Читаем Браконьеры (СИ) онлайн бесплатно
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ 'БРАКОНЬЕР'.
Глава первая.
Вообще-то Кешка был браконьер. Солидный такой, многоопытный. Первый среди равных, известный на весь Туруханский район.
Знали Кешку 'гимсовцы', 'рыбики', коллеги его - рыбаки-браконьеры. Капитаны судов и директора теплоходных ресторанов, енисейские барыги-перекупщики, даже кое-кто в дальней-предальней Москве, многие знали Кешку.
Не то что бы отличался от остальных-прочих, но было в нём что-то такое, притягивающее людей. Чуть выше среднего роста, худой и мускулистый, он очень нравился женщинам и внушал доверие мужчинам. Сейчас про таких говорят, харизматичный.
К числу так называемых изюминок, наверно можно отнести Кешкин голос. Когда-то, в тайге, звавши собак, Кефан сильно сорвал его. Как позже выяснилось, навсегда. В итоге получился негромкий, сипловато-хрипловатый баритон. Мечта всех исполнителей шансона.
А если уж быть до конца точным, то Кешка и не Иннокентий вовсе. Олег его имя. Просто фамилия Кесарев. Вот и пошло Кесарев - Кешка. А так, как всеобщий друг - то Кефан. Производная от двух слов: Кешка и Корефан, получается - Кефан.
Это деревня у них такая изобретательная. Горазда на прозвища. Имеются там Жёлтенький, Деревянный, Ворон, Жопа-Стульчик, Карапай, Блюма, Хрыча, Гена Клёц.
Последнее не кличка, а имя-фамилия, только произносится почему-то вместе. Даже неведомо как забравшийся в такую глушь москвич Мишка, зовётся чуть странно - Мика Тарковский.
Да и у самой деревни название неординарное - Бухта. Что, к чему? Что за бухта, откуда она взялась? Отродясь ничего такого возле поселка не было. Берег и берег, как у всех. Да и не море-океан у нас, откуда бухтам тем взяться?
Рядом река одноименная в Енисей впадает. В начале двухтысячных приезжал к ним седенький, тощий научник, языковед, что ли... Толковал что-то в клубе. Вроде как река 'бухтит', мужики недопоняли. Маленько пьяные были. У Физрука жена как раз третьего ребёнка родила. И опять пацана, хотя тот хотел дочку.
А вообще деревенька старая, лет четыреста наверно. И на месте стоит замечательном. Енисей здесь красавец, разливной, могучий. Как раз получается среднее течение реки, самое икромётное место, для красной рыбы.
Многие дилетанты полагают красной рыбой лососевых. Кету, горбушу, чавычу - по цвету мяса. Не-е-ет... не то. Спору нет, хорошая рыба, но не то. Красной рыбой испокон веков на Руси считались осетровые. Стерлядь, осётр. Там, дальше к западу: белуга, севрюга и прочие, у нас такие не водятся. КРАСНАЯ РЫБА, то есть лучшая, самая что ни на есть ценная. Вот и в Бухте, со времён царя Гороха промышляли осетровых. Ещё в царские времена уходили рыбные обозы в губернский город Красноярск. С морожеными осетрами на санях.
Кстати, надо отметить, что подобные, береговые деревни очень самостоятельные. Про ту же Бухту даже фильм по TV показывали. Приврано, конечно, кое-что было, но в общем-целом, всё так и есть. Автономны они, как 'папанинцы' на льдине. Нет, никто из бухтинцев не чурается цивилизации. И моторы предпочитают иномарки, и тарелки спутниковые, и микроволновки у них есть. Вот только если у нас, горожан, всё это отобрать, тяжко нам будет. А им нормально. И ничего у них не изменится. Ну, может больше материться будут, на вёслах, да на парусе рыбача. Получается, если не 'государство в государстве', то, как минимум, самобытное, самодостаточное, абсолютно самостоятельное сообщество.
К случающимся заезжим, бухтинцы относятся соответственно. Как к туристам, людям может и неплохим, но в большинстве случаев никчёмным. Хотя если ты показал себя в чем-то сведущим, умным или просто хорошим человеком, с удовольствием примут тебя в свою 'популяцию'. Если не полноправным членом, то хотя бы желанным гостем.
Вот и к тому очкарику отношение было такое же, как ко всем. Хотя от обычных туристов он несколько отличался.
Остановился у бабы Зины. Комнату снял. В молодости бабу Зину 'Резиновая Зина' звали. Черт её знает почему. Снял комнату, чин по чину, хотя туристы обычно лагерем на косе встают, в палатках. Если ждут чего-то или с проводником договариваются. И должны были его, по всем канонам, Ботаном прозвать, больно уж рожа для 'ботаника' подходящая. Ан нет, получил он звучную и где-то даже почётную кличку: Игрок.
Можно сказать, заслужил с риском для здоровья. На танцы попёрся, в День Рыбака. Для Бухты это то же самое, что для горожан День Города, здесь все рыбаки. То есть 90 % празднующих, были пьяные на те же 90 %. А тут ещё студенточки бухтинские на каникулах присутствуют... Да пару подружек с собой из Города привезли... В общем, без молодёжной драки в тот вечер было никак.
Ну и как начали пацаны хлестаться, грех было на залётного Ботана не наехать. Тем более сидит, не убегает. Хорошо мужики постарше, Кефан с коллегами, заступились. Им что-то прискучило на пьяную молодежь таращиться, собрались в карты идти играть. Позвали очкастика с собой.
- Отвяньте вы от него, - буркнул Рома на молодых, и спросил парня:
- Ты в азо играть умеешь?
- Могу, - заинтересовался 'ботан'.
- Деньги есть? - уточнил Рома.
- Ну.
- Тогда пошли. Пива, вон, возьми в буфете.
Не то чтобы карточная игра в Бухте процветала, но имеется там компания из пяти-шести мужиков, любящих в картишки перекинуться. Не для наживы, ни Боже мой, так - время провести, да душу потешить.
В тот раз хорошо посидели. С часу ночи, до четырёх часов утра. Следующего. Больше суток играли. Как раз перед тем, с верховьев на катамаране туристы спустились, ходили по деревне, рыбу скупали. Так что все мужики при деньгах были. И игра хорошая была. Динамичная, не вялая. Много 'азили', 'банки' крупнейшие, для Бухты, собирали. И новичок молодцом себя показал, хорошо играл, легко, раскованно. Не жался, но и не грубил. Не качал права, не лез давить деньгами. Единственно, что в конце игры, когда по домам собрались, поняли, что зря просидели. Подсчитав наличность, выяснили, что никто 'ни угорел'. А также и 'ни поднялся' никто. Другими словами, все остались при своих. С какими пришли деньгами - с такими же и ушли. Разница рублей в пятьдесят-семьдесят. Кефан с Басей перед сном на Голубой Дунай пошли, в бинокль посмотреть. Говорят, в сторону Левоямной Колец прошёл. А может в сторону Правоямной, хрен его разберёт, там расстояние всего-то в три километра.
'Голубой Дунай' есть почти в каждом береговом посёлке. На какой бы реке он не стоял. Сараюшка-беседка-будочка. Иногда просто лавочка, стоящая где-то на берегу повыше. И далеко не всегда голубого цвета. Бог его знает, откуда прижилось это странное название. Однако факт, что лично я, знаю 'Голубые Дунаи' и на Енисее, и на Чулыме, и на Нижней Тунгуске. Наверняка и на Волге какой-нибудь 'Голубой Дунай' отыщется.
Мужики, по предложению мэра, плакат над 'Дунаем' приколотили: 'Бухта. 400 лет'.
Цифру взяли от фонаря. Как покрасивее, да чтобы постарше Красноярска было. А что? На самом деле, Бухте может и побольше лет будет. Или поменьше, кто его знает?
Злой и малопьющий рыбинспектор Кольцов был 'туруханец'. И прошел куда-то вверх всего-и кто знает, может его и в правду обратно чёрт понёс. Надо было посмотреть.
Катер его, под названием 'Шатан' (что такое 'шатан' никто не знал, обычно называли либо 'шайтан', либо 'шатун'), был достаточно приметным. В отличие от других 'рыбиков', Колец его красил всегда в синий цвет. Именно в синий, а не в серый или чёрный, как принято. То ли мысли, какие имел, то ли просто из паскудного упрямства.
На Дунае сидел, курил приезжий.
- Если он и правда, на Левоямную попёрся, то стоять по-любому будет в курье. Больше там негде, - хмыкнул Кефан, доставая сигареты и направляясь к Ботанику прикурить.
- А Бухте действительно 400 лет? - спросил Ботан, протягивая зажигалку.
- Да вроде. Говорят, примерно тогда, здесь официальный острог поставили.
- А до этого? Кто-то был? Может из местных? Место-то хорошее. Археологи ничего не находили?
- Да кому она нужна, Бухта наша? Откуда здесь археологам взяться? Сами как-то нарыли запчасти мамонта. Бивни там, кости кое-какие. Вот здесь, под угором, водой вымыло.
- Не, мамонт не то, - отмёл Ботаник, - я про людей говорю. Копья там, амулеты, наконечники стрел, не попадались?
- Не знаю, может и было чего, я не видел.
В карты мужики после того играли ещё раза три-четыре. Ботан неизменно присутствовал. Играли с тем же результатом - никто, ничего. И не проиграл, и не выиграл. В последний раз уж и дурковать начали, нарываться. Блефовали не в тему, ставки несоразмерные карте выкатывали. Страх потерять деньги пропал. Чего бояться, если всё 'по своим' останется? Было как-то уже не так интересно, хотя игра всегда была весьма насыщенной. А в четверг случилась такая история...
Приехал Муха, Серега Наймушин, из Красноярска. Он каждый год сюда рыбачить приезжает. А туриста очкастого толи не было, то ли просто в лом было за ним посылать, неизвестно, без него играли. Вот Рома и начал Мухе на деньги попадать. Реально. Не то, чтобы тот шулер был или ещё там чего... В Бухте это не прокатывает. Враз почуют, и рожу набьют. Просто везло в тот вечер Мухе и всё. Рома уж отмаялся непруху переломать. Тысяч семь спустил, у народа занимать начал... Тут - бах - Ботаник заходит:
- О! Играете! Ну-ка и я... - и сел играть.
И что бы вы думали? Отбился Рома. Со ста рублей поднялся. Причём не на Мухе вовсе - Басю ошкурил. А Бася, на азе, Кефана хлопнул, а Кефан, потом, уже Муху обгрыз.
Короче, в конце концов, опять то на то и вышло. И удовольствие получили, и денег не потеряли.
Вот с тех пор, Ботаника уже неизменно начали Игроком называть.
А ещё у Игрока привычка дурацкая была, он постоянно с телефоном своим таскался.
Знатный телефон, говорил, что швейцарский. В Бухте сотовой связи нет, есть фигня какая-то стационарная. А он всё никак со своей техникой расстаться не мог. То музыку, говорит, слушаю, то погоду смотрел, то джипиэской пользовался. В общем, где он, там и телефон.
* * *
Прошло три недели...
Кефан отсыпался после трудовой ночи. Ходить сплавной сетью лучше ночью. И улов поприличнее, и от официальных структур безопаснее.
Продрав глаза, он заглянул на кухню, налил из термоса кофе, закурил, и пошел во двор, справить малую нужду, по утреннему времени. Надо сказать, что в Кефановом исчислении было 14.20 утра. На крыльце сидел Игрок.
- Привет! - не удивился Кефан. - Как вчера со Столяром сплавали?
Игрок стабильно и почти ежедневно рыбачил с братьями Столяровыми. Или иногда ездил со Столяром старшим, когда братья были чем-то заняты. И надо сказать, никого не напрягал, в особо заповедные места не стремился, о необыкновенно-трофейной рыбе не мечтал. Так... едут братья сети проверять в 'неподалёку' - и он с ними, со спиннингом. Собрался отец за черемшой, - и он туда же с удочкой. Вот так поплавочил, спиннинговал себе потихоньку. С людьми железно, безоговорочно рассчитывался. Хотя с него никто, ничего особо и не требовал. Столяры не жадные, пусть его ездит. Весу-то, как в баране.
- Нормально съездили, я щуку на семь двести в Окулинихе поймал, - улыбнулся Игрок.
- Нам тоже вчера три мамки попалось... Костерёжника ('костериком' в наших краях называют мелкого, не доросшего осетренка) навалом в плавешку набивается. Руки отмахал, выбрасывать, - посетовал Кефан, выдыхая дым.
- Слушай, - Игрок недоуменно почесал в затылке, - а что вы ерундой маетесь? Ночью, дождь ли, слякоть, под тюрьмой, под изменой постоянно, осетра этого мантулите. Я поездил, посмотрел, по округе... У вас же здесь сорной рыбы, хоть жопой ешь. Кладезь, ей-богу. Вот где, деньги-то на полу валяются... Правильно дело поставить - озолотиться можно. Основные рыбные бабки, Кефан, отнюдь не на элитной рыбе делаются. Во всём мире. И в море тоже. Главные бабосы рубят, на тресковых. Минтая гребут. А еще на мойве, на кильке, но не на омарах. Также и в реках. Мелкий, безобразный окунь, елец, сорога, страшный, типа бритвочки, подлещик. В котором абсолютно ничего нет, кроме костей. Ни вкуса, ни мяса, ни запаха. То есть любое гавно, которого навалом. Чего много, то народ и ест. Потому, что приучен. Потому, что дёшево. А у вас здесь такой оазис... Тот же сор, только совсем кондиционный. Язя этого, щуки... Это же совершенно дурные и абсолютно безопасные деньги. Бери в аренду Новоселовскую, например, курью, и мути добро, скуби лавэ.
- Во, ещё один Юричь выискался, - поджёг новую сигарету Кефан.
- Есть у меня друг в Городе, - продолжил он, - тоже всю дорогу мне эту идею пилил-расхваливал. Не сдюжил я, в 2003 году повёлся. Собрал бригаду талабайцев, снабдил сетями, нарыл крепкие каналы сбыта... Наладил обработку, доставку. Со второй поставки вообще, сами стали приезжать, лишь бы было. До драки, буквально. Я туда ещё и сига, и тугуна, и 'туруханку' пристегнул. Есть у нас по осени рыба такая, разновидность ряпушки. И на работе не изломался, координируй, да и всё. Но не смог. Хотя даже кое-как, через пень-колоду, спустя рукава, в первый же год подняли бабла больше, чем с осетрины за два года. Не смог. Скучно. Скучно и противно. Как на заводе работать. На хрен те деньги? Ни азарта, ни адреналина. Потом ещё года два приставали-звонили: дай, да дай... Нету, говорю. Нету, и не будет.
- Понятно, - пожал плечами игрок. - Я вообще-то к тебе по другому делу пришёл.
- Ну, тогда говори, что хотел?
- Ты меня на рыбалку не свозишь? Точнее на несколько.
- Ты ж вроде со Столярами рыбачишь? Что-то не устраивает? Или куда-то посерьезнее хочешь махнуть?
- Кое-куда хочу, да. И Столяра действительно не потянут. Мне хороший рыбак нужен.
Лучший из лучших! А место очень серьёзное, серьёзнее не бывает.
- Насчёт 'лучшего из лучших', это ты хорошо сказал, есть во мне, - ухмыльнулся Кефан, - а, что за место-то? За Косой порог что ли? Эка невидаль!
- Нет, не за Косой. Рыбачить будем вообще не в Бухте. Я ради этого сюда и приехал. На Енисее будем рыбалить. Ты этого места не знаешь. И никто не знает.
- Ну, ну...
- Поэтому, условия предлагаю следующие:
Ты, берёшь самые лучшие снасти, на своей лодке и моторе, вывозишь меня до определенного места, потом за мотор сажусь я. Ты надеваешь на голову плотную шапочку, чтобы не видеть, куда мы едем. Снимаешь по моему сигналу, когда прибудем на место. Рыбачить будешь только ты. По мере надобности я буду помогать. В случае утраты, либо поломки мотора, лодки, сетей или любого другого оборудования - полностью всё компенсирую. Вся пойманная нами добыча принадлежит тебе. Я, может быть, попрошу только попробовать. Кроме того, полностью несу все материальные затраты за бензин, еду и так далее. И отдельно от этого, плачу тебе оговоренную сумму за каждую рыбалку.
- Сколько?
- 1000 евро.
- Ага... а продолжительность каждой ездки?
