Читаем Человек без страха онлайн бесплатно

Annotation

Однажды по дороге домой он столкнулся на своем пути с настоящими монстрами. Выяснив, что лишь ему они показывают свой истинный облик, и оставшись в одиночестве в этой неравной битве, он должен отыскать способ выбраться из этого ада.

Глава 1

Человек без страха

Глава 1

Маркус ненавидел свое имя. Данное ему покойной бабушкой, оно словно клеймом на всю жизнь прикрепило его к их семейному проклятью. Не раз он собирался сменить его на другое, однако мать, только заслышав об этом впервые, закатила такую истерику, что расхлебывать последствия оной пришлось потом очень долго, и с тех пор она внимательно следила за тем, чтобы он даже не думал притрагиваться без особого повода к своим документам.

Конечно, преодолев порог двадцати, ныне уже вполне взрослый юноша мог сам распоряжаться подобными делами. С другой стороны, прекрасно понимая данную оговорку, мать поставила свой ультиматум: если он только посмеет опорочить память покойной бабушки, тогда его наследство составит ровно ничего. А Маркус совсем не хотел отказываться от удобной квартиры в центре города, в которой жила раньше усопшая и сейчас жил он сам.

Понимая, что ничего не может с этим поделать, он смирился с этой проблемой, как и послушно принимал все остальные, продолжая ощущать на своей спине огромную красную мишень. Он лишь надеялся, что проклятье не коснется его самого, минует, как пропустило когда-то его мать. Но жизнь… имела на людей свои планы.

Все изменилось к двадцати трем годам. Отучившись, он исправно работал в страховой службе уже второй год, когда его начали резко мучить головные боли. Поначалу Маркус не придавал этому большого значения. В конце концов, какой человек не переживал временами вспышки мигрени? Пожалуй, перебравшись из небольших селений в крупные и вечно шумные города, люди сами обрекли себя на плохое здоровье, так как мозг их просто не был приспособлен к такому хаотичному потоку информации.

Первое время он обходился одной таблеткой обезболивающего в день, но вскоре оно перестало помогать, и тогда уже приходилось принимать либо больше, либо подыскивать средство помощнее. Так он спокойно протянул еще несколько месяцев, пока на работе не начались проблемы в виде смены начальства (новый управляющий оказался тем еще самодуром), из-за чего, подолгу просиживая за переделкой отчетов, на него нахлынула еще и постоянная усталость.

Нет, она не стала для Маркуса особым ударом. Он и до этого не особо ощущал по утрам бодрость, а приливы сил были для него скорее детской сказкой, чем реальностью. Вечно нервный и тревожный из-за пережитых в детстве нападок со стороны родителей, он несколько раз посещал психолога, после чего пропустил четыре сеанса по болезни, а затем и вовсе перестал ходить, сославшись на высокую занятость на работе. Таким образом, приобретенная усталость не так уж сильно на него повлияла, просто перекрасив его и без того серую жизнь в оттенок потемнее.

Впрочем, на этом все не закончилось. Дела его усугубились, когда он вдруг понял, что совершенно не может заснуть без включенного света. Почему-то темнота стала его пугать, причем совершенно безосновательно. Он не боялся чего-то конкретного и не мог понять, что же случилось. Лишь чувствовал, как становится невыносимо дышать, стоило лампочке на потолке потухнуть, уступив место ночной мгле.

Это совершенно выбило его из колеи. Для начала он решил купить себе ночник. На глаза ему попался маленький светильник в виде солнца с таймером автоматического отключения. Маркус счел это чрезвычайно удобным и тут же принес его домой, с энтузиазмом решив испробовать в первую же ночь. Однако стало лишь хуже.

Конечно, ночник отрабатывал уплаченные за него деньги. Небольшая лампочка в каркасе из полупрозрачного пластика и с питанием от маленького аккумулятора, который можно было неоднократно заряжать от сети, исправно окутывала темную комнату мягким желтоватым сиянием, не таким ярким, чтобы не бить в глаза, и не таким тусклым, позволяющим без проблем различать все убранство комнаты. Тем не менее, Маркус сразу же заметил, что стало лишь страшнее.

Этот «мягкий» желтый свет вовсе не успокаивал. Наоборот, он придавал теням в его спальне иные очертания. Если в ночной темноте все вокруг выглядело мрачным и неопознанным, то включенный ночник придавал предметам жуткие тени, что вытягивались вдоль линии искусственно созданных солнечных лучей подобно длинным искалеченным пальцам какого-то невидимого существа, пришедшего по его душу.

Сам же ночник в глазах Маркуса начал представляться злым и потусторонним, будто маяк для сумрачных чудовищ, и чем дольше он на него смотрел, тем больше ему казалось, что сияние его становится каким-то странным, отрешенным и холодным, словно блуждающие огни на болотах и кладбищах, что обманом зазывают путника к себе, обещая спасение, а сами ведут на верную смерть.

Не сдержавшись, Маркус сразу же выключил его и включил обычный свет. Секунду назад ему казалось, что он начинает сходить с ума, вглядываясь в это зловещее устройство, а сейчас, когда в его комнату вернулся яркий день, безумие это мгновенно отступило. Он еще поворочался немного на кровати и уснул, за минувшие сутки прилично выбившийся из сил.

На следующий день он сходил к врачу, и после сдачи всех анализов тот выписал ему успокоительных, сославшись на стресс, ставший причиной такой повышенной тревожности. Было видно, что врач, такой же молодой специалист всего на пару лет старше самого Маркуса, не особо заинтересован в лечении пациента, желая быстрее откреститься от такого невзрачного на вид (к тому моменту мешки под глазами стали совсем ужасными) и проблемного субъекта.

Конечно, сам Маркус не придал его поведению большого значения. Лично он ничего не понимал в человеческом организме, так что решил довериться «эксперту» и – как он всегда это делал – исполнительно пропил весь курс, не заметив при этом никаких улучшений. Только усталость становилась все больше, и по утрам не было никаких сил даже умыться и почистить зубы, куда уж там до нормальной работы.

Неудивительно, что в итоге он допустил по невнимательности серьезную ошибку, и его с криками уволили из компании, лишив в качестве компенсации зарплаты за прошедший месяц.

Благо, Маркус с детства отличался бережливостью, и на его банковском счете оставались кое-какие средства, чтобы без нужды прожить несколько месяцев без работы, а при максимальной экономии и больше полугода.

В иной ситуации, может, он бы и обрадовался такому внеплановому отпуску и попытался отдохнуть, однако жизнь его в очередной раз сделала оборот – и отнюдь не в лучшую сторону…

В тот день Маркус немного задержался. Он никогда не был особо эмоционален. Тем не менее, иногда он чувствовал, как в груди начинают лениво ворочаться его чувства, пытаясь проснуться. И в этот раз, чтобы немного расслабиться, он решил зайти по пути в магазин и купить пару бутылок пива.

Очередь на кассе оказалась огромной, и простоял он минут двадцать, прежде чем наконец пробили его товар. Впрочем, случилась какая-то ошибка, и еще с минут десять кассирша на пару с менеджером зала разбирались, что произошло, поэтому, когда он наконец выбрался наружу, уже стояла темнота.

И он почувствовал это – страх, грызущий его изнутри. Пылающие вдоль крыши лампочки еще как-то помогали двигаться по дороге, не задыхаясь от недостатка воздуха, однако дальше тропинка шла через тихий пустынный садик, отгороженный от уличных фонарей и луны высокими деревьями с раскидистой кроной.

Остановившись прямо перед садом, Маркус испуганно сглотнул. Раньше этот путь не вызывал у него проблем, а сейчас казался настоящим путем в ад. Стоя в этой темноте, он смотрел по сторонам и видел… видел… видел…

Господи, что же он видел!

Деревья качались на ветру, будто живые. Их длинные кривые ветви протягивались к нему, зачерпывая с тихими стонами пустой воздух. Листья шелестели, они словно шептали, рассказывали ему о своих ночных кошмарах, и спустя несколько секунд он мог поклясться, что и вправду различил в этом шорохе жалобные детские голоса.

Маркус отступил.

Короткая на вид тропинка начала казаться ему невыносимо длинной, и обступавшие ее с двух сторон низкие кусты зашевелились. Он заметил, как бугрятся под землей их корни, как змеями они ползут, вздымая почву, и замирают в ожидании подобно хищникам, готовясь к неожиданной атаке.

Он перевел взгляд в сторону, туда, где асфальтированная дорога уходила дальше к зданию старого колледжа, огороженного черным забором, и сдавленно охнул, заметив в единственном горящем окне длинный темный силуэт, принадлежавший либо человеку двух метров ростом, либо не принадлежавший человеку вовсе.

Эта странная фигура медленно подняла свою левую руку. Та оказалась поразительно тонкой, шириной с детское запястье, и неимоверно длинной, а на конце у нее произрастало шесть толстых отростков, которые легли на окно и легонько качнулись из стороны в сторону.

Судя по положению ее вытянутой яйцевидной головы, Маркус сразу же понял, что это существо смотрело прямо на него. Что хуже, оно махало ему своей «рукой» в приветственном жесте.

Оступившись, он потерял равновесие и упал на землю, а когда снова поднял взгляд к окну, то уже было совершенно пустым. Только свет в нем продолжал гореть, напоминая об увиденном.

— Вы в порядке?

Захваченный этой жуткой картиной, он даже не заметил, как позади к нему подошел какой-то мужчина. Лишь когда незнакомец похлопал его плечу, Маркус вздрогнул и пришел в себя, будто очнувшись от кошмара.

— Д-да… — ответил он сиплым от сухости в горле голосом.

— Точно? Может, тебе скорую вызвать? — сочувственно спросил незнакомец.

Маркус поднялся на ноги, подняв оброненный пакет, и обернулся, чтобы поблагодарить мужчину за беспокойство.

— Нет, спаси…

Десять огромных черных глаз покрывали его худощавое лицо. Вместо бороды из подбородка у него торчали длинные белесые черви, что в тошнотворном танце извивались, сокращались и переплетались друг с другом, выделяя какую-то ржавого цвета слизь, а сквозь тонкие синие как у трупа губы виднелись два ряда желтых заостренных клыков с застрявшими между ними кусочками плоти.

К горлу подкатил ком, и он едва сдержал рвоту.

Развернувшись, он тут же кинулся прочь со всей силы, прикрыв глаза, чтобы не видеть всего этого безумного зрелища, сошедшего словно с кадров дешевого фильма ужасов.

Маркус не помнил весь свой путь обратно. Он провел его будто в лихорадке, едва разбирая дорогу сквозь практически сомкнутые веки. Что-то сияло то с одной стороны, то с другой. Вспыхивали огоньки впереди, складываясь в ломанные угловатые узоры. Под шум усилившегося внезапно ветра и гул моторов с дороги ниже по холму он вбежал в свой подъезд, наощупь прислонив к индикатору магнитный ключ, и поднялся по лестнице на второй этаж, ворвавшись с грохотом в свою квартиру, захлопнув дверь за собой так громко, что с потолка посыпалась мелкой пылью штукатурка.

Воздуха в легких больше не оставалось. Он обессиленно уперся спиной в дверь и медленно сполз на обувной коврик под звук позвякивающего в пакете стекла. Судя по звуку, бутылки разбились по пути, и из пакета на пол начала сочиться резко пахнущая жидкость.

Впрочем, Маркусу не было до этого дела. Все его тело вспотело, и дело тут было не во внезапном физическом усилии. Его буквально трясло от страха, причем настолько сильно, что ничего подобного с ним раньше не случалось.

Отдышавшись немного, он отпустил пакет и вскочил на ноги, в обуви переместившись в ванную.

Щелкнул выключатель.

Маркус посмотрел на себя в зеркало. Все лицо мертвецки побледнело, и на щеках мелкими пятнами проступала краснота. Темные круги под глазами, казалось, стали только больше. Но что сразу же привлекло его внимания, так это глаза: зрачки расширились до такой степени, что занимали теперь почти всю радужку, а последняя приобрела какой-то странный белесый оттенок.

Он включил холодную воду и несколько раз умылся, пытаясь прочистить мысли.

Нет, испугали его так вовсе не монстры. Вернее, сначала так и было. Кто бы на его месте не ощутил страх при таких видениях? Каждый человек бы почувствовал себя будто в кошмаре, хотя бы из неожиданности. Но потом…

Воспоминания в его голове пробудились. Это были жуткие дни, дни его детства, когда с ними еще жила его бабушка. Слышать ее крики по ночам для маленького ребенка было сродни физической пытке. А когда мать насильно тащила его к ней, чтобы показать на примере, что случается потом с непослушными детьми, он переживал такой ужас, что сразу же падал в обморок.

«Чудовища! — кричала обезумевшая старуха временами, когда ей удавалось сбежать из-под надзора. — Вы все чудовища!»

Однажды во время очередного приступа ей удалось добраться до кухонного ножа, и она начала размахивать им, пытаясь защититься от приехавших на вызов санитаров. И вот, после одного неосторожного движения она упала прямо на лезвие, по самую рукоять вогнав его себе в живот.

Когда ее увезли, на полу осталась большая лужа крови, которая за столь короткое время умудрилась настолько въестся в деревянные половицы, что потом пришлось вырывать их полностью.

Пожалуй, печальнее этого был только ее дальнейший итог. От лекарств и уколов ее и без того слабый рассудок сдал окончательно. Она превратилась в бесполезный овощ, что мог только крутить по кругу выпученными глазами и невнятно бормотать под нос про то, что чудовища хотят забрать ее душу в ад.

Маркус невольно всхлипнул. Он сам не ожидал от себя такого, поэтому удивленно застыл, разглядев в зеркале наворачивающиеся слезы.

Ему было страшно. Очень страшно. И он не знал, что делать.

Пусть умом он и понимал, что необходимо обратиться к врачу, но воспоминания о бабушке внушали ему такой ужас, что он не мог об этом даже думать. И он понятия не имел, к кому мог обратиться.

— Ничего, — выдохнув, он попытался взять себя в руки. — Завтра мне станет лучше.

Потратив последние крупицы сил на душ, Маркус рухнул на скомканную постель и, к своему удивлению, почти сразу же уснул. Разумеется, со включенным светом.

Следующий день встретил его вполне обыденно. Он привел в порядок себя и залитый пивом пол, выпил с утра чашку травяного чая (кофеин ему был строго запрещен) и перекусил остатками валявшихся в холодильнике сосисок. Сначала он собирался пожарить их с яйцами, но мысль вязком круглом желтке почему-то вызвала у него тошноту.

Как он и надеялся, от вчерашнего вечера не осталось и следа. Нельзя было отрицать, что инцидент заставил его порядком понервничать, и все же сейчас, похоже, он вполне пришел в норму.

Почистив зубы, Маркус начал было собираться на работу, когда вспомнил, что полностью освободился от данного бремени. После нескольких минут раздумий, он приступил к зарядке, чего раньше никогда не делал: в будние дни не хватало времени, а в выходные – желания.