Читаем Четыре жизни онлайн бесплатно

***

–Ну почему, почему ты меня подставляешь так? Предатель! – сокрушалась я на телефон, – нашел, когда разрядиться!

Хочу немного разбавить эту негативную обстановку и пояснить, что собственно происходит.

Меня зовут Дана, я учусь в 11 классе, вот-вот и у меня начнутся экзамены. Страшно ли мне? Я сама пока не знаю, в любом случае – чему быть, того не миновать. Я живу с бабушкой, потому что мама умерла, а папа, чтобы меня обеспечивать, постоянно ездит в командировки, я тоскую по нему, но понимаю, что все ради меня, поэтому стараюсь не огорчать. К бабушке я переехала, когда училась в 10 классе, тогда зимой мама и умерла.. Я очень тяжело перенесла эту утрату, конечно, мое состояние отразилось и на учебе, и на моем образе жизни в целом. Я начала бесконечно хандрить, переживала из-за любой мелочи и часто срывалась на слезы. Учителя понимали мое состояние и частенько отпускали домой, но там мне было еще хуже, потому что мне все напоминало о ней.. Бабушка Агата – мамина мама – безумно меня любила всегда, конечно, единственная внучка, да еще и как две капли воды похожа на её дочь. Она делала для меня всё и даже больше, поэтому вскоре после этого печального события забрала меня к себе, а отец перестал вылезать из командировок.

Так вот, поскольку бабушка очень трепетно относилась ко мне, я старалась её не разочаровывать, поэтому всегда звонила, когда шла с занятий. Но сегодня именно тот день, когда телефон подставил меня, он разрядился в тот момент, когда я уже почти начала звонить, надеюсь, хоть гудок к ней дошел. На всякий случай пришлось ускорить шаг. На улице такая жара, что создается ощущение, будто подошва моих балеток горит диким пламенем, а по спине течет водопад «Потный». Пытаясь спастись от жары, я не заметила, как от ускоренного перешла на быстрый шаг и практически летела, думая о том, как быстрее выпить стакан холодной воды.

–Отлично, – сигнал зеленого светофора показывал еще 3 секунды, – я успею, – пробормотала себе под нос я.

Вовремя проскочив по зебре на другую сторону, я, не сбавляя шагу, направилась дальше, но мой марафон прервал дикий собачий скулеж. Я обернулась и увидела, что на дороге лежит беленький комочек шерсти, вокруг него образовалась лужа крови. Щенок тихо поскуливал, а его лапки бились в мучительных судорогах.

Отключив всякую логику, я понеслась спасать собаку, о чем очень скоро пожалела. Я ведь не учла, что светофор уже для меня красный. Как только я вышла на проезжую часть, на меня наехал лихач. Удар пришелся четко в область живота, и меня откинуло на приличное расстояние от места происшествия. Дико больно, такое ощущение, что я оказалась под огромным прессом, который скоро оставит от меня только маленькую лужицу. Секунда, две, три – и боль резко исчезла. Странно.. Может, болевой шок? Ладно, не больно и хорошо, я, наверно, просто испугалась. Надо идти домой скорее, бабушка начнет волноваться, потом еще, не дай Бог, узнает, что со мной случилось, не хочу, чтобы она переживала.

Ой! Собака! Что там с ней? Стоило мне об этом подумать, как в поле моего зрения появился тот самый белый комочек шерсти, только как странно, он так бодр и весел, будто не его только что сбила машина. Случаи из разряда мистики меня всегда выбивали из колеи, и этот не стал исключением.

–Эй, дружочек! – я взяла пса на руки, – ты как воскрес-то?

В самом деле, абсолютно живая и здоровая собака, что ж не так-то? Может его не сбивали? Он от испуга может скулил? Ничего понять не могу..

–Солнышко, ты безумно милый, но мне уже пора, если хочешь, пойдем вместе.

Я улыбнулась этому очаровашке во все 32. Его молочная шерстка с коричневыми пятнышками на спине и вокруг правого глаза была такая пушистая, что казалось, как будто он облачко. Милый пес с умным взглядом. Я взяла ее на руки и начала гладить, не могу унять своего умиления по отношению к нему. В одну секунду по всему телу проскочила волна, будто током прошибло. Я подумала, что меня просто передернуло от случившегося, не придав этому никакого значения. Собака спрыгнула с моих рук и начала звать меня куда-то:

–Я, к сожалению, не понимаю собачий язык, но, по-видимому, мне придется идти, но потом сразу пойдем к бабушке! – кричу в след уже давно скрывшейся за углом улицы собаке.

Мы пошли в сторону той самой дороги, люди, которые скопились на перекрестке, уже разошлись, машины не было, стояла только «скорая помощь», врачи бегали, суетились, но мне было неинтересно, что там происходит. Я бежала за собакой, которая вела меня по каким-то странным закоулкам, которые раньше я никогда не замечала. Оказывается, она вела меня к бабушке!

–Молодец! Как мне тебя звать.. Нори! Ты большой молодец, как ты узнал, где живет моя бабушка?

Бабушкин дом, пожалуй, ничем не отличается от среднестатистического. Дворик с небольшим палисадником, в котором растут ароматные цветы пестрых окрасов, по двору бегает немецкая овчарка Граф, любимчик всех членов нашей семьи. Несмотря на свои размеры, он очень уютный, особенно зимними вечерами, когда он любит залезть между толпой людей и греть их всех своим теплом. Думаю, ему это нравится. Сам дом обложен белым кирпичом, смотрится аккуратно. На крыше тоже есть полуэтаж, там моя отдельная комната, без меня в ней никто не живет. Я сделала в ней все по своему вкусу.

Нори, не подавая голоса, молча смотрел на меня и на двор бабушки. Я оставила его на улице, потому что не знаю, как отреагирует Граф. Я зашла, пес подошел ко мне, обнюхал и, присев на задние лапы, поклонился и начал протяжно скулить.

–Граф, ты чего? У тебя новолуние сегодня? – посмеялась я.

Открываю тяжеленую деревянную дверь, которую красили уже наверно миллион раз. В доме гробовая тишина. Обычно, когда бабушка дома, у нее работает радио или телевизор. Из дальней спальни слышу тихие всхлипывания, мне это не нравится, неужели что-то случилось? Надеюсь, она не из-за меня, не люблю, когда она расстраивается, особенно, когда в этом виновата я..

Бабушка сидит в своей спальне. Посередине комнаты стоит железная кровать, на которой лежит толстенная перина, из-за этого кровать кажется высоченной. Возле небольшого окошка с прозрачными ажурными занавесками стоит журнальный столик. На нем лекарства от давления, снотворные таблетки, блокнот с ручкой. В последнее время она очень беспокойно спит, бабушка сама рассказывала, что ей снятся плохие сны, и она подолгу из-за этого не может уснуть. Сейчас она сидит на стуле рядом с этим столиком, ко мне она сидит лицом, но почему-то делает вид, что не видит, может, обиделась? По ее щекам стекают градины слез, она говорит по телефону.

–Сашенька, да ты понимаешь, что сейчас они ничего не могут сделать, они подключили ее к аппарату искусственного жизнеобеспечения. Но так долго нельзя, если она не придет в себя в ближайшие три дня, мы ничем ей не поможем.

Она разговаривает с папой, он как обычно в длительной командировке, мы с ним практически не видимся. Бабушка начинает заливаться слезами еще больше, я не могу на это смотреть, мое сердце будто сейчас выскочит из груди, оно бешено стучит, слышу его стук даже в ушах. Я сажусь перед бабушкой на колени, положив ее свободную руку в свои. Она такая горячая. Чувствую, что по ее телу пробегает легкий холодок, это заметно, потому что у нее появились мурашки. Она вздрагивает и отдергивает руку.

–Саш, будем надеяться на то, что наша Даночка справится, у нее сильные гены, дед наш вон какой. За всю жизнь ни разу не болел. И наше золотко справится. Я буду держать тебя в курсе всего происходящего. Пока.

–Что? Баб, я здесь! Ты чего? Со мной все хорошо, я же тут, жива и здорова! О чем ты???

Мое подсознание мечется из угла в угол. Вот они те самые странности и всплыли.. Я смотрю в ее голубые, заплаканные глаза и жду, что она мне хоть что-то скажет. Но она по-прежнему делает вид, что меня здесь нет. Значит точно.. Она не видит меня и не слышит..

–Даночка, солнышко мое, держись, – говорит она сквозь слезы.

–Неужели увидела? – обрадовалась я. – А нет, показалось..

Она просто встала и прошла сквозь меня. Теперь по моему телу пробежали мурашки. Все мои сомнения подтвердились.. Но что я нахожу странным: если я призрак, то почему я все чувствую? Почему я смогла ее за руку взять? Может, мне показалось? Стоит еще раз попробовать.

–Бабуля! – подбежала я, пытаясь схватить ее за руку.

Моя версия не подтвердилась, я не смогла ее взять, но ее рука дрогнула. Я, как ветерок, не трогаю, но она чувствует прикосновения. Очень странно. Все призраки так умеют? Интересно..

«А! Стоп!! Как я могу быть призраком, если бабушка сказала, что я вроде как в больнице и, кажется, еще жива?! Эта история становится все интересней, а мне все больше непонятно.. что же делать теперь?» – размышляла я.

Слева от меня стоит шкаф с большим зеркалом, я замечаю его и решаю подойти. Как смешно, вместо себя я вижу.. Ничего! Как смешно, кто бы мог подумать..

Я, опустошенная, вышла во двор, ощущения внутри не из приятных. Нори по-прежнему сидел на том месте, на котором я его оставила. Когда я подошла, он начал жалобно скулить и, лежа на животе, закрывать лапками свои глаза. Он все понимал с самого начала и привел меня сюда не случайно. Ему нужно было, чтобы я узнала. Умничка! Я погладила его по макушке, и он встал. Подав голос, он позвал меня за собой в сторону леса, который находился неподалеку, а за ним заброшенные пруды. Мне всегда было очень страшно туда ходить, не знаю, насколько это правда, но бабушка рассказывала, что там по ночам убивали случайных прохожих, топили их в прудах, закапывали в мусоре, под деревьями, а порой бросали и так, только прежде, чем их находила полиция, лисы уже успевали полакомиться самыми вкусными частями тела. Представляя эту картину, я боялась даже вечером просто выходить за пределы двора. Не знаю, правду она говорила или нет, но, думаю, это вполне возможно. Однажды мы с папой шли через этот лес, я видела и пруды, и лис, и кучи мусора. Люди, свиньи, не берегут природу..

Как я и предполагала, мы пришли в тот самый лес, Нори уселся возле двух сросшихся в виде арки акаций и ждал, когда я его догоню. Я шла не спеша, осматривая всю окрестность. Мимо меня, прямо перед носом, пронеслась лиса. Она такая облезлая, даже шерсть у нее была не сильно рыжая, а хвост, как у мыши, тоненький и страшненький. Нори начал громко лаять, напоминая, что ждет меня. Я подошла, он запрыгнул в арку. Я за ним.

Мы оказались, будто по ту сторону зеркала. Вроде тот же лес, только тут ничего не цветет, трава желтая, все цветы пожухлые, а деревья и вовсе без листвы, стоят голые, ветви черные, будто обожжены. Мы проходим немного дальше, на горизонте виднеется один их прудов, еще немного пройдя вперед, начинаю чувствовать тошнотворный запах. Это смесь гнили, застоявшейся воды, гари и разлагающихся трупов. Фу, сочетание не из приятных. За деревом замечаю какую-то фигуру. Я окликнула ее, а она, заметив меня, прыгнула в воду. Я подбежала к краю пруда, примерно на его середине торчала голова.

–Не бойся, я ничего тебе не сделаю, выйди сюда, – приманиваю я.

Это была девочка лет семи, ее тело такое пухленькое, сине-зеленого оттенка, в волосах тина, глаза впавшие, а на глазных яблоках мутно-белая пелена. Выглядит, как, хмм, труп! Почему как? Бедная. Что с ней случилось? Она настолько ужасна, что я боюсь смотреть на нее. Вдобавок этот мерзкий запах, потому что возле пруда еще начало нести тухлой рыбой.. совсем немного и меня стошнит..

Она медленно начала двигаться в мою сторону, на ней нет никакой одежды, ужас, боюсь представить, как она умерла тут.. Девочка, наконец, вылезла, теперь я вижу ее во весь рост, и это зрелище, поистине, ужасно… Она с опаской шла от берега и, наконец, присела на край лавочки возле меня. Она смотрела своими прозрачными глазами и молчала. Я села ближе. Ох, этот запах..

«Держи себя в руках, надо все у нее выяснить», – твердила я себе.

–Как тебя зовут? – выдавила я с трудом.

–Катя, а тебя?

–Меня Дана зовут. Как ты здесь оказалась? – я прекрасно понимаю, что это труп, не думаю, что есть смысл спрашивать, где ее родители и почему она здесь одна.

–Десять лет назад я гуляла возле дома, родителей не было, за мной присматривала соседка – тетя Валя. Она периодически выглядывала в окно, чтобы убедиться, что я на месте, несколько раз звала в дом, но я оттягивала время, хотелось еще погулять. Потом ко мне подошел дядя и предложил пойти к пруду посмотреть на рыбок. Я сказала, что мне надо предупредить тетю Валю, а он сказал, что уже ее предупредил. Я согласилась, и мы пошли. Мы стояли возле пруда, я высматривала рыбок, но было темно и невозможно было ничего разглядеть. Я расстроилась, поворачиваюсь к нему, а он штаны снимает. Сказал мне тоже раздеваться, чтобы мы смогли поплавать в озере, там точно я их увижу. Он разделся совсем и приказал мне тоже раздеваться..

Девочка остановилась, чтобы сглотнуть комок, который мешал говорить, по ее щеке потекла слеза.

–Мне было очень стыдно, и я начала плакать. Он ударил меня по лицу, и я упала на мокрую грязную землю, потом он потащил меня на лавочку, стянул мои трусы и начал делать мне очень больно, я кричала, плакала, а он так сильно меня схватил, что я пошевелиться не могла. Он затыкал мне рот своими грязными трусами, потом повернул к себе и начал совать свою гадость мне в рот, я задыхалась от слез, сопли текли ручьем, он бил меня по лицу, когда я делала не так, как он хочет. Во рту я чувствовала вкус крови, потом он развернул меня и опять продолжил свое дело. Мне уже оставалось только терпеть, потому что поблизости никого не было. Когда он закончил делать Это, я почувствовала, что внутрь меня льется что то теплое, мне было очень неприятно.. Мне оставалось давиться собственными слезами..

Катя на несколько секунд замолчала, она снова пустила слезу, но набравшись храбрости продолжила: