Читаем Брат жениха. Поверь мне снова онлайн бесплатно

—  Развод, —  жёстко сказал он. —  И даже можешь не мечтать, что дети с тобой останутся. Такая, как ты, не имеет права воспитывать моих детей.

Слёзы душили так, что не могла дышать, не хотелось жить. Если он сейчас уйдет, я просто лягу и умру.

—  Пожалуйста, Марат, выслушай меня! —  просила я.

Схватила его за рукав пиджака, но он отмахнулся от меня, словно от мерзости какой.

—  Марат. — Превозмогая страх, осмелилась дотронуться до его лица и провести по щетине пальцами. Я знаю, он очень любит, когда я так делаю...

Мужчина напрягся всем телом. На шее появились мурашки. На миг он прикрыл глаза, словно позволив себе насладиться этим мигом лишь на несколько секунд, а потом распахнул глаза. Там плескалась такая ярость, что моего мужа невозможно было узнать. Он стал чужим. Он ухватил меня за запястье и отвёл в сторону мою руку.

— Не прикасайся, — голос его звучал глухо. Я чувствую, как ему больно, но не могу нас спасти. Пока не могу… Его глаза способны были убить, раздавить и уничтожить. Он просто ел меня взглядом, но не делал и шага ближе. Он больше не притрагивается ко мне как к женщине…  —  Я так тебя любил… Сдохнуть за тебя готов был. А ты…

Он укоризненно покачал головой. Руки моей не отпустил. Словно берег миг этого соприкосновения его пальцев с моими. Даже такого грубого соприкосновения.

— Марат,  я прошу тебя, дай мне сказать!

— Молчи, —  он мягко тряхнул меня, и я умолкла. — Мне не нужны твои оправдания для дурака. Я сам всё видел. Сам, своими глазами. Ты мне ничего не докажешь. Мой адвокат привезёт документы о разводе на подписание.

— Отдай детей. Им плохо без меня.

— Нет. Ты всё это сделала сама, Лина. Я никогда не поступил бы так с тобой, если бы не ты.

Он небрежно бросил мою руку и обошёл меня, устремившись к двери.

— Я беременна.

Марат остановился как вкопанный. Медленно обернулся. Я встретилась с холодными серыми глазами, в которых читалось недоверие.

— Что ты сказала? —  спросил он.

— От тебя.

Затри года дособытийв прологе.

Утро встретило меня ласковым солнышком. Сладко потянулась в постели. На часах только пять утра, но за окном уже вовсю солнце и поют птички, отражая моё внутреннее состояние — безграничного, всепоглощающего счастья.

Сегодня самый лучший день на свете. День нашей с Маратом свадьбы. Как же долго мы к этому шли, только подумать... Несколько лет разлуки и сладкое, страстное воссоединение. Мой будущий муж подобен вулкану — не стоит его злить, иначе своей горячей лавой спалит всё на свете. Но сейчас этот вулкан мирно спит в моей постели, напрочь отказавшись ночевать у родителей, как и гласит предсвадебная традиция.

Улыбнулась, дав себя буквально минуту, чтобы полюбоваться его спящим лицом. Умиротворённое, мужественное, красивое по-мужски. Марату уже сорок пять, и у нас с ним разница почти пятнадцать лет, но я никогда её не ощущала. Для меня он самый красивый, желанный и любимый из всех, кого я знала. Он — лучшее, что случалось со мной в этой жизни... Но однако нам пора вставать, иначе проспим ЗАГС. А этого я допустить никак не могу. Я слишком долго этого ждала...

Легко провела пальцами по его щетинистой щеке.

— М-м, — недовольно свёл он брови вместе. А я легко засмеялась — ух, какой он строгий босс даже во сне! Накажет, не просыпаясь.

— Марат, — продолжила я гладить его лицо, плечи, твёрдые мышцы груди. — Вставай, любимый. Пора становиться мужем...

— Точно, — распахнул он резко свои серые глаза. — Свадьба.

Он сонно улыбнулся мне, когда встретился с моим взглядом. И тоже провёл пальцами по моей щеке, заставляя меня испытывать щемящее чувство нежности, которое готово было меня разорвать на сотни молекул и атомов. Но я раз за разом выживала, испытывая эйфорию от этих ласк моего мужчины.

— А ты готова становиться женой? — спросил он с хрипотцой в голосе после сна, которая всегда сводила меня с ума. Сжал сильнее в руках, привлекая к себе моё внимание. — Я буду очень строгий муж. Ревнивый и жёсткий. Измен не прощу. Никогда.

— Я знаю, — мягко провела я по его кудрям, уже тронутым сединой. Но меня это нисколько не смущало. Так он выглядит ещё более брутально.

— Ты меня хорошо услышала, Лина? — пытал он меня взглядом.

Взяла его лицо в свои ладони и посмотрела в его серые глаза, которые горят теперь только для меня.

— Услышала, милый. Я никогда тебя не предам и не променяю ни на кого другого. Неужели ты думаешь, что кто-то тебя мог бы заменить? Тем более, я ведь ношу нашего уже второго ребёнка. Я столько лет тебя ждала... Это ли не доказательство моей любви к тебе?

— Девочка моя, — нежно взял он в пальцы мой подбородок. Его глаза сконцентрировались на губах. Большой палец мужчины лёг на нижнюю губу и ласково, с долей эротизма, прошёлся по ней туда и обратно. Мягко надавил. — Ты только моя. Я тебя никому не отдам.

— Это я тебя никому не отдам, — ответила я и поймала губами его палец, втягивая в себя.

— М-м...

Все его мышцы напряглись разом, он резко выдохнул. Серые глаза тут же заволокло порочной дымкой желания. Марат всегда остро реагирует на мои сексуальные игры с ним. А я люблю с ним играть и кайфовать от этих его реакций.

Я обхватила пальцами его запястье и вобрала палец в себя ещё глубже, имитируя оральные ласки. Вверх-вниз, вверх-вниз, втянуть в себя... При этом то покорно, то страстно поднимала на него взгляд и смотрела в его глаза, которые всё больше темнели от накрывшего его вожделения.

— Лина... — прорычал он. — Ты не наденешь свадебное платье, пока не избавишь меня от жажды, которую сама и вызвала.

— А кто против? — изогнула я одну бровь и облизнула подушечку его пальца по кругу, услышав новый глухой стон распалённого моим огнём мужчины...

***

Положила руку на его грудь и стала спускаться ниже. По кубикам живота, по жёсткой поросли волос у самой резинки боксёров. Член уже налился до отказа, и я поддела резинку его белья, чтобы затем спустить его с крепких ягодиц и обхватить возбуждённый мужской орган рукой. Едва мои пальцы сомкнулись, как Марат глухо застонал, покусывая губы в предвкушении.

— Да... — Вплетал он пальцы одной руки в мои распущенные волосы, а другой — сжимал моё бедро до красноты. — Да. Лина...

Его рука мягко надавила на мой затылок, направляя вниз, показывая, насколько сильно он желает сейчас ощутить мою ласку. Я спустилась ниже на кровати. Горячим дыханием опаляя его член, покрывшийся от сильного возбуждения сеткой вен, но дразнила и не касалась его губами. Только двигала рукой вдоль ствола, крепко сжав его в пальцах, туда и обратно.

— Ангел, — порочно прорычал он, пытаясь меня подтянуть за подбородок ещё ближе, чтобы я взяла его. В ответ обвела вокруг бархатной головки члена пальцем.

Глаза Марата закрылись, он издал негромкий полустон-полурык и стал дышать рвано и тяжело.

— Багира, — произнёс он и открыл глаза, словно пьяные от страсти и удовольствия. Надавил большим пальцем на мои губы, заставляя меня раскрыть их и подводя член ближе к ним. Головка уже коснулась нежной кожи губ. — Я хочу тебя. Так.

Позволила ему скользнуть внутрь себя. Обвела головку кончиком языка несколько раз и услышала, как он рычит ещё более глухо.

— М-м... Да. Давай, ещё глубже... — Он намотал мои волосы на кулак, зафиксировав голову так, чтобы я была в удобном для него положении, и проталкивался в мой рот ещё и ещё.

Я послушно вбирала его плоть, ласкала её языком, втягивала в себя словно вакуум и помогала себе рукой доводить его до самого пика удовольствия, ловя непередаваемый кайф от его наслаждения. Марат никогда не смущался своего удовольствия в сексе со мной, откровенно стонал так, что мне тоже голову сносило только от его стонов. Свела бёдра вместе. Я ощущала внизу живота нарастающее ноющее желание, как обычно бывает с ним. Мне хотелось поскорее тоже ощутить дозу своего удовольствия, плоть пульсировала, бельё стало влажным.

— А-а... Да. Моя ох*енная девочка, — кайфовал он, вбиваясь в меня настолько, насколько я могла его принять. — Иди сюда.

Он резко вышел и перевернул меня на спину одним движением. Бёдра заставил поднять и развести шире ноги.

— Ах... — выдохнула я, когда его пальцы легли на клитор и принялись нежно, но настойчиво массировать и без того возбуждённую плоть. — М-м...

Пальцы двигались по кругу, потом вверх-вниз, и я судорожно глотала воздух в предчувствии скорого и очень острого оргазма. Бёдра стали дрожать от подступающего и обнажающего душу удовольствия.

— Давай же, кончай, — шепнул он мне на ухо и подцепил зубами мочку моего уху. — Кончай...

Его слова словно сорвали курок. Удовольствие накрыло лавиной. Перед глазами поплыли круги, а тело свело сладко-острой судорогой. Горячее тепло разливалось по всему телу с огромной скоростью, заставляя каждое нервное окончание сначала сойти с ума от кайфа, а потом блаженно расслабиться. Я кричала, сминая в кулаках простыни и подаваясь к нему ягодицами, желая, чтобы он продлил моё удовольствие и получил своё.

Марат знает, как я люблю. На самом пике наслаждения он резко вошёл в меня и стал двигаться — быстро, беспощадно, не давая опомниться и позабыть даже о том, какой сегодня день и как меня зовут. С ним я забываю, где я и кто я, я превращаюсь в сплошной секс, нерв и удовольствие...

Он громко стонал в унисон со мной, набрав настолько бешеный темп, что я просто не успевала дышать и хватать пересохшими губами воздух.

Внезапно до нас долетел стук в дверь. Я мигом переполошилась и замолчала, захотела отползти от него, но мужские пальцы заставили меня оставаться на месте, впившись до боли в кожу бёдер.

— Извините… что прерываю, но невесте пора одеваться.

Боже, как стыдно... На щёки лёг такой румянец, что и наносить искусственный теперь не нужно. Домработница пришла сообщить о том, что приехал свадебный стилист, и услышала наши охи-вздохи во всей красе...

— Она скоро придёт, — хрипло отозвался Марат, который совершенно не смутился и вернул меня на место, продолжив насаживать меня на всю длину своего члена.

Я зажала рот рукой, чтобы не стонать снова слишком громко. Ужас какой, там персонал за дверью, подготовка к свадьбе началась, а он продолжает меня трахать как ни в чем не бывало.

Марат...

— Хорошо, я скажу, чтобы… подождали немного, — произнёс голос за дверью.

— Да, нам немного осталось, — ответил Марат, и мне вдруг стало смешно. А он добавил мне на ухо. — Вот припёрлась, я почти уже кончил.

— Ну ладно, я… пошла.

Шаги от двери вскоре стихли, а Марат навалился на меня с новой силой.

— Марат... — попыталась я воззвать к его разуму. — Мы же опоздаем!

— Пока не кончу — ты отсюда не выйдешь, — отрезал он и стал вбиваться в меня ещё быстрее, ещё более остервенело, чем до этого, словно если срочно не получит оргазм, то рухнет весь мир... Мне уже было нечем кричать, когда я почувствовала, как большой член толкнулся в меня до самого предела, его головка уткнулась в стенки моего влагалища, и внутрь меня стала изливаться горячая сперма.

— Чёрт, — отдышался он после особенно громких наших стонов. — Ты ж моя ох*енная... Вот теперь можно и на свадьбу пойти. Без привычного стояка на тебя. Хотя... ­

***

— Если сейчас не отправимся, можем опоздать в ЗАГС, — волновался папа, который пришёл после того, как меня облачили в свадебное платье.

Слишком туго ленты не затягивали — я уже на третьем месяце беременности. У нас с Маратом есть дочь, которую я родила одна, потому что Марат о ней просто не знал. Когда узнал — наша жизнь с Алисой круто изменилась, а теперь я ношу ещё одного малыша — плод нашей страсти, которую не смогли потушить даже годы разлуки. Теперь я почти готова к выходу. Заканчивали с прической и аксессуарами.

— Успеем, пап, — улыбнулась я ему. — Марата будут ждать все и везде.

— Ну да, — хмыкнул он. — Все никак не привыкну, что твой муж слишком влиятельный для обычного ЗАГСа и не опаздывает, а задерживается.

— Именно, — усмехнулась я. — Без росписи не останемся.

— А чего так всё поздно начали? — спросил папа, и я невольно опустила глаза в пол.

— Проспали, — коротко ответила я, ощущая, как снова разливается жар по щекам от утренних воспоминаний, а по телу снова расползается томительное желание повторить... Тряхнула головой. Сейчас не время об этом думать, у нас слишком важный день впереди.

— Павлуша, не приставай к молодожёнам, — обратилась к нему Ольга Вячеславовна, бабуля Марата. Почти восемьдесят пять лет, но она ещё полна сил, даже поднялась по лестнице в нашу спальню, чтобы увидеть невесту одной из первых. — Что, не знаешь, как молодые "просыпают"?

Она подмигнула отцу и рассмеялась. Тот смутился, но тоже подхватил смех. Я же красноречиво покраснела ещё больше, но заострять тему не стала. Да, мы с Маратом прекрасно "проспали", до сих пор ноги дрожат, и в теле ощущается приятная ломота.

— Какая же ты красавица, Ангелиночка, — восхищалась всё утро бабушка Марата, которая практически заменила ему мать, растившую в любви младшего сына, но не Марата. — Не могу налюбоваться. Я б сама на тебе женилась, была б я мужиком! Марату повезло. Урвал себе красотку такую!

— Спасибо, — улыбнулась я. Бабуля моего будущего мужа любитель сказать что-нибудь эпичное... — Это мне с ним повезло. Он у вас замечательный.

— Просто он тебя любит, милая, — улыбнулась она мне в ответ. Её глаза засветились теплом и нежностью. Так всегда, когда она говорит о своём внуке и нашей семье, которая через пару часов станет официально одной общей. — Вот когда он зол или ранен в сердце — лучше ему на глаза не попадаться. Никому не пожелаю стать его врагом — уничтожит. Но тебе это, конечно, не грозит. Ты умница, девочка.

— Всё готово, — сказала имиджмейкер, которая занималась моим внешним видом для свадебной церемонии, и отошла в сторону, чтобы родные оценили.

Я повернулась к зеркалу и окинула себя взглядом ещё раз. Приталенное под грудью и максимально лёгкое и тонкое платье цвета шампань красиво струилось по ногам. Под платьем белые балетки ввиду беременности, на голове красивая диадема в греческом стиле — всё красиво, изящно, но без излишеств, Марат этого не любит. Ему нравится естественность, и лучший наряд для меня, по его мнению — костюм Евы...

— Как же красиво, — повторила Ольга Вячеславовна. — От тебя глаз невозможно оторвать.

— Да, очень красивая невеста. Моя дочь выходит замуж, — добавил негромко папа.

Я обернулась на него. Он очень волнуется и растроган, слышу даже по голосу.

— Папуль, — подошла я к нему, поддерживая подол длинного платья. Обняла его, положила голову на плечо ещё одного любимого мной мужчины. — Всё хорошо. Я по-прежнему твоя дочь. И никуда не денусь.

— Всё равно очень волнительно, — ответил он, поглаживая меня по спине словно маленькую.

— Всё будет хорошо. Помнишь? Мы мечтали, что так и будет.

— Да, знаю. Потому что ты с Маратом.

— Да пап, — заглянула я в его глаза и ободряюще улыбнулась. Потом снова взяла края платья в руки. — Пора.

***