. — Своим вопросом Кэл Бэррауфс просто вышиб затычку, и вода полилась наружу. Министр слишком откровенен, и это может выйти ему боком.