Читаем Бюро ублюдков онлайн бесплатно

Пролог

Задыхаясь от страха, усталости, он бежал сквозь мрак и туман. Полы длинного пальто, расстегнутого, чтобы легче было двигаться, нелепо развевались, придавая ему сходство с птицей, которая не может взлететь. Больной птицей. Он не знал, сколько пробежал, не считал пересеченных улиц. В голове билась только одна мысль: «Домой, домой, там спасён…»

Дом представлялся тихой гаванью, крепостью, надежной защитой. Там все понятное и привычное, родное. Там они не посмеют преследовать.

Человек остановился на мгновение, затравленно осмотрелся, кожей ощущая чужие, враждебные взгляды. Где он? Эта улица ему незнакома. Может ли такое быть? Или ее преобразил до неузнаваемости густой туман? Или темнота? В темноте все — не то, чем кажется.

Они не дремали. Снова стали мучить. И человек, не успев отдышаться, опять сорвался на бег.

Вечер начался, как обычно. Все было мило и привычно, все было хорошо. После работы он отправился в любимый паб, к друзьям. Мало пили и много говорили. В середине ночи, разгоряченный интересной, важной дискуссией, он вышел из паба, и решил прогуляться в одиночестве, обдумать сказанное. Медленно побрел в ночной тишине в сторону дома по геометрически правильным улицам маленького, древнего города. Любимого города, по-настоящему родного, хотя на свет он появился далеко отсюда, на другом континенте.

Вокруг уютно клубился пуховый туман, расступался, и тут же смыкался. Где-то там, за белесой пеленой, пряталось величественное здание библиотеки, высокая башня с колоколами, богато украшенные дома из бледно-желтого и розоватого камня, словно впитавшего в себя солнечные лучи. Он шел и думал о том, что наконец может считать себя счастливым. Есть любимая работа, друзья, прекрасная жена, дети… И этот милый город.

Внезапно все переменилось. Невесть откуда пришло чувство: из темноты за ним кто-то наблюдает. Туман потерял пуховый уют, вытянулся щупальцами, вкрадчиво касался шеи, щек, вызывая неприятный озноб. Тишина сделалась звенящей, опасной. «Это просто нервы, — успокаивал он себя. — Просто нервы. Доктор предупреждал…»

И тогда пришли они.

— Сомма, С-с-сомма, с-с-с-мерть… — прошипел над головой омерзительный голос.

— Она танцует средь цветов болиголова, — ручейком зажурчал нежный девичий голосок.

— Птичка и дитя, птичка и дитя, — залепетал следом невидимый ребенок.

— Сомма, с-с-смерть…

Он побежал. Сломя голову, не понимая, куда — лишь бы избавиться от этих жутких звуков. Несся по улицам города, который перестал быть близким и родным. Они летели следом. Голоса, десятки, сотни голосов.

— С-с-смерть… Ты умреш-ш-шь…

— Ты будешь жить в веках! Будешь жить в веках!

— Пауки-и-и, ядовитые паук-х-х-и-и… Тебя уку-с-с-сят паук-хи-и-и…

— Ты гений, ты велик! Мы любим тебя!

— Ты ничтожество, тебя все презирают!

Перекрикивали друг друга, свистели и шипели, восхваляли и проклинали, сулили богатство и скорую гибель, говорили то страшные, то странные, то простые, понятные вещи. Проникали в мозг, иглами впивались в воспаленный разум.

— Она танцует средь цветов болиголова… Она…

— Птичка и дитя…

Он бежал, как бежит от охотников загнанное животное. Лихорадочно озирался в поисках убежища. Свернул в переулок, затем еще в один. В отчаянии принялся стучать в дверь какого-то дома. Никто не открыл, в окнах не зажегся свет. Между тем из тумана смотрели они. Невидимые, неведомые. Смертельно опасные.

— Мы ждем, мы все тут ждем, друг…

— Она танцует средь цветов болиголова…

— Сомма, Сом-м-ма-а-а…

Он ринулся прочь. Свернул еще несколько раз, уткнулся в глухую каменную стену, заметался в поисках выхода. И вдруг понял: бесполезно. Это тупик.

— Это тупик, — подтвердил шипящий голос. — С-с-с-мерть.

— Не бойся, — свирельно пропел девичий голосок. — Не бойся, мы тебя любим.

С отчаянием обреченного он повернулся, плотно прижался спиной к стене, готовясь дать последний бой. Кому? Он не видел и не знал.

Но вдруг, словно по команде, голоса замолкли.

Темное полотно ночи разорвала невыносимо яркая вспышка света. Этот белый абсолют ослепил его, закрыв окружающий мир.

Глава 1

Манагер и шнурок

Серега вышел из офиса, недовольно бурча себе под нос:

— Не работаю, блин. Трутня нашли. Да пусть бы сам попробовал по восемь часов за столом сидеть. У меня уже скоро жопа сплющится…

Осень вступила в свои права: дул промозглый ветер, небо было уныло-серым, как и настроение. Квартальную премию ему не дали. Начальник отдела заявил, что Серега не выполнил план продаж, и вообще, работает плохо.

— Может быть, вам подумать о смене деятельности? — вежливенько сказал этот гнусный мускулистый очкарик в дорогом костюме.

О смене деятельности Серега думать не хотел. Он ничего не умел. Строго говоря, и продавать тоже. Учиться этому или чему другому не желал. Отсиживал свои восемь часов в офисе, за мизерную зарплату, шел домой, к маме, пиву и компу. Трудился в отделе продаж завода резиновых изделий, за что получил от приятелей прозвище Гондон. Убедить, что презервативы продает другой менеджер, а он впаривает клиентам грелки, не получилось, обидная кличка прилипла к Сереге намертво. На самом деле, он отвечал за продажу клизм, но благоразумно об этом умолчал, опасаясь новых насмешек.

На его доход не разгуляешься, квартиру не купишь и даже не снимешь. Приходилось терпеть мамашу с ее нудными поучениями:

— Сережа, помой руки перед едой…

— Сынок, на улице холодно, надень штанишки под брючки…

— Сережа, когда ты меня внуками порадуешь? Тебе уже тридцать. Вот у тети Тамары двое…

— Какие нахрен внуки? — вспомнив мать, вслух проговорил Серега, наклоняясь, чтобы завязать шнурок на кроссовке. — Куда еще в твою хрущобу жену и детей?

Девушки у него не было, регулярного секса тоже не получалось. Так, время от времени, по праздникам, при некотором везении, ухватывал подпившую бабу, которая никому не приглянулась. Тогда был скорый перепих в ванной или общаге какой-нибудь, а то и в подъезде. Потому что дома постоянно торчала мать со своими подружками.

А Сереге нравились красотки — глянцевые, длинноногие, грудастые, с крепкими задами и подтянутыми животами. С пухлыми губами, правильными чертами лиц, гладкой нежной кожей… Однако такие девчонки на манагера внимания не обращали, смотрели будто сквозь него. Иногда он сам себе казался невидимкой. Вспомнив о такой несправедливости, Серега сморщился и замычал, словно от зубной боли:

— Суки продажные. Твари жадные. Требования у них…

Требованиям фитоняш Серега никак не соответствовал, и потому считал, что они явно завышены. Прелестным дивам нужны были перспективные, деловые, уверенные в себе, делающие карьеру. Или уж красивые, спортивные, веселые. Внешностью Серега тоже не блистал: обычное русское лицо, серые волосы, средний рост, пивное брюшко — в спортзал ходить он ленился. Блестящим интеллектом, позволяющим заговорить девушке зубы, вскружить голову умными речами, не обладал. Денег для красивого ухаживания и заваливания цветами не было. Вот и где тут найти девчонку для романтических чувств?

В общем, день не задался, мысли в голове роились исключительно печальные, да еще и чертов шнурок на кроссовке почему-то все время развязывался. В мрачном состоянии духа Серега плелся на электричку — самый быстрый способ попасть домой.

На перроне народу было не так, чтобы много: дачный сезон закончился. Серега остановился в самом конце, недалеко от замечательно хорошенькой блондинки. Высокая, стройная девушка в вызывающе короткой, не по погоде, юбке, Серегу не заметила. Это было привычно, другого он и не ждал. А ему нравились блондинки. Брюнетки, конечно, тоже. Но белокурые казались нежнее, что ли, женственнее.

Шнурок снова развязался. Серега присел на корточки, но тут же забыл, зачем это сделал, и с интересом заглянул под юбку красавицы. Раздался свисток и шум подходящей электрички. Так и не вспомнив о шнурке, Серега поднялся, двинулся ближе к краю перрона, но на втором шаге запнулся. Секунду он балансировал на краю, казалось, вот сейчас выровняется. Вдруг пробегавшая мимо толстая тетка задела его сумкой…

Серега рухнул навстречу гудящей громадине, на мгновение ощутил чудовищный удар. Последнее, что он слышал — истерический визг блондинки. «Все-таки она меня заметила», — мелькнула самодовольная мысль. А потом Серега перестал существовать.

Гул электрички постепенно утихал, менял тональность, превращаясь в назойливое жужжание. Серега повел носом: остро пахло скошенной травой, цветами и еще чем-то. Он открыл глаза и обнаружил, что лежит в стоге свежего сена. Над головой безмятежно голубело летнее небо, солнечные лучи нежно ласкали лицо, а возле лица кружилась муха.

— Не может быть! — прошептал Серега, отмахиваясь от назойливого насекомого. — Я же погиб!

Но на смерть это похоже не было. Он уселся, огляделся вокруг: стог стоял посреди цветущего луга, с одной стороны которого высилась стена густого леса, с другой вдали виднелись дома. Чтобы окончательно убедиться в реальности происходящего, Серега задрал футболку, с силой ущипнул себя за живот.

— Больно, — прокомментировал он.

И тут же забыл о неприятных ощущениях, с удивлением уставившись туда, где полагалось находиться рыхлому брюшку. Теперь живот украшали «кубики» пресса.

— Я попал! Попал!

Он скатился со стога, угодил ногой в коровью лепешку, но не обратил на эту неприятность никакого внимания. Потому что осознал: наконец ему крупно повезло. Теперь он — попаданец в другой мир.

Серега на досуге прочел много книг фэнтези в пестрых обложках, на которых обязательно был изображен брутальный мышцатый герой в обнимку с невероятной красоткой, а то и несколькими сразу. В книгах обычные, ничем не примечательные парни вроде Сереги оказывались в параллельных мирах, и сразу становились героями, волшебниками или даже королями. Им все доставалось без труда: богатство, власть, любовь, а главное — секс.

Вот сейчас пойдет в город, и там наверняка встретит мага, который сообщит: он, Серега, избранный, и быть ему властителем этого мира. Серега решительно зашагал через луг.

Вскоре он оказался на окраине города, и двинулся вглубь, оставляя за спиной низкие деревянные домики. Город был небольшим, примерно через полчаса рабочие кварталы сменились, как Серега про себя определил, «сити».

Здесь были каменные двухэтажные дома, выкрашенные в яркие цвета, между ними змеились узкие мощеные улочки. Серега немного поплутал по городу, но маг с судьбоносными заявлениями навстречу не спешил. Зато тут была настолько интересная разношерстная публика, что он выматерился восхищенным шепотом. Лощеные франты в строгих костюмах конца XIXвека и цилиндрах вели под руку дам в пышных платьях с турнюрами, суетились цыгане в пестрых лохмотьях, деловито пробегали работяги и лавочники в простой холщовой одежде. То и дело мелькали мужчины в кожаных куртках и шлемах, на которых были закреплены круглые очки.

А еще здесь были самые настоящие эльфы! Изящные, белокурые, с невообразимо прекрасными лицами и заостренными ушами, горделивые, статные, с величественной осанкой. Мужчины щеголяли в богато украшенных охотничьих костюмах, на девушках были струящиеся платья нежных цветов. Серега подумал, что каждая из эльфиек в его мире могла бы стать супермоделью или кинозвездой: актрисам из «Властелина колец» было далеко до этих красавиц. Он даже грешным делом заподозрил, что попал на киностудию, но потом отмел эту мысль, как нелепую.

А вообще, все девушки в городе были хорошенькие. Белокурые и черноволосые, стройные и пухленькие, высокие и миниатюрные — на любой вкус. Серега то и дело ловил на себе заинтересованные взгляды милых незнакомок.

Обилие красоток произвело в крови приятное волнение, от этого захотелось есть. Серега понятия не имел, какие деньги тут в ходу, но решил не стесняться: в конце концов, он — будущий король. Отыскал вывеску с изображением дымящегося горшка, и вошел.

В трактире народу было мало, сытно пахло пивом и жареным мясом, шкворчал на вертеле окорок, роняя в огонь капли жира. В животе заурчало. Серега уселся за столик, махнул пожилому толстому хозяину. Вскоре миловидная служанка поставила перед ним тарелку густой ароматной похлебки и большую кружку крепкого темного пива.

— С вас три монеты, господин, — сказал трактирщик, заметив, что Серега доел и собрался уходить.

— На вот, это дороже стоит, — Серега широким жестом протянул старику мобильник. — Небось, такого не видел никогда? Ничего, вот стану вашим королем, заведу сотовую связь.

Трактирщик, против ожидания, ничуть не удивился, только грустно вздохнул.

— Кстати, где у вас тут городской маг? — спросил Серега. — Мне бы пророчество получить.

— Через дорогу его дом, господин, аккурат напротив. Вывеска со звездами.

И проводив уходящего посетителя печальным, как у старого пса, взглядом, небрежно бросил дешевенький китайский телефон в корзину под стойкой. Там уже лежало несколько десятков мобильников.

Серега пересек узкую улочку, остановился возле монументального серого дома, смело забарабанил кулаком по кованой двери. Она приоткрылась, и в образовавшуюся щель высунулась остроносая физиономия с хитрыми бегающими глазками.

— Мне нужен маг, — твердо сказал Серега.

— Ну я маг. А чего… — начал было хозяин, но, разглядев посетителя, резко захлопнул дверь.

— Эй, открой! Мне бы пророчество! — Серега снова стукнул по кованой створке.

— Иди на хуй! — бодро ответил волшебник. — Сил моих нет, как вы достали, идиоты!

Серега несколько растерялся и задумался. Что делать? Пророчество обязательно полагалось по сюжету. Может быть, это не тот маг?

— Это не тот маг, — произнес за спиной нежный женский голос с очаровательным сексуальным придыханием.

Серега резко обернулся, и застыл с раскрытым ртом. Заговорившая с ним блондинка в красной шляпке дала бы сто очков вперед любой прекрасной эльфийке. Ее белокурые, отливавшие серебром, волосы странно контрастировали со смуглой кожей лица. Взгляд больших ярко-зеленых глаз проник прямо в душу Сереги, породив бурю страсти. Красавица, заметив произведенное впечатление, кокетливо поправила шляпу, слегка прикусила пухлую нижнюю губку, потом улыбнулась и повторила:

— Не тот маг. Тебе нужен носитель тайного знания, мой отец. А это просто шарлатан. Идем.

Она развернулась и зашагала прочь. Серега поспешил следом, жалея лишь о том, что не может разглядеть фигуру незнакомки: ее скрывал длинный, черный шелковый плащ.

Людные улицы сменились окраиной, та, в свою очередь, лугом, с которого начался путь Сереги в волшебном мире. Вскоре они оказались на опушке леса.