Читаем Четвертый мир. Дары творцов онлайн бесплатно

Глава 1. БЕГЛЕЦ.

Ярко-красные блики вспыхивали и гасли на темно-вишневом небосводе. Создавалось впечатление, что где-то в глубине лабиринта облаков разбушевался пожар. Солнце, в свою очередь, почти полностью скрылось за линией горизонта, ознаменовав окончание очередного дня. Но некоторых не ждала теплая перина в каменном замке или усыпанный листьями сухой пол деревянной хижины, не ждал горячий ужин в кругу близких и родных, теплая ванна или партия в карты под увеселительные напитки. Север по-прежнему оставался неприветливым и суровым местом. Долгими столетиями ковалась вражда местных племен, а само понятие о мире давно смылось багровым приливом войны.

– Сколько уже зим я не видел этих уродцев!? – выругался себе под нос Араваль. Он сжал пальцы воедино, впившись грязными ногтями в ладонь. Его огромные кулаки могли бы зваться кувалдами, если бы кто-то решил дать им имена. Он посмотрел наверх, в синих глянцевых глазах замерцал расплывчатый полумесяц. Странные огни продолжали бесноваться где-то далеко в пучине облаков. На его смуглом лице можно было увидеть только легкое недоумение, страх, который был редким гостем, он умел тщательно скрывать. Араваль поднял с земли свое оружие. Место под засечки на рукояти секиры закончились еще три зимы назад.

"Возможно, лучше будет утопиться в этом грязном болоте, чем стать обедом для бешеных псов", – подумал северянин. Из глубины леса все еще слышался лай. Он внушал страх, рождал пугающие мысли, от которых было не избавиться, как от комарья в летний зной. Араваль провел рукой по ровному черепу, смахнув пот и грязь с головы. Под коротким газоном темных волос виднелись многочисленные шрамы. Последние отметины тех, кто уже давно спит в земле. Первый защитник Крайлена, бросивший своих людей на верную смерть. Ему и сейчас хотелось сбежать. Сломленный, загнанный в угол, но еще живой, он взялся за рукоять поудобнее. "А может стоит принять бой? Настоящий горец не избегает драк, он их ищет, так учили отцы", – Араваль до сих пор сомневался.

В небе сверкнула искра, ослепительная вспышка стрелой пронзила тучи. Может сама смерть прикрывает его и дарит шанс на спасение? Ведь слишком много жизней он забрал и отправил в ее обитель. Сухой вечерний воздух заметно потяжелел. Раскаты грома эхом разнеслись по топи и прилегающему к ней полесью. Под их прикрытием можно вплотную подойти к преследователям, подумал Араваль. Решение быстро созрело и привело в действие могучее тело.

Разрез был глубоким, тянулся от бедра вниз, заканчиваясь под самой коленной чашечкой. Трещина в раскаленной земле выглядела бы на фоне этого ранения сущей царапиной. Не обращая внимания на боль в ноге, Араваль много дней продолжал свой бег, подгоняемый вперед угрызениями совести и страхом. Он стремился сгинуть в болотах, утопить в них свой позор, а может и себя вместе с ним. Стыд сжигал его изнутри и, выступая самым мощным топливом, толкал вперед.

Гул людских голосов еще стоял в голове, голосов его людей, которых он оставил в горящем Крайлене, они нуждались в нем, а он ушел. Да, Араваль дрогнул, жнецы давили числом, а их натасканные собаки пожирали раненных защитников живьем прямо на улицах города. Их дома горели, пылали словно бумажные, и он отступил за стены, а потом и вовсе оставил город. Инстинкты вели вождя и горстку его людей глубоко в лес, подальше от павшего Крайлена, где в руинах о помощи молили женщины и дети. Они обрекли их на тяжелую смерть, а может это итак было неизбежно. Никто уже не узнает, а совесть будет грызть его до момента, пока он сам не будет развеян пеплом по ветру.

Погоня вымотала Араваля, а нога сильно распухла. Он прижег рану еще ночью, но каждое касание ступни о почву отдавалось пульсирующей болью, пронзающей все его тело. Последнему из горцев оставалось только принять последний бой и ему представилась неплохая возможность. За ослепляющей вспышкой на небе последовал протяжный раскат грома и что-то юркнуло из облаков вниз, спикировав где-то в болото и оставив за собой шлейф из искр на мрачном небе. Араваль воспользовался шумом и приблизился к жнецам так близко, что мог уловить их разговоры, да что там, он практически слышал их сердцебиение.

– Это не обычная гроза. – произнес всевед. Черепа украшали его наплечники, а грубо срезанная волчья шкура болталась на широкой спине напоминанием о кровожадности своего хозяина. При каждом глубоком вдохе вперед выпячивалась его оголенная грудь, покрытая красными письменами. Всеведы рождались не часто, их способность единения с природой особо ценилась на севере. Среди жнецов Тодд Острый риф был живой легендой. Он лично возглавлял победную атаку на Крайлен и со своими людьми бросился вслед за бежавшим горским вождем. Всевед долго дышал ему в спину и наконец подобрался, как никогда, близко.

– Мы должны нагнать его во что бы то ни стало, и он нужен нам живым, по крайней мере пока. Вперед, черти! – прорычал Тодд, сверкнув заточенными желтыми клыками.

Их погоня за горцами длилась уже несколько дней. Жнецы жестоко вырезали стаю Араваля, но вожаку, хоть и искалеченному, каждый раз удавалось ускользнуть. Он был ранен в последней стычке и кровавые следы вели жнецов за ним лучше любого поводыря. Назревала их роковая встреча.

"Чертов всевед, будь он проклят, – думал Араваль, – всевед и пес, остальные не помеха. Убегут, поджав хвосты, либо примут смерть от моей секиры".

Он сжал рукоять двумя руками так крепко, как только мог и вынырнул из кустов. Пес вскочил, он учуял чужака, но было слишком поздно. Секира опустилась на его хребет, рассекла животное надвое и лихо продолжила бой. Казалось, что оружием управляет сам дьявол, в темноте были видны лишь очертания громадного воина, который нес смерть за собой. Еще двое пали под натиском Араваля. Он играючи легко рубил их на части, казалось не чувствуя усталости, страха и боли, но все же силы были неравны.

"Отдышаться бы, немного перевести дух, и я сломлю их!" – пульсировало в его голове.

Араваль остановился, глотая воздух широко раскрытым ртом и вместе с ним замерли все остальные, затих даже шелест листвы. Жнецы отступили к деревьям и скрылись в их тени, а после раздался хруст, но не ветки ломались под тяжестью плодов, то треснули кости гиганта, сражавшегося в одиночку с самой смертью, которая перестала быть его союзником. Со спины в тело, прорвав кольчугу, вонзились два копья, подгоняемые вперед стремительным потоком ветра. Земля дрогнула под ногами и казалось, что начала затягивать воина вглубь. Сзади, в паре шагов от павшего на колени горца, с поднятыми к небу руками, возвышался всевед. Он плавно водил ими по воздуху, словно вылепливал невидимый глиняный сосуд. Стихии были покорны. Казалось природа так же боится его, как и все вокруг. Наконец копья вылетели в обратную сторону, повинуясь движениям всеведа и кровь хлынула из спины Араваля. Он улыбнулся, теряя сознание: – Вот и все.

– Тащите его, но не переусердствуйте, он нам еще нужен, – прогремел Тодд и двинулся в направлении болот. Он собирался сделать крюк, чтобы не наткнуться на возможные патрули вечных – альбиносов, которым принадлежала земля у подножья гор, а жнецы глубоко зашли на их территорию.

Правую ногу уже наполовину поглотила трясина, а распухшие пальцы рук, углубившись в мокрую глину, еще цеплялись за спасательный кусочек земли в мертвом болоте. Выиграв сражение с зыбучей жижей, Иад, без сил, плюхнулся на дерновой бережок, укрытый зеленым моховым покрывалом. Со всех сторон его обступила водная гладь, по которой стелился бледно-голубой туман. Переведя дух, Иад попытался восстановить картину событий, копаясь в своей памяти, но там было пусто.

"В меня вроде бы ударила молния…"

Голова кружилась, а боль пронзала каждую клетку организма. Послышались голоса, нарастающий снежный ком из грубых низких тонов приближался из камышовых зарослей за спиной. Иад, стоя на корточках, притаился и голоса тоже стихли. Словно гром, обрушился на него чей-то боевой клич, а затем последовал бросок, короткий топор вонзился над лопаткой и пригвоздил тело к земле.

"Что за…" – Иад хватал воздух губами, паническая атака не отпускала ослабевшее тело, а боль еще несколько мгновений оставляла в сознании, но после тишина бархатными руками утянула его в свой темный плен.

Маленький отряд продвигался вглубь болот. Двое жнецов тащили Араваля за ноги, а один шел слегка позади – это был Тодд Острый риф. Немного опережая остальных, прокладывали путь через заросли двое разведчиков. Впереди раздался шум, внезапный крик, а после слабый стон. Всевед приблизился, жнецы выволокли из камышей тело юноши в странных лохмотьях. Его плечо истекало кровью, а на, совсем юном, лице застыла гримаса первобытного ужаса.

– Возможно он как-то связан с той падающей искрой или что-то знает о ней, – Тодд задумался на мгновение, нервно почесывая оголенную грудь. – Привяжите его к здоровяку, понесем обоих! – опережая недовольство своих воинов, он рявкнул: – Делайте, что я сказал и поживее!

Жнецы вели преследование без пищи уже третью ночь и их готовность сожрать любого из пленников читалась невооруженным глазом, но без позволения командира никто бы не посмел и пальцем тронуть одну из жертв. Перед всеведами трепетали все, их уважали и, вместе с тем, боялись. И то и другое нравилось Тодду. Какое разочарование быть обычным в мире где столько необычного, думал он. Еще в детстве всевед набил полный рот земли одному из мальчишек просто махнув рукой. Тот задыхался, стоя на четвереньках, а Тодд завороженно потряхивался от растущей в его пальцах силы. Ветер, вода и земля, все стихии служили ему в какой-то мере. Но вдалеке от родных окрестностей Арко-Мора его мощь таяла и вновь возрастала, когда он возвращался домой. Отряд жнецов зашел слишком далеко на чужую землю в своей погоне за горцами. Теперь их путь лежал обратно в горы.

В голове стоял беспрерывный гул, собрав все оставшиеся силы, Иад продрал глаза. Лицо, вымазанное грязью и покрытое засохшими кровяными корками, онемело от неподдельного страха. Он проморгался и принялся нервно осматривать себя. Плечо оказалось перевязано, но рана пульсировала под слоем тряпок. Несколько силуэтов, в паре метров от места пробуждения, жгли сухие ветки в языках пламени. Неподалеку от костра третий незнакомец разделывал звериную тушу. Юноша уловил на себе чей-то взгляд. Неприятное чувство, особенно в сложившейся ситуации.

– Ты слаб, ты не воин. Они сожрут тебя при первой удобной возможности, знаешь об этом? – связанный здоровяк говорил спокойно и это безразличие внушало еще больший ужас в Иада.

– Кто ты? Тоже в плену? Что это за место? – тараторил испуганный пленник.

– Я Араваль, первый защитник Крайлена, города, который спалили до тла эти твари, – он кивнул в сторону фигур у костра, – но все уже не важно, твоя судьба решена, моя тоже. Могу свернуть тебе шею, избавить от будущих мучений, ведь жнецы любят жрать еще теплую человечину. Церемониться с тобой не станут. Так что помоги мне освободиться от веревок, понял?

– Нет-нет, я здесь за другим, – пробормотал Иад, – для другого! – слезы невольно брызнули из его раскрасневшихся глаз и наперегонки покатились вниз по щекам.

– Заткнись, глупец! Если ты не хочешь стать обедом для этих людей, то тебе лучше перегрызть проклятые веревки на моих руках, как видишь, я это сделать не в силах.

Араваль был связан толстым канатом от ступней до самой шеи, в то время как Иаду лишь перетянули руки за спиной.

– Ты весь в крови, ранения серьезные на вид. Даже если я перегрызу веревки, боюсь, ты не сможешь…

– Ха, сопляк! – Араваль сплюнул. – Да будь я хоть десять раз ранен, был бы в силах перерубить еще парочку жнецов перед тем, как испустить дух. Грызи уже, пока никто не смотрит в нашу сторону! – прорычал здоровяк.

Испуганный Иад все же решительно взялся за дело. Сложно было представить, что это все имеет хоть какой-то смысл, но спустя несколько минут веревка поддалась, нитку за ниткой он отчаянно грыз и вскоре, резким рывком Араваль порвал петли на своих запястьях. У них было мало времени, воин это знал. Он смог подняться и быстро освободился полностью. Затекшие ноги еще не слушались, но рана на правом бедре была затянута повязкой, а кровь остановлена.

– Среди них есть всевед, знать бы кто, я бы не снес ему голову в благодарность за сохранение моей ноги, – прошептал Араваль, оглядываясь по сторонам в поисках секиры.

Неслыханное везение – воткнута в землю всего в нескольких шагах. Жнецы никогда не отличались особым умом, подумал горский вождь. Его сумка, хоть и выпотрошенная, но также валялась совсем близко. Он рискнул и аккуратно подцепил ее кончиком древка найденной секиры. Перекинув через плечо серый мешок, Араваль осторожно двинулся к зарослям на полусогнутых ногах. Голодные жнецы, слишком увлеченные добычей, совсем позабыли про своих пленников.

– Стой, теперь помоги мне. Я же сделал все, о чем ты меня просил! – с ноткой отчаяния в голосе прошипел Иад, если бы он мог заорать, то непременно бы сделал это.

– Я тебе ничего не должен. Они начнут погоню, и ты будешь только тормозить меня, так мы погибнем оба, – горец приблизился к Иаду и тот зажмурил глаза. – Беги на запад и не останавливайся, может тогда не станешь жертвой местных хищников, прощай, – Араваль рванул за веревку на руках юноши, и она поддалась. Освободив его, гигант сразу же скрылся в зарослях. Иад на секунду замешкался, но взяв себя в руки из последних сил дернулся в сторону кустов. Только лица коснулись первые ветки, как он зацепился за что-то ногой и кубарем покатился вниз с какого-то склона, на дне которого лбом встретил камень и потерял сознание.

Глава 2. ГОСТИ С ЮГА.

Высокие болотные заросли плотным строем встречали лицо Араваля, раздвигаясь перед ним и вновь смыкаясь за его спиной. Он стремительно продвигался все глубже и глубже в топи. Далеко на юг от болот не осталось живых мест, почти вся вода испарилась, будто темная магия поглотила жизненную силу тех земель. Сначала выгорела трава, сгнили растения и засохли деревья. Вместе с пастбищами вымер домашний, а затем и дикий скот. Некогда зеленые долины превратились в сухие степи. Люди покинули эти места много лет назад. Сейчас там можно было наткнуться лишь на редкие скопления кочевников или поисковые отряды Железной империи, которые шерстят заброшенные селения. Большинство из них создавались из наемников и разбойников, которые без устали искали дары, переворачивая деревню за деревней. С тех пор, как император предложил тысячу золотых монет тому, кто принесет ему первый из четырех даров, поисковых отрядов стало еще больше, чем было. Они рыскали по всему континенту и, достав хоть что-нибудь старинное, древнее, тут же тащили в Годар. По слухам, так и не нашлось ни одного из даров четырех творцов, но поиски продолжались.