Читаем Бородино онлайн бесплатно

Для того, чтобы ответить на вопрос с чего, собственно, разодрались Россия и Франция, лежащие на противоположных краях Европы, и не имеющие никаких принципиальных противоречий, следует отступить хотя бы на век, когда на рубеже 17-18 веков происходила смена супердержав — на суше Испанию вытесняла Франция, а на море Англия додушивала Голландию.

Людовик XIV, несмотря на устоявшийся образ эдакого разгульного «короля-солнце», сумел вытащить страну из феодальных междоусобиц и создать мощную централизованную державу, которая сперва вышибла лидерство у Испании, затем просто посадила на испанский трон «своего человека» и, несмотря на крайне высокие расходы и нагрузку на казну, сумела стать континентальным гегемоном. Достаточно сказать, что две следующие по военной силе европейские державы — Швеция и Османская империя — находились под сильнейшим французским влиянием, определявшим всю их политику. Конечно, влияние это обеспечивалось не только авторитетом и силой гегемона, но и финансовыми субсидиями.

Столь же успешно Англия под руководством такого неординарного монарха, как Вильгельм III, сумела заметно потеснить голландцев в морской торговле и немедленно приступила к строительству колониальной империи, заполучив в руки и практически неисчерпаемый источник богатств — Индию. В общем, к середине века сложилась патовая ситуация по принципу «а вот если слон на кита налезет, то кто кого сборет?»

Англичане уповали на контроль над морскими коммуникациями и всемерно развивали производство, превращая остров в «мастерскую Европы», французы же ударились в абсолютизм, невероятно огромные расходы на войну и дипломатию и просто безумные на роскошь аристократии. Неудивительно, что это вело к обнищанию крестьянства и горожан.

Весь век две державы шпыняли друг друга, переходя от «холодной» фазы к «горячей», к концу века французская промышленность мало уступала английской и продолжала развиваться. В 1775 году, когда американские колонии Англии ударились в независимость, первыми из европейцев им оказали помощь именно французы — ибо упускать такой удобный случай подкузьмить Англию было нельзя. Но ни одно доброе дело не остается безнаказанным и лет через 15 уже англичане втихую поддерживали французских революционеров. Правда, лекарство оказалось горше болезни — французская буржуазия, скинув аристократию, рванула к новым рынкам. Война между слоном и китом началась в 1793 году и происходила ожидаемо: на суше доминировали французы, на море англичане. Франция оккупировала Нидерланды — Англия заняла голландские колонии. Франция заняла Швейцарию и Северную Италию — Англия вышибла французов из Индии и с Карибов.

Европа в 1812 году

Давалось это все непросто: к концу 18 века Англия осталась один на один с Францией, что привело к резкому ухудшению внутренней ситуации, дороговизне, голоду и волнениям, вплоть до бунтов. Во Франции же руководство перешло в руки талантливого и энергичного Наполеона Бонапарта, действовавшего в пользу французской промышленности — завоевания, по сути, были расширением рынка для французских товаров и вытеснением с них английских. Англия усиленно сколачивала континентальный противовес Франции — союз Австрии, Пруссии и России. И когда Павел I попытался соскочить с английского крючка и даже послать казаков на Индию, его немедленно устранили — столь велики были ставки. Франция, ведомая Наполеоном, тем временем сокрушала всех противников, дело шло к тому, что все европейские гавани будут закрыты для Англии, оставив тем самым ее промышленность без рынков сбыта. К 1805 году Англия сумела сколотить альянс из Австрии, Швеции и России, а Нельсон при Трафальгаре похоронил надежды Франции на активные действия на море, уничтожив франко-испанский флот. Но континентальный союз потерпел очередное поражение от армий Наполеона. Австрия, Пруссия и Россия были вынуждены присоединиться к континентальной блокаде — закрытию всех европейских портов для английских судов. Более того, Наполеон объявил все английские суда и товары законной добычей участников блокады. К 1807 году дело Англии было худо: в Германии был создан профранцузский Рейнский союз, Наполеон женился на дочери австрийского императора, был подписан союзный договор Франции с Россией и даже турки отмахнулись от англичан. К 1810 обстановка еще более ухудшилась — на сторону Наполеона перешли Дания (после приснопамятного пиратского налета англичан на Копенгаген) и Швеция, на Пиринейском полуострове Англия удерживала лишь Кадис и Лиссабон.

Блокада, с одной стороны, способствовала росту промышленности во Франции, но с другой, Франция была неспособна полностью заместить английский импорт, что крайне отрицательно влияло на прочие страны и привело к массовым нарушениям блокады. Именно по этой причине война с Францией была для России практически неизбежна с момента введения континентальной блокады, так как страна зависела от промышленного импорта из Англии и, более того, сбыта сырья в Англию. Формулировка Пушкина все, чем для прихоти обильно торгует Лондон щепетильный и по балтическим волнам за лес и сало возит нам довольно точно отражает ситуацию — русские лес, сало, деготь, пенька, зерно нуждались в английском рынке. Кроме того, Наполеон требовал изменить тарифы для торговли с Францией, т.е. продавать сырье за бесценок. Хлебный экспорт упал вчетверо, государственные финансы пришли в крайне тяжелое положение. Правительство Александра I приняло ряд вынужденных мер — свободную торговлю с нейтралами, заградительные тарифы и т.п. На фоне многомиллионных потерь поддержка Наполеоном стремления вассального Франции Варшавского герцогства вернуть земли Украины и Белоруссии выглядела практически невинной шалостью.

Наполеон не имел иного выхода, как силой принудить Россию к соблюдению Континентальной блокады, российские же интересы были прямо противоположны, на что накладывалось недовольство дворян и экономической, и политической ситуацией и условиями Тильзитского мира.

Дипломатически маневры не прекращались с момента заключения Тильзитского мира — дважды, в 1808 и 1810 годах, Наполеон пытался организовать династический брак с российским императорским домом, но оба раза получил отказ. Породниться же императору-выскочке с царствующими домами Европы было просто необходимо и пришлось жениться на дочери австрийского императора. Этот брак, помимо «легализации» императорского титула самого Наполеона, принес и союз с Австрией в 1811 году, который обеспечил французам отличный тыл на случай войны с Россией. В 1812 году к нему добавился и франко-прусский союз. Таким образом, по западной границе России, от Днестра до Балтики, встала цепь союзников или сателлитов Наполеона.

Однако, не дремала и русская дипломатия — в первых, была закончена вялотекущая англо-русская война (за пять лет потери обеих сторон составили около 200 человек), нафиг не нужная ни Англии, ни России, коим континентальная блокада стояли поперек горла. Англия, не имея возможности схватиться с Францией на суше «в полный рост», тайными путями всячески подталкивала к конфликту Россию, финансируя ее и снабжая военными материалами. Давление Англии также привело к заключению союзного договора России со Швецией, в результате чего в безопасности оказался северный фланг.

Крупным успехом российского оружия и дипломатии в 1812 году стало заключение в мае Бухарстского мира, закончившего шестилетнюю войну с Турцией — в основном, усилиями Кутузова, выигравшего сражение при Рущуке и подписавшего договор. Россия получила устойчивую границу по Пруту и возможность перебросить войска с южного направления на западное.

С весны 1812 года началось идеологическое обеспечение кампании, Наполеон объявил ее целями принуждение России к соблюдению Тильзитского мира и воссоздание Речи Посполитой, что сразу привело под французские знамена польский добровольческий корпус. Летом в Пруссии и Варшавском герцогстве, от Кенигсберга до Люблина, была сосредоточена Великая Армия — первоначально около 420 тысяч человек, из которых половина была французами, изрядная часть пруссаками и поляками, а прочие представляли «двунадесять языков», то есть армии множества европейских государств, от Неаполя до мелких немецких княжеств. Армия располагалось в основном вдоль Вислы, служившей главной линией снабжения.

Развертывание армий и первоначальные планы

Армией управляли опытные генералы и офицеры, одержавшие за 10-15 лет неимоверное количество блестящих побед, армия была отлично вооружена и укомплектована, но вот ее пестрый состав уже на начальном этапе приводил к заметным трениям между разными по национальности частями. Серьезным минусом Великой Армии была и ее по преимуществу легкая артиллерия, собранная «с бору по сосенке». В резерве Наполеон имел до 200 тысяч человек.

Против главных сил Наполеона стояли две русские армии — Барклая (Вильно-Ковно) и Багратиона (Волковыск), общей численностью до 160 тысяч человек при 750 орудиях. Еще до 150 тысяч человек и порядка 500 орудий были распределены по Прибалтике, Финляндии, Молдавии и Украине. При этом необходимо учесть, что военная реформа Барклая еще не была завершена (происходило обновление уставов и инструкций с учетом новейшего опыта Австрии, Пруссии и Франции), а генеральный штаб находился в стадии формирования.

Военное производство Франции и России было вполне сопоставимо: Россия хоть и выпускала в полтора раза больше пушек и ружей, но на Наполеона трудились и остальные государства Европы.

В пользу России также работало движение партизан-герильясов в Испании, из-за которого, а также из-за действий английского экспедиционного корпуса на Пиринеях, Наполеон был вынужден держать там до 200 тысяч войск.

Стратегические планы сторон напрямую вытекали из имеющегося расклада сил: при почти трехкратном перевесе Наполеон намеревался навязать одно-два генеральных сражения, мастером которых он был, разгромить русскую армию и тем самым принудить Россию к миру на своих условиях. Главным стратегическим направлением была выбрана Москва, сам Наполеон говорил «Если я возьму Киев, я возьму Россию за ноги; если я овладею Петербургом, я возьму её за голову; заняв Москву, я поражу её в сердце». При этом, однако, предполагалось, что для достижения цели будет достаточно продвижения до Минска или Смоленска, после чего Александр I запросит мира.

Командование русской армии, имея недостаток сил, наоборот, планировало как можно дольше уклоняться от генерального сражения, не рискуя потерей армии. Багратион и Барклай должны были отступать вглубь страны с целью соединить силы, армия Тормасова и корпус Витгенштейна при этом должны были прикрыть южное и северное направление и угрожать коммуникациям Наполеона. Тем самым предполагалось выиграть время для мобилизации и переброски подкреплений и одновременно ослабить армию Наполеона, вынудив его распылять силы на охрану удлиняющейся линии логистики. Для снабжения же своих армий закладывались три последовательные линии складов Вильно-Бобруйск-Киев, Псков-Шостка-Смоленск и Новгород-Москва-Калуга.

Вечером 23 июня 1812 года казачий разъезд обнаружил под Ковно переправу французских саперов через Неман, бывший в тот момент границей между Россией и Пруссией. Уже не следующее утро Ковно был занят французами.

Вечером 23 июня на пограничном Немане произошла первая перестрелка между казаками и французскими саперами, наводившими понтонные мосты. Ночью 24 июня первые корпуса Grande Armee начали переправу у Ковно (Каунаса) и к утру заняли город.

До 30 июня границу перешла вся Великая армия, от корпуса Макдональда на севере у Тильзита (Советска) до австрийского корпуса на юге у Варшавы. Макдональду предстояло двигаться на Петербург, но ввиду отсутствия осадной артиллерии, он застрял под Ригой. Правее его у Полоцка действовал корпус маршала Удино, который был отброшен Витгенштейном после сражения под Клястицами (где погиб легендарный гусар Яков Кульнев), и тоже остановился на линии Западной Двины.

Корпуса 1й Западной армии располагались в полосе около 300 километров вдоль границы и потому первой задачей командующего Барклая-де-Толли стал вывод их из-под удара стремительно наступавшего Наполеона и сбор в единый кулак. Армия была собрана к 10 июля в Дрисском лагере (Верхнедвинск), несмотря на то, что корпусу Дохтурова пришлось пробиваться из окружения, а кавалерия Дорохова была вынуждена уйти на юг, на соединение с армией Багратиона.

Именно там, в Дриссе, удалось убедить Александра I в бредовости плана обороны лагеря и вообще уговорить уехать в Петербург, так как его стремление руководить войсками обычно плохо кончалось. Армия продолжила движение на восток.

Тем временем Багратион, чья армия находилась изначально на расстоянии около 150 километров от Барклая, прошел от Гродно до Лиды но был вынужден тоже повернуть на восток, так как между ним и Барклаем двигались основные силы Наполеона. Против Багратиона действовали 5 корпусов во главе с Даву и Жеромом Бонапартом, но Багратион в лучшем своем стиле оторвался от преследования.

Раевский под Салтановкой

К 20-м числам июля 1-я Западная армия сосредоточилась в Витебске, 2-я Западная армия — на расстоянии около 200 километров от нее, в Бобруйске, а между ними, в Могилеве уже были авангарды Даву. Багратион попытался сбить французов корпусом Раевского под Салтановкой (по легенде, в этом бою Раевский вел в атаку солдат вместе со своими сыновьями, семнадцати и одиннадцати лет). Хотя пробиться к Витебску и не удалось, бой позволил без помех провести переправу армии через Днепр и отступать к Смоленску. Примерно также действовал и Барклай — корпус Остермана-Толстого неудачно пытался сбить Мюрата и Богарне под Осровно, после чего армия двинулась к Смоленску, избегая столкновения с главными силами Великой Армии.

Русские армии 3 августа соединились под Смоленском. Наступила пауза до 12 числа — стороны приводили в порядок войска после более чем 500-километрового марша от границы. Успешное соединение породило стремление дать генеральное сражение и Барклай попытался разбить несколько корпусов Наполеона по отдельности, что привело к обоюдным маневрам около Рудни и бою под Красным 14 августа, когда дивизия Неверовского, наполовину состоявшая из новобранцев, отбилась от втрое больших сил Мюрата.