Читаем Богиня под прикрытием онлайн бесплатно

— Что такое доверие, брат? — вопрос сочился сарказмом, а тот, кто его задавал, напряженно ожидал ответа, но вместо этого услышал лишь глухое рычание и криво усмехнулся.

Собеседник был занят. Отстреливался.

— Не знаешь… — насмешливо протянул он. — Может быть, ты знаешь, зачем я прикрываю твою спину?

В ответ последовала серия выстрелов, разочарованный рык и еще один выстрел.

— Не знаешь… — с прискорбием констатировал он. — Тогда, в чем сила, брат?

— Меня аннигилируют прямо сейчас вместе с тобой! Нашел время для философских бесед! — в этот раз ему все же ответили, но это было больше похоже на разъяренное шипение какого-то зверя, чем на человеческую речь.

— В единстве сила, брат, — спокойно проговорил он и вышел из-за спины того, кого называл братом. — И в доверии, — добавил он через несколько минут, опуская оружие.

Его слова раздались гулким эхом по пустому помещению…

Адельтерра

Резиденция Богини искусств и ремесел содрогалась звуками разъяренных женских голосов. Ведьма спорила с Богиней. Разве может Ведьма спорить с Богиней? Почему бы и нет, если они лучшие подруги.

— Я просила, чтобы твой сын не приближался пока к моей дочери? — в пятый раз гневно вопрошала ведьма.

— Ксень, да он и не приближался! — Богиня отвечала спокойно, но глухое раздражение уже начинало потихоньку нарастать.

— А это тогда что? — на диван упал браслет из серебристого металла, украшенный силуэтами кошек в разнообразных позах.

Богиня скосила глаза на украшение.

— Этот браслет сделал Эльдар, наш сын о нем даже не знает, — сказала она.

— Ну конечно! — Ксения эмоционально замахала руками. — И о том, что его фамильяр по ночам носит украшения моей дочери, он тоже не знает, да? Диана, кому ты это рассказываешь? — подарила подруге укоризненный взгляд и с размаху опустилась на диван рядом со злополучным браслетом.

— Ты его явно не видела, — Диана усмехнулась и тоже присела в кресло напротив. — Это был Вангог, фамильяр Ратмира. Шейла его попросила…

Ксения схватилась за голову и застонала.

— И эта лапу свою приложила! — с досадой проговорила она.

— Ксень, — Диана устало вздохнула, — ты же знаешь, у Маруси вот-вот инициируется ее ведовской дар и…

— Вот именно поэтому твой сын должен держаться подальше от нее! Он же маг! Одно нечаянное использование магии в ее присутствии и процесс будет запущен! — выпалила та, не дав ей закончить фразу.

Богиня бесшумно выдохнула сквозь сжатые зубы и прикрыла глаза, которые стремительно начинали менять цвет на стальной.

— Мой сын не единственный маг, в данный момент находящийся на Земле, — произнесла она через минуту. — Марусин дар может инициироваться и при участии кого-то совершенно постороннего. Только где гарантия, что ее не будут использовать в качестве батарейки, как тебя когда-то? Ты этого хочешь для своей дочери? — на последней фразе Диана не сдержалась и все-таки повысила голос.

— Нет! — Ксения отчаянно замотала головой. — Как я могу такого желать собственному ребенку?

— Тем не менее, твои действия именно к этому и приведут! — тем же тоном припечатала подругу Диана и, смягчившись, добавила: — Отдай девочке артефакт. Он просто перенесет ее в безопасное место в случае попытки применения магического воздействия или причинения физического вреда…

— Ага, в безопасное! — Ксения вскочила и нервно прошлась взад-вперед. — На Адельтерру! Туда, где магия разлита в воздухе!

Богиня усмехнулась и покачала головой.

— Я не понимаю, чем тебе не нравится Адельтерра? Здесь ее инициация пройдет быстро и легко. Она даже не почувствует. Я уже давно предлагала, чтоб Маруся пожила здесь какое-то время…

— Да не могу я вот так вырывать ее из привычного образа жизни! — воскликнула Ксения.

— Угу, — мрачно кивнула Диана. — Ждешь, пока это сделает кто-то другой. Твои необоснованные страхи относительно Адельтерры и моего сына могут обернуться бедой для твоей дочери!

Ксения снова с размаху села на диван и зарыдала, уронив лицо в ладони. Диана закатила глаза, поднялась с места и приобняла подругу за плечи.

— Зачем ты льешь слезы? — мягко сказала она. — Я вот рада, что наши дети предназначены друг другу. Они будут очень красивой парой. Да и мы с тобой породнимся. Ксень, ну не плачь?

— Я боюсь! — сказала та сквозь всхлипы.

— Чего? — Диана недоуменно нахмурилась.

Ведающая подняла на нее красные от слез глаза.

— Кого! Сына твоего! — выпалила она. Уголки губ дрогнули и поползли вниз, Ксения снова зарыдала пуще прежнего.

— Ну знаешшшь! — прошипела Диана, сузив глаза. — То тебе Адельтерра не нравится, то мой сын!

— Нравииится! — некрасиво шмыгнув носом, возразила подруга. — Просто… — она резко перестала плакать и уставилась в одну точку перед собой, — просто я боюсь, что он отнимет у меня дочь…

Диана фыркнула.

— Тогда мне следует бояться, что твоя дочь отнимет у меня сына! — воскликнула она.

— У тебя надолго не отнимет, на пятьдесят, может, на семьдесят земных лет, — заметила Ксения, продолжая пялиться в одну точку.

— Ага! А здесь-то сколько времени пройдет? — парировала Диана. — И вообще, я тебе всегда говорила, расскажи все дочери и переезжайте на Адельтерру!

— А что я Денису скажу? — грустно сказала Ксения.

— Что, что… — Диана раздраженно выдохнула и тихо добавила: — Денис твой уже давно знает все и не против…

— Как??? — взвизгнула Ксения, чуть не подскочив на месте.

— Очень просто! Где ты была в ночь пятницы 13-го? — прокурорским тоном спросила Диана.

— Ты же знаешь! Я экзамен у девочек принимала! — возмущенно воскликнула Ксения.

— А муж твой был уверен, что на шабаш улетела! — огорошила ее подруга и уточнила: — Вместе со мной.

— Йоооооо… — выругалась Ксения. — Он же не должен был дома ночевать в этот день!

— Должен, не должен… — проворчала Диана. — Короче, мне пришлось спасать твою честь, свою репутацию и ваш брак. Я ему все рассказала.

Ксения ошарашенно хлопала глазами, слезы стремительно высыхали.

— И как он отреагировал? — наконец спросила она.

— Нормально, — спокойно ответила Диана. — Сказал, что всегда подозревал, что его жена ведьма, но не решался задавать вопросы… Любит он тебя, Ксень, очень любит. Даже шабаши готов был терпеть!

— Да я вообще никогда… ничего… ни с кем… Йоолкиии… — она прижала ладони к пылающим щекам.

— Не переживай ты так! — поспешила успокоить ее Диана.

— Ёлки, — повторила та. — Что делать-то теперь, а?

— Я тебе сказала, — богиня устало закатила глаза.

— Маруська только в универ поступила… ей так нравится там учиться! — с досадой пробормотала Ксения.

— Браслет ей отдай, — потребовала Диана. — Я хоть буду спокойна за будущую невестку. Разберемся по ходу дела. В универе академ возьмет, если что-то все-таки случится. А не случится, так спокойно доучится. Но после диплома ты ей все расскажешь!

Ксения наморщила лоб и кивнула. Потом вдруг заулыбалась и весело спросила:

— Так это что же получается, мне светит быть тещей Бога?

— Естественно, — ответила Диана, выразительно округлив глаза.

— Ой, Дианка, тащи гномий самогон или что там у тебя есть! За это надо выпить! — совсем развеселись Ксения.

— Вино эльфийское у меня есть, — хмыкнула та, щелкнула пальцами и на журнальном столике материализовалась бутылка, два бокала и тарелка с закусками.

Подруги выпили по бокалу, закусили бутербродами с икрой.

— Прости меня, — серьезно сказала Ксения. — Я такая нервная стала после этого дурацкого обряда разделения. Мне не хватает Мэл… — она вздохнула.

— Еще один повод все рассказать дочери, — кивнула Богиня.

— Я боюсь, она не простит моих недомолвок, — признала Ксения. — Особенно в отношении Мэл. Она всю ночь плакала, когда я сказала ей, что кошки больше нет в нашем мире… Я думала, ее еще тогда сорвет, но обошлось…

— Что-то ты слишком многого боишься в последнее время, — озадаченно заметила Диана. — Мне это не нравится.

— Старею, — поморщившись, ответила Ксения и сразу же огребла подушкой по голове от подруги.

— Совсем обалдела? Какая старость? Зря я на тебя магию трачу, что ли? Хоррош меланхолию разводить! — Диана сопроводила свои действия гневной тирадой.

— Не зря, не зря! — рассмеялась Ксения, закрываясь руками от ударов. — Слушай, а твой благоверный нас не застукает за распитием? — фраза, конечно, была всего лишь отвлекающим маневром, но реальную подоплеку под собой имела. Муж Богини пьянство не поощрял.

— Нет, — Диана вздохнула и опустила «орудие». — Он сегодня Энию караулит.

— Что, опять? — обеспокоенно спросила Ксения. — В кого на этот раз?

— Еще нет, но она собирается благословить сама себя. Раньше у нее это случайно получалось. В последний раз она просто подумала, что хочет влюбиться в достойного мужчину… — ответила Диана и помрачнела. Ситуация с Энией, богиней любви и красоты, единственной из семерых молодых богов, у кого процесс становления силы еще не завершился, требовала какого-то решения, но все принимаемые меры, как назло, не давали должного результата. Девушка была молода и хотела любви, что вполне естественно, только это желание странным образом входило в резонанс с ее божественным уделом.

— Бедная девочка, — покачала головой Ксения и решительно предложила: — Давай выпьем, чтобы у нее уже наконец стабилизировалась ее божественная сила!

— Давай! — поддержала ее подруга.

Эния, Богиня любви и красоты

Я сидела на облачном мосту, самым беспечным образом свесив с него ноги. Там, внизу, открывался очень красивый вид. Мосты на Адельтерре — прерогатива Хранительницы планеты. Они все разные, в основном стихийные, каждый по-своему особенный и прекрасный. Радужный, Огненный, Ледяной, Каменный, Зеленый… Хранительница очень ревностно относится к своим творениям и стоит кому-то попытаться хоть что-то изменить в конструкции, сразу же убирает прежний мост и возводит новый в совершенно другом месте. Но конкретно этот мост — исключение! Я когда-то благословила его специально для влюбленных. Если пара восходит на мост и их чувства искренни, то их сразу же окутывает облаком, скрывая от посторонних взглядов. И можно целоваться сколько угодно! На мою доработку Хранительница нисколько не обиделась, наоборот, схватила мужа за руку и побежала проверять. Сработало отлично! Часа два не спускались. И мост остался стоять с моим усовершенствованием. С тех пор это одно из самых любимых мест у всех влюбленных. Так и говорят — «Пойдем, в облаках повитаем?» А меня мостик просто так всегда окутывает и скрывает ото всех, без пары. Поэтому это тоже мое любимое место. Здесь мне никто не мешает мечтать и никто не может найти. Кроме моей кошки Лаймы, конечно. Для нее мое местонахождение не секрет. Она у меня умница и красавица. Трехцветная — черная с рыжими и белыми пятнами, хаотично расположенными по шерстке, как будто на черную кошку одновременно отбросили свои блики и Луна и Солнце. Правда, чего мне стоило убедить ее в том, что она прекрасна! Ей, видите ли, симметрии не хватало в окрасе! Не всегда ведь красота в симметрии…

— Привет! — мне на колени запрыгнул разноцветный вихрь. Стоило вспомнить о ней, а она тут как тут. — О чем печалишься?

— Да не печалюсь, — отмахнулась я и вздохнула. — Скучно просто. Все ребята на практике, а меня из-за нестабильности на другие планеты не пускают…

— Все-таки печалишься, — сделала вывод Лайма.

— Нет, — снова возразила я. — Размышляю, как обрести контроль над силой.

— Я плохой фамильяр, — Лайма опустила ушки. — У всех уже все получилось, только мы с тобой остались.

— Это неправда. Ты знаешь об этом и просто нарываешься на комплимент, — улыбнулась я и погладила ее за ушками. Кошь замурлыкала и прикрыла глаза от удовольствия. — Просто мне надо влюбиться, — сказала я, не прекращая своих действий. — Я ведь Богиня любви, о какой стабильности может идти речь, если я сама еще ни разу по-настоящему не любила?

— Ты опять? — кошь повернула ко мне испуганную мордочку. — Ты опять благословишь сама себя и тебе будет плохо! Не надо!

Я поморщилась. Воспоминания о прошлом неудачном самоблагословении были еще весьма свежи. Меня угораздило влюбиться в Императора Светлого леса, по совместительству декана факультета, на котором я проходила спецкурс по целительству, и заодно мужа Благословляющей Богини. Я вешалась ему на шею прямо в ее присутствии. О, стихии, как же мне потом было стыдно! Еще этот отвратительный откат после снятия благословения… Неделю не выходила из комнаты и потом еще полгода старалась не попадаться на глаза им обоим. А это очень сложно, особенно когда ты учишься в Академии, в которой они оба преподают! До этого было еще два раза. Менее неприятных, но все же…

— Лайма, — серьезно начала я, перестав поглаживать ее. — Четвертого отката я не выдержу.

Кошь вздохнула и тихо сказала:

— Я тоже…

Моя фальмильярша делила со мной все мои ощущения пополам. Если бы не она, не уверена, что у меня остались бы силы вернуться к прежней жизни уже после первого раза. Я чувствовала себя выжженной пустыней. Нет чувств, нет мыслей, нет желаний. Ничего. Любовь, которую я искусственно создавала в своем сердце, исчезала в процессе нейтрализации и забирала с собой абсолютно все. Конечно, никто не позволял мне долго оставаться в таком состоянии. Меня тормошили, отпаивали зельями разнообразного назначения от успокаивающего до бодрящего… Благословляли, обычно Диана и Шейла, мама Лаймы. Постепенно желание жить возвращалось. Появлялись мечты. Только вот… моя божественная сила после каждого раза как будто заново проходила все этапы становления. Мне каждый раз приходилось учиться ее контролировать. И сейчас, как и в те разы, я пришла к тому же выводу — никакой стабильности не будет, пока я сама не полюблю по-настоящему. Мне надо влюбиться, очароваться или разочароваться, в конце-концов. Моей душе нужен этот опыт. Без него не будет меня как Богини любви.

— Энь, а знаешь что… — вкрадчиво начала Лайма и я обратилась вся во внимание. Если моя кошь так говорила, значит, в ее головку пришла какая-то идея. А идеи у моей коши всегда новаторские. — Я вот тут подумала, проанализировала, — тем временем продолжала она, а я даже дыхание затаила. — Все твои благословения, как спонтанные, так и осознанные, никогда не падали на одного. Ты всегда благословляешь пару. Неважно, знают они друг друга или еще нет, влюблены или пока присматриваются, помолвлены или уже женаты, благословение одно на двоих.