Читаем Боишься? (СИ) онлайн бесплатно

Как это произошло не понял никто. И так и не смог вспомнить уже никогда. Любые воспоминания и мысли вытеснил чистый ужас из-за того, что случилось с каждой выжившей потом.

Началось это, на самом деле, довольно буднично и произаично. Так, как происходят все самые страшные вещи в жизни человека. Когда случается что-то такое, что навсегда разделяет обычную и, оказывается, такую счастливую жизнь, на прекрасное "до" и бесповоротно-страшное "после"...

Когда силовой барьер, окружавший Заражённые земли, странно заколебался, беспомощно мигнул и пропал, никто не понял, не осознал сразу, что произошло. Жизнь продолжалась как прежде ещё несколько минут, пока последние искры силового поля не погасли окончательно...

Те, кто заметил странное поведение ставшего символом их мира за прошедшие четыреста лет, Барьера, подумали, что службы мониторинга сейчас... вот сейчас поправят всё. Кто его знает, этот Барьер? Отключали ли его когда-нибудь?.. Собравшиеся тут учёные не были технарями, а потому они не знали, как там происходит модификация Барьера. Может быть, и так.

Собравшиеся тут учёные были, в массе своей, биологами. Ещё тут были педагоги с группами школьников. Люди, в высшей степени, мирные и не склонные к агрессии... Когда они увидели, как из ядовито-зелёного леса, находящегося за Барьером, хлынули какие-то существа, они снова не поняли, что произошло...

На самом деле, лес был с той и другой стороны Барьера. Различие только в том, что с "цивилизованной" стороны его прореживали, чтобы удобнее было отслеживать передвижения животных за Барьером. С другой стороны растительность стояла стеной. Джунгли. Хотя широты вполне себе умеренные...

Существа, что стремительно двигались к лагерю, напоминали людей. Спроси любого, он сказал бы, что да, это и есть люди!.. Если бы каждый, из собравшихся здесь, не знал, что людей за Барьером быть не может. Не могли они выжить на территории, которая подверглась тогда, четыреста лет назад, самому страшному радиоактивному заражению!..

С другой стороны, люди застывшие в первые пару мгновений, после Прорыва, заметили, что у тех, кто надвигался на них, мутации всё-таки присутствовали. У некоторых из "тех" существ. Они были значительно крупнее других, мощнее, быстрее. И внешне были хорошо заметны изменения. Разные. Раньше их назвали бы уродствами. Современное, цивилизованное общество, избегало подобных терминов.

Несколько первых мгновений промелькнули. Нападавшие, а это были именно они, двигались молча. Даже буйная растительность под их мощными телами, казалось, не шевелилась.

Разбил тишину крик людей. Обычных людей:

- Бегите! Прочь! Уводите детей!..

Кто-то закричал:

- Нужно продержаться несколько минут, пока не подойдёт помощь!

Люди бросились прочь от Барьера... Одна беда, что в полупрозрачном, отлично прореженном лесу, каждый из бегущих, был как на ладони...

***

- Они не успеют!..

Женщина шептала побелевшими губами, крепко прижимая к себе дочь.

Вокруг них творилось настоящее безумие. Их толкали, подгоняли. Женщина изо всех сил держалась за дочь. Если она потеряет её сейчас, то уже не отыщет...

- Что ты там бормочешь?- закричала ей одна из коллег.

Оливия расчётливо и внимательно оглядывала Барьер. Не отводя глаз, пока на другое. Бросила отрывисто:

- Они слишком спокойны!..

- Кто? Эти дикари?.. Если это вообще люди!..

Толпа толкали их вперёд, по направлению от Барьера. Швыряла. Оливия закричала:

- Поворачивайте в лес! Бегите на "их" сторону и прячьтесь!.. Они отключили Барьер и, наверное, блокируют сигнал тревоги! Нас не успеют спасти!..

Это звучало так дико для людей их, цивилизованного, мира! Оливия стала выбираться из толпы. Кричала:

- Уводите детей в лес! Прячьтесь!.. Прячьте мальчиков! Мужчины, прячьтесь!

- Почему?- крикнул кто-то.

Оливия крикнула изо всех сил, пытаясь остановить надвигающуюся трагедию:

- Вспоминайте историю! В войнах забирали женщин и девочек! Мужчины им не нужны!

Несколько женщин отчаянно заплакали. Они, конечно, поняли, для чего забирали женщин и девочек... Что ждёт их, если они выживут...

Оливия Блайз, жена их героя, обладавшая, как оказалось, мужеством, не меньшим, чем её супруг, закричала, выбираясь из толпы и отчаянно прижимая к себе ребёнка:

- Идите за мной! Прячьтесь!.. Спасайтесь!..

А потом крикнула надрывно, прощаясь:

- Сёстры мои! Дети! Те, кто выживет!.. Помните, кто мы есть! Помните и никогда не забывайте! Верьте, что спасение придёт!..

Толпа поредела и она вырвалась из неё. Бросилась чуть в сторону, огибая нападавших по широкой дуге. Тащила дочь за руку. Часть женщин и детей бросились за ней. Она подхватила ещё какого-то ребёнка и поволокла его под покров леса.

Крикнула напоследок:

- Разбегайтесь! Забивайтесь а заросли! Не бойтесь колючек! Вас вылечат потом, когда найдут! И молчите! Что бы ни случилось, молчите!

Женщины и дети бросились врассыпную. Оливия потащила двоих детей за собой. Быстро и, как казалось ей, бесшумно. Для обычного человека, она двигалась, конечно очень ловко...

Только вот те, кто преследовали их, не были обычными. Они были не только сильнее и быстрее, а ещё и обладали сильно развитыми слухом и обонянием... А у тех "уродов", что были у них предводителями, все органы чувств и вовсе работали не так, как это доступно людям. Как ни тренируйся, так не разовьёшь...

***

Оливия бежала изо всех сил. Не вглубь территории "за Барьером", а вдоль него. Уходила от места трагедии дальше. Конечно, трагедии!.. Она слышала дикие крики женщин и детей. Старалась не думать о том, что происходит с ними сейчас...

Нельзя думать! Нельзя!.. Только самое необходимое имеет право на существование сейчас. Только оно... Выживание. Даже не её, а детей... Она, эта забота о выживании, удивительным образом обостряла её инстинкты. Те самые, что позволяли выживать предкам.

- Некоторым из них!- поправила себя Оливия.

Она не слышала ничего. Но, чувствовала... За ней тоже гнались. И скоро "догонят". А потому она стремительно летела вперёд. Нет, не за спасением. Нет!.. Она высматривала... Пока не нашла то, что нужно ей.

Высоченное дерево. Мало того, что густо облиственное, а ещё и обвитое лианами. А у самых его корней, почти укрытый этими самыми лианами кустарник... Скорее даже невысокие деревца со здоровенными колючками. Палиурус. В народе его раньше звали Держидеревом. Здесь, под влиянием радиации, колючки стали выглядеть и вовсе устрашающе. Именно так, как ей нужно.

На мальчике были лёгкая курточка и брючки. Пойдёт! Оливия стащила ветровку и быстро натянула на дочь. Обняла детей. Прошептала:

- Полезайте в этот куст. Как можно глубже. Старайтесь не поцарапаться. Они учуют кровь... Молчите. Молчите, что бы ни случилось! И ждите. Вас найдут.

Дочь вцепилась в неё мёртвой хваткой:

- А ты?

Оливия отодвинула девочку от себя. Шепнула:

- Скажи папе, что я люблю его. Тебя тоже...

Собралась и жёстко приказала:

- Прочь! И молчите!.. Спасай ребёнка, Перси!..

Подействовало! Хоть тот ребёнок только на год, наверное и младше. Защитница!.. Лив не дала себе больше времени. Побежала прочь от этого места. Как можно быстрее и дальше. Теперь только эти мысли бились в уме женщины. Только это! Увести хищника как можно дальше от детей... И она летела, как ветер...

До тех самых пор, пока её сбил с ног один из "тех". С такой устрашающей рожей, что увидишь такую однажды, и будут кошмары сниться.

- Мне не будут!- отстранённо подумала Лив и приготовилась умереть.

Судя по воплям из-за Барьера, там сейчас умирали её подруги, коллеги, знакомые, дети. Сколько детей!.. Разве то, что случится сейчас с ней, сможет переплюнуть "ту" боль и ужас?.. Эту её боль? Даже если погибнет она и Перси, что это? Только капля в море боли и отчаяния. Том простит её... Должен простить... Она сделала всё, что могла...

Лив совершенно спокойно смотрела в глаза собственной смерти и, вероятно, смерти своего ребёнка. Она видела, как развиты у него органы чувств. Он почует кровь или просто запах детей и вытащит их из того куста. А, может быть, и вытаскивать не станет. Ткнёт этим своим мечом и прикончит их прямо там, в кусте.

Мысли проносились мимолётно. Она не думала даже их, и не страдала уже. Ждала того самого удара. Даже, если он решит изнасиловать её перед тем, она выдержит. Какая разница? Боль её от всего, что произошло, уже не может быть большей.

Лив смотрела в глаза своей смерти и удивлялась. Человеческие глаза на лице монстра. Нет! Даже не так!... Человеческие глаза на изуродованном лице. Любая "не норма" всегда имеет особенности. И чаще всего они болезненные. Значит, это существо, тоже знает о боли немало.

Нет! Тоже не так! Этот человек знает о боли много... Все эти люди, которым свои не оказали никакой помощи. Забыли о них на четыреста лет... С сегодняшними средствами наблюдения и изучения невозможно было бы не заметить разумных существ за Барьером.

Значит, их просто спрятали. Скрыли. Не исключено, что и изучали... Такой себе эксперимент... Над разумными... Преступление... Которое прорвалось в трагедию. В которой виноваты и они тоже. Цивилизованные. Не только эти жестокие, видоизменённые люди...

Лив закрыла глаза. Навсегда. Во всяком случае, именно так она и думала...

Когда этот мужчина поднял её и понёс, она не открыла глаза. Зачем?.. Бояться она не желает... Даже за свою девочку... Она сделала, что могла. А большее не в её силах. Ни она, ни Том, со всеми его ресурсами, не спасут дочь. И того мальчика, что прячется с ней...

Как ни пыталась Лив отрешиться от того, что происходит, мозг всё равно "думал", анализировал. Она догадалась, куда дикарь принёс её, ещё до того, как он приказал глухим, грубым голосом:

- Кричи!

Выговор был странным, но она понимала. И понимала, чего он хочет. Чтобы она выманила детей. Нет! Этого она точно не сделает! Ни за что!..

Лив так и не открыла глаза, когда он хорошенько встряхнул её. Так, что зубы клацнули. А потом, устав от сопротивления, придушил её за шею. Рыкнул снова:

- Кивни, если будешь покорной!

Вместо этого. Лив максимально расслабилась. И приказала себе не цепляться за руку, что не даёт дышать. Пусть сломает шею побыстрее. Такой ручищей, это плёвое дело. Глаза так и не открыла. Если так пойдёт, то она, похоже, легко отделалась. Можно только надеяться, что и детей он прикончит быстро.

Он отпустил её шею внезапно. Встряхнул женщину, держа на весу. И сипло произнёс:

- Что, маленькие крысы? Никто не придёт спасать мать? Я убью её сейчас у вас на глазах и вы будете виноваты!

Манипуляция! Рассчитанная на детей... И дети купились. Вернее, один ребёнок. Лив в ужасе распахнула глаза и не ошиблась. Перси, быстро и ловко, выбиралась на карачках из куста. И тут же, без предупреждения и заминки, кинулась на человекоподобного...

Подпрыгнула и вцепилась зубами ему в руку. Мужчина зарычал и выпустил Лив из рук. Она осела на землю. Хрипела и с ужасом смотрела, как чудовище пытается стряхнуть её ребёнка со своей руки. Голова Перси моталась из стороны в сторону с такой силой, что женщина едва не закричала:

- Ты ей шею сломаешь!

Промолчала. Сломает. И пусть. Быстрая смерть. Мгновенная...

Он понял это. Как и с ней. Поступил иначе. Схватил девочку за шиворот другой, свободной рукой, и попытался отододрать от себя. Получилось... Только судя по количеству крови, Перси отхватила кусок от чудовища. Он поражённый, судя по всему, приподнял девочку повыше, чтобы получше рассмотреть...

А она едва на всадила ему в глаз здоровенный шип. Не промахнулась. Просто реакция у человекоподобного была быстрее. Он вырвал шип из детской ручки и, кажется, с изумлением рассматривал. Перевёл взгляд на девочку, что висела у него перед лицом. Глухо пророкотал:

- Убью!

Перси, белобрысая, с хвостиками на голове... Выплюнула кусок кожи... И пискляво прорычала:

- Ненавижу!

Чудовище... Расхохоталось... Хрипло и страшно. И позвало мальчика, затаившегося в зарослях:

- Выходи!

Наивный ребёнок, решивший, видно, что всё обошлось, послушно выбрался из куста. Лив прикрыла глаза. Дикарь отбросил, правда довольно аккуратно, от себя Перси. Вытащил мальчика... И мгновенно свернул ему шею. Отбросил тело ребёнка подальше, как что-то малозначительное...

Лив даже не заплакала. Перси снова кинулась на монстра. Тот был начеку, и схватил девочку ещё "на подлёте". Снова поднял повыше и пояснил, судя по всему:

- Быстрая смерть. Без боли.

Перси оскалилась снова, а он внушительно продолжил:

- С тобой будет то же самое, если не будешь слушаться!

Перси задёргалась в руках чудовища изо всех сил. Закричала:

- Не буду! Слушаться!.. Убивай!

Человекоподобный рассматривал беснующуюся у него в руках девочку, кажется, озадаченно. И решил зайти с другой стороны:

- Если не будешь слушать меня, я убью твою мать!

Перси закричала-зарычала так, что, судя по всему, сорвала голос:

- Ты всё равно убьёшь её!

Человекоподобный ответил:

- Нет. Она будет жить.

И, видимо устав от от воплей девчонки, закрыл ей рукой рот и нос. Ровно до того момента, пока девочка не потеряла сознание.

Посмотрел на Лив:

- Ты будешь жить.

Перехватил девочку удобнее:

- Ей не стоит видеть того, что там.

Лив встала с земли...

Человекоподобный не вырубил её. Мало того, он нёс её так, чтобы она видела всё, что происходило на месте побоища...

Она понимала зачем. Устрашение. Он, этот дикарь, показал её и дочери будущее, если она не будет "слушаться". Понятно, что подразумевает это "слушаться"... Ему почему-то недостаточно было бы обыкновенного изнасилования. Ему нужно, чтобы она пришла и легла с ним сама. Ради ребёнка. Пока она будет "слушаться", Перси будет жить.

И, конечно, она пойдёт и ляжет с этим чудовищем. Не сможет поступить иначе. Пока будет возможность бороться за их с Томом дочь, она будет бороться. Она так много получила от судьбы. Теперь, наверное, пришло время отдавать...

Странные мысли для женщины будущего, скажете вы! А какие мысли могли быть у неё, когда вот оно перед глазами! Классическое побоище, из глубин истории человечества. С грабежом. Лив видела, что из мобильных домов экологического лагеря забирают всё, в первую очередь, книги, носители информации, оборудование, и тут же уносят за Барьер. В жуткий ядовито-зелёный лес.

Конечно, не грабёж был самым страшным в тех, старых войнах, а судьбы побеждённых. "Они" забрали себе совсем немногих. В основном, девочек-подростков. Понятно, почему. Они не только красивы первой, ранней красотой, а и молоды, здоровы. Смогут много, если понадобится, рожать. И приучить их к "новой" жизни будет намного легче, чем взрослых, состоявшихся женщин.

Может быть, поэтому на дикаря странно посматривали сообщники. Взрослая женщина и ребёнок. Он выбрал себе странную добычу. Никто ни слова не проронил, хотя, как заметила Лив, некоторые из этих особей были довольно шумными и крикливыми. Понятно, почему молчали. Человекоподобный был одним из самых крупных и, наверное, сильных.