<p>Бусинка</p><p>ПРОЛОГ</p>Кира флешбэк
— Эй, Бусинка, ну ты чего? — сильнее вжимаюсь в его торс всем своим дрожащим тельцем и сгребаю ткань рубашки на спине. — Посмотри на меня.
Несмело поднимаю голову, встречаясь с васильково-синими глазами напротив. Лёгкий ветерок треплет его чёрные волосы, на губах — едва заметная улыбка. Всхлипываю, не в силах даже думать о том, что нам суждено так скоро расстаться. Нет, я знала, что рано или поздно это произойдёт, но надеялась, что к этому моменту хотя бы окончу школу.
Всего несколько месяцев. Столько он не смог выбить для нас у своего властного отца, отправляющего его учиться в Москву. И пока мой альфа борется с собой и страхом перед главой семьи — более сильным альфой — я могу только судорожно обнимать его на прощание и реветь.
Я даже не успела подарить ему себя. До начала моей первой течки, совпадающей с восемнадцатилетием, осталось всего ничего, и именно с ним я желала разделить этот важный момент — момент становления взрослой. Отдать ему свой первый, во всех смыслах этого слова, раз. Пара месяцев. Но он должен уехать именно сегодня.
— Бусинка, послушай, — говорит, склоняясь и касаясь моего лба своим, — мы обязательно встретимся снова. Я найду тебя везде, где бы ты ни была, веришь?! Найду.
— Но что…
— Даже не смей об этом думать, — перебивает, — никакие Истинные не в силах разлучить нас с тобой. И даже если однажды я и встречу её, мне все равно. Я люблю и буду любить только тебя, Бусинка. Ты моя.
Всхлипываю, через силу подавляя порыв бросить все и уехать вслед за ним прямо сейчас. Но не могу. Сначала нужно окончить школу и поступить в университет, иначе родители с меня три шкуры спустят. Они не поймут. Ведь мы же не Истинные. Только я не верю во всю эту чушь про Истинность. Я уже люблю. Любима. К чему эти сложности, когда вот он, человек, к которому тянутся мои сердце и душа? Разве настоящая, искренняя, всепоглощающая любовь не является проявлением истинности чувств?
Я знаю, что его отец ни за что в жизни не примет меня. Он сильный и могучий альфа, глава большой корпорации, подмявшей под себя половину строительного бизнеса в городе. А кто я? Обычная, ничем не примечательная омежка, выросшая в такой же обычной семье простых рабочих.
Да и скорее всего ему уже подобрали пару, просто он боится сказать в открытую. Ложь во спасение? Но я верю. Слепо, глупо верю каждому его слову. Втягиваю ноздрями головокружительный аромат: кофе, корица, горький грейпфрут. Отпечатываю в подкорке. Я не забуду.
Никогда.
Я вырасту и стану сильной ради него, ради нас. Поднимусь с колен. Сделаю все, что только будет в моих силах, чтобы стать равной ему, и когда он меня найдет, мы снова будем вместе. Иначе и быть не может!
— Бусинка, я буду ждать тебя, — обещает он, наконец отпуская мою трясущуюся из-за истерики руку.
Смотрит с сожалением, оставляет целомудренный поцелуй на солёных от слез губах. Тёплые пальцы касаются шеи, и ложбинку между ключиц обжигает прохладное прикосновение крошечной жемчужины на золотой цепочке.
— Всегда.
<p>КНИГА ПЕРВАЯ. Глава 1</p>— Кира Игоревна! — Светочка, моя ассистентка, залетает в кабинет и округляет глаза, словно только что увидела призрака. — Там… там…
— Успокойся.
Откладываю еще теплые после принтера документы на край стола и смотрю на подчиненную с легким налетом раздражения. Какая же она суетливая. Нет чтобы сначала привести мысли и чувства в порядок, и только потом вламываться в кабинет начальства.
— Теперь говори, — заметив, что девушка приходит в себя, властно киваю.
Светочка снова лупит глаза, но потом двумя быстрыми широкими шагами оказывается рядом и склоняется чуть ближе, взволнованно затараторив:
— Там тот мужчина, которого вы просили не впускать, Евгений…
— Господи, Света, — качаю головой, понимая, наконец, причину столь бурного проявления эмоций.
Я давно заметила, как она облизывается на Женю, но так как мне дела нет до личной жизни сотрудников, а уж тем более до него, решила пропустить эту информацию мимо ушей. Делать мне больше нечего, только в чужие драмы ввязываться.
— Я тебя услышала, можешь идти.
Не дожидаясь, пока блондинка покинет кабинет, беру в руку телефон и набираю номер бывшего мужа. Он отвечает после первого же гудка, будто только и ждал, когда позвоню:
— Кира!
— Что на этот раз?
— Фу, как грубо, — дуется Женька, однако быстро скидывает никому не интересную личину обиженного и уже более привычным голосом продолжает: — ты подумала над моим предложением?
— Жень, — выдыхаю, отрешенно откидываясь на спинку кресла. Ну сколько можно в самом деле? — Я тебе уже все сказала. Нет.
— Но я люблю тебя!
— Жень, мы это уже проходили…
— Почему ты отвергаешь меня? — едва не скулит. Тоже мне альфа! Слушать противно. — Мы же были так счастливы вместе, Кир.
— Вот именно, что были. Жень, ты прекрасно знаешь, что твои способности на меня не действуют. Я давно научилась блокировать все твои замашки и даже то, что ты альфа, не может исправить того, что я ничего к тебе не чувствую. Прости. — Обрубаю разговор, не оставляя шанса сказать что-то еще, и решительно возвращаю трубку на станцию.
Опускаю локти на стол, роняю голову в ладони и осторожно потираю лицо, стараясь не испортить макияж. С каких пор я стала такой сукой? Наверное, когда он оставил меня. Обидно, но вместе с собой он унес не только осколки моего разбитого сердца, но и ту часть души, что делала меня когда-то собой. Осталась только боль.
Была бы альфой, наверняка так не убивалась бы. Но я омега, к тому же женщина, а в нас изначально заложено это гадкое свойство: чувства. Если бы появилась реальная возможность вырвать их из тела — сделала бы не раздумывая. Но увы. Приходится страдать в одиночестве, жестко обрубая малейшие попытки завести знакомство. Только Женьку и подпустила, о чем тут же пожалела. Нет, отношения не для меня. Лучше быть сукой, чем позволить втаптывать себя в грязь какому-нибудь самовлюбленному альфе.
Живот неприятно сводит неожиданно острым спазмом, и я машинально поднимаю глаза на экран ноутбука. Твою же мать!
— Света, — хрипит селектор, — принеси, пожалуйста, подавители и отмени все встречи на ближайшие пару дней.
— Уже бегу, Кира Игоревна, — отзывается машина голосом Светочки.
Еще течки мне не хватало!
***
Завернувшись в плед, смотрю какую-то комедию, но не понимаю ни слова. Таблетки помогают лишь частично: нет-нет, а низ живота скручивает от желания отдаться первому встречному альфе. Судорожно выдохнув, перехватываю покрепче любимого плюшевого тигра и утыкаюсь носом в подушку. Только бы никому не приспичило заявиться в гости. В прихожей, конечно, стоят свечи, распространяющие синтетический запах альфы, призванные отгонять назойливых ухажеров, но от их запаха становится только хуже. Пусть я и знаю, что все это ненастоящее, нос улавливает в ядреной химии что-то до боли знакомое. Корица. Скулю, поглубже зарываясь лицом то в тигра, то снова в подушку. Как же я ненавижу эти дни!
Волчица настойчиво рычит где-то глубоко внутри и воет, что нужно позвонить Женьке и сказать, что у меня началась течка. Он поможет, он же наш, пусть и бывший, но альфа. Только вот выпроводить его потом восвояси — задача неразрешимая, поэтому затыкаю ее утробным рыком. Нет, он не нужен нам! Мы справимся сами. Всегда справлялись.
И что он вообще во мне нашел? Люблю, говорит. Я не знаю, что такое любить. Больше не знаю. Тем более мы даже не Истинные. Потрахались, разбежались. Однако однажды Женя с какого-то перепуга решил, что простых встреч во время течки ему мало — затащил под венец, откуда я сбежала уже через полгода. Не мое это.
Закрываю глаза в наивной попытке расслабиться. Устраиваюсь поудобнее, дождавшись, наконец, момента, когда живот перестает сжимать очередной спазм. Фильм на экране — судя по звукам — сменяется на что-то более спокойное. Играет приятная музыка. Легкий аромат «альфы» витает в воздухе. Не замечаю, как погружаюсь в тревожный сон и последнее, что помню перед тем, как окончательно нырнуть в мир грез: васильково-синие глаза.
Кира флешбэк
— Кир, — он касается моего плеча мягко, но настойчиво, — мы можем поговорить?
Удивленно пялюсь на этого прекрасного альфу, не в силах вымолвить ни слова. Он, что, знает мое имя?
— Кира? Ты же Кира, да?
— Да-да, конечно.
Неуверенно отделяюсь от толпы подружек — таких же наивных десятиклассниц-омежек, как и я. Девчонки хихикают, громко перешептываясь. Я краснею. Руки дрожат от непонятного волнения. Хотя, о чем это я. Волнение вполне оправданное, потому что это же он!
— Ты… что-то хотел?
Брюнет отводит меня в небольшое углубление под лестницей. Встаю напротив, нервно теребя кончиками пальцев края школьной блузки. Он молчит достаточно долго, чтобы я уже начала думать, что это какой-то прикол. Но потом альфа вдруг издает громкий смешок, подбирается. Чувствую, как меня начинает окутывать аура его сногсшибательного аромата. Колени подгибаются. Вот она истинная сила альфы! Он только подумал, а я уже растеклась лужей прямо под чертовой лестницей!
— Кира, — голос немного хрипнет, когда альфа делает короткий шаг вперед.
Возвышается надо мной, и я млею от того, какой он красивый, высокий, мускулистый. Настоящий волк. В нос ударяет просто убийственная доза корицы и, кажется, кофе с легкой горечью какого-то фрукта. Божественное сочетание. Волчица внутри меня скулит и радостно виляет хвостом от наслаждения.
— Я что хотел сказать, — уверенно начинает парень, окидывая меня взглядом своих невозможных глаз. — С этого момента ты моя, — говорит, и я растерянно хлопаю ресницами, хотя даже и не думаю сопротивляться. Только молчу, пошатываясь на месте, будто пьяная. Опутанная его запахом, как силками. Силой. Властью. — Думаю, я ясно выразился? — заглядывает в глаза, а я только открываю и закрываю рот, словно рыбка. — Ну же, Бусинка?
— Бусинка? — отмираю, глядя на него совершенно идиотским влюбленным взглядом.
