Читаем Буря и ярость (ЛП) онлайн бесплатно

Переводчик:moorzeelka, Lianak

Редакторы:svetik99, Marina_lovat, _Kirochka_

При копировании просим Вас указывать ссылку на группу!

Пожалуйста, уважайте чужой труд.

— Просто поцелуй?

Волнение прокатилось по моим венам, и я перевела взгляд с экрана телевизора на Клея Армстронга. Моему хилому зрению понадобилось пару секунд, чтобы собрать воедино картинку лица Клея.

Всего на несколько месяцев старше меня, он был запредельно милым, со светло-каштановыми волосами, которые всегда ниспадали на его лоб и просто умоляли меня пальцами пробежаться по ним.

Впрочем, я никогда ещё в жизни не встречала непривлекательного Стража, и при том, что у меня был не особо изворотливый ум, чтобы понять, когда они выглядят как люди, а когда как Стражи.

Клей сидел рядом со мной на диване в гостиной его родителей. Мы были одни, и я не совсем понимала, какие сделанные мной жизненные решения привели меня к тому, что я сидела здесь, рядом с ним, наши бёдра соприкасались. Как и все Стражи, он был невероятно больше меня, даже не смотря на то, что во мне было 177 сантиметров, и я была совсем немаленькой девушкой.

Клей всегда был намного дружелюбнее со мной, чем большинство Стражей, даже флиртовал, и мне это нравилось — он уделял мне внимание, которое я наблюдала между другими, но никогда раньше не получала. Никто в клане Стражей, кроме моей подруги Джады, и, конечно же, Миши, не обращал на меня внимания, и никто из них не хотел меня поцеловать.

Но Клей всегда был милым, отвешивал мне комплименты, даже когда я прекрасно понимала, что выгляжу ужасно, а за последние пару недель он частенько стремился побыть со мной. Мне это нравилось.

И в этом не было ничего плохого.

Поэтому, когда он подошёл ко мне у Ямы, которая на самом деле была просто огромной ямой для костра, где молодые Стражи тусовались по ночам, и спросил, не хочу ли я пойти к нему и посмотреть фильм, меня не надо было просить дважды.

А теперь Клей хотел поцеловать меня.

А я хотела, чтобы меня поцеловали.

— Тринити? — произнёс он, и я вздрогнула, увидев, что его пальцы неожиданно оказались вблизи моего лица. Он поймал прядь волос, которая лежала на моей щеке и заправил мне её за ухо. Его рука замерла: — Ты опять это делаешь.

— Что делаю?

— Ускользаешь от меня, — сказал он. Да, я часто так делала. — Где ты была?

Я улыбнулась.

— Нигде. Я здесь.

Ох уж эти глаза Стража; его ярко-голубые глаза, вглядывались в меня.

— Хорошо.

Моя улыбка стала шире.

— Просто поцелуй? — повторил он.

Возбуждение стало ещё сильнее, и я медленно выдохнула.

— Только поцелуй.

Он улыбнулся и наклонил голову, наши губы встретились. Мои губы приоткрылись в ожидании. Меня и раньше целовали. Однажды. Ну, точнее я поцеловала. Поцеловала Мишу, когда мне было шестнадцать, и он поцеловал меня в ответ, но тогда это было очень странно, потому что он для меня как брат, и ни один из нас не придал этому значения.

К тому же, между мной и Мишей не могло быть чего-то подобного, из-за того, кем он был.

Из-за того, кем была я.

Губы Клея коснулись моих, они были тёплыми и… сухими. Это удивило меня. Я думала, ну, не знаю, они будут влажными. Но это… было приятно, особенно, когда поцелуй стал напористым и его губы раздвинули мои и он углубил поцелуй. Его губы двигались по моим, и я поцеловала его в ответ.

Я не хотела останавливать его, когда он рукой скользнул по моей шее, вниз по спине, и опустил её на моё бедро. Это тоже было приятно, и когда он опустил меня на спину, я была не против, положив руки ему на плечи, когда он навис надо мной, опираясь на руку, чтоб не раздавить меня своим весом.

Температура тела Стражей была высокой — выше человеческой, выше моей — но он казался таким горячим, будто полыхал огнём.

И я… я чувствовала себя… как в печке.

Мы целовались и целовались, и эти поцелуи больше не были сухими, и мне нравилось, как нижняя часть его тела упиралась в меня, как он двигался надо мной, в волшебном ритме, который ощущался так, словно должен был быть, мог бы быть, интенсивней — если бы я захотела этого.

И это было… приятно.

Так же приятно, как когда он держал мою руку по дороге сюда. Так же как и зажжённая им свеча с запахом арбуза и лимонада — нечто романтичное было в этом и то, как его рука сжимала и разжимала моё бедро. Я ощущала тепло и удовольствие, не такое, чтобы срывать с себя одежду и перевозбуждаться, но это… было, и правда, приятно.

Затем его рука оказалась у меня под рубашкой, на моей груди.

Стоп.

Я опустила руку и схватила его за руку, отстраняясь и разрывая поцелуй.

— Притормози-ка.

— Что?

Его глаза всё ещё были закрыты, рука оставалась на моей груди, а его бёдра всё ещё двигались.

— Я сказала просто поцелуй, — напомнила я ему, потянув его руку. — Это больше, чем поцелуй.

— Разве ты не здорово проводишь время?

Так и было. Ключевое слово «было».

— Уже нет.

Я понятия не имею, как это произошло, каким образом мы опять начали целоваться, но Клей сделал это. Он прижался своими губами к моим, и это давление больше не было приятным. Оно было чуть ли не болезненно.

Раздражение вспыхнуло во мне, как подожжённая спичка. Сжав его руку, я вытащила её из-под рубашки. Я толкнула его в грудь, обрывая поцелуй.

Я уставилась на него.

— Слезай.

— Я пытаюсь, — пробубнил он, поднимаясь, но мне показалось недостаточно быстро после этого грубого комментария.

Я толкнула — толкнула сильно. Клей свалился с меня, отправляясь в свободное падение. Он приземлился на пол, от его веса задрожал телевизор, и замерцало пламя свечи.

— Какого чёрта? — заорал Клей, присаживаясь.

Он выглядел ошеломлённым от того, что я оказалась способной сделать то, что я только что сделала.

— Я же сказала тебе, что мне это неприятно, — я опустила ноги с дивана и встала. — А ты не остановился.

Клей уставился на меня, медленно и удивлённо моргая. Казалось, он даже не слышал меня.

— Ты столкнула меня.

— Да, я это сделала, потому что ты отвратителен.

Я перешагнула через его ноги и прошла мимо окна, направившись к двери.

Он вскочил на ноги.

— Тебе не казалось это отвратительным, когда ты умоляла меня тебя поцеловать.

— Что? Ладно. А вот это уже заведомо лживые сведения, — рявкнула я. — Я тебя не умоляла. Ты спросил, можно ли меня поцеловать, и я сказала «только поцелуй». Не приписывай того, чего не было.

— Отлично. А знаешь, мне даже не понравилось.

Закатив глаза, я повернулась к двери.

— Уверенна, так и есть.

— Лишь потому, что ты единственная женщина здесь, которая не ждёт, что я буду с ней спариваться.

Стать парой в клане Стражей не означало заниматься сексом. Это подразумевало пожениться и завести чёртову метрическую тонну маленьких детей-Стражей, и для меня это выходило за рамки оскорбительного в этот момент. Не только потому, что говорить такое было суперужасно, но и потому что для меня это была больная тема.

Здесь не было никого мне подходящего, никаких отношений, которые возможно было рассматривать как серьёзные. Стражи не якшались с людьми.

Они не водились даже с такими, как я.

— Уверена, что я не единственная девушка здесь, которая не захочет образовать с тобой пару, болван.

Клей переместился со скоростью Стажа. В один миг он стоял около дивана, а в следующий — уже передо мной.

— Ты не должна…

— Осторожнее выбирай слова, дружище.

Раздражение быстро сменялось злостью, я пыталась сдерживаться, потому что… плохие вещи случались, когда я так злилась.

И эти плохие вещи, обычно, включали кровь.

Мышца на его челюсти напряглась, и его грудь поднялась в глубоком вдохе, прежде чем его красивое лицо расслабилось.

— Знаешь, а давай начнём заново.

Его рука исчезла из поля моего зрения, а потом опустилась мне на плечо. Я подпрыгнула, испугавшись внезапного контакта.

Неправильное действие с его стороны, потому что мне не нравится, когда меня пугают.

Я поймала его руку.

— Дай знать, очень ли больно, когда ударяешься о землю?

— Что?

Рот Клея немного приоткрылся.

— Потому что сейчас будет реально жёстко.

Я выкрутила его руку, и на краткий миг увидела, как потрясение промелькнуло на его лице. Он проходил обучение Стражей, готовился стать воином, которых в мире знали как Стражей, и он не мог понять, как я так быстро смогла одержать верх.

И потом он уже ни о чём не думал.

Я развернула его, перенося вес на правую ногу. Пнула его левой, совершенно не сдерживаясь, когда моя нога пришлась на прямо центр его спины. Невероятно гордая собой, я ждала, что он будет жрать пол.

К удивлению, этого не произошло.

Клей пролетел через комнату и ударился об окно. Стекло затрещало и поддалось, и он, пролетев через окно, оказался в саду. Я услышала, как он ударился о землю. Звук, похожий на небольшое землетрясение.

— Ууупс, — прошептала я, прижав ладони к щекам. Я постояла, кажется, полминуты и затем рванула вперёд, поспешив к входной двери: — Ох, нет, нет, нет.

К счастью, на крыльце был включён свет, и было вполне светло, чтобы разглядеть, где был Клей.

Он приземлился в куст роз.

— О, Боже.

Я спустилась по ступенькам, когда Клей со стоном выкатился из куста на бок. Выглядел живым. Это был хороший знак.

— Что за дерьмо?

Я подпрыгнула от звука и посмотрела наверх, первым узнав голос. Миша. Он вышел из тени, остановившись на крыльце под светом фонаря. Слишком далеко, чтобы хорошо его рассмотреть, но мне и не надо было видеть выражение его лица, чтобы знать, что на нём была смесь разочарования и неверия.

Миша отвернулся от лежавшего на земле Клея, взглянув на меня, затем на окно и снова на меня.

— Я хочу об этом знать?

Я вовсе не удивилась, увидев Мишу. Я знала, что это был только вопрос времени, когда он поймёт, что я смылась из Ямы и оказалась здесь.

Мы росли вместе, стали тренироваться по одной и тоже программе, как только оба научились ровно ходить, и он был рядом, когда я впервые разодрала коленки, пытаясь угнаться за ним, и упала — он смеялся надо мной — и он был рядом, когда моя жизнь разрушилась.

Миша быстро превратился из очаровательного парня с копной каштановых волос и веснушками в милашку. Я даже была влюблена в него порядка двух часов, когда мне было шестнадцать, и тогда-то я его и поцеловала.

У меня было несколько мимолётных увлечений.

Но Миша был больше, чем сообщник или лучший друг во всём мире. Он был моим Защитником, связанным со мной с тех пор, как я была маленькой девочкой, и эта связь была очень сильной.

А именно такой: что если я умру — умрёт и он, да, довольно напряжённо, но если он умрёт первым, то связь будет разорвана, и затем другой Страж займёт его место. Я всегда думала, что это несправедливо, но связь не была односторонней полностью. Что-то было во мне, то, кем я была, подпитывало его, а его силы Стража часто восполняли мою человеческую часть.

В некотором смысле, будто мы были двумя сторонами одной монеты, и я нарушила одно из высших правил, когда поцеловала его. По представлению моего отца, Защитники и их подопечные никогда не должны шалить и веселиться друг с другом. Предположительно, дело было в связи, но я понятия не имела, что это значит на самом деле. Например, как это вообще может повлиять на связь? Я спрашивала отца, но он свысока посмотрел на меня, будто я просила объяснить, как появляются дети.

Ничего из этого не значило, что я была менее раздражена в этот момент.

— У меня всё под контролем, — я показала на стонущего на земле Клея. Я заметила маленькие тёмные крапинки на его лице. Шипы? Боже, я на это надеюсь: — Очевидно.

— Это ты сделала? — Миша уставился на меня.

— Да? — я сложила руки на груди, когда Клей стал подниматься. — И я нисколечко не сожалею. Он не понял что значит «просто поцелуй».

Миша повернулся к Клею.

— Это так?

— Абсолютно, — сказала я.

Прорычав сквозь зубы, Миша подошёл к Клею, который наконец-то, поднялся на колени. Он рассчитывал на помощь подняться. Схватив за рубашку, Миша поднял Клея с земли, развернул его лицом к себе. Когда Миша отпустил его, то меньшего роста Страж отступил на шаг.

— Она сказала тебе нет, а ты не послушал? — требовательно спросил Миша.

Клей поднял голову.

— Она не имела в виду…

Двигаясь с быстротой молнии, Миша отвел назад руку и ударил Клея кулаком в лицо. Парень грохнулся второй раз за ночь.

Я усмехнулась.

— Как и я не хотел этого делать? — сказал Миша, присев. — Когда кто-то говорит «нет», именно это и подразумевается.

— Святое дерьмо, — заныл Клей, прижимая руку к лицу. — Думаю, ты мне нос сломал.

— Мне плевать.

— Иисусе.

Клей стал подниматься, но упал на задницу.

— Ты должен извиниться перед Тринити, — приказал Миша.

— Серьёзно, мужик, — Клей с трудом поднялся на ноги, его голос был невнятным, когда он повернулся ко мне. — Прости, Тринити.

Я подняла руку и показала средний палец.

Миша с ним ещё не закончил.

— Ты с ней больше не заговоришь. Не посмотришь в её сторону и даже не дышишь рядом с ней. Если сделаешь это, то снова вылетишь через окно, и в следующий раз всё будет намного хуже.

Клей опустил руку, и я заметила тёмную кровь, бегущую по его лицу.

— Ты не заставишь меня снова…

— Ты, очевидно, не догоняешь, — зарычал Миша. — Я вышвырну тебя через окно, и в следующий раз это будет намного хуже. Понял меня?

— Да, — Клей вытер рукой рот — Понял.

— Тогда, пошёл к чёрту с глаз моих.

Клей влетел внутрь и захлопнул за собой дверь.

— Ты должна вернуться в дом, — голос Миши прозвучал хрипло, он взял меня за руку и повёл через сад, в полумрак.

Я позволила ему вести себя, потому что мы находились на неосвещённой дорожке, и я ни черта не видела.

— Тьерри должен узнать об этом, — сказала я, как только мы вышли на тротуар, ведущий к основному дому.

— О, чёрт, да, я расскажу Тьерри. Он должен знать и Клей заслуживает кое-что покруче, чем эпическое избиение.

— Согласна.

По большей части мне хотелось вернуться и вышвырнуть Клея через другое окно, но я позволю Тьерри разобраться с ним, даже если это приведёт к очень неловкому разговору с человеком, который был для меня вторым отцом.

Но Тьерри был единственным, кто мог сделать намного больше. Он был здесь главным, и не просто лидером клана, а Мастером, осуществляющим надзор за всеми другими кланами и многими поселениями в Средней Атлантике и долине Огайо. По сути, он нёс ответственность за обучение новых воинов и обеспечивал этой общине безопасность и относительную скрытность.

Он мог бы научить Клея больше никогда так не делать.

Миша остановился, когда мы оказались достаточно далеко от дома Клея.

— Нам надо поговорить.

Я вздохнула.

— Я очень не хочу слушать лекцию прямо сейчас. Я знаю, ты хочешь как лучше, но…

— Как ты смогла швырнуть его в окно? — спросил он, прерывая меня.

С обидой сжав губы, я уставилась на скрытое тенью лицо Миши.

— Я схватила его, и затем я… Ну, ударила его с ноги.

Отпустив мою руку, он положил руку мне на плечи.

— Как у тебя получилось вышвырнуть его в окно, Трин?

— Ну, ты же видел, я подняла ногу, как на тренировке…

— Я не это имел в виду, ты маленькая хитрющая язва, — отрезал Миша. — Ты становишься сильнее. Намного сильнее.