Читаем Чэч: Все еще моросит онлайн бесплатно

Краткая предыстория

Приветствую тебя, читатель. Позволь тебе напомнить, что происходило в первых трёх томах этой истории.

Наш соотечественник, простой работяга (а то, что в наше время простым работягой может стать любой, невзирая на образование, вам, конечно же, известно), поскользнувшись на мокрых ступенях крутой металлической лестницы, падает с неё на бетонный пол.

Что и как произошло дальше, осталось во мраке бессознания героя. Но очнувшись, вместо белого потолка и милого личика заботливой медсестры он увидел несколько, не побоюсь этого определения, гнусных рож, среди которых одна была вполне даже орочья, с настоящими клыками, торчащими из-за рта. Эта же рожа с зеленоватым отливом заявила, что наш болезный, уже совсем не болезный и готов к восприятию информации. А уж как он её воспримет, это не его, Ррарга, дело.

Другая рожа, обезображенная жутким шрамом и манерой речи, напоминающей небезызвестного на Земле Аль Пачино, принялась объяснять нашему соотечественнику, нисколько не заботясь о том, примет он эти объяснения или нет, что соотечественник попал. Круто так попал в мир, именуемый «Валером». И что его, попаданца, бессознательную тушку нашёл в пустоши белый бык, рванувший со стоянки каравана в эту самую пустошь. А так как белый был вожаком стада, остальные быки последовали за ним, а уж за быками и всполошившиеся караванщики поспешили узнать причину переполоха. И очень удивились, когда увидели, что быки защищают бессознательное человеческое тело от стаи шакалов, уже пускающих слюни в предвкушении позднего ужина.

Караванщики хотя и не принадлежали к обществу бродяг Проклятой пустоши, но кодекса этого общества старались придерживаться, особенно тогда, когда это им ничем не грозило. А один из законов гласит: «Пребывая в пустоши, бродяга обязан оказать помощь нуждающемуся» . Вот они и погрузили бессознательную тушку и привезли в посёлок бродяг, где и сдали её на руки ему, Владилену Меркуловичу, одному (самому влиятельному, как потом оказалось) из пяти глав посёлка бродяг. А так как и быки, и караванщики принадлежали ему же, то он, Владилен Меркулович, согласно одному из законов кодекса: «Мы в ответе за тех, кого спасли от смерти» , принимает его, попаданца, под своё покровительство и препоручает другой роже, сильно испито-небритой.

Старик Агееч, несмотря на испито-небритое лицо, оказался непростым. Когда-то он был одним из самых удачливых бугров, когда-либо водивших ватаги бродяг в пустошь, и до сих пор известен многим из них под прозвищем «Камень». Но Удача, девка ветренная, бывает и отвлекается, как правило, в тот момент, когда её улыбка особенно нужна. Вот и с Камнем такая оказия приключилась: попал под посмертное проклятие высшего демона, от которого все его раскаченные характеристики деградировали до жалких единиц, что для любого бродяги, равнозначно смерти.

Но Камень, не зря получивший такое прозвище, не сдался, потратил всё своё состояние, оказавшееся немаленьким, на попытки снять проклятие. Но подохший демон, даже по сравнению с другим высшими тварями, был довольно сильным, и его посмертное проклятие никто снять не смог, хотя и пытались многие. Вот и вернулся Камень в родной посёлок — свой век доживать, потихоньку спиваясь, и кроме как Протаской его уже по-другому не звали.

Вот под присмотром этого старика герой нашего повествования, взявший прозвище «Чэч»*, и начал свою прокачку. (*История, почему именно Чэч, ещё ждёт своего читателя. И поверьте, любой мужчина, узнавший подробности этой истории, будет сжимать кулаки, смаргивая негаданную слезинку, и прижимать к себе рыдающую даму, превращающую жилетку на мужской груди в носовой платок).

Так Чэч и качался, убивая крыс и ухаживая за быками, особенно выделяя белого, нашедшего его в пустоши. Но однажды под конец сезона дождей, это почти медитативное занятие было прервано заявившейся в хлев служанкой. Эта же барышня, довольно лёгкого мировоззрения, заявила, что пока эти двое фигнёй страдают, весь посёлок бродяг на ушах стоит. А всё из-за того, что в него заявилась ватага баронских охотников, это-то в сезон дождей, когда весь честной люд, который месяц по домам и трактирам сидит, пропивая заработанное летом. И не просто так заявились, а кого-то, закутанного так, что лица не видно, на носилках притащили. Говорят, что баронского сыночка. А она, Фири, вместо того чтобы новости послушать, заявилась к ним передать просьбу господина Владилена Меркуловича, что тот их, Чэча и Агееча, к себе призывает.

Просьба Шрама, а именно под таким прозвищем был известен один из пяти глав посёлка, — это, считай, приказ для всех, живущих на его подворье и лучше её исполнять немедленно.

Войдя в трактир, принадлежащий Шраму, Чэч вместе с Агеечем увидел ужинающих за одним из столов пришлых. А среди них и девушку, как раз вставшую из-за их стола и направляющуюся к лестнице на второй этаж. Так получилось, что девушка и Чэч встретились глазами. И наш герой понял, что попал во второй раз. Что-то в его груди колыхнулось и зарычало неслышно по-звериному: «Эта девушка будет моя! » Но разум заставил стоять нашего героя на месте: «Она — баронский охотник, не боявшаяся ходить в пустошь. И кто он? — дворовый работник, только-только начавший набирать уровни и на ком? На крысах, что для взрослого мужика считалось даже не то, что зазорным, — а позором!» Но колыхающемуся в груди было всё равно, он продолжал рычать: « Она будет моя!»

Девушка, явно не подозревающая, что происходит с Чэчем, ушла себе на второй этаж. А наши мужики пошли искать Шрама, любящего в это время стоять сбоку от барной стойки и наблюдать за происходящим в его трактире. Владилен Меркулович и рассказал, что пришлые наняли охрану и фургоны, а Агееч с Чэчем поедут на третьем, чтобы закупиться в пограничном гарнизоне дешёвым, по случаю сезона дождей, продовольствием.

Наутро, когда Чэч с Агеечем сидели на облучке своего фургона и ждали погрузки пришлых, надо было такому случиться, они узнали, что девушка и ещё один баронский охотник, а также шрамовский охранник, Хорёк, поедут вместе с ними.

В дороге познакомились, охотницу звали чудесным именем Лира, и Чэч развлекал её рассказами о своём мире. То, что он попаданец, девушку не смутило и она с явным интересом слушала побасёнки Чэча. Так и продолжал Чэч наслаждаться обществом Лиры, пока не увидел летящий в их фургон фаербол.

Дальнейшее Чэч помнил урывками, как тащил, надрываясь, подальше в пустошь бесчувственные тела Агееча и Лиры, как их преследовал какой-то израненный ниндзюк, как готов был сдохнуть, но не сдаться, понимая, что даже израненному ниндзюку он не соперник, как его спас шрамовский охранник, умерев на руках Чэча.

А когда очнулся, узнал, что затащил Агееча и Лиру в аномалию, телепортировавшую их всех вместе, включая тела ниндзюка, оказавшегося эльфом, и шрамовского охранника, далеко в пустошь, в Немёртвый лес. Тела похоронили, выковыряв из эльфа кристаллы с умениями и не осквернив Хорька, только голову ему отрубили, чтобы не восстал. Кристаллы разделили, отдав Лире в долг содержащий умение «Железный веер», а Чэчу досталось «Чувство леса». И отправились в долгий путь к дому.

По дороге домой Лира попала под воздействие на разум и, не помня себя, побежала на призыв. А Чэч с Агеечем бросились её спасать. Оказалось, это был инкуб, высший демон, почему-то заточённый в пещере. И вот он уже собирался сотворить над Лирой своё чёрное дело, как Чэч бросился её спасать. Высший демон, хоть и сильно ослабленный, — противник, которого и врагу не пожелаешь и, если бы не помощь Агееча, Чэч мог погибнуть. Старику же и досталось посмертное проклятие твари, ещё одно. «Где одно, там и два», — махнул рукой бывший бугор Камень. Но потом выяснилось, что два проклятия, наложившись друг на друга, себя же и нейтрализовали.

Агееч, не был бы в прошлом одним из самых удачливых бугров, если бы покинул логово инкуба, не обыскав его на предмет добычи. И наши герои нашли её, а их нашёл истинный хозяин этого места, державший инкуба на цепи как сторожевого пса, — некромант. Но ветреная богиня Удача была в этот раз на стороне наших героев, — некромантом оказался, пропавший много лет назад студиозус Яков, ходивший в пустошь под началом Камня. И он их отпустил, представляете? Враки, скажите вы, прихоть рассказчика! Может быть, может быть… А если я признаюсь, что сам поначалу не поверил?..

Перед тем как отправиться в дальнейший путь, наши герои поклялись друг другу, что забудут об этой встречи и ни словом, ни намёком никогда и нигде не упомянут об этой встрече. И было из-за чего: простые бродяги пустоши на куски разорвут того, на кого падёт только тень сомнения, что он как-то связан с некромантами. Людская память крепка, и ещё многие и многие поколения будут помнить о тех бедах, чинимых некромантами в старые времена. Наши герои поклялись, что забудут, а вот некромант о них не забыл. Но это я вперёд забегаю.

Снова шли через Немёртвый лес Лира, Чэч и Агееч, обедая сурками, ночуя прямо на земле, укрываясь одной шкурой на троих. И наконец-то выбрались на дорогу, где в скором времени и встретились с караваном, ведомым самим Шрамом.

Вот только нерадостной вышла встреча. По возвращении в посёлок бродяг, Лиру посадили под домашний арест, дожидаться приезда баронских стражников. А Чэч с Агеечем, вроде бы и свободными остались, но всеми органами чувств ощущали, что происходит что-то нехорошее. По приезду представителей барона, наших героев допросили о произошедшем с караваном ещё раз, а Лиру под стражей увезли в приграничный гарнизон. К тому же в трактире, в котором из-за сезона дождей новых лиц днём с огнём не сыщешь, появилось несколько новых ватаг.

Чэч, обеспокоенный судьбой Лиры, а бывший бугор — непонятной движухой, творящейся вокруг него с учеником, решают бежать. И вот тут-то в каморку к Агеечу и заглядывает некромант и предлагает своему бывшему бугру помощь в обмен на лояльность. Втроём они разрабатывают план побега, который из невозможной авантюры, с деньгами-то и возможностями некроманта, становится вполне себе осуществимой операцией.

Утром Агееч идёт к Шраму и прилюдно просит у него кредит на подготовку рейда в пустошь. Мол, надоело ему сидеть на иждивении у головы посёлка и хочется тряхнуть стариной. И также прилюдно расписывает все достоинства этого мероприятия. Шрам, разрываемый противоречиями между политической целесообразностью и выполнением законов кодекса бродяг, выдаёт ему этот кредит товаром, обещая всевозможную помощь своему бывшему бугру, с которым отходил в пустошь несколько сезонов в начале своей карьеры.

Чэч и Агееч отправляются в приграничный гарнизон, где, по официальной версии, они должны закупиться на тот самый кредит артефактами, предназначенными для охоты на демонических тварей. И уже оттуда направиться в пустошь на охоту за этими самыми тварями.

В гарнизоне встречаются с гномом-артефактором, от которого и узнают о неожиданном повороте в судьбе Лиры, её кто-то выкрал прямо из замка местного барона, оставив на стене знак эльфийских убийц. Это послание так напугало барона, что тот тут же с помощью телепорта свалил в столицу Империи.

Неплохо погудев с гномами, правда, Агееч не пил — проходил курс детоксикации организма, ох, и намучился старик, и предупредив, что коротышки должны рассказывать всем интересующимся куда делись новоиспеченные бродяги, наши герои погнали в пустошь. А там с помощью телепорта переправились совсем в другую сторону, окончательно обрубив хвосты.

По дороге им попадается перевёрнутый фургон. Обследовав его, они находят, закрытого в ящик пацана. Выясняется, что спрятал его туда отец, пытаясь защитить от напавших на фургон тварей. Сына защитил, а сам, увы, погиб. Делать нечего, не тащить же пацана с собою в логово демонических тварей? Наши новоявленные бродяги решают заехать в деревню, благо она оказывается недалеко, хотя и не по пути и сдать несчастного сироту на руки местным жителям.

Староста деревни не обрадовался такому повороту дел, но обещал за сиротой присмотреть. Заночевать Чэч с Агеечем решили в деревне, когда ещё предоставится возможность поспать на кроватях, а в путь отправиться утром. Да… совсем забыл, подъезжая к трактиру, они увидели покидающий двор фургон, в котором сидела Лира. Их Лира! Вот только она сделала вид, что Чэча с Агеечем совсем не узнала…

Взбешённый Чэч позволил себе проявить эмоции.

' — Я могу помочь стать тебе сильнее, парень.

Услышав незнакомый голос, мне всё-таки пришлось поднять взгляд' .

Так к нашим бродягам присоединился Иван Бронин, местный наставник деревенских стражников, бывший полусотник пограничной стражи, ныне хромоногий, потихонечку спивающийся ветеран. Вот только принимать его пришлось согласно официальному договору. А для этого официально создать ватагу, а бугром избрали Чэча. Так зелёный новичок, не истоптавший ещё и сезона в Проклятой пустоши, но уже опоясанный широким кожаным ремнём с большой бляхой, — отличительным знаком признанного обществом бродяги, стал бугром.

Случились подобное в посёлках, расположенных в глубине Проклятой пустоши, не избежать бы Чэчу предъяв от разъярённых бродяг. Как так, многие из них по два-три сезона в рейд ходили, чтобы получить право пояс носить, а тут бывший дворовой работник, ещё и сезон не начался, а уже с ремнём, да ещё бугор⁈ Отвечай!

Но Чэчу было что ответить. Один переход через Немёртвый лес — без припасов и нормального оружия в кампании старика-инвалида и девицы чего стоил. Не говоря уже про схватку с инкубом — высшим демоном. Да и слово Камня, ставшего официально Агеечем, всё ещё что-то да значило в обществе бродяг. А то, что бугор, — общество посовещалось и выдвинуло, — соответствуй. Так что все формальности соблюдены. А то, что зелёный да неопытный пока, так в пустоши всему быстро учатся. Ну или пропадают…