Читаем Бубны боли онлайн бесплатно

Бубны боли

Иван Васильевич ГрузиновБубны болиБубны болиБубны болиБатарей обрывки клубыБыстрых бархатов обвили.Побежал инкуб рубиновОборвать боа на башнях,Зубы выбитых барбетовБороздит бурьяном бомб.В небесах балет болидовБросил бусы. Бронза брызг!К облакам батальный бант.Бревна, сабли, губы, ребраРаздробить в багровый борщ.«Брац!..» «Урра-а-а-а-а!..»Трубы бреют бубны боли,Бредит братом барабан.

1914. Август.

Жернова заржали жаромЖалонеры. Ружья. Жерла.Жрут. Жиреет жаба жути.Дирижабли дребезжат.Давизжала жидким жгутом.Брызжут жемчугом дождей.Жадны ржавые жирафы.Лижут жесткое желе.Жернова заржали жаромРыжих жал. Железа скрежет.Жабры сжать. Жужжит желудок.Желчь дрожит. Разрежу жилы.Жердь жую. Жену жалею.Животы, фуражки, лужи.Жатва, желтые жуки.

1914. Август.

Рыжий коньКатакомбы. Светильника тусклый диск поникОреол позолотил твой неизъяснимый лик.Трепетала, как бледный голубь, твоя узкая ладонь.Внезапно свистящий топот, и вскрик.Пылая, выплыл из мрака Рыжий Конь.И от рук моих надменный Рим пепел и прах.Но ответно живых факелов свет зажжен.Ликовал победивший НеронНа развалинах и гробах.

1914. Май.

«Когда безмолвный и покорный…»Когда безмолвный и покорныйЯ пред тобой склонил колени, –Овеян тьмой одежды черной,Мерцаньем вещим осиянТвоих очей, – мне снились тениКазненных древле христиан…Воздев ликующие руки,Они молились на арене.И медных труб дрожали звуки.И тихо крались львы и тигры.Величьем мести упоен,Смотрел на праздничные игрыВ венце и пурпуре Нерон.

1913. Сентябрь.

«В час, когда миры, как вихри пыли…»

Deine weissen Lilienfinger

Henrich Heine

В час, когда миры, как вихри пыли,Заструятся в диком танце предо мнойИ потонет в кровяном туманеОбраз твой, коснись концами пальцев-лилийМоего чела, и голубой волнойЗакачает меня рай благоуханий

1914. Март.

«Вечер пряный…»Вечер пряный.Сад гранатовый. Туманы –Точно тонкие вуалиВ змейках розовых заката.ЗасверкалиОчи – острых два агата.Шёлк, и кружев паутина.И ревниво нежит шеяОтблеск томного рубина.Саломея!…И когда мой труп немойТы увидишь, Саломея,Завтра в полдень голубой,Ты пронзишь ли мне, бледнея,Очи страстною игрой?

1913. Октябрь.

«Позлащенных крыш сосульки хрупкие…»Позлащенных крыш сосульки хрупкиеСолнце утраБледноОпалило палевыми перьями.Заплетаются за стеклами цветнымиКосы сказочных принцесс.Протянуло солнце нити влажные.С крыш полдневныхК снегу.Саваном весенним осененному.Расплетаются за стеклами цветнымиКосы сказочных принцесс.

1914. Февраль.

«В час, когда бред литаний…»В час, когда бред литанийГлубокая полночь уронит,Предан Тобою потоку сгораний.Колыхаю мои сухие и ласковые ладони.Расторгают пленительный пленЛучи фосфорических симфоний.Ах, базарно крикливы Моцарт и Шопэн.

1914. Май.

ПримитивВ иглах пепельных сгораетГлаз. Янтарный. Белый. Алый.Чуть мигает. Чуть мигает.Меркнут краски. Гаснет день.Прохожу дорожкой малойМимо тихих деревень.Пью водицу из ручьёв,И беседую с былинкой.Отуманенный росою,Пряным трепетом цветов,Прохожу лесной тропинкой.Говорят-шумят со мноюЛипы. Ели. Сосны. Клёны.Говорит весь лес зелёный.

1910.

ТрактирИспарина, как лак тягучийПолзёт к лицу, слепит глаза.Табачный дым зелёной тучейЗастлал рекламы, образа.Промозглый запах дёгтя, сала.Звон чашек, чавканье, плевки.Старик в поддевке полинялойБолтает с нищим: «Ты кускиПродешевил сегодня». – «Знаю.Я завтра больше настреляю». –«Ну не хвались; хвалится рано»…Девица в платьице кумачномИдёт под окнами; ей вследКричит сапожник полупьяный:«Кры-кыррр!.. Аллюриста и смачна!»Она кокетлива: – «Бродяга!» –Склонясь лениво на буфет,Трактирщик закурил Трезвон.Сухую Корочку, ВарягаВизгливо тянет граммофон.

1913. Май.

День Святого ДухаСкрип гармоники корявой.Пересмехи. Из березок отголосок:«Ты, канава! Ты, канава!»К солнцу крадется дымок от папиросок.Ноги жадно лижут травы.Колыхает ветер пьяныйРазноцветные рубахи,Сарафаны.Гулкий топот. Вихрь румяный.Рук алеющих размахи.Закружилися зеленые поляны.

1914. Апрель.

«Средь безграничного простора…»Средь безграничного простораБлестят лазурные озера.И, мерно делая изгибы,Плывут рубиновые рыбы.И серебристой вереницейЛетят причудливые птицы.Исчезло все на краткий миг.Вдруг замок пламенный возник.Из замка в светлой багряницеВ волшебный сад идет царица.За ней следит суровый страж –Седой евнух и тихий паж.Из синевы безвестных странСпешит к царице великан.И не видать при свете аломЛица, покрытого забралом.И зорным золотом горитЕго копье и круглый щит.

1911.

«Тлели…»ТлелиОблаков лоскутьяСиние.СкрипелиРжавые прутьяО зеркало озерное.Звонкие клиньяВ черепки кололиРаскаленную лазурь.ПлылиЧерныеИзвилины поля.Ветер шептал:«Глаза не щурь».ДребезжалФонтан пылиБелой.Гудели, гоготалиГады.Плавилось в солнечной эмалиРозовое телоНаяды.

1914. Апрель.

«В час багряного заката…»В час багряного заката, –В час, когда тускнеет злато,Меркнут белые чертоги, –Мнится мне, что живы боги.Мнится мне: в борьбу вступаетС светлым богом бог ночной.Светлый бог изнемогает.Льется кровь его струей.Рдеет пурпур. Меркнет злато.Гаснут алые чертоги.

1911.

«Смех твой, Майя, смех певучий…»Смех твой, Майя, смех певучий;Голос твой призывно-сладок;Ослепляет лик твой жгучий,Манит чарами загадок.Но в плену твоих объятий –В узах пламенных и тесных –Я сгорая в муках крестных;Множу призраки в тени,Созидаю мир видений,Позабыв слова заклятий.

1912.

«Дьяволятки голенькие, хилые…»Дьяволятки голенькие, хилыеВ полночь вылезли сквозь щели из подполья.Это вы, мечты бескрылые,Пали листьями безволья?Ведьмы пляшут? ведьмы воют?Это вихри, это листья шелестят.Я плащом моим прикроюВас, дрожащих дьяволят.И пока я жду рассвета –Темен, слеп и духом нищий, –Ваше тело будет тьмой моей согрето,В слепоте моей найдете пищу.Но когда в рассветный час склонюсь к пустынному оконцу,Не мешайте мне в тиши молиться Солнцу.

1913.

«Зыбь пыльной пелены…»Зыбь пыльной пелены.Небо сочная полудыня.Звезды семечки синие.Режу небо щербатым ножом луны.Опускаюсь в зарево травы.Кушаю ломтики прохладной синевы.

1914. Май.

АмулетНа прощанье подарилаМне свинцовую гориллу.Черной лентой обезьянку обвязалаИ сказала:«Мой поэт,Это будет амулет.А когда… когда разрушится свинец,Знай, настал конец»…Долго я хранил заветный амулет.Но однажды, в час заклятья,Молвил: «Любишь или нет?»И едва успел сказать яЗаповедные слова,У гориллы отвалилась голова.

1913.

«Полночный час. Уснули звуки…»Полночный час. Уснули звуки.Заворожила тишина.Недвижно небо. Даль мутна.В окно струится звездный свет.Тревожный стук. Мелькнули руки.Мелькнул твой гибкий силуэт.И занавесь зашелестелаУ одинокого окна.Твой белый лик на ткани зыбкой.Безмолвный призрак. Призрак белый.Глаза с укором иль улыбкой?Безмолвно к призраку приник.Лобзаю жадно белый лик.

1912.

ПадениеКовром коричневым пустыняЦвела за мертвою рекою.Тускнела ткань небесной сини.Взметая розовую пыль,Стада тянулись к водопою,И стихли шорохи сухие.Дремала нежная РахильВ своем шатре желтоузорном.И плакала слепая Лия.Упала ночь, как войлок черный.Зажглись огни сторожевые.Во тьме мятущейся возникПередо мною мой Двойник.Он жег меня дыханьем уст.Ступнею острою вдавилМою ступню в прибрежный ил.Позор паденья. Жгучесть боли.Моих костей и лязг и хруст.И всколыхнулись янтариТяжелой утренней зари.Собрав остатки дерзкой воли,Я снова мускулы напряг.Но некий сумрачный слизнякВ моей груди затрепетал.И голос предков, льстив и слаб,Во мне рыдал:«Люблю Тебя. Твой верный раб».

1914. Апрель.

«Поэты…»