Читаем Брат братом силён онлайн бесплатно
Брат братом силён
Автор книги — почетный металлург страны, заслуженный рационализатор РСФСР, заслуженный наставник молодежи РСФСР— рассказывает о семейных традициях большого рабочего рода (почти 500 лет составляет трудовой стаж династии Полегаевых на Челябинском металлургическом комбинате), размышляет он и о чести, совести, о том, из чего в широком плане складывается счастье человека. Издание второе, дополненное.
Серия: Рабочая честь
Документальная литература / Биографии и МемуарыВ жизни были и трудности, и лишения, но все выдержали, прошли все испытания на прочность.
Этот снимок был со мной на фронте… Мы с Галиной в день свадьбы.
…А это наша семья, причем далеко не вся. Душой ее всю жизнь — наша мама, Галина Агаповна.
Дочь Нина тоже металлург. Это хорошо! Работа у огня закаляет характер.
Сестра Мария уже на пенсии, но дома не сидится. Такой уж у нее характер! Как, впрочем, у всех Полегаевых.
Для этих девчат, пришедших к нам на участок со школьной скамьи, из профтехучилища, техникума, нелегка работа контролеров, посадчиков горячего металла. На зато какая красивая работа!
Четыре года горячей работы в Болгарии останутся в памяти.
С шестнадцати лет трудится мой брат Константин на нашем родном комбинате.
В день 40-летия Великой Победы. Как волнующи эти встречи!
Мои внуки — моя радость.
…И снова весна. Сколько их было у нас с Иваном Ивановичем Полетаевым, добрым моим соседом, сыны и дочери которого, как и мои, достойно продолжают отцовское дело.
Вот уже полвека как работаю я в черной металлургии. За это время весь прокалился, как металл, и характер уже под стать ему, но, знаете, я нисколько не жалею, что стал именно металлургом!
Наш рабочий стаж считают горячим, а я бы назвал его огненным, поскольку все мы с вами работаем у огня и раскаленной стали!
В. Д. НАУМКИН — дважды Герой Социалистического Труда, делегат XXVI съезда КПСС, газовщик Магнитогорского металлургического комбината имени В. И. Ленина, председатель редколлегии
О. С. БУЛГАКОВА — главный редактор Южно-Уральского книжного издательства, заместитель председателя редколлегии
Н. И. СОННОВ — секретарь Челябинского обкома КПСС
П. В. МОЗЖЕРИН — Герой Социалистического Труда, кузнец-штамповщик производственного объединения «ЧТЗ имени В. И. Ленина», внештатный секретарь Челябинского облсовпрофа
В. И. ОВСЯННИКОВ — Герой Социалистического Труда, оператор Магнитогорского металлургического комбината имени В. И. Ленина
A. К. ОРЛОВ — профессор, доктор экономических наук, директор Челябинского филиала Высшей школы профсоюзного движения им. Н. М. Шверника
И. Н. ПАНФИЛОВСКИЙ — Герой Социалистического Труда, директор СГПТУ-37 Челябинска
B. М. ЧЕРДИНЦЕВ — дважды Герой Социалистического Труда, лауреат Государственной премии СССР, делегат XXIII, XXV, XXVI съездов КПСС, член ЦК КПСС, комбайнер из Сакмарского района Оренбургской области
Осенью 1982 года партком и дирекция Челябинского металлургического комбината собрали нас, ветеранов-металлургов.
— Вы знаете, дорогие товарищи, какие трудности испытывает сейчас предприятие. Нам остро не хватает высококвалифицированных специалистов, — начал свое выступление директор нашего комбината. — Я — бывший фронтовик, вижу и у вас на груди боевые ордена. Выходит, известно, как на фронте бывало: туда, где трудно, командование посылало на прорыв гвардейцев. Мы обращаемся к вам в эти нелегкие для нашего предприятия дни, потому что считаем: вы, гвардейцы трудового фронта, поможете нам выйти из прорыва…
После этой памятной встречи многие ветераны вновь вернулись к мартенам и домнам, коксовым батареям и прокатным станам. Знатный сталевар Дмитрий Николаевич Чернов, например, опять стал работать во втором мартеновском цехе, а сейчас столярничает в деревообрабатывающем. Я расстался с должностью мастера по технической эстетике, которую исполнял последнее время, и снова пришел на свой участок нагревательных колодцев.
А мастера, братья Василий Никитович и Дмитрий Никитович Хмаровы (кстати, оба мои ученики), перед тем, как оформить пенсию, предупредили: «Мы остаемся». И оба продолжают трудиться бригадирами огнеупорщиков. Да еще как! Иному молодому не угнаться за ними.
На бетонной панели перед входом в наш третий обжимной цех висит табличка:
«Всесоюзная ударная комсомольская стройка — блюминг «1300». Сооружен героическим трудом строителей, монтажников и металлургов при активном участии комсомольцев и молодежи Челябинска. Декабрь, 1964».
О многом говорит мне эта табличка: с начала строительства меня перевели сюда руководителем подкомплекса по сооружению нагревательных колодцев. Это были горячие деньки. С рассвета до позднего вечера пропадал на строительных лесах, вникал в каждую «мелочь». Дважды в день — в десять утра и четыре дня — в штабе стройки проводилось оперативное совещание. По характеру своему горячий, вспыльчивый, я довольно резко критиковал нерадивых, высказывал замечания, но и советовал, как устранить неполадки. Ко всему относился, можно сказать, придирчиво, ведь не кому-то другому, а именно мне с моими товарищами предстояло работать на этом стане.
Однажды мне довелось услышать такой разговор:
— Полегаеву никак не угодишь: для него нет хороших людей…
— Вы ошибаетесь, — возразил начальник стройки Е. В. Вайнштейн. — Если человек болеет за дело, значит, он любит людей…
На стройке выходила небольшая газетка «Ударная комсомольская». «Ударная» очень помогала нам. Благодаря ей каждый участник стройки был в курсе всех важнейших дел.
В моей заветной папке хранится номер газеты за 19 ноября 1964 года. До пуска стана оставался ровно месяц. Читаю крупно набранное сообщение:
«Товарищ! На стройке хорошие вести — принят газ на первую группу нагревательных колодцев, есть успехи у наладчиков. Но впереди еще очень много работы. Сосредоточим внимание на всех нерешенных задачах!»
И тут же рассказ о том, как приняли мы газ на своих нагревательных колодцах. Он называется броско: «Событие № 1».
«Ожидание кончилось, и не без волнений и тревог наступил, наконец, счастливый момент. В первой, второй, третьей, четвертой ячейках первой группы нагревательных колодцев горят газовые горелки. Газ принят!
Эксплуатационники — полновластные хозяева. Уже не строители, не монтажники, а рабочие обжимного цеха. Старший мастер нагревательных колодцев Иван Александрович Полегаев назначает первую вахту, обсуждает со своими людьми самые первые насущные заботы. И волнение его все никак не уляжется. Он не спешит сейчас домой и, наверное, только под утро уйдет с колодцев. Газ принял. Отошли одни заботы, черед — другим…
Но вот звучат команды: «Факелы зажигай!», «Открывай!» И синеватое пламя уже начинает бить из первой горелки, второй, третьей…»
Не могу сейчас, даже спустя двадцать с лишним лет, читать эти строки без волнения, ведь в них — моя судьба, судьба моих товарищей, наша рабочая честь. Они отчетливо напомнили мне тот день — 17 ноября шестьдесят четвертого. К нему мы стремились, его приближали. Восемнадцать различных организаций сооружали наши нагревательные колодцы. С главным инженером «Союзтеплостроя» А. А. Гинтером мы, можно сказать, дневали и ночевали на этих самых колодцах. С той поры и подружились. И сейчас, когда на колодцах нужно что-то усовершенствовать, иду сразу к Абраму Абрамовичу, знаю: не откажет, не подведет. Вот что значит дружба, рожденная в горячих буднях!
А в памяти выплывают все новые и новые подробности того самого беспокойного и очень счастливого дня. Мы, сварщики, принимаем газ. Рабочие уже зажгли горелки. Пламя, которого ждали с таким нетерпением, тревожно затрепетало. Неожиданно увидел, как рабочий с длинным металлическим стержнем факела сделал неосторожное движение. Спешу к нему: «Прошу вас, внимательней — здесь люди!»
Все это делал как-то мимоходом. Я был сосредоточен на том, чтобы вовремя скомандовать: «Открыть вентиль!» И очень переживал, загорится или нет очередная горелка.
Такое состояние наступает, наверное, лишь тогда, когда переживаешь особенно значительные минуты. Тогда все видишь, на все быстро реагируешь. Такой момент ответствен и тревожен. И все-таки это праздник. Ведь здесь финал огромного напряжения душевных и физических сил, многих беспокойных смен и часов. Здесь, наконец, и время самому увидеть, что тобою сделано.
Огонь уже заполыхал синим беспокойным пламенем во всех четырех ячейках. «Горят, горят, родимые!» — радовался я. Самые первые печи растапливал на стане «350», потом на «1100». И вот на новом блюминге принимаю нагревательные колодцы. Ячейки выложены неплохо, как на выставку. Кра-си-вые!
День близился к закату. Строители, монтажники и корреспонденты ушли. На участке остались только мы, хозяева. Тут и цеховые каменщики, которые так старательно выкладывали ячейки вместе с теплостроевцами, и мои верные надежные помощники — сварщики С. И. Бондарук, Н. М. Ведехин, Н. К. Ротаенко, братья В. Н. и Д. Н. Хмаровы, мастера Р. Н. Гордейчик и А. З. Роменский. Я назначаю людей в смену, самую первую в этом цехе. Ставлю первоочередные задачи. И вот как будто насчет всего распорядился, а рабочие не расходятся.
— Иван Александрович, ждем речи, — сказал один из них.
— Скажу, ребята, обязательно скажу. Спасибо вам всем! От всей души спасибо…
И назвал поименно всех, кто сотворил для нас такие отличные колодцы.
— Первый раз слышу, что Полегаев доволен, — сказал молодой каменщик.
«Ударная комсомольская» писала тогда:
«Что заставляет Полегаева так старательно, придирчиво, лично воспринимая все неурядицы, вести дело, не знать спокойного сна, пока что-то не «отредактировано, не доведено до ума»? Может быть, простое чувство, что он нужен, и ожидание праздника».
Как точно передал корреспондент мое тогдашнее состояние! Мы все жили заботами огромной стройки и ожиданием пуска блюминга.
И вот он наступил, этот день. Безветренный, морозный, предновогодний. Мы выдали из колодца первую заготовку, и спустя несколько секунд по рольгангу нового блюминга прошел обжатый первый раскаленный слиток. Цех буквально содрогнулся от крика «ура-а-а!»
На душе было радостно. Это — праздник!
Итак, блюминг «1300» пустили, но не все ладилось на первых порах. Были свои огрехи и в работе нагревательных колодцев. Как-то обратил внимание: на крышках колодцев выпадает то один кирпич, то другой. Хоть делались они из дорогостоящего шамота, а были непрочны. «А если заменить шамот жаропрочным бетоном?» — мелькнула однажды мысль. И с той поры не давала покоя. Поделился своими соображениями с начальником цеха Иваном Кондратьевичем Линдом.
— Бетон и дешевле, и стойкость у него больше, — доказывал ему.
— Давайте рискнем, — ответил Иван Кондратьевич. — Только надо подключить специалистов.
Обратились в УралНИИстромпроект к кандидату технических наук В. В. Зализовскому, главному инженеру «Союзтеплостроя» А. А. Гинтеру, в заводскую огнеупорную лабораторию к инженерам Л. И. Малофеевой и В. И. Климову. Они горячо откликнулись на нашу просьбу помочь нам в создании бетонных крышек. Энергично подключился к этой работе и мастер по ремонту А. И. Киселев.
Прикинули: расчеты в пользу бетона. Стали изготовлять новые крышки. Каждая теперь служит до двух с половиной лет, принося шесть тысяч рублей экономии в год. А на всех переоборудованных крышках цех экономит 140 тысяч рублей. Ощутимый вклад в копилку комбината!
Мы не успокоились на этом. Вместе с теми же специалистами предложили внедрить новый способ заправки подин, газовую горелку, огнеупорную бетонную смесь. Это основные наши предложения. А сколько их всего!
В декабре 1976 года приказом Минчермета за продолжительную работу в черной металлургии, внедрение жаропрочных бетонов для изготовления крышек колодцев и в связи с 60-летием мне была объявлена благодарность. Приказ этот хранится в моей заветной папке. Здесь он лежит с похвальным листом, которым наградил меня еще в апреле сорок четвертого нарком черной металлургии Иван Федорович Тевосян, с Почетной грамотой ЦК комсомола, грамотами Президиума Верховного Совета Российской Федерации, документами о присвоении звания заслуженного рационализатора республики и заслуженного наставника молодежи. Документы эти не для себя храню — для детей. Думаю, на них они воздействуют сильнее любых слов.
