Читаем Без стежка онлайн бесплатно

Виктория была настолько сосредоточена на образце почвы, который изучала, что только когда Эдвард прочистил горло, она поняла, что не одна. Она подпрыгнула и подняла глаза, и увидела своего помощника, стоящего рядом с ней, его обычно бледный цвет лица был даже белее обычного.

— Что случилось? — спросила она, и от тревожного подозрения у нее свело желудок.

— Правление приняло решение.

У нее свело живот. Виктории не нужно было слышать эти слова. Она видела решение в жалости, таящейся в его глазах.

— Мне очень жаль, — сказал он. — Они сократили финансирование. До конца месяца вам нужно освободить помещение.

— Как они могли? Они обещали мне, что я буду пользоваться этой лабораторией в течение пяти лет, а прошло всего тридцать восемь месяцев и шесть дней.

Эдвард опустил глаза, избегая ее взгляда.

— Бюджет был сокращен по всем направлениям, и доктор Мэннинг сказал, что им нужно место для более важного проекта.

Ее рот скривился.

— Более важного? Ха. Он имеет в виду более прибыльного.

Сколько раз раньше она становилась жертвой одного и того же аргумента? Ее работа была сосредоточена на недорогих альтернативах дорогостоящим проектам рекультивации, а этот результат не привлекал корпорацию, стремящуюся увеличить свою прибыль. Как бы ей ни хотелось прийти в кабинет доктора Мэннинга и потребовать, чтобы он поддержал первоначальное соглашение, опыт научил ее, что это будет тщетное усилие.

Вместо этого Виктория вздохнула и оглядела свою лабораторию. Она добилась прогресса — настоящего прогресса — и необходимость поиска нового места окажет серьезное влияние на ее график. Должен быть способ продолжить ее работу даже без этой лаборатории. Ее исследования слишком важны, чтобы отказываться от них сейчас.

Она подняла подбородок и заставила себя улыбнуться Эдварду. В конце концов, это не его вина.

— Спасибо за уведомление. Я немедленно начну собирать лабораторию. Нет смысла откладывать это на последнюю минуту.

Он кивнул, и на его лице промелькнуло облегчение.

— Я рад, что вы понимаете. Если я могу чем-то помочь, пожалуйста, дайте мне знать.

— В этом нет необходимости, — сказала она. — Вы сделали достаточно. Мне понравилось работать с вами.

— Мне тоже это понравилось. Если бы…

Он не закончил свою мысль, просто снова кивнул и ушел.

Что же ей теперь делать? Ее грант покрыл бы расходы на исследования и расходные материалы, но проблема заключалась в самой лаборатории. Аренда подходящего места обошлась бы непомерно дорого, даже если бы она добавила к этому небольшую стипендию, которая в настоящее время выплачивается за ее скромное жилье. Она была не прочь поспать на раскладушке в своей лаборатории — так было и раньше, — но без лаборатории это было невозможно.

Это означало, что она вернулась в то же положение, в котором находилась тридцать восемь месяцев и шесть дней назад: исследователь, которому негде проводить исследования. Ее грант не был достаточно большим, чтобы соблазнить большинство университетов, если только она не была готова преподавать. Виктория вздрогнула. Ее попытки стать ассистентом преподавателя во время получения ученой степени не увенчались успехом.

Отчаянно пытаясь найти решение, она вытащила несколько коробок и начала собирать вещи. К тому времени, когда Эдвард вернулся поздно вечером, большая часть ее вещей была упакована в дюжину удручающе маленьких и легких картонных коробок.

Эдвард нервно постучал в дверь и неуверенно посмотрел на нее.

— Грузчики прибудут сюда завтра, чтобы упаковать и поставить на хранение основное оборудование. Вам нужна помощь с погрузкой машины?

— Нет, я справлюсь.

Она взяла первую коробку и печально улыбнулась ему.

— По крайней мере, что касается машины. Я понятия не имею, куда денусь после этого.

Он колебался, теребя ручку в кармане рубашки.

— Вам обязательно оставаться в этом районе?

— Не обязательно, хотя, если переберусь слишком далеко, мне придется изменить протоколы. Мне просто нужно доступное место, чтобы продолжить свою работу, где-нибудь в уединенном и изолированном месте.

— У меня есть идея. Помните, вы слышали о городе под названием Кричащий Лес? Оно несколько раз было в новостях, — добавил он, когда она непонимающе посмотрела на него.

— Кричащий Лес? Не помню.

— Это небольшой сельский городок в нескольких часах езды к северу отсюда, окруженный густым лесом. Местные жители довольно… своеобразные, но аренда дешевая, и никто не будет беспокоить вас из-за странных шумов или запахов, доносящихся из вашей собственности.

В ее груди зажглась искра надежды.

— Звучит идеально.

— Вы уверены? У города не очень хорошая репутация. Двадцать лет назад произошел инцидент, и люди… изменились.

Он глубоко вздохнул, его узкая грудь приподнялась.

— Я приехал оттуда. Это мой родной город.

— Я не помню, чтобы видела это в вашем резюме.

— Потому что его там нет. Я использовал адрес моей тети.

Виктория вздохнула.

— Думаю, я могу это понять, если у города странная репутация. Хотите ли вы дать мне свой настоящий адрес, чтобы я могла связаться с вами, если не найду новое место?

— На самом деле именно поэтому я поднял этот вопрос. Сегодня днем я сделал несколько звонков и думаю, что там может быть место, которое могло бы вам подойти. Это если вы уверены, что не против того, чтобы вас окружали люди, которые немного… отличаются.

Что-то вдруг вспыхнуло в ее памяти.

— Разве это не то место, которое вроде как полно монстров?

Эдвард закрутил ручку еще быстрее и неохотно кивнул, но его явное опасение не остановило ее. Она скорее рискнет сразиться с монстрами, чем бросит работу.

— Люди всегда думали, что я другая, — честно сказала она. — Если вы сможете найти лабораторию, которую я могу себе позволить, мне все равно, буду ли я жить рядом с человеком-волком.

Эдвард внезапно улыбнулся.

— Поскольку он управляет гостиницей типа «ночлег и завтрак» в центре города, я не думаю, что это будет уместно. У меня на уме кое-что получше.

Три недели спустя Виктория остановилась перед своей новой лабораторией и удовлетворенно улыбнулась. Эдвард нашел для нее идеальное место. Снаружи он по-прежнему напоминал тот сарай, которым когда-то был — раскинувшееся красное строение с облупившейся краской и наклоненным флюгером, — но внешний вид ее не волновал. Пространство внутри было именно тем, что ей нужно для простой, но вполне адекватной лаборатории. В одном конце строения была даже небольшая квартирка, где она могла жить.

С силой распахнув дверцу своей древней машины, Виктория глубоко вдохнула чистый деревенский воздух. Она никогда не обращала особого внимания на свое физическое окружение, но должна была признать, что это приятное отличие от постоянного запаха дизельного топлива и дыма в промышленной зоне, где располагалась ее старая лаборатория. Лишь слабое щебетание птиц и тихое жужжание насекомых нарушали тишину.

Она снова улыбнулась и начала разгружать машину. Когда Виктория потянулась на заднее сиденье, чтобы взять одну из своих скудных коробок с вещами, крошечные волоски на ее затылке зашевелились. Она внезапно почувствовала полную уверенность, что за ней кто-то наблюдает.

Поставив коробку обратно, Виктория выпрямилась, стараясь выглядеть непринужденно, и тайно осматривала окрестности. Сарай находился на небольшом расстоянии от дороги, ведущей в Кричащий Лес. Два огромных дуба обрамляли сарай, а еще больше деревьев покрывали склон, поднимающийся за сараем. Сцена была такой же красивой и деревенской, как и минуту назад, но она внезапно осознала, что одна. Она выбрала сарай именно из-за изолированного места, но тишина вдруг показалась ей скорее зловещей, чем мирной.

Она не была женщиной, склонной к глупым полетам фантазии. Даже в детстве она проводила время за решением математических уравнений, а не за чтением сказок. Во время переговоров по поводу сарая Виктория уже встречалась с несколькими обитателями Кричащего Леса, и, хотя они, возможно, были немного… необычными, они ее не напугали.

С вершины ближайшего дерева внезапно крикнула птица, и Виктория подпрыгнула, а затем засмеялась своей пугливости. «Это просто птица». Покачав головой от собственной глупости, она снова взяла коробку и вошла внутрь.

Оказавшись внутри сарая, знакомый вид ее оборудования и рядов экспериментальных кроватей успокоил ее еще больше. Высокие стропила помещения и свет, льющийся из окон высоко над головой, приятно отличались от металлической решетки из акустической плитки и флуоресцентных ламп. Виктория одобрительно кивнула и понесла коробку в свою новую квартиру.

Расположенная за большим офисом в передней части здания, квартира состояла из небольшой гостиной и еще меньшей кухни. В гостиной было большое окно с видом на лес за сараем, как и в спальне на чердаке, и, к счастью, она была обставлена старой, но удобной мебелью. Она всегда жила в меблированных комнатах, и ее единственным настоящим предметом мебели было кресло-качалка, которое ей подарил научный руководитель, когда она получила докторскую степень.

Виктория поставила коробку на поцарапанный деревянный журнальный столик и вздохнула с облегчением. «Все будет хорошо». Движение за окном заставило ее поднять голову, но среди пышной растительности ничего не двигалось. «Должно быть, это ветер», — решила она, а затем ахнула от восторга, когда в поле зрения появился олень, наклонившийся, чтобы покусать нежные побеги у основания дерева.

Олень внезапно замер, одно копыто зависло над землей, а голова дернулась вверх, глядя прямо на Викторию светящимися черными глазами.

Она стояла неподвижно, сердце ее колотилось. Ожидая. Затем олень бросился в лес, его белый хвост поник, и она вздохнула с облегчением. Почему эта встреча встревожила ее? В олене определенно не было ничего угрожающего. Отбросив страх, пробежавший по ее коже, она вернулась к распаковке машины.

К тому времени, когда все было выгружено, она уже устала. Виктория порылась в сумке с припасами, которую любезно оставила хозяйка Инга, и нашла буханку хлеба и кусок сыра. Довольствуясь простым сэндвичем и бокалом вина, она наблюдала, как ночь опускается на лес, полная тьма далека от вездесущих огней города. Устало вздохнув, Виктория поднялась по винтовой лестнице на чердак, сняла с себя одежду и опустилась на толстый матрас. Через несколько минут она заснула только для того, чтобы увидеть во сне загадочные зеленые глаза, спрятанные среди листьев, и оленя, предлагающего ей чашку чая.

На следующее утро она устало зевнула, заваривая кофе. Виктория поставила кресло-качалку перед большим окном и поднесла к нему свою кружку, осторожно покачиваясь, попивая кофе и глядя на лес. На этот раз она заметила узкую тропу, ведущую к деревьям. Должно быть, именно туда накануне умчался олень.

Она никогда не любила отдыхать на свежем воздухе — ее жизнь прошла в классах и лабораториях, — но окружающая ее пышная зелень была неожиданно манящей. Поддавшись несвойственному ей порыву, Виктория надела кроссовки и пошла исследовать след.

Тропа была немного заросшей, но совершенно очевидной, и она решила пойти по ней до того места, где в последний раз видела оленя. На полпути к склону она заметила впереди белую вспышку его хвоста. Не обращая внимания на ее присутствие, олень погрыз несколько листьев и пошел дальше. Следуя за ним, она автоматически начала отмечать, какие растения он выбрал, а каких избегал.

Виктория была так очарована, что открытая поляна на вершине холма застала ее врасплох. Олень тоже, казалось, был испуган и помчался через поляну с поразительной скоростью. Достигнув другой стороны, он остановился и посмотрел на нее, его тело было наполовину скрыто глубокими тенями под деревьями. На мгновение она могла поклясться, что олень стоял на задних лапах и наблюдал за ней.

«Нелепо». Виктория моргнула и покачала головой, а когда оглянулась, олень выглядел совершенно нормально: все четыре ноги твердо стояли на земле. Он помедлил еще секунду, а затем бросился в лес. Когда звуки его отступления затихли, Виктория снова почувствовала покалывание в затылке. Ощущение наблюдения вернулось.

С колотящимся сердцем она повернулась, чтобы осмотреть остальную часть поляны. На самой высокой точке на фоне неба вырисовывался силуэт гигантской ветряной мельницы. Сильно обугленные стены и почерневший каркас парусов указывали на пожар, который, должно быть, уничтожил ее, но это все равно представляло собой впечатляющее зрелище, возвышающееся над вершиной холма. Большое, прочное бревенчатое здание занимало нижнюю часть поляны, огромные двойные двери были распахнуты, открывая внутри что-то вроде коллекции мебели.

Если не считать двух зданий, на поляне было пусто, но она была совершенно уверена, что не одна. Она попятилась к тропе, ее сердце колотилось.

— Привет?

Никакого ответа. В лесу было пугающе тихо.

— Кто здесь? — спросила она, пытаясь говорить уверенно. — Пожалуйста, выйдите. Обещаю, что не кусаюсь.

Еще какое-то время воздух оставался абсолютно неподвижным, а затем послышался слабый шелест ветвей. Мужчина вышел из тени на опушке леса рядом с бревенчатым зданием. Нет, не мужчина.

Монстр.

Он был высоким, настолько высоким, что возвышался над ней, а она не была маленькой женщиной. Массивные плечи напрягались в открытой фланелевой рубашке, но не размер делал его чудовищным. Его кожа была бледно-серебристого цвета и испещрена линиями швов. Швы окружали его запястья и шею и образовывали толстую полосу по центру груди. Еще один шрам разделил пополам то, что когда-то, должно быть, было красивым лицом. Пронзительные зеленые глаза смотрели на нее из-под копны прямых темных волос. Хотя она знала, что никогда раньше не встречала его, неожиданное чувство узнавания охватило ее, когда их глаза встретились.

— Монстр Франкенштейна, — прошептала она.

Двумя неделями ранее…

— Я сдала сарай, — небрежно сказала Инга, не отрываясь от экрана ноутбука, где обновляла инвентарь Фрэнка.

— Что ты сделала? — прорычал он, отвлекаясь от недоделанного стула, который шлифовал.

— Сдала в аренду сарай. Хорошей женщине. Она переезжает сюда из города, и ей нужно достаточно просторное помещение для работы.

— Какой вид работы?

— На самом деле я не спрашивала.

Его охватил ужас. Что она ему не договаривает?

— Я не хочу сдавать сарай в аренду.

Инга подняла идеально ухоженную светлую бровь.

— Ты сказал мне найти арендатора.

— Это было пять лет назад!

Пять лет назад, когда казалось невозможным зарабатывать на жизнь изготовлением мебели. Когда его ограниченный трастовый фонд иссяк и никому не нужна была наемная рабочая сила, особенно большая, неуклюжая наемная рабочая сила. В волнении Фрэнк повернулся и зашагал по цеху и тут же врезался в верстак, отбросив в воздух две только что вывернутые ножки и облако опилок.

«Черт!» Несмотря на годы, прошедшие после инцидента, в тот момент, когда он забыл свой новый размер и силу, случилась катастрофа.