Читаем Битва за Мелитополь онлайн бесплатно

В октябре 1943 г. на широких просторах Северной Таврии произошло одно из замечательных сражений Великой отечественной войны, в котором советские войска ещё раз продемонстрировали свои высокие боевые качества, а офицеры и генералы Красной Армии показали умение руководить операциями в сложной и трудной обстановке.

23 октября после многодневных упорных боёв войска 4-го Украинского фронта прорвали мощную оборонительную полосу немцев на реке Молочной и овладели городом и железнодорожной станцией Мелитополь — важнейшим стратегическим узлом обороны гитлеровских войск на южном направлении, запиравшим подступы к Крыму и нижнему течению Днепра. После освобождения Донбасса и выхода советских войск в степной район Северной Таврии это была тогда наиболее крупная военная операция на юге.

Приказ Маршала Советского Союза товарища Сталина от 23 октября 1943 г. подвёл общие итоги прорыва на реке Молочной, а салют орудий московской артиллерии возвестил всему миру об одержанной победе.

Операция по прорыву мелитопольских укреплённых позиций немцев на рубеже реки Молочной заняла продолжительное время и развернулась на большой территории. В неё были вовлечены значительные силы войск и большое количество современных технических средств борьбы. Боевые действия носили исключительно упорный характер и завершились полным поражением гитлеровцев на этом участке фронта. Красная Армия погнала остатки разгромленных частей противника на запад и юго-запад и освободила левый берег Днепра в нижнем его течении.

Краткому разбору боевых действий Красной Армии при прорыве обороны немцев на Молочной и развитии наступления к низовьям Днепра и к Перекопу и посвящён настоящий очерк.

Потерпев решительное поражение на реке Миусе и в Донбассе, немецко-фашистские войска, теряя один рубеж за другим, отошли в степной район Северной Таврии, где закрепились на мелитопольских оборонительных позициях, заблаговременно подготовленных ими на рубеже реки Молочной.

Этот естественный рубеж, пересекающий таврические степи с севера на юг, от Большого Токмака до Мелитополя и далее, до озера Молочное, в которое впадает река Молочная, создавал благоприятные условия для прикрытия с востока почти всего нижнего течения Днепра. Оба берега реки заболочены и представляют собой естественное препятствие. Кроме того, в Молочную впадает ещё несколько речек. Всё это создавало целую систему внушительных водных преград. Инженерные укрепления должны были, по расчётам немцев, усилить эту систему водных преград и сделать их неприступными.

Для выполнения этой задачи гитлеровцы приложили много усилий. Инженерные сооружения на Молочной строили специальные технические батальоны, на строительство были насильно согнаны, из окрестностей десятки тысяч жителей.

Северный фланг мелитопольской позиции примыкал к днепровским плавням, а южный упирался в озеро Молочное, являющееся частью Азовского моря. Немцы создали здесь до шести оборонительных полос и основательно усилили их артиллерией, миномётами и другим вооружением.

О степени насыщения обороны огневыми средствами свидетельствуют показания пленного унтер-офицера Таубе. На участке era взвода протяжением всего в 20 метров имелось 25 ручных и 4 станковых пулемёта. На ряде других участков плотность огня была ещё выше. Местами были созданы дзоты[1] и бетонированные точки. Все населённые пункты, расположенные в нескольких километрах к западу и к востоку от реки Молочной, были превращены в. опорные пункты, между которыми немцы организовали систему фланкирующего огня[2].

Чтобы затруднить или остановить наступление наших войск, немцы широко применяли различного рода заграждения и создавали препятствия. Они минировали дороги, дамбы, гати, взрывали мосты, сжигали населённые пункты, назначая для выполнения своих злодейских замыслов специальные команды поджигателей.

Город Мелитополь, который являлся центральным пунктом обороны, гитлеровцы разбили на участки и превратили буквально каждую улицу, каждый дом в оборонительные точки, обеспечив их значительным количеством живой силы и огневого вооружения.

На одном из участков восточных подступов к реке Молочной они вырыли два противотанковых рва и заполнили их водой. Господствующее положение западного берега реки Молочной с раскинутыми там холмами давало немцам возможность широкого обзора подступов с востока и позволяло вести огонь из всех видов оружия.

Глубина рвов местами достигала нескольких метров. Проволочные и минные заграждения покрывали предполье к главной оборонительной полосе противника.

Дальнобойная артиллерия, расположенная в глубине обороны гитлеровцев, должна была вести огонь, по подходящим резервам советских войск, чтобы ослабить силу их удара по немецким укреплениям. Соединявшая Мелитополь с Крымом железная дорога находилась под контролем бронепоездов, беспрерывно курсировавших по ней.

Особенно сильно в инженерном отношении был укреплён участок к северу и северо-востоку от Мелитополя, расположенный в полосе между верховьями рек Молочной и Карачекрака.

В сочетании с опорными пунктами — Гейдельберг, Эристовка, Андребург, Н. Мунталь, Грозов, Ворошиловка и другие — этот участок представлял собой оборонительную полосу глубиной 10–12 километров с оборудованными на ней мощными противотанковыми и противопехотными препятствиями.

Рубеж реки Молочной имеет свою историю. В 1920 г. барон Врангель создал на нём мощные оборонительные укрепления, пытаясь не допустить Красную Армию к крымскому перешейку. Однако план Врангеля потерпел полный крах. Руководимые выдающимся полководцем М. В. Фрунзе, войска Красной Армии в октябре 1920 г. в решительном сражении разбили армию Врангеля в Северной Таврии. Двадцать три года спустя такая же участь постигла и немцев.

В планах германского командования мелитопольские укреплённые позиции играли видную роль, немцы возлагали на них большие надежды. Гитлеровское командование знало, что эти позиции являлись последним наиболее сильно инженерно подготовленным естественным рубежом, который должен был прочно прикрыть вою причерноморскую низменность и подступы к Крыму.

Любители громких и пышных фраз, немцы назвали рубеж мелитопольских укреплённых позиций «восточными воротами к Крыму». Так, в свое время они назвали орловский плацдарм «бастионом немецкой обороны на востоке», Гжатск — «пистолетом, приставленным к сердцу России — Москве», смоленский плацдарм — «воротами на восток», а рубеж Днепра — «днепровским валом» и т. п. Однако гитлеровцам не удалось удержать ворот к Крыму и низовьям Днепра.

Стремление немцев во что бы то ни стало удержать рубеж обороны на Молочной вызывалось ещё и тем, что советские войска к октябрю перешагнули Днепр севернее и южнее Киева и вели успешные бои по расширению плацдармов на его правом берегу. Задача противника состояла в том, чтобы, закрепившись на мелитопольских позициях, перезимовать здесь, а весной снова начать наступление на Донбасс. Гитлеровцы рассчитывали перемолоть на укреплениях Молочной наши дивизии и сделать их неспособными к дальнейшему наступлению. Это был очередной просчёт врага.

Чтобы закончить характеристику мелитопольских укреплённых позиций обороны немецко-фашистских войск, необходимо ещё отметить их связь с днепропетровским и запорожским плацдармами, которые являлись в оперативном отношении как бы продолжением мелитопольских укреплённых позиций.

Естественно, что утеря рубежа обороны на Молочной значительно ухудшила бы положение группировок немецких войск, находившихся на этих плацдармах. Так впоследствии и получилось. В процессе завязки боёв по прорыву укреплений противника на Молочной наши войска 14 октября 1943 г. взяли Запорожье, а после прорыва на Молочной овладели Днепропетровском.

Одна из сильных сторон Красной Армии и её военного искусства и заключается в том, что последовательные удары на разных направлениях сливаются в общий мощный удар, подчинённый единой цели и направляемый твёрдой волей Верховного Командования Красной Армии.

Оборона мелитопольских укреплённых позиций на реке Молочной была поручена армии генерал-полковника Холлидта, уже основательно потрёпанной в боях за Донбасс. Гитлеровское командование пополнило эту армию свежими частями, переброшенными с других участков фронта. Некоторые из этих частей немцы перебросили из Крыма по железной дороге и на самолётах. Так, когда завязались бои под Мелитополем, германское командование спешно направило туда целую дивизию, предназначенную ранее для отправки на другой фронт. Оборону Молочной южнее Мелитополя немцы поручили румынам, а свои части стянули в район города. Для усиления группировки войск, имевшейся на рубеже Молочной, немцы подбросили туда в общей сложности до 10–12 пехотных дивизий.

Перед войсками генерала Холлидта была поставлена задача удержать во что бы то ни стало занимаемый рубеж укреплённых позиций. Небезынтересны в этом отношении показания пленного Шульвер-Вернера, который заявил: «Офицеры сказали, что фронт у Мелитополя надо удержать, хотя бы пришлось погибнуть нам всем, так как прорыв русских на этом участке будет угрожать всей крымской группировке. Под страхом смерти нам было приказано не отдавать ни одного дома в Мелитополе».

В Берлине чеканились специальные кресты для награждения отличившихся при обороне мелитопольских позиций, а частям, защищавшим их, выдавался тройной оклад жалованья.

Наступлению советских войск на Молочную предшествовала усиленная боевая деятельность нашей авиации. В течение последних дней сентября и первой половины октября части военно-воздушных сил Красной Армии подвергли интенсивной бомбардировке скопления воинских эшелонов противника на станции Мелитополь и на железнодорожных перегонах к ней. Своими мощными ударами советские лётчики причинили немцам значительный ущерб, разгромив ряд воинских эшелонов и тыловых баз. Одновременно наша бомбардировочная и штурмовая авиация произвела ряд эффективных налётов на неприятельские войска, находившиеся на подходах к Мелитополю и сосредоточенные в его окрестностях.

26 сентября наступлением наших войск северо-восточнее Мелитополя был нанесён удар по неприятельским позициям, расположенным между верховьями рек Молочной и Карачекрака. Завязались ожесточённые бои, которые длились несколько дней. Войскам Красной Армии удалось совершить частный прорыв на фронте протяжением 22 километра и вклиниться в расположение немецко-фашистских войск на глубину от 2 до 6 километров. Был захвачен ряд населённых мест, превращённых немцами в опорные пункты.

Однако укрепления противника на этом участке полностью не были прорваны.

В период упомянутых событий действия под Мелитополем носили вспомогательный характер. Но в конце сентября и начале октября наше командование осуществило замечательный по замыслу и смелости манёвр, которым было положено начало прорыву укреплённых позиций противника на Молочной.

Суть манёвра сводилась к следующему. Разведкой было установлено, что на западном берегу Молочной, к югу от Мелитополя, находится важный опорный пункт немцев, созданный на высоте. Эта высота с востока была опоясана глубоким рвом, имевшим отвесные стены. Река в этом месте представляла собой широкое болото. Немцы обороняли высоту крупными силами, а ров и болото держали под непрерывным артиллерийским, миномётным и пулемётным огнём.

Наше командование решило внезапным ударом захватить этот опорный пункт. Для выполнения этой задачи были выделены три стрелковых батальона под командованием старших лейтенантов Широбокова, Гусева и Кальныша. Общее руководство манёвром было возложено на майора Бачило. Всё было построено на быстроте и внезапности действий. Все три батальона стремительно вышли к Молочной и, нацелив свой удар через селение Мордвиновку, в 7 километрах южнее Мелитополя, форсировали реку. Затем последовал штурм сильно укреплённого опорного пункта противника перед Мелитополем. Овладев, им и плацдармом перед Мелитополем, героические батальоны удерживали его до подхода главных сил.

Вот как описывает этот подвиг военный корреспондент газеты «Правда» подполковник Величко:

«Рослый ширококостый комбат Александр Широбоков выбросил свой батальон к Молочной стремительно, внезапно. Этот переход от деревни к речке был настоящей удачей. Белая папаха Александра Широбокова уже маячила в камышах, когда два остальных батальона по очереди начали совершать такой же незаметный переход.

Немецкая артиллерия и миномёты открыли огонь. Казалось, они стреляли по пустому месту — высокие, как лес, камыши Молочной не выдавали ни одного движения. А между тем в них шла борьба. Солдаты форсировали болотистую речку вброд. Навьюченные пулемётами, патронными ящиками и миномётами, люди глубоко вязли в воде и тине. Гулко падали в болото снаряды и мины. Камыш и осколки резали людей.

Вечером появился в камышах Василий Бачило, собрал командиров батальонов и рот и долго совещался с ними.

В эту ночь никто не сомкнул глаз.

Участок штурма был узок — всего 300 метров по фронту. Каждый батальон получил свои 100 метров…

Непроглядная ночь.

— Пора начинать!

Камыши зашумели. В темноте замаячили лестницы, закачались над людьми.

Штурмовые группы поползли к эскарпу[3]. Медленно они приближались к стене, на которой многих ожидала смерть. Никто не думал об этом. Люди презирали и ненавидели немцев, а это чувство было неподвластно смерти.

Один час ноль-ноль минут.

С наблюдательного пункта майора Василия Бачило взлетела белая ракета в зенит — сигнал на подвиг и славу.

И поднялись лестницы, закачались, двинулись к стене. В отсветах немецких ракет мелькнули их необычайные, огромные тени и тени людей, бросившихся на стену. Тьма расступилась. На протяжении трёхсот метров стена закипела, зашевелилась, объятая трассирующим огнём автоматов и пулемётов, взрывами гранат и светом множества ракет.

Группа Цурикова выкатилась на стену змейкой. Немецкий пулемётчик повернул на неё ствол и не успел: гранаты подняли его на воздух. Затем змейка ударила гранатами по окопам, бросилась вперёд.

— Комсомольцы, не отставать! — послышался ясный девичий голос.

Мария Батракова — комсорг батальона — показалась на вершине лестницы, и солдаты видели, как она бросилась вперёд, таща за собой тяжёлый пулемёт.