Читаем Черный ратник 6 онлайн бесплатно

Глава 1

Мы с Ярославой переглянулись. Ворон же не стал ждать и унёсся куда-то в сторону своих соратников. Лагерь вокруг продолжал бурлить, и теперь стало понятно, почему. Раз в Ярмут приезжал император, то всем не принёсшим клятву ратникам предстояла Церемония клятв. Я развернулся и зашагал к палаткам отряда, Ярослава последовала за мной.

По дороге нас перехватил Соловьёв. Он вышагивал навстречу с колчаном через плечо и издалека замахал рукой.

— Слышали уже? — спросил он вместо приветствия.

— Слышали, — ответил я.

— Весь лагерь на ушах стоит, — Соловьёв мотнул головой в сторону плаца, где толпились ратники в начищенных до блеска доспехах. — Один Ворон бороду подровнял, другой сапоги третий час полирует. Церемония, клятвы, это всё понятно. Только императора ещё две недели не будет, а народ уже при параде.

— Где Иван и Громов? — спросил я.

— Иван у себя в палатке, его сегодня Пантелеймон осматривал, — Соловьёв поморщился при упоминании лекаря. — Даже здесь нашёл и ругался, очень. А Громов ушёл к кузнице, забрать какой-то заказ.

— Собери всех, — приказал я. Времени у нас было в обрез. — Мы выезжаем в Ярмут.

Соловьёв встрепенулся и удивленно поднял брови. Но по моему лицу понял, что сейчас было не лучшее время для вопросов. Поэтому просто отправился выполнять команду.

Из крепости мы выехали уже через пару часов и в полном составе. Зарецкий, который последние дни провёл, зарывшись в ковенские документы, сел на лошадь первым и выглядел довольным, что наконец-то куда-то двигается. Громов ехал рядом с ним, его увесистая сумка с заказом из кузницы теперь висела на бедной лошади. Тоже, похоже, к приезду Императора готовился.

Иван сидел в седле лучше, чем неделю назад, хотя левая рука была ещё в перевязи. Но пальцами он уже шевелил, и по его лицу было видно, что он считает это личной победой.

Дорога до Ярмута заняла остаток дня. К городу мы подъехали, когда солнце уже ползло к горам, и городские стены темнели на фоне закатного неба. Город менялся. На стенах висели свежие знамёна — не только орденские чёрно-белые, но и имперские, с двуглавым орлом. У ворот рабочие обновляли створки и красили петли. Главную улицу от ворот к цитадели кто-то расчистил и выровнял брусчатку, сгребя в стороны грязь и щебень. Ярмут переодевался из военного в церемониальное, и даже вывеска «Усталого кота» выглядела свежее, Мирон постарался.

Я разместил отряд в казарме и направился в город. Мне приезд Императора приносил лишь проблемы, и некоторые из них требовали немедленного решения.

Баня, где укрылись Олаф и Луна, выглядела все так же, как снаружи так и внутри. Ступени, сырой камень, запах мыла и влажного дерева. Я толкнул дверь, обитую железом, и она даже не скрипнула. Олаф, видимо, смазал петли.

За дверью было просторнее, чем я помнил. Олаф передвинул мебель, сдвинул лавки к стенам и освободил центр. Посередине комнаты стояла Луна. Босая, в простом платье, серебристые волосы собраны в пучок на затылке. Её ладони были подняты перед собой, и между ними мерцало золотистое свечение. Олаф стоял в трёх шагах, сложив единственную руку на груди, и наблюдал.

— Держи, — негромко скомандовал Олаф. — Ещё десять секунд.

Луна стиснула зубы. Свечение дрогнуло, но не погасло. Десять секунд прошли, и Луна медленно опустила руки. Золотое свечение угасло, и девушка шумно выдохнула.

— Лучше, — сказал Олаф.

Из его уст это была высшая похвала.

Я прислонился к косяку и подождал, пока они закончат. Луна заметила меня первой — обернулась, и на её лице мелькнуло что-то лукавое.

— Видел? — спросила она. — В два раза дольше, чем в прошлый раз.

— Видел-видел, — спокойно ответил я.

Луна и вправду прогрессировала. Вот только до Императора ей было ещё как до Северного моря. И наверстывать придется долго и усердно.

Олаф, заметив мое выражение лица, только хмыкнул. Однорукий хоть виду и не показывал, но гордился успехами подопечной. Вот только радость долго не продлилась.

— Что случилось? — спросил он, прищурившись.

— К нам едет Император, — сказал я.

Олаф нахмурился.

— Знаю. Утром дошли слухи, — ответил он. — Через две недели, может раньше.

Луна перестала улыбаться. Она смотрела на нас с Олафом и ее лицо становилось все более серьезным. Золотая аура, которая мгновение назад стабильно мерцала, дрогнула и погасла вовсе.

— Отец? — тихо переспросила она. — Сюда?

— Сюда, — подтвердил я. — Принимать клятвы у ратников. И не только клятвы.

Олаф сделал шаг к Луне и положил ей руку на плечо.

— Иди отдыхай, — сказал он ей. — Мы с Тимом поговорим.

— Нет, — возразил я, качнув головой. — Этот разговор для троих.

Олаф посмотрел на меня. Помедлил. Потом убрал руку с плеча Луны и кивнул.

Я закрыл дверь и поставил Полог. Звуки снаружи отрезало, даже шум улиц стих. Олаф сел за стол у стены. Я напротив. Луна забралась на кровать, поджала колени к груди и обняла их руками. Она спрятала босые ноги под одеяло и расправила волосы. Серебристые локоны упали ей на хрупкие плечи. Она молчала, но глаза были внимательными и настороженными.

— Что ты решил? — не стал тянуть Олаф. Он понимал все лучше меня. — По поводу предложения императора.

— Ты хочешь что-то предложить? — поинтересовался я.

Олаф выдохнул и потёр подбородок единственной рукой. У него отросла борода, и вид у него стал совсем диким.

— Я за безопасность Луны готов на многое, — сказал он. — Если понадобится, я увезу её отсюда сам, сегодня ночью, и императору придётся искать нас по всей империи.

— Понимаю, — ответил я. — И именно поэтому мы сейчас разговариваем, а не собираемся.

— Тогда говори, — Олаф откинулся на спинку стула. — Ты явно пришёл не совет просить, ты пришёл что-то сообщить.

Я без лишних слов достал Искру из-за пазухи и положил на стол.

Чёрный гладкий камень в форме пламени лёг между нами. От него шло слабое тепло, и даже в полумраке подвала он мерцал тёмным внутренним светом. Золотая аура Луны дрогнула, инстинктивно потянулась к нему, но тут же отступила.

Олаф замер. Он смотрел на камень, не двигаясь и не моргая, и я видел, как медленно менялось выражение его лица. Удивление, понимание, и затем холодный расчет.

— Что это? — спросила Луна с кровати.

— Искра рода, — ответил я. — Она значит, что род Темниковых восстановлен.

Олаф поднял на меня тяжёлый взгляд.

— Ты сделал это сам, — произнёс он.

Я молча пожал плечами.

— Без разрешения императора. Без его помощи. Без его людей и без его ресурсов.

Олаф посмотрел на Искру, потом обратно на меня.

— Ты понимаешь, что это означает, — сказал он медленно. — Император предлагал тебе восстановление рода в обмен на Луну. Ты должен был вернуться к нему с ответом. Вместо этого ты восстановил род самостоятельно, и теперь у тебя нет ничего, чем можно торговаться. Зато есть повод для недовольства Императора.

— Я в курсе, — невозмутимо отозвался я.

— Технически восстановленный род всё равно должен быть одобрен императором, — продолжил говорить Олаф. — Без его одобрения у тебя нет земель, нет статуса, нет казны. Есть красивый камень и слово «Темников», которое пока ничего не значит.

— Для меня, — холодно сказал я, — род Темниковых значит всё.

Олаф отлично уловил интонации моего голоса. Он еще пуще нахмурился и разочарованно покачал головой.

— Значит, — с лёгкой ноткой горечи ответил Олаф, — ты всё-таки принял предложение императора.

— Не ошибайся, однорукий, — возразил я. — Я не служу никому.

Олаф переглянулся с Луной.

Она сидела на кровати, обхватив колени, и её золотые глаза неотрывно следили за разговором. Босая девушка в подвале бани уже однажды изменила ход сражения в Ярмуте.

— Клятва Ордена приносится носителю золотой ауры, — произнёс я. — Император — носитель. Но не единственный.

Я снова посмотрел на Луну. Она поняла всё раньше, чем я договорил. Её пальцы на коленях сжались, и золотые глаза расширились.

— Нет, — сразу же отрезал Олаф и поднялся на ноги. — Никаких Клятв. Лучше я увезу её сам.

Я встал вслед за ним.

— Не забывайся. Я здесь решаю, кто куда едет.

Серая аура Олафа дрогнула и он холодно посмотрел на меня.

— Осторожнее, — спокойно произнёс я. — Я стал сильнее.

— Меня, — невозмутимо ответил Олаф, — тебе всё равно не победить.

Я только усмехнулся.

— С двумя руками — никогда. А вот с одной… — я ухмыльнулся. — Мне нравятся мои шансы.

— Ну почему вы всё всегда решаете вот так⁈ — раздался громогласный голос Луны.

Она неожиданно вскочила с кровати и сделала два шага вперед.

— Никаких поединков, — сурово произнесла она, глядя на меня.

Я только пожал плечами. Выглядела она немного забавно, но такое проявление имперской крови было мне по вкусу.

— А ты, подожди, — Луна повернулась к Олафу. — И дай Тиму закончить.

Мы с Олафом переглянулись под внимательным надзором Луны. И оба сели за стол. Луна снова устроилась на кровати. Её глаза горели золотым.

Я кашлянул и продолжил:

— Я принесу клятву Луне. Конкретную и взаимную, так, чтобы это было не подчинение, а партнёрство. Две клятвы одного типа на одном человеке конфликтуют, это известная вещь, и императору придётся с этим считаться. Вторую клятву он на меня повесить не сможет, не рискнув моей жизнью.

В подвале стало тихо. Только вода капала где-то за стеной.

— Моего отца это не остановит, — возразила Луна. Её голос прозвучал жёстче, чем обычно. — Если понадобится, он найдёт способ надавить. Он всегда находит.

— Пусть давит, — ответил я. — У нас будет клятва, закреплённая золотой аурой. И ещё вот это.

Я постучал пальцем рядом с Искрой рода.

Олаф молчал. Он сидел, и его единственная рука лежала на столе, сжатая в кулак.

— Император тебя за это убьёт, — произнёс он наконец.

— Посмотрим, — ответил я.

— Ты не понимаешь, с кем имеешь дело, — Олаф покачал головой. — Я двадцать лет служил при дворе. Я знаю этого человека. Он не прощает тех, кто забирает у него его собственность. А Луна для него — собственность, даже если это не нравится ни мне ни ей.

Луна поджала губы, но промолчала.

— Выбор невелик — сказал я. — Либо клятву принимает Луна, либо её принимает император. Служить ему я не собираюсь. Терять голову на плахе тоже.

— Если ты принесёшь клятву Луне, — предупредил меня Олаф, — то станешь мятежником, который связал себя с беглой дочерью императора. И к тебе будут относиться соответственно.

— Возможно. Но я буду жив, свободен и с восстановленным родом, — я смотрел однорукому прямо в глаза. — Остальное — вопрос переговоров. И формулировки клятвы.

Олаф задумался и замолчал. Ему ситуация не нравилась.

— Как звучит Клятва? — спросила Луна.

— Защищаю род Романовых в лице Луны Романовой, — тут же ответил я, — покуда она не причиняет вреда роду Темниковых.

Луна удивленно приподняла брови.

— И все?

— Хочешь добавить что-то от себя? — усмехнулся я.

Луна только крепче обняла колени.

— Может сработать, — подвела итог она. — Клятва честная. Тим защищает Романовых, я не причиняю вреда Темниковым. Это справедливо.

— Это опасно, — сказал Олаф, повернувшись к ней.

— Всё опасно, — ответила Луна, и в её голосе прорезалось что-то дерзкое. — Сидеть в подвале тоже опасно. Отец рано или поздно меня найдёт, и тогда будет ещё хуже. Так у нас хотя бы есть шанс.

Я редко видел Олафа вот таким. Он явно прикипел к Луне, и очень не хотел ставить её под угрозу ещё сильнее.

Вот только прежде чем однорукий успел что-нибудь сказать, Луна выпрямилась. Подняла ладони, и золотая аура вспыхнула — ровная, стабильная и без дрожи. Она держала её десять секунд, пятнадцать, двадцать. Свет заполнил подвал, и тени отступили к углам. Искра рода на столе отозвалась, пульс в ней стал чаще.

Луна опустила руки. Аура погасла.

Олаф тяжело выдохнул. Потом разжал кулак и положил ладонь на стол.

— Технически она готова, — признал он. — Но мне это всё равно не нравится.

— Вариантов лучше у нас нет, — ответил я.

Я встал. Луна встала напротив. Между нами на столе лежала Искра рода, и тень от неё расползалась по дереву стола.

— Что… — запнулась Луна, — мне нужно делать?

Точно. Она же никогда не принимала Клятв, и бастарда вряд ли учили этому.

— Ты всё поймёшь, — успокоил её я. — Просто прими мои слова.

Луна кивнула. Подняла ладони, золотое свечение снова разлилось по подвалу.

— Я клянусь, — мой голос, напитанный чёрной аурой, заставил мебель в подвале задрожать, — защищать род Романовых в лице Луны Романовой, покуда она не причиняет вреда роду Темниковых.

Слова ушли в золотую ауру. По моей груди разлилось тепло, а потом тонкая нить соединила меня с Луной. Глаза девушки горели золотом, и по нити потекла её аура. Клятва легла на аурные каналы и вплелась в них, запечаталась в наших аурах. Нить натянулась и зазвенела, а потом ослабла и медленно истлела.

Луна опустила руки. Свечение погасло. Она пошатнулась, и я подхватил её, не дав ей упасть. Девушка оказалась удивительно легкой.

— Всё, — прошептала она. — Приняла.

Я осторожно положил девушку на кровать и вернулся за стол.

— Теперь Луну нужно увезти из Ярмута, — сказал я. — До приезда императора. Если он её здесь найдёт, будет хуже для всех.

— Куда? — спросил Олаф.

Я знал лучший и пока единственный вариант. По крайней мере, до полноценного окончания войны.

— Белоярск, — отозвался я. — Велес вас примет. Матвей может сопроводить вас до предгорий, дальше по горам сами дойдёте. Громовы остались должны за Белоярск, пора бы вернуть должок. Только выходить нужно как можно скорее. Лучше, сегодня же ночью.

Олаф тяжело вздохнул.

— Белоярск, — повторил он. — Велеса я знаю, он нас не выдаст. Но, Тим, если император тебя прижмёт, а он прижмёт, нас рядом не будет.

— Я справлюсь, — отмахнулся я.

— Ты слишком часто это говоришь, — негромко произнесла Луна. Она уже немного пришла в себя и сидела на кровати. — Когда-нибудь ты не справишься.

— Тогда и поговорим, — ответил я и встал. — Собирайтесь. Я пришлю Громова через час-другой.

Разговор был закончен. Долгих прощаний я не любил, так что снял Полог и вышел из подвала. На улице было уже темно, и Ярмут светился огнями ярче, чем обычно. Город готовился.

Я направился в казарму, искать Громова, вот только столкнулся вовсе не с ним. А с имперским паразитом. С Кнутовым.

Он стоял у входа, в безупречно чистом мундире, со сложенными за спиной руками. Создавалось впечатление, что имперский аудитор безошибочно знал, где меня искать. Притом каждый раз. И находил в самые неподходящие моменты.

— Волк Тим, — дружелюбно поприветствовал меня он. Его тону я не верил ни на йоту. — Рад видеть вас в добром здравии. Я как раз закончил читать доклад инструктора Савелия, ваша работа в предгорьях меня очень впечатлила.

— Рад за вас, — ответил я без какого-либо энтузиазма.

Кнутов лишь чуть склонил голову набок.

— Хорошо ли вы себя чувствуете? — спросил он безупречно вежливым тоном. — Выглядите бледнее обычного.

Я выдержал его внимательный взгляд.

— Дорога утомила, — сказал я. — Ничего серьёзного. Вы по делу или как?

— Нет, — неожиданно ответил Кнутов. — Не буду вас задерживать. Отдыхайте, впереди важные события. Император в городе ожидается менее чем через две недели. Церемония клятв, сами понимаете.

Он слегка наклонил голову, развернулся и пошёл прочь с безупречной осанкой. Ни одного лишнего слова, ни одного лишнего жеста.