Читаем Благодетели онлайн бесплатно
Росс Роклин
БЛАГОДЕТЕЛИ
Пер. с англ. А. Д.Восточного
Алконцы с первого взгляда обнаружили, что Земля практически мертва. Мертва в том смысле, что когда-то она вынянчила жизнь, а теперь стала виновницей (не прямой, конечно) почти полного ее исчезновения.
- Такие планеты особенно жалко,- задумчиво произнес Тарк, распустив яркие перья левого крыла.- Я могу примириться с наличием мрачных бесплодных планет, на которых никогда не было и, возможно, никогда не будет жизни. Но те, что стали жертвой какойто вселенской катастрофы! Подумать только, чего могли бы достичь жители этой планеты!
Говорил он это Вэскэр, занося в бортжурнал данные о Земле: как она выглядит из космоса, число и вид спутников... Вэс
кэр, сидящая за пультом управления, вела их сферический корабль к Земле, медленно сбавляя скорость. Работая одновременно лапами и крошечными руками, она вывела корабль на орбиту в тысяче миль от поверхности, затем тоже принялась изучать поверхность планеты.
Тарк закончил отчет - свой вклад в астрономический архив Алкона.
- По всему видно,- сказала Вэскэр, глядя на обзорный экран над панелью управления,- что какой-то огромный метеор или, что более вероятно, блуждающий астероид со страшной силой врезался в этот объект. Посмотри на огромные трещины, протянувшиеся от полюса к полюсу. Надо полагать, и вулканическая деятельность все еще имеет место. В любом случае, планета сейчас похожа на пустыню, если не считать узкой полоски зелени, которую мы видели, когда выходили на орбиту.
Тарк кивнул. Он очень походил на пернатых жителей Земли. В незапамятные времена эволюция на его родной планете пошла таким путем, что птичье племя опередило других представителей биосферы. Правда, их крылья стали намного короче, а через несколько тысячелетий могут стать слишком короткими даже для полетов в плотной атмосфере. Зато голова увеличилась в размерах, а в небольших, красноватых, близко посаженных глазах зажегся свет разума и добра.
Он и Вэскэр покинули Алкон много лет назад и теперь возвращались обратно. Их курс пролегал в десятках световых лет от солнечной системы, но на обратном пути они решили сделать остановку на своем зигзагообразном маршруте. Самым интересным для них было открывать новые планеты, а случалось это не слишком часто. Но возможность обнаружить разумную жизнь манила еще сильнее. Встреча с полностью разрушенной планетой большое разочарование, поэтому их интерес к ней смешивался с грустью.
Корабль неторопливо кружил на орбите. Поверхность планеты представляла собой вздыбленную каменистую пустыню с длинными глубокими разломами, из которых вырывался перегретый пар, и вулканами, швыряющими в небо вместе с огнем и дымом раскаленные камни. С пустыней конкурировал безбрежный океан, потревоженный в своем ложе катаклизмами. Они -не увидели ничего живого, кроме зеленой полосы растительности, что протянулись в Западном полушарии на длину около тысячи миль, шириной не более ста миль.
- Не думаю, что здесь можно встретить разумных,- произнес Тарк безнадежным тоном.- Планета получила слишком сильный удар. Не удивлюсь, если период ее вращения резко изменился, а такие перемены невозможно выдержать. Города, если они были, разрушились до основания, превратились в пыль. Разумные существа гибли миллионами, миллиардами в этом аду. Тех, кто выжил, прикончили вулканы и землетрясения.
Вэскэр напомнила ему:
- Не забывай, там, где есть растительность, даже как та небольшая полоска внизу, там возможно существование животного мира.
Тарк взъерошил свои крылья:
- Сомневаюсь. Растениям трудно поглотить всю двуокись углерода, выбрасываемую вулканами, и животные не смогут выжить в такой атмосфере. Но все равно, надо проверить.-Ты не волнуйся, мне тоже хочется надеяться на лучшее. Если здесь сохранилась разумная жизнь, то, несомненно, она нуждается в помощи. Тем более, что в этом и заключается наша основная цель.
Своими маленькими ручками Вэскэр сделала необходимые переключения на панели управления, и корабль плавно заскользил вниз, к зеленой полоске.
Кролик выскочил из-под куста. Том бросился на него с быстротой и сноровкой дикого животного. Сильные руки схватили кролика, и зверек со сломанным хребтом перестал вырываться из них. Том сглотнул слюну, содрал шкуру и принялся есть еще теплое мясо большими кусками. Черныш, хрипло каркая, опустился на плечо Томми, который продолжил свою трапезу, в то время как ворон удобнее устраивался на плече, хлопая крыльями и готовясь к чуткой дремоте. Тишина низкорослого леса, лишь изредка нарушаемая криками птиц и мелких животных, сгустилась вокруг них.
"Томми" - так он называл себя. Много лет назад - вспоминал он - в мире жило множество людей, может быть, даже сотни, и некоторые из них называли его этим именем. Особенно двое, которых он сам называл Ма и Па. Но они пропали вместе с остальными. Куда они делись, Томми не знает. Однажды ночью весь мир затрясло. Это было в ту ночь, когда Том с Чернышом убежали на ночь из дома. Когда он вышел из пещеры, где устроил свой штаб, все было в пламени. Город, раньше видневшийся вдалеке, исчез. На его месте клубилась огромная туча пыли и дыма. Но все это мало коснулось Томми. Конечно, сначала он испугался, скучал в одиночестве, потом привык. Он ел, пил, спал, подолгу бродил по окрестностям, и Черныш, его говорящий ворон, стал неплохим компаньоном. Черныш - умная птица. Он может произносить любое слово из тех, что знает Томми, и даже те, значения которых Томми не понимает: прежде у Черныша был другой хозяин. Хотя Томми вел беззаботный образ жизни, последние годы принесли странное чувство, которое время от времени накидывалось на него, а теперь стало особенно сильным.
Неведомое прежде, грызущее чувство поселилось в нем. Голод? Это ему знакомо. Он поймал дикую собаку, съел ее и убедился, что голод желудка здесь не при чем. Голод поселился где-то в сознании и мучил его, потому что он не знал, как от него избавиться.
С беспокойным чувством вглядываясь в глубину подрастающего подлеска, Томми поднялся на ноги.
- Голод,- произнес он. Плечи его затряслись, на глазах выступили слезы, и он сел на землю, не стараясь сдерживать рыданий, так как ему никто никогда не говорил, что плакать не по-мужски. Что же это такое, что он хочет?
Он имеет все необходимое. С наступлением зимы он передвигался на юг, ближе к лету шел на север. По пути ловил мелких зверьков, разговаривал с Чернышом, а тот отвечал, повторяя его слова. Это была естественная жизнь - он жил так с тех пор, как мир изменился. И все-таки он плакал и чувствовал сосущую тоску в душе. Он одновременно боялся и желал ее. Ему исполнился двадцать один год. Слезы были вполне естественны для него: они приносили чувство облегчения.
Он кое-что помнил из того, что было до катастрофы. Человек, которого он называл Ма, в таких случаях обнимал его и говорил: "Все в порядке, Томми. Все хорошо".
Черныш, как обычно, прохрипел своим шепелявым языком: "Все хорошо, Томми. Все хорошо. Говорю тебе, цена на зерно упадет". Черныш, умнейший из воронов,- почему он так хорошо говорил? Потому что никто не отвлекал, не было раздражающего шума. Ворон тоже не было. Может быть, из-за этого? Он умел произносить слова и фразы не только те, что произносил Томми, но и те, что Томми даже не понимал: не знал, откуда они произошли и что означают. Вдобавок ко всему. Черныш умел предчувствовать, -что собирается сказать Томми, и часто опережал хозяина, произнося слова и целые фразы на секунду раньше.
Томми покончил с кроликом, отбросил шкуру и сидел со стран-- ным выражением в глазах. Он опять почувствовал незнакомый голод. Посмотрел на травянистую равнину, что простиралась перед ним, взглянул вдаль, туда, где садилось солнце, оглянулся вокруг и, вскочив на ноги, посмотрел на лесные тени позади. Его заросшие бородой и усами губы опять затряслись, на глазах выступили слезы. Он отвернулся и пошел прочь, ослепленный слезами.
Черныш вцепился в широкое плечо Томми и поехал на нем, прошепелявив на долю секунды раньше хозяина: "Все хорошо, Томми. Все в порядке".
Том сердито повторил эти слова и вытер слезы. Он немного устал. Солнце уже садилось, скоро наступит ночь. Но устал он не от долгого дня. Это была усталость души из-за чувства пустоты своей жизни - ибо он не мог найти то, чего хотел, потому что не знал, где искать.
Его босые ноги наступили на что-то мягкое и шелковистое. Он остановился и посмотрел на землю. Потом нагнулся и подобрал шкуру недавно убитого кролика. Хмурясь, он вертел ее в руках. Это было не то животное, что убил он - шкура содрана иначе. Кто-то еще... нет!!! Но его затрясло дрожью дикого возбуждения. Кто-то еще. Нет, не может быть! Здесь никого не было! Здесь никого не может быть - а вдруг это не так? Шку
ра выпала из его ослабевших пальцев. Недалеко от себя он увидел отпечаток ступни. Он наклонился над ним и опять убедился, что это не его след, и .конечно, это след человека, а не зверя! След был небольшой,'такой мог оставить малорослый человек. Внезапно он поднял голову. Он явственно услышал хруст ветки не более чем в сорока футах от себя. Взгляд устремился в ту сторону сквозь сгущающуюся тьму. Он чувствовал ответный взгляд. Да! Кто-то прятался в кустах, и это было не животное!
- Не шуми. Черныш,- прошептал он, забыв обычную реакцию ворона в ответ на эту команду
- Не шуми, Черныш! - гаркнула большая противная птица.Не шуми. Черныш, не каркай так громко!
Черныш издал недовольный вопль и взлетел с плеча хозяина, когда Томми с искаженным лицом ринулся вперед. Несколько минут Томми преследовал со всей скоростью, на которую были способны его быстрые ноги, исчезнувшую в зарослях фигуру. Она двигалась так стремительно, что легко оторвалась от погони, и он, тяжело дыша, остановился. Потом схватил горсть гальки и швырнул в каркающую птицу. Черныш отлетел подальше. Из хвоста у него выпало перо и опустилось на землю.
- Говорил тебе, не шуми,- сердито вымолвил Томми, и на глазах у него опять выступили слезы. Прежний голод с новой силой стал терзать его душу. Он сел на поваленный, ствол и, уткнув подбородок в ладони, продолжал плакать. Стало еще темнее. Черныш, словно тень, скользнул сверху и уселся на плече, переступая с лапы" на лапу. Томми горько взглянул на него и, отвернувшись, простонал: - Это ты виноват. Черныш.
- Это ты виноват,- повторила птица.- Ох, Томми, я тебя нашлепаю! Ты рассердил меня!
Сидя на бревне, Томми старался разобраться в том, что видел. Конечно же, у мелькнувшей фигуры было человеческое тело, такое же, как его, только другое. Другое! Оно было меньше и отличалось какой-то неуловимой грацией. Нет, это невозможно! Как только он думает об этом, голод в его сознании вспыхивает с новой силой!
Он вскочил, сжимая кулаки. Этот голод слишком долго томил его. Ему необходимо отыскать причину, он должен найти ее. Ее. Почему это слово пришло ему в голову? Внезапно он был захвачен потоком детских воспоминаний.
- Это была девушка,- задохнулся он.- Томми нужна девушка!
Эта мысль была настолько нова, что заставила его замереть в неподвижности, но продолжала развиваться в твердое убеждение. Он должен найти ее во что бы то ни стало! Он глубоко вздохнул, мышцы его напружинились, новый свет зажегся в голубых глазах.
Зимой на юг, летом - на север, есть, спать - в самом деле, что за пустая жизнь! Он чувствовал, как сила новой цели захватывает его. Он бросился на землю и уснул. Черныш взлетел на ветку дерева, сунул голову под крыло и тоже погрузился в чуткий сон. Возможно, все последние 10-15 лет он тоже мечтал о подруге,-а может быть, давно оставил эту надежду, так как в этом мире, кажется, совсем не осталось ворон. Как бы там ни было, но Черныш был очень стар, наверное, в два раза старше Томми, и был вполне удовлетворен течением своей жизни.
Тарк и Вэскэр вели корабль точно над зеленой полосой. Как они и предполагали, это был растительный покров. Поочередно наблюдая за ним, они не обнаружили никаких признаков существования разумной жизни. Совместная деятельность насекомых была явно инстинктивной. Маленькие животные: белки, крысы, бобры; а также большие: олени, лошади, овцы, свиньи, собаки - ничем другим и не были.
- Похоже, все разумные погибли,- сказал Тарк.- И, судя по молодому лесу, не так уж давно.
Вэскэр согласилась с этим. Она предложила посадить корабль и несколько дней отдохнуть.
- Хорошо бы все-таки обнаружить разум,- мечтательно произнесла она.- Подумай, как замечательно было бы стать вдохновителями возрождения последних представителей цивилизации к новому витку развития. Ну, да ладно,- добавила она.- Мне кажется, атмосфера этой планеты достаточно плотна для полетов на крыльях.
Он рассмеялся дребезжащей трелью:
- Ты ищешь такую планету целую вечность. Но ты права насчет этой. Сажай корабль вон туда, Вэскэр. Кажется, вполне подходящее место.
...Пять дней с непреклонной решимостью шел Томми по следу девушки. Он понимал теперь, что это, возможно, последняя из оставшихся в живых женщин. У него не было осознанного понимания необходимости продолжения рода - он думал лишь о человеческом общении. Но, во всяком случае, он чувствовал, что ужасный голод - он так и не нашел другого слова для этой пытки - должен исчезнуть при их встрече. Она убегала от него и в то же время оставалась достаточно близко, чтобы он не терял надежды догнать ее. С ликующей радостью он догадался об этом. Так или иначе, ее действия были продиктованы осторожностью и выглядели вполне естественными. Дважды он видел ее. Один раз - на вершине холма, другой - плывущей в реке. Оба раза она легко уходила от него. Но он всегда находил ее след, согнутую или сломанную ветку,, отпечаток ноги в мягкой почве, шкуру убитого кролика. Однажды ночью ему показалось, что она подкралась к месту его ночевки и с любопытством смотрит на него из укрытия, вполне вероятно, чувствуя то же страстное желание, что и он. Абсолютной уверенности в этом не было, но он знал, что скоро она будет с ним и, возможно, будет рада этому.
Как-то раз высоко в небе послышался ужасный вой. Он посмотрел вверх. Черныш издал удивленное карканье. Огромное сферическое тело пронеслось над ними.
- Интересно, что такое,- проскрипел Черныш.
- Интересно, что это такое? - удивленно вымолвил Томми, чувствуя смутный страх.- Ничего подобного раньше я не видел.
Он смотрел, как космический корабль исчезал за горизонтом. Затем, с позиции нерассуждающего варвара, выбросил все это из головы и вернулся к танталовым мукам преследования.
