Читаем Больше моря онлайн бесплатно

Глава 1 Заповедник

Проект «София», том первый

Больше моря

Со скрипом приоткроется окно,

В него влетит ночной осенний ветер.

Где те, кем были мы,

Кто нам ответит?

О том забыли мы уже давно.

И пусть, казалось, жар тех дней утих,

И десять раз о всём уж пожалели,

И всё-ж пересечение прямых

Вновь возвратилось к прежней параллели.

Но где-то

Кто бы помнил, где и как,

Не поддаваясь сумраку и тлену,

Горят во тьме ночной, как добрый знак

Те звёзды нами созданной вселенной,

Которые указывали путь

И падали доверчиво в ладони.

Мы их забыли.

Но не в этом суть.

Миры, что создали —

Нас вечно будут помнить.

Мы их покинули однажды.

Ни за что…

И плакали миры, срываясь в бездну.

Тянулось к ним Великое Ничто,

Но было тем мирам дано — воскреснуть.

И жизнь вернулась, где царила смерть,

Без спецэффектов, тихо, незаметно…

Так в чём же был тогда секрет, ответь?

Творенья наши, как и мы — бессмертны.

Олег Писарев

04.09.2026

1

Заповедник

— Я просила купить картошку. Ну вот скажи, что тут сложного? Кар-тош-ка, понимаешь? — Берта осуждающе покачала головой. Скрипач тяжело вздохнул, и ответил:

— Ты не поверишь, но я купил. Честно.

— И где она?

— Забыл, — признался Скрипач.

— Как можно было забыть? Где забыл?

— Да в магазине и забыл. Берта, не ругайся, — заныл Скрипач. — Просто пакетов получилось очень много, и я слегка…

— Слегка затупил, — Берта села за стол, и опустила голову на руки. — Хорошо. Суп, в этом случае, варишь ты. У вас дома. И приносишь потом сюда. Потому что людей в гости пригласил тоже ты. У меня уже сил нет на это всё. И тем более на гостей.

— Это не прикол, я случайно, — виновато произнес Скрипач.

— Иди и принеси, — велела Берта. — Вот как так можно?

Скрипач вышел, доски старого крыльца жалобно скрипнули.

Баоху запрыгнула на кухонный стол, и осуждающе посмотрела на Берту.

— Ты переигрываешь, — сообщила она с неприязнью в голосе.

— Да что ты говоришь, — хмыкнула Берта.

— И он тоже переигрывает. Это всё выглядит очень глупо, — Бао сморщила нос. — Зачем?

— Не знаю, — Берта отвернулась. — Н-да, покойный Шилд хотя бы молчал, — заметила она. — А тебя, как я погляжу, вообще не заткнуть.

— Я могу уйти, — тут же ответила Бао. — Но, по-моему, ты сама меня попросила заглянуть.

— Я попросила, потому что тут была мышь. Ты имитируешь кошку, соответственно, запах ты имитируешь тоже, — с неприязнью сказала Берта. — У меня была слабая надежда на то, что мышь тебя почует, и уйдет.

— Идиотизм, — зло сказала Бао. — Так, ладно. Я, пожалуй, действительно пойду к себе. У меня нет никакого желания спорить со склочной старухой о кошках и мышах. Я вообще-то атлант, если ты не забыла, а ты сейчас ставишь меня в крайне неудобное положение.

Берта рассмеялась, но совершенно не весело. Этот смех… Бао снова сморщила нос. Сарказм, раздражение, гнев, презрение, издёвка. И вот эту женщину они любили? Не верю. Какая она мерзкая, подумала Бао, спрыгнула со стола, и, подёргивая хвостом, пошла к двери. На пороге она обернулась, и сказала:

— Скрипач стоит с картошкой у калитки. Он ничего не забывал на самом деле. Сказать ему, чтобы заходил?

— Делай, что хочешь. И закрой за собой дверь, на улице холодно, — Берта отвернулась, давая понять, что разговор окончен.

* * *

Мосты рухнули, и обломки их давным-давно заросли травой, и скрылись под нею, и теперь их очертания еле видны. Старые раны затянулись, отболев, и побелели шрамы, и шрамы скрыла под собой одежда, и даже на погоду шрамы эти уже не болят, потому что про них позабыли. Да, имена не стёрлись, но никто уже давно не подходил к могильным плитам, поэтому имена некому стало прочесть.

Встреча, та самая первая встреча, получилась скомканной, точнее, она не получилась вовсе — потому что во время этой встречи Ит ощутил не просто отчуждение, а нечто иное, совсем иное, настолько невообразимое и невозможное, что с трудом сдержался. Когда оба корабля сели на поле, по словам Фэба, подмосковное, и все вышли наружу, они увидели, что их встречают, но…

…но это была совсем не та встреча, которую они ждали, и которая была, пожалуй, единственным смыслом жить дальше — до этого момента.

Берта, постаревшая, седая, в спортивных штанах и выцветшей толстовке, с нелепым пучком на голове, стояла рядом с Киром, одетым почему-то в рабочий комбинезон, словно Кир работал на стройке, и его с этой стройки выдернули едва ли не насильно. Рэд и Саб тоже были одеты странно, Рэд — в сильно поношенные шорты и порванную на плече ветхую майку, Саб — тоже в шортах, и в яркой гавайской рубашке, мало того, в руках он вертел заламинированный лист А4, на котором виднелась надпись«Аттракцион „Окаок“, цена: взрослым 2 ₽, детям 50 коп., проверка состояния перед посещением в медпункте санатория обязательна, принесите справку» ; рядом с Сабом стоял Лин, в джинсах и почему-то в спасательном жилете, ярко-оранжевом, и тоже с какой-то бумажкой в руке.

— Вот, — просто сказал Фэб, прерывая затянувшееся молчание. — Как-то так…

— Н-да, — сказала Берта. Выражение на её лице было не разобрать. — Ну, что ж. Значит, вот так.

— А где Пятый и Эри? — спросил невесть почему Скрипач.

— На лодке остались, работать кому-то надо, — ответил Рэд. — Так, мы рады вас видеть, и всё такое, но мы полетим обратно. У нас через полтора часа выход в море, а нам ещё эффекты подготовить надо. Извините.

— Ладно, — кивнул Скрипач. — Это вы нас извините, что оторвали от дела.

— Угу, — кивнул Саб, и троица с рекламой аттракциона спешно двинулась в сторону катера, стоявшего неподалеку. Ит проводил их растерянным взглядом, затем снова посмотрел на Берту, а затем на Фэба.

— Я, пожалуй, тоже пойду, — сказал Кир. — Потом поговорим. Наверно.

— Подожди, — сказал Скрипач, делая шаг вперед. — Кир, подожди. Мы…

— Потом, — с нажимом сказал Кир. — Берта, ты домой? Подбросить?

— Да, подбрось, — кивнула Берта. — Зайди ко мне вечером, пожалуйста. Опять эта чёртова дверь.

— Ладно, после семи загляну, — кивнул Кир. Разговаривали они так, словно рядом вообще никого не было. Пустое поле, ни кораблей, ничего. — Хорошо, что катер взять разрешили. Садись, и полетим побыстрее, а то через полчаса катер заставят вернуть, и мне потом от бригадира достанется за опоздание.

— Странно, что он тебя вообще отпустил, — покачала головой Берта. — Фэб, — она, кажется, наконец-то вспомнила, что рядом кто-то есть. — Если будет время, зайди к Наташе, померь ей давление, и посмотри. Пока тебя не было, она два раза «скорую» из города вызывала, говорит, замучилась совсем. Зайдешь?

— Да, конечно, — кивнул Фэб. — Берта, прости, ты подала заявку на корабль?

— Да, её отклонили, — с неприязнью ответила Берта. — Корабль пока что отправь на орбиту.

— Оба? — Фэб нахмурился.

— Ну да, оба, — пожала плечами Берта. — Может быть, потом получится сделать ещё одну заявку.

— Модуль можно будет забрать? — спросил Фэб.

— Модуль да, — кивнула Берта. — Фэб, ты не хуже меня знаешь правила. Всё, забирай, отправляй корабли, и давайте это заканчивать.

Ит и Скрипач молчали, потому что, как они уже оба поняли, говорить было бессмысленно. Они ожидали чего угодно, но не такого, поэтому просто стояли, и смотрели — на Кира, Берту, и Фэба. Слов не было. Вообще. Пока — не было.

— Мы пойдем, — Кир коротко глянул на Фэба, и отвернулся. — Время.

— Угу, — кивнул Фэб. — Хорошо.

Через пару минут на поле не осталось никого из встречавших. Скрипач растерянно посмотрел на Фэба, на оба корабля, и на оставшийся последний катер, а затем спросил:

— Фэб, что это такое было сейчас?

— Я потом объясню, — Фэб вздохнул. — Всё… стало очень сложно.

— Они злятся на нас? — спросил Ит. — За что?

— Нет, они не злятся, — покачал головой Фэб. — Забирайте модуль корабля, и пойдемте.

— А мы? — Элин, стоявшая в отдалении, подняла Бао на руки, и подошла к ним. — Нам куда?

— Вам с нами, — пожал плечами Фэб. — Куда ещё? Больше, собственно, и некуда.

— С вами — куда? — требовательно спросила Бао. Кажется, она была единственной, кто не растерялся.

— Ко мне домой, — объяснил Фэб. — Я там, в некотором смысле… ладно, это потом. Всё потом.

* * *

Оглушение, понял Ит, когда они сели в катер, и отправились в путь — по словам Фэба, совсем недолгий. Оглушение, вот что я сейчас ощущаю. Потому что бредовость того, что произошло, настолько сильна, что её просто невозможно осмыслить. Они даже не предполагали ничего подобного, они годами ждали и этой встречи, и — вот так? Ит почувствовал, что Скрипач смотрит на него, и покачал головой, потому что на незаданный вопрос Скрипача у него не существовало ответа. Что-то случилось, думал Ит. Что-то случилось, и Фэб молчит, и ведь он всё это время молчал, и, кажется, сейчас он тоже не хочет говорить.

— А там дальше город, да? — спросил Бао. Она, разумеется, уже активировала прозрачность, и с любопытством смотрела на проплывающие под катером перелески и поселки. — Большой город?

— Большой, — подтвердил Фэб. — Москва.

— Здорово, — обрадовалась Бао. — Я люблю большие города. Вот мы были на Примаре, и я там от души по городу погуляла. Здесь тоже можно будет?

— Вероятно, да, но позже, — ответил Фэб. — Сперва нужно будет уладить все формальности.

Скрипач посмотрел на Бао с благодарностью, потому что её незамысловатое предложение словно бы добавило частичку нормальности в совершенно ненормальную, с его точки зрения, ситуацию. Элин во время их разговора хмурилась, словно обдумывая что-то, но, кажется, озвучивать свои мысли она пока что не собиралась.

— Ит, рыжий, Авис пока что побудет на орбите, — сказал Фэб. — Модуль и ядро вы забрали, поэтому я не вижу необходимости сажать её. Если будет разрешение и необходимость, посадите. Но сейчас…

— Необходимости нет, — кивнул Ит. — Хорошо, мы поняли. Как скажешь.

— Это не моя прихоть, это закон, — извиняющимся тоном произнес Фэб. — Причем закон очень старый, он появился не сейчас, и даже не сто лет назад. Он в несколько иносказательном тоне есть даже в древних сводах правил, и поэтому…

— Хорошо, хорошо, мы поняли, — перебил его Скрипач. — Скажи, куда мы летим?

— Это дачный поселок, под Москвой, — объяснил Фэб. — Там когда-то жили ребята, когда мы их отправили отдохнуть. «Журналист». Ну, помните, они рассказывали…

— Ты живешь в том самом доме? — удивленно спросил Скрипач.

— А? Нет, в другом. Тот они выкупили, но бывают там нечасто, — ответил Фэб. — Я неподалеку. Дом не очень большой, но неплохой. Пока поживете у меня, а дальше — как сами решите. Если вас устроит комната, хотя бы на первое время, я…

— Фэб. Остановись, пожалуйста, — попросил Ит. — Что ты говоришь? В каком смысле — устроит? Ты нас прогоняешь? Если это так, то скажи сейчас, сразу, а не устраивай это представление. Очень тебя прошу.

— Я не устраиваю представление, — Фэб отвернулся. — И по дороге я намерено не говорил об этом всём. Боюсь, вам многое предстоит узнать.

— Мы этого тоже боимся, — Скрипач вдохнул. — К тому же на слово «узнать» у меня лично начинается аллергия. Мы годами мотались туда-сюда, чтобы что-то узнать, а сейчас… я вот узнал, что меня, оказывается, можно огорошить до отупения, хотя думал, что вроде бы уже нельзя. Какого чёрта они все так себя вели, скажи на милость?

— Они так себя вели, потому что вы вернулись, — беззвучно ответил Фэб. — Ладно, не надо ничего узнавать. Пусть оно узнается как-нибудь само.

— Ещё лучше, — сардонически усмехнулся Скрипач. — Ты можешь объяснить хотя бы в двух словах?

— Нет, — ответил Фэб. — Это невозможно объяснить в двух словах. Прости.

— Не прощу, — зло сказал Скрипач. — Меня это бесит.

— Как знаешь, — Фэб снова отвернулся.

* * *

Катер Фэб посадил на небольшой площадке, рядом с распахнутыми проржавевшими воротами, ведущими на территорию дачного поселка. Ворота эти, кажется, не закрывались уже много лет — перекошенные, вросшие в землю створки, трава, оплетшая порыжелый от старости металл. Все поспешно вышли, и катер тут же взлетел, словно ждал неведомо от кого команды.

— Мы словно с электрички пришли, — сказал Скрипач с нервной усмешкой. — Фэб, а почему никого нет?

— Потому что будний день, — объяснил Фэб. — И вообще, тут народа не очень много. Поселок маленький. Четыреста человек, по лимиту. Сейчас меньше.

— А озеро с храмом сохранилось? — спросил Ит.

— Конечно, куда оно денется, — Фэб вздохнул. — Можете потом сходить, посмотреть.

— Сходим, наверное, — ответил Скрипач. — Ладно, веди.

— Элин, я не хочу на ручках, — сказала Бао недовольно. — Можно, я сама?

— Можно, только лапы лишние спрячь, — посоветовала Элин.

— Не нужно, — покачал головой Фэб. — Пятый привез с Окиста шестиногих кошек, они тут встречаются теперь. Нечасто, но встречаются. Стоят, правда, дорого, потому что экзотика, но про них знают, и прятать лапы нет необходимости.

— Круто! — обрадовалась Бао. — Если честно, мне ужасно надоело прятать лапы. Это неудобно.

— Хорошо, что тебе не надоело прятать истинную форму, — привычно поддел Бао Скрипач.

— Для того чтобы прятать истинную форму, силы тратить не нужно, и неудобства это не доставляет, — ответила Бао. — А вот лапы да, трудно. С лапами сложнее.

— Пойдемте, — предложила Элин. — По-моему, поговорить можно и дома у Фэба. Или мы будем до бесконечности здесь стоять?

…Дорога, подсыпанная гравием, шла мимо домиков, скромных, невзрачных; заборы тоже были скромные, по большей части штакетник или рабица, и за заборами этими тоже было что-то, уже основательно подзабытое, но возвращающееся в одно мгновение.

— Малина, — констатировал Скрипач, подходя к очередному забору. — Жалко, что зеленая.

— Это пока, на этом участке да, зеленая, — ответил Фэб. — Малины тут полно. И на дачах, и в лесу.

— Можно сварить варенье, — сказал Скрипач.

— Теоретически можно, но для чего? — пожал плечами Фэб.

— Как это? Съесть, — Скрипач недоуменно посмотрел на Фэба. — Или в чай. Хочешь, я сварю?

— Не знаю, — Фэб не смотрел сейчас на Скрипача. — Пойдемте, мне ещё переодеться нужно, и зайти к Наталье. Нехорошо получилось. Я ушел почти на месяц, у неё давление, а я, видимо, оставил слишком мало препаратов, и ей не хватило.

— Фэб, — позвал Ит. — Прежде чем куда-то идти, ты нам хоть что-то, но объяснишь. Иначе мы тебя просто не выпустим. Ты понял?

— Да, — обреченно кивнул Фэб. — Я попробую. По мере сил. Так, мы, собственно, пришли, — он замедлил шаг. — Прошу меня простить, у меня немного не прибрано, но я не думал, что всё… что всё вот так получится. Уберу завтра. Сегодня уже поздно.

Он вытащил из поясной сумки ключи, и отпер калитку — давно забытый звук, щелчок замка, но, кажется, этот звук тоже решил теперь вернуться.

* * *

— После того, как вы ушли… это была уже другая жизнь, — Фэб вздохнул. — Совсем другая. И о ней не расскажешь за пять минут. Это просто невозможно.

Они сидели сейчас на террасе, довольно большой, относительно светлой, но захламленной настолько сильно, словно на ней не убирали несколько недель. Иту от этого зрелища стало тягостно — потому что Фэб всегда бы аккуратист, следил за чистотой, за порядком. А сейчас… немытые чашки, кухонные полотенца с пятнами (здесь, на террасе, располагалась ещё и кухня), узенький диван, застеленный не очень чистым покрывалом, давно не мытый пол, липкая истертая клеенка на столе. Вот так живет Фэб? Вот в этом всём? С консервной банкой, полной бычков, на подоконнике, с пустыми бутылками, стоящими у мойки, и с засохшим заплесневелым батоном на кухонном столе?..