Читаем Черная Индия онлайн бесплатно

Романъ.

Типографія высочайшеутвержд. Т-ва И. Д. Сытина.

МОСКВА.– 1898.

Таково было содержаніе письма, которое Джемсъ Старръ получилъ съ первой почтой 3-го декабря 18… года. На письм былъ штемпель почтоваго отдленія въ Аберфойл, находящемся въ графств Стирлингъ, въ Шотландіи.

Любопытство инженера было сильно затронуто. Ему даже и на умъ не пришло, что письмо могло быть мистификаціей. Онъ давно зналъ Симона Форда, одного изъ бывшихъ надсмотрщиковъ за работами въ копяхъ Аберфойля; Джемсъ Старръ въ продолженіе цлыхъ 20-ти лтъ былъ директоромъ этихъ самыхъ копей, или, какъ говорятъ въ англійскихъ копяхъ, viewer'омъ.

Джемсъ Старръ былъ человкъ крпкаго сложенія, и, несмотря на его 55 лтъ, никто не далъ бы ему боле сорока. Онъ происходилъ изъ стариннаго шотландскаго рода и былъ однимъ изъ самыхъ видныхъ жителей Эдинбурга. Его труды приносили честь почтенному сословію шотландскихъ инженеровъ, которые добываютъ каменный уголь изъ богатой имъ почвы Соединенныхъ Королевствъ, въ Кардиф, Ньюкэстл и нижнихъ графствахъ Шотландіи. Но особенно имя Старра пользовалось общимъ уваженіемъ въ глубин тхъ таинственныхъ копей Аберфойля, которыя находятся по сосдству съ рудниками въ Аллоа и занимаютъ значительную часть графства Стирлингъ. Тутъ, въ этихъ копяхъ, прошла почти вся его жизнь. Кром того, Джемсъ Старръ принималъ участіе въ «Обществ шотландскихъ антикваріевъ» и даже былъ его президентомъ. Онъ считался также въ числ наиболе дятельныхъ членовъ «Королевскаго Института», и въ «Эдинбургскомъ Обозрніи»1 часто появлялись замчательныя статьи, подписанныя его именемъ. Отсюда видно, что онъ былъ однимъ изъ тхъ ученыхъ практиковъ, которымъ Англія обязака своимъ благосостояніемъ. Вообще онъ занималъ очень видное положеніе въ старой шотландской столиц, которая во всхъ отношеніяхъ заслуживала названія «Сверныхъ Аинъ».

Извстно, что англичане всей совокупности своихъ обширныхъ каменноугольныхъ копей дали очень мткое названіе. Они весьма справедливо называютъ ихъ «Черною Индіей», и эта Индія, можетъ-быть, боле, чмъ восточная Индія, содйствовала возрастанію изумительнаго богатства Соединенныхъ Королевствъ. Дйствительно, тутъ и день и ночь массы углекоповъ трудятся надъ добываніемъ изъ британской почвы каменнаго угля, этого драгоцннаго топлива, являющагося положительно необходимостью въ промышленной стран.

Въ эту эпоху было еще очень далеко до того времени, когда, согласно предсказаніямъ спеціалистовъ, запасъ угля на всемъ земномъ шар долженъ будетъ истощиться. Недостатка въ этомъ минерал нечего было еще опасаться, и во всхъ концахъ Стараго и Новаго Свта шла усердная эксплоатація залежей каменнаго угля. Различныя фабрики, локомотивы, локомобили, пароходы, газовые заводы и т. п. не имли недостатка въ минеральномъ топлив. Однако, потребленіе угля въ послдніе годы возросло до такой степени, что нкоторыя залежи были уже совершенно истощены. Он были покинуты, и пустынныя копи, съ имъ мрачными шахтами, производили грустное впечатлніе.

Такая имнно участь постигла и кони Аберфойля.

Десять лтъ тому назадъ послдняя телжка увезла отсюда послднюю тонну угля. Орудія, служившія для «подземныхъ» работъ, машины, назначенныя для передвиженія по рельсамъ, проложеннымъ въ подземныхъ галлереяхъ, вагоны для подземныхъ желзныхъ дорогъ, корзинки, въ которыхъ вытаскивали уголь изъ шахтъ, однимъ словомъ все, что необходимо было при эксплоатаціи копей, было вытащено изъ глубины шахты и оставлено на поверхности земли. Покинутыя кони походили на трупъ мастодонта, фантастической величины, у котораго отняли вс необходимые для жизни органы, оставивъ ему одинъ только скелетъ.

Изъ всхъ этихъ орудій оставались теперь только длинныя деревянныя лстницы, служившія для спуска въ глубину копей чрезъ шахту Яроу; съ того самаго дня, какъ прекратились работы, только эти лстницы давали доступъ въ нижнія галлереи копи Дошаръ.

Снаружи чернли зданія, которыя нкогда кишли рабочимъ людомъ; по нимъ можно было судить о мстъ, гд были прорыты шахты копи Дошаръ, которая, наравн съ другими копями Аберфойля, была совершенно оставлена.

Въ одинъ печальный день углекопы оставили копь, въ которой они проработали столько лтъ.

Инженеръ Джемсъ Старръ созвалъ т тысячи скромныхъ тружениковъ, которые составляли дятельное и энергичное населеніе копей. Вс рабочіе съ своими женами и дтьми, не исключая самыхъ старыхъ, собрались на обширномъ двор копи Дошаръ, который нкогда былъ переполненъ углемъ.

Эти славные люди, которые должны были разсяться въ борьб изъ-за куска насущнаго хлба, – т самые люди, которые непрерывный рядъ лтъ, поколніе за поколніемъ, прожили въ старомъ Аберфойл, ожидали теперь своего инженера, чтобы распроститься съ нимъ навсегда. Компанія копей, въ знакъ благодарности, уступила имъ весь чистый доходъ за текущій годъ. На самомъ дл, этого было довольно мало, потому что стоимость добытаго угля немногимъ превосходила издержки по эксплоатаціи; но, все-таки, этихъ денегъ было вполн достаточно для того, чтобы рабочіе могли на нихъ прокормиться до пріисканія себ новыхъ мстъ на сосднихъ копяхъ или на фермахъ и заводахъ графства.

Демсъ Старръ сталъ у входа подъ обширный навсъ, подъ которымъ такъ долго работали тяжелыя паровыя машины, при помощи которыхъ вытаскивали уголь изъ шахтъ.

Симомъ Фордъ, староста углекоповъ копи Дошаръ, которому тогда было 55 лтъ, и нсколько другихъ надсмотрщиковъ за работами окружили его.

Джемсъ Старръ снялъ шляпу. Углекопы въ глубокомъ молчаніи послдовали его примру.

Эта прощальная сцена носила трогательный и величественный характеръ.

– Друзья мои, – сказалъ инженеръ, – моментъ разлуки наступилъ! Копи Аберфойля, которыя въ теченіе столькихъ лтъ соединяли насъ въ общей работ, теперь истощены. Наши изысканія привели насъ къ тому убжденію, что угля здсь больше нтъ, и изъ копи Дошаръ только что вынули послдній кусокъ угля!

И, въ доказательство своихъ словъ, Джешь Старръ указалъ углекопамъ на глыбу угля, лежавшую на дн находившейся подл инженера телжки.

– Этотъ кусокъ угля, друзья мои, – продолжалъ Джемсъ Старръ, походитъ на послднюю каплю крови, текшей по жиламъ нашихъ копей. Мы сохранимъ его на память, какъ это мы сдлали уже съ первымъ кускомъ угля, добытымъ имъ копей Аберфойля назадъ тому 150 лтъ. Сколько поколній работниковъ, перемнилось за это время въ нашихъ копяхъ! Но теперь… кончено! «Прощайте!» – говоритъ вамъ теперь вашъ инженеръ. Эти копи, въ которыхъ работали ваши руки, давали вамъ средства къ существованію. Трудъ былъ тяжелъ, но онъ приносилъ вамъ пользу. Теперь наша громадныя семья разсется, и нельзя и думать, чтобы ея члены когда-нибудь опять соединились. И не забывайте, что мы долго прожили вмст и что долгъ углекоповъ Аберфойля – помогать другъ другу. Ваши прежніе хозяева также не забудутъ этого. Мы столько времени проработали вмст, что не можемъ быть чужими другъ другу. Мы будемъ слдить за вами, и на какую бы честную работу вы ни пошли, наши рекомендаціи всюду послдуютъ за вами. Итакъ, прощайте, друзья мои! Небо да поможетъ вамъ!

Сказавъ это, Джемсъ Старръ обнялъ самаго стараго рабочаго копей, глаза котораго были влажны отъ слезъ. Потомъ старосты углекоповъ подошли пожать руку инженера въ то время, какъ углекопы махали шляпами и кричали:

– Прощай, Джемсъ Старръ, нашъ начальникъ и другъ!

Это прощанье должно было оставить неизгладимое воспоминаніе во всхъ этихъ честныхъ сердцахъ. Но, наконецъ, углекопы покинули обширный дворъ. Вокругъ Джемса Старра образовалась пустота. Въ послдній разъ раздались шаги углекоповъ по черной тропинк, ведшей къ копи Дошаръ, и то шумное оживленіе, которое до сихъ поръ царило въ копяхъ Аберфойля, смнилось теперь угрюмою тишиной.

Одинъ только человкъ остался около Джемса Старра.

Это былъ староста углекоповъ – Симонъ Фордъ. Рядомъ съ нимъ стоялъ его сынъ Гарри, мальчикъ лтъ 15-ти, который уже нсколько лтъ работалъ въ глубин шахтъ.

Джемсъ Старъ и Симонъ Фордъ знали и взаимно уважали другъ друга.

– Прощайте, Симонъ! – сказалъ инженеръ.

– Прощайте, мистеръ Джемсъ, – отвчалъ надсмотрщикъ за работами. – Или, лучше, позвольте мн добавить, до свиданья!

– Да, до свиданья, Симонъ! – сказалъ Джемсъ Старръ. – Вы знаете, что я всегда съ удовольствіемъ увижу васъ и поговорю съ вами о счастливомъ прошломъ нашего стараго Аберфойля!

– Я знаю это, мистеръ Джемсъ!

– Мой домъ въ Эдинбург постоянно открытъ для васъ!

– Эдинбургъ, это далеко! – отвчалъ надсмотрщикъ, покачивая головой. – Да, далеко отъ копи Дошаръ!

– Далеко, Симонъ! А гд вы разсчитываете поселиться?

– Да здсь же, мистеръ Джемсъ! Мы не оставимъ копи, нашей старой кормилицы, изъ-за того, что молоко у нея пропало! Моя жена, мой сынъ и я – мы устроимся какъ-нибудь такъ, чтобы не разстаться съ нею!

– Итакъ, прощайте, Симонъ! – отвчалъ инженеръ, голосъ котораго обнаруживалъ внутреннее волненіе, хотя инженеръ и старался скрыть это.

– Нтъ, повторяю вамъ, до свиданья, мистеръ Джемсъ, – отвчалъ надсмотрщикъ, – а не прощайте! Я, Симонъ Фордъ, даю вамъ честное слово, что Аберфойль еще увидитъ васъ!

Инженеръ не хотлъ лишать старика этой послдней надежды. Онъ обнялъ молодого Гарри, который смотрлъ на него большими, взволнованными глазами, въ послдній разъ пожалъ руку Симона Форда и окончательно оставилъ Аберфойль.

Вотъ что случилось десять лтъ тому назадъ, и несмотря на то, что староста углекоповъ выразилъ надежду увидаться еще какъ-нибудь, впослдствіи, съ инженеромъ, Джемсъ Старръ въ теченіе всего этого времени ни разу даже и не слышалъ о немъ.

И вотъ, посл десятилтней разлуки къ нему пришло это письмо отъ Симона Форда, которое убждало его немедленно отправиться въ бывшія копи Аберфойля.

«Интересное для него сообщеніе…» Что бы это такое было? Копь Дошаръ, шахта Яроу! Какія прекрасныя воспоминанія будили въ немъ эти дорогія имена. Да! это было хорошее время, – время труда, борьбы самое хорошее время въ жизни инженера!

Джемсъ Старръ перечелъ письмо. Онъ вдумывался въ каждую строчку. Онъ сожаллъ, что Симонъ Фордъ не прибавилъ ни слова боле. Онъ почти сердился на него за то, что тотъ прислалъ такое лаконическое письмо.

Можетъ-быть, старикъ открылъ какой-нибудь новый слой угля? Нтъ, это невроятно!

Джемсъ Старъ припомнилъ, съ какой тщательностью копи Аберфойля были изслдованы передъ окончательнымъ прекращеніемъ работъ. Онъ самъ присутствовалъ при послднихъ изысканіяхъ, когда, несмотря на вс усилія, не было найдено ни одного слоя угля въ почв, истощенной многолтнею эксплоатаціей. Итакъ, Джемсъ Старръ покинулъ копи съ полнымъ убжденіемъ, что въ нихъ нтъ боле ни куска минеральнаго топлива.

«Нтъ, – повторялъ онъ, – нтъ! Какъ допустить, чтобы Симону Форду удалось найти то, что ускользнуло отъ всхъ моихъ изысканій… Однако, старикъ долженъ прекрасно знать, что въ цломъ мір только это можетъ меня заинтересовать, и это приглашеніе отправиться въ копь Дошаръ, которое я долженъ сохранить въ тайн…»

Джемсъ Старръ никакъ не могъ понять этого.

Съ другой стороны, инженеръ зналъ Симона Форда за искуснаго углекопа, хорошо знавшаго свое дло. Онъ не видалъ его съ того самаго времени, какъ работы въ копяхъ Аберфойля были прекращены. Онъ не зналъ даже, что сталось съ бывшимъ старостой. Онъ не могъ бы сказать ни того, чмъ онъ занимается, ни того, гд онъ живетъ вмст съ своею женой и сыномъ. Онъ зналъ лишь, что старикъ общалъ ему увидаться съ нимъ въ шахт Яроу и что Гарри, сынъ Симона Форда, весь завтрашній день будетъ ждать его на станціи «Каллендеръ». Итакъ, нужно было създить въ копь Дошаръ.

– Ршено, я ду? – сказалъ Джемсъ Старръ, который чувствовалъ, что его возбужденіе съ часу на часъ увеличивалось.

Достойный инженеръ принадлежалъ къ той пород страстныхъ людей, умъ которыхъ постоянно кипитъ, какъ вода въ котл, поставленномъ надъ жаркимъ огнемъ. Иногда вода въ такомъ котл бьетъ ключомъ, иногда она бурлитъ потихоньку. Въ этотъ день идеи Джемса Старра кипли ключомъ.

Но тутъ случилось совсмъ неожиданное происшествіе. Оно было каплей холодной воды, попавшей на разгоряченный мозгъ инженера.

Дло было въ томъ, что около 6-ти часовъ вечера, съ третьей почтой, Джемсъ Старръ получилъ второе письмо.

Это письмо было запечатано въ грубомъ конверт, надпись на которомъ принадлежала рук, мало привыкшей къ перу.

Джемсъ Старръ разорвалъ этотъ конвертъ. Въ немъ былъ клочокъ бумаги, пожелтвшей отъ времени; казалось, его вырвали изъ какой-нибудь старой тетради, давно уже вышедшей изъ употребленія.

На этой бумаг было написано слдующее:

«Просятъ инженера – Джемса Старра не безпокоиться, такъ какъ письмо Симона Форда потеряло теперь всякое значеніе».

Подписи не было.

Изумленію Джемса Старра не было границъ, когда онъ прочиталъ это второе письмо, такъ противорчившее первому.

«Что все это значитъ?» – спросилъ онъ самъ себя.

Джемсъ Старръ снова взялъ въ руки разорванный конвертъ. На немъ такъ же, какъ и на конверт перваго письма, былъ штемпель почтоваго отдленія въ Аберфойл. Такимъ образомъ, оба письма были отправлены изъ одного и того же пункта, графства Стирлингъ. Тмъ не мене, второе, очевидно, было написано не старымъ углекопомъ. Не мене очевиднымъ, однако, было и то, что авторъ второго письма зналъ тайну бывшаго старосты углекоповъ, потому что онъ ясно говорилъ о томъ предложеніи отправиться въ шахту Яроу, которое было сдлано инженеру.

Итакъ, надо ли было врить тому, что первое письмо потеряло теперь всякое значеніе? Можетъ-быть, просто хотли помшать отъзду Джемса Старра въ копи? Не скрывалось ли тутъ какого-нибудь злого умысла разстроить планы Симона Форда?

Вотъ вопросы, которые представлялись, Джемсу Старру по зрломъ размышленіи. Противорчіе, которое было между обоими письмами, возбудило въ немъ еще боле страстное желаніе отправиться въ копь Дошаръ. Если во всемъ этомъ не было ничего, кром мистификаціи, то, все-таки, слдовало въэтомъ удостовриться. Къ тому же Джемсъ Старръ боле врилъ первому письму, чмъ второму, т. е. боле склоненъ былъ исполнить желаніе такого человка, какъ Симовъ Фордъ, чмъ послушаться предостереженія анонима.