Читаем Брат моего парня онлайн бесплатно

Я услышала его голос ещё до того, как он вошёл.

Спокойный, низкий, с едва уловимой насмешкой — как всегда. Он говорил с кем-то по телефону, и даже в этих равнодушных словах ощущалась тяжесть, от которой хотелось сбежать. Я напряглась. Лёгкие тут же отказались работать. Каждая встреча с ним была как заноза под ногтем: вроде бы не смертельно, но больно до ужаса.

— О, и ты здесь. Какая… ожидаемость, — произнёс он, входя в гостиную.

Я подняла глаза.

И, конечно, Коул стоял в дверях — в тёмной рубашке, с расстёгнутым воротом, с тем самым прищуром, который раздражал меня до дрожи. Брови чуть приподняты, руки в карманах. Всё в нём кричало: «Тебе тут не место, нищенка».

— Ты говоришь так, будто ждал, что я исчезну, — ответила я, не скрывая колкости.

— Я надеялся, — он чуть улыбнулся. Тонкая, ледяная усмешка. — Даже свечку в церкви поставил. Но увы, ты всё ещё тут.

Он сделал пару шагов ко мне, неторопливо, как хищник, не спешащий к добыче. Просто напоминающий: он здесь. Он всегда будет здесь.

— Знаешь, Рэн, — он произнёс моё имя так, будто оно ему мешало во рту, — я до сих пор не понимаю, что брат в тебе нашёл.

Я поднялась с дивана.

— А я до сих пор не понимаю, почему ты не можешь перестать за мной наблюдать, если так презираешь. Тебе не все равно?

Он не ответил. Только смотрел. Долго.

И это было хуже, чем любые слова.

— Ты ему не пара, — произнёс он наконец, почти тихо. — И никогда не будешь ровней нашей семье.

— А может ты просто завидуешь? Завидуешь, что я выбрала твоего брата?

Он рассмеялся. Глухо. Грубо.

— Завидую? Боже упаси, нищенка. Иметь такую девушку — это стыд.

У меня перехватило дыхание, будто мне влепили пощечину. Коул часто говорил что-то подобное, но отчего-то я никогда не могла пропускать его оскорбления мимо ушей. Как бы я не хотела обратного, его слова цепляли меня за живое.

— Знаешь, что меня в тебе бесит больше всего, нищенка? — тихо произнёс Коул.

Я вздрогнула от этого слова. Он использовал его всегда как плевок. Вместо имени. В этом была вся суть: я для него не человек, а ошибка в системе. Пятно на их фамильной репутации.

— То, как ты ходишь тут, в нашем доме, будто имеешь на это право. Пользуешься всем, что тебе дают, как пиявка, присосавшаяся к жертве.

— Я ничего просила, — прошипела я. — Ни от тебя, ни от вашего клана.

— Но получила, — его пальцы сомкнулись на моём подбородке. Жёстко. — Гранд. Место в элитном кампусе. Поддержку. Всё это благодаря нашей фамилии. Благодаря моему отцу. Не обманывай себя, ты ни на что бы не пробилась сама. В этой жизни ты никто.

Я вырвалась. Резко. Глотая воздух.

— Ты правда думаешь, что я бы позволила себе быть чьей-то обузой?

— Думаю, ты просто слишком хорошо умеешь изображать гордость, чтобы заметить, что все, что у тебя есть — тебе не принадлежит.

— А ты просто боишься, что твой брат выбрал кого-то, кто сильнее, чем ты ожидал. И как бы ты не старался, у тебя не получится меня сломать.

Его челюсть дёрнулась. И я впервые увидела в его взгляде что-то не контролируемое.

Он наклонился ближе, шепнул почти в губы:

— Нет, нищенка. Я с нетерпением жду, что он наконец увидит, насколько ты слаба. И тогда ты вылетишь отсюда как пробка.

За два года, которые я встречаюсь с братом Коула, наши с ним отношения никогда нельзя было назвать нормальными. Я всегда ему не нравилась. Но после того, что случилось между нами год назад — это переросло в настолько жгучую ненависть, что я не сомневалась — он хочет меня уничтожить.

Я лишь надеялась, что о тех событиях никто никогда не узнает.

Я нервничала. Хотя делала вид, что нет.

Передо мной высился фасад кварцевого здания, который смахивал скорее на правительственное учреждение, чем на университет. Высокие колонны, строгие окна. Всё такое вылизанное, хищно правильное, как и большинство тех, кто внутри.

— Хватит на всё смотреть, как будто собираешься сбежать, — рядом хмыкнула Лира.

Она, как всегда, держалась легко. Волосы в хаотичном пучке, улыбка ленивая, шаг уверенный. Ни капли сомнения — будто этот мир давно принадлежал ей. И в каком-то смысле так и было. Она родилась в этом кругу. Подруга детства Кая. И с первого взгляда — полная противоположность мне.

— Я не собираюсь сбегать, — буркнула я, — просто интересно, кто из этих людей первым скажет, что я сюда не подхожу.

— Никто. Потому что ты под моей охраной, — Лира подмигнула и потащила меня за собой внутрь.

Холл был шумным. Отголоски чужих разговоров, запахи парфюма и феромонов, равнодушные взгляды, оценивающие, скользящие. Я знала, что все знают. Я — та самая Рэн. Без фамилии. Без истории. Получившая гранд. Извне. Только благодаря одному — мой парень носит нужную фамилию.

Именно так все и выглядело для них.

Я не успела выдохнуть, как почти врезалась в него.

Коул.

Он шёл по коридору так, как будто весь университет должен был встать, уступая ему путь. В чёрной рубашке, с идеально подогнанными брюками, с тем самым хищным выражением — будто всё вокруг оскорбляло его своим существованием.

Наши взгляды встретились.

Спина выгнулась инстинктивно — я будто на автомате встала в боевую стойку, готовая к защите.

Он остановился. И, конечно, заговорил первым:

— Кто бы сомневался, — сухо бросил Коул. — Я почти поверил, что ты передумаешь.

— Ещё не поздно, — я прошипела. — Повернись и свали обратно. Сделаем вид, что не видели друг друга.

— О, поверь, мне бы не составило труда, — Коул окинул меня взглядом, как будто прикидывал, что дешевле: проигнорировать меня или добить. — Просто мне интересно, насколько долго ты сможешь делать вид, что вписываешься в это место.

— Я здесь на равных.

— Нет, нищенка. Ты здесь по щедрости. И не забудь поблагодарить тех, чья фамилия открыла тебе эти двери.

Слово врезалось под рёбра. Он произнёс его так, как будто выплюнул. Словно моё присутствие здесь — это плевок в его лицо.

— Если ты так думаешь, может, наконец начнёшь просто игнорировать моё существование?

— Прекрасная идея, но есть одно но.

Он сделал шаг ближе. Почти вплотную. Воздух между нами изменился. Я почувствовала его запах — холодный, металлический, как у тех, кто привык ломать, не спрашивая разрешения. Что-то в его взгляде кольнуло кожу. Слишком глубоко. Слишком знакомо.

— Если ты хочешь, чтобы я отстал — перестань лезть мне на глаза, — выдохнул он. — В идеале забери документы из университета и больше никогда не появляйся в нашем доме. А еще, смени это вызывающую кофту, у тебя лифчик видно.

— Это просто белая футболка, — выдохнула я, уже почти не чувствуя воздуха.

— Ты в ней выглядишь, как легкодоступная дешевка. Не хочу, чтобы о брате пускали еще больше слухов из-за тебя.

— Коул, — вмешалась Лира. Голос спокойный, но с нажимом. — Зачем так грубо?

Он повернулся к ней, задержался взглядом всего на секунду.

— Знаешь, Лир, твоя привычка оберегать всё сломанное и ненужное, как в детстве, когда ты ютила выброшенных щенков, когда-нибудь тебе выйдет боком, — после этой фразы он развернулся и ушёл.

Оставив за собой глухой след напряжения, как будто в помещении стало меньше кислорода.

Я стояла, сжав кулаки, с гулом в ушах. Сердце билось как бешеное. То ли от злости, то ли от унижения. То ли потому, что он снова сумел сделать то, чего я себе не прощу — задеть меня.

— Господи, как же он меня бесит, — прошипела я. — Каждый раз, как он открывает рот, хочется вылить на него что-нибудь горячее. Или приложить что-то тяжёлое. Железное. Желательно по лбу.

Лира молчала.

Я обернулась на неё.

— Что?

— Он… не так уж плох, — медленно сказала она. — Ну, грубый, да. Но он не делает это просто так. У него свои причины. И ты… иногда тоже слишком острая.

Я моргнула.

— Ты серьёзно сейчас?

— Я знаю его с детства, Рэн. Он не жестокий. Просто… не прощает слабости.

— Тогда у него проблемы с восприятием. Потому что слабость — это его суждение. Он всегда считает себя выше. Потому что я не из их круга.

Лира не ответила. И в её молчании было что-то такое, от чего внутри меня начало холодеть.

Я с трудом вытерпела первую часть встречи с преподавателями. Фамилии, должности, тонкие полуулыбки. Они не смотрели на меня слишком пристально, но каждый взгляд всё равно казался сканером. Я ощущала себя не студенткой, а случайной прохожей, заблудившейся в чужом доме.

Когда я наконец вырвалась в коридор и вышла во внутренний двор, пальцы дрожали.

Я не знала, от злости или от бессилия.

А может, оттого, что его слова всё ещё звенели в ушах.

“Забери документы и исчезни.”

— Рэн.

Я обернулась.

И впервые за утро — выдохнула.

Он шёл ко мне неспешно, с той мягкой уверенной улыбкой, которая всегда действовала как анальгетик. Кай.

В чёрной водолазке, с приподнятым воротом и растрёпанными от ветра волосами. Он был теплее, чем всё это здание вместе взятое. И его взгляд всегда будто спрашивал: «Ты в порядке?», даже если он молчал.

— Привет, — я попыталась улыбнуться.

Он подошёл ближе и обнял меня. Просто так. Спокойно. Как будто мы где-то на своей территории, не в логове чужаков. Как будто всё как раньше.

Я уткнулась лбом в его плечо. Он пах, как всегда, чем-то домашним. Уютным. Тёплым.

— Всё нормально? — спросил он.

— Угу, — соврала я.

Он слегка отстранился и посмотрел на меня внимательно. Его пальцы коснулись моей щеки.

— Ты дрожишь.

— Да просто… первый день. Все такие… амбициозные.

Кай усмехнулся.

— Добро пожаловать в наш мир. Здесь даже окна состязаются, кто чище. Благодаря этому отсюда выходят настоящими лидерами.

Я улыбнулась. Он пытался разрядить. Он всегда пытался. И именно за это я его ценила.

— Я, кстати, видел Коула, — вдруг сказал он.

Мир чуть качнулся.

Я заставила себя не моргнуть.

— И?..

— Он выглядел… напряжённым. Я спросил, всё ли в порядке, а он сказал, что “всё как обычно”.

“Всё как обычно”…

Господи. Этот ублюдок только что пытался выкинуть меня из универа.

— Рэн? — Кай слегка нахмурился. — Он что-то тебе сказал?

Я сглотнула. Слова застряли где-то в груди, острые, как занозы. Я не могла выложить ему всё. Не потому что боялась — а потому что знала: он не поймёт. Он подумает, что я снова преувеличиваю. Или ещё хуже — попробует сгладить. Как всегда.

— Нет, — выдохнула я. — Просто… он в своём репертуаре.

Кай тихо кивнул.

— Он непростой. Но он тебя не тронет. Я рядом. Если он перегнёт — скажи мне.

Я кивнула, и мне стало не по себе от того, как сильно я не верила в то, что он сможет остановить Коула.

Кай был добрым. Справедливым. Но не резким. Не агрессивным.

И всё же он стоял сейчас передо мной, с этим тёплым взглядом, сдерживая мой хаос — просто присутствием. Он не знал, как сильно я внутри ломаюсь, и не знал, что в этом виноват его брат.

— Ты выглядишь так, как будто хочешь убить кого-то, — мягко сказал он, чуть склонив голову.

— Я? Нет, что ты, — я снова попыталась улыбнуться. — Только если слегка придушить. Совсем чуть-чуть.

— Это меня касается?

— Нет, — я опустила глаза. — Ты — единственное, что здесь даёт мне смысл.

Он взял меня за руку. Крепко. Тепло. Я почувствовала, как его феромоны на долю секунды усилились — как будто он хотел успокоить меня и обозначить своё присутствие.

Но мне не стало легче.

Потому что другой запах всё ещё сидел в подкорке.

Холодный. Властный.

Коул.

Как яд, который уже попал в кровь, даже если я не хочу его признавать.

Я просто хотела дышать.

После разговора с Каем, после фальшивых улыбок, шума, запахов, взгляда Коула, слов Лиры — я чувствовала, как под рёбрами пульсирует нехватка воздуха. Всё раздражало. Всё. Даже собственные шаги.

Я свернула за угол, мимо парадного холла, и спустилась в одну из боковых аллей между корпусами. Здесь было тише. Меньше людей. Только тени от деревьев, свежий воздух и тишина.

Я уже почти выдохнула, когда услышала:

— …говорю же, она просто омега, прилипшая к нужному парню. Смешно даже.

Голос был громкий. Насмешливый. Женский.

Я резко остановилась. Этот момент, когда мозг кричит: не слушай, но ты уже не можешь не слушать.

— Они вообще думают, что мы такие тупые? Ну конечно. Гранд. С улицы. Просто так? Смешно. Любая девка, переспавшая с альфой, теперь что, в элиту лезет?

— Она с Каем уже давно, — отозвался кто-то мужским голосом. — Может, там что-то серьёзное.

— Да ну, он просто добрый. Ему жалко таких. Не он первый, не он последний.

— Она симпатичная, — хмыкнул другой. — В постели, наверное, компенсирует.

Я шагнула вперёд и вышла из-за угла. В лицо мне ударил солнечный свет.

И я — столкнулась с ними. Трое студентов. Девушка с яркими губами и двумя бетами-прихлебателями.

Все замерли.

— Продолжайте, — сказала я. — Я обожаю слушать, как обо мне говорят те, кому никогда не светило даже моё место.

Девушка скривила губы.

— Мы просто обсуждали текущие новости. Расслабься, ты теперь «одна из нас», можешь позволить себе даже пообсуждать вместе с нами, — мимика сменилась на ухмылку.

— Я не «одна из вас», — ответила я. — И, к счастью, не обязана быть ею.

— Это чувствуется, — хмыкнула она. — По запаху. По взгляду. По всему. Просто чужая. Прилипшая.

Я уже сделала шаг, готовая сказать всё, что думаю, но вдруг…

— Вы так громко тявкаете, что слышно даже на втором этаже.

Холод прорезал воздух.

Как лезвие по стеклу.

Я знала этот голос.

Коул.

Он вышел из здания, сунув руки в карманы, не спеша. Его тень скользнула по земле, как предупреждение.

— Коул, — оскалилась девушка. — Мы просто говорили…

— Я слышал. И мне жаль. — Он повернул голову к ней. — Мне жаль, что вы не способны на настоящую конкуренцию. Только шептать за спиной и хихикать, как стая омежек.

Она отступила.

Один из парней сглотнул.

Второй быстро отвернулся.

Все, кроме меня.

Я стояла, не веря, что он вмешался.

— Но ты знаешь, что они не так уж и ошиблись, правда, Рэн? — сказал он и повернул ко мне голову. — Ты здесь не потому, что заслужила. А потому, что ублажаешь моего брата.

Я почувствовала, как земля под ногами пошла трещинами.

— Коул, заткнись, — выдохнула я. — Просто… заткнись.

— А если нет?

Он приблизился. Один шаг. Второй.

И вдруг — резко, без предупреждения — вцепился в моё запястье и рывком потянул за собой за угол здания.

Я даже визгнуть не успела.

Он прижал меня к холодной стене спиной, навис, до сих пор сжимая запястье до боли.

Слишком близко. Слишком.

— Думаешь, если они не скажут это вслух — ты перестанешь быть нищенкой? — прошептал Коул. — Или ты правда веришь, что теперь изменилась, если попала сюда?

Я стиснула зубы.

— Думаю, что ты — ублюдок.

Он рассмеялся. Беззвучно. Но опасно.

— А знаешь, в чём проблема, Рэн? — он склонился к моему уху. — Что ты не отрицаешь ни одного их слова. Потому что в глубине души ты сама не веришь, что заслужила всё это.

Я ударила его.

Пальцами. Ладонью. По груди.

Он не шелохнулся.

— Отпусти, — прошипела я. — Прямо сейчас.

Он провёл пальцами по моему запястью. Медленно. Слишком медленно.

А другой по щеке, остановившись у подбородка.

Взгляд скользнул по губам. И замер.

На миг. Один миг.

— Ты… неинтересная, — бросил он тихо. — И мне всё равно, сколько раз ты будешь делать вид, что выше этого.

— Тогда зачем ты всё время следишь за мной?

— Чтобы лицезреть, как быстро ты рухнешь.

Коул развернулся и ушёл.

А я стояла. Спина к стене. Губы горели. Запястья дрожали.

И внутри было так пусто, что хотелось выть.