Читаем Беспрецедентная пара (ЛП) онлайн бесплатно

— Послушай меня, Скамандр, ты не странный.

— Я не…

Когда он взглянул на меня, я решительно покачала головой, заставляя его замолчать. Я слегка наклонилась через стол, удерживая его взгляд и говоря медленно, чтобы он понимал каждое слово:

— Ты не странный, ты добрый, яркий и замечательный, Скамандер. Не сомневайся в этом.

Публикация на других ресурсах: Разрешено только в виде ссылки

========== Глава 1. Беспрецедентное сочетание ==========

Было странно, как все изменилось, как твое восприятие места могло измениться за такое короткое время. Хогвартс — когда-то мое любимое место, куда я с нетерпением ждала возвращения после каждых летних каникул, — теперь было местом, где я боялась находиться. Раньше это был дом, где я знала, что мне самое место, и я наслаждалась каждым днем в школе.

Но теперь, когда я сидела, прячась в библиотеке, слишком хорошо осознавая, что на меня смотрят, когда люди притворялись, что не смотрят на меня, я пожалела, что вернулась. Больше всего на свете я жалела, что не прислушалась к благонамеренному, но слегка приводящему в бешенство предложению моей матери перейти на домашнее обучение. Она предложила мне возможность безопасно завершить свое образование на территории моего дома, но, Салазар, я была слишком горда, чтобы принять это предложение. Я была слишком уверена в стальной броне, которой, как мне казалось, обладала, чтобы согласиться. Откуда мне было знать, что у меня нет никакой брони? Вместо того, чтобы быть защищенной, все шепоты, все взгляды легко проникали сквозь мою кожу и усеивали ее сотнями невидимых шрамов.

Глубоко вздохнув, я потерла руки, как будто хотела облегчить несуществующую боль от взглядов, пронзающих меня заживо. Почему они смотрели на меня? Почему они все не могли просто оставить меня в покое? Я ничего не сделала. С тех пор как я вернулась на шестой курс, все, что я делала, это старалась не высовываться, держаться особняком и просто работать над завершением своего образования. Это было все, что я хотела сделать. Все, что я делала, это работала над своим эссе по зельеварению. Я демонстративно забилась в угол библиотеки, за стол, которым никто не пользовался, но все равно не могла избежать перешептываний. Это было еще хуже, потому что никто из них не верил, что они были жестоки.

Сжимая перо в напряженных пальцах, я пыталась остановить себя, я пыталась бороться с желанием, и все же я не могла. Ослабив хватку на пере так, что костяшки пальцев перестали быть белыми, я взглянула на двух студентов, сидящих за ближайшим ко мне столом. Эти двое, мои соседи по общежитию и друзья — или, возможно, бывшие друзья были лучшим описанием, — сидели, притворяясь, что заняты своими заданиями, но это было далеко от истины. Эти двое, увидев, как я вхожу в библиотеку, покинули свое место за ближайшим ко входу столом и проследили за моими шагами, прежде чем сесть за ближайший ко мне стол. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять почему.

Ратна и Тандо, которые уже давно перестали даже держать в руках свои перья, оживленно разговаривали друг с другом голосами слишком громкими для того, чтобы быть шепотом. Их слова легко доходили до меня, но, зная, что у обоих может быть мстительная жилка, которую я разделяла, но которая в последнее время исчезла, они хотели, чтобы я слышала каждое слово. Была ли я тоже настолько жестока?

— Некоторые люди будут притворяться невиновными, — беззаботно начала Ратна, — несмотря на то, что они совсем не такие. Просто смешно, на что готовы пойти люди, чтобы притвориться жертвой.

Я была жертвой, я хотела протестовать, но придержала язык. Они хотели зрелища. Они хотели, чтобы я ответила, поэтому я не стала.

Вместо этого я молча выслушала, как Тандо ответил:

— Ты знаешь, я не из тех, кто говорит такие вещи, но кое-кто действительно заслуживает того, что с ними происходит. Чего еще она ожидала после того, как так обвела Кэрроу вокруг пальца?

Прерывисто выдохнув, я приказала себе оставаться на месте, оставаться там, где я была, и чтобы мой стальной позвоночник вернулся. Но сила, которая у меня была всегда, с которой, я была уверена, я родилась, увяла и заржавела, и ее нигде не было видно. Это было просто слишком сложно. Это было слишком сложно и слишком много. Собирая свои вещи трясущимися руками, я мысленно приказала им остановиться, хотя бы для того, чтобы не спотыкаться, пытаясь достать все. Как и все остальное, они отказались слушать.

Ратна и Тандо, которые, я была уверена, следили за каждым моим движением орлиными глазами, начали смеяться, и от этого пронзительного звука у меня защекотало в руках. Были ли мы когда-нибудь по-настоящему друзьями? Я изо всех сил старалась не обращать на них внимания, потерпев сокрушительную неудачу, но в конце концов сумела сложить все в свою сумку. Я была уверена, что мое эссе теперь превратилось в скомканное месиво, но мне просто нужно было уйти от пристального внимания. Только я не была уверена, что в этом замке есть какое-нибудь место, где я могла бы это сделать. Тем не менее, мне просто нужно было убраться отсюда.

Встав из-за стола, я быстрыми шагами вышла из библиотеки. Я не могла идти в разумном темпе и ставить одну ногу перед другой. Прежде чем я осознала это, я выскочила в коридор и практически побежала к общей комнате, не обращая внимания на студентов вокруг меня или на то, чтобы смотреть, куда я иду. Я просто хотела добраться до своей комнаты, забраться в кровать, плотно задернуть шторы и отгородиться от всего остального.

Резко повернув за угол, я столкнулась с кем-то еще, уронив свою сумку, она отлетела в сторону. Студент, хаффлпаффец, судя по проблеску желтого, который я увидела, прежде чем присела, чтобы помочь собрать разбросанные книги. Быстро пробормотав извинения, я сложила тексты вместе, прежде чем протянуть их студенту. Скамандер, как я поняла, смотрел на меня широко раскрытыми глазами, все еще немного удивленный тем, что я столкнулась с ним.

— Извини, — снова тихо сказала я, ожидая, пока он возьмет книги. В конце концов он это сделал и я быстро отвела взгляд; казалось, я больше не могла смотреть никому в глаза.

— Все в порядке, — заверил он меня, прежде чем протянуть мне что-то — мою сумку. Быстро приняв её, я перекинула сумку через плечо и повернулась, чтобы уйти, не желая задерживаться дольше, чем необходимо.

Но, похоже, он хотел что-то сказать. Поэтому я колебалась еще мгновение, несмотря на то, что думала, что он может отреагировать так же, как и другие студенты. Было трудно дать людям преимущество сомнения, независимо от того, к какому дому они принадлежали. Когда он больше ничего не сказал, я торопливо пробормотала «до свидания» и продолжил свой путь, теперь уже в более разумном темпе. Мне не нужно было натыкаться на кого-то еще по пути.

Наконец добравшись до общей комнаты, я сказала пароль и направилась прямо в свое общежитие, не потрудившись поприветствовать никого из студентов, находившихся в большой комнате. Войдя в общежитие, я закрыла за собой дверь и направилась к своей кровати. Забравшись на матрас, я приготовилась задернуть шторы, когда мой взгляд задержался на другом человеке в комнате. Радуясь, что наконец-то вижу благодарное лицо, я изо всех сил старалась не дать моей тщательно сконструированной маске безразличия рухнуть. Вместо этого мне удалось с некоторым успехом одарить Стефани водянистой улыбкой.

— О, Лэндис, — сказала она со вздохом, покидая свое место и приближаясь ко мне. Она присела на край моей кровати, задернув занавески вокруг нас, чтобы мы остались одни. — Ты хочешь поговорить об этом?

— Нет, — честно сказала я. Глубоко вздохнув, я попыталась одарить её настоящей улыбкой, но потерпела неудачу. — Я пытаюсь игнорировать все это, но это просто трудно.

***

Мне было жаль существо, стоявшее передо мной. Глумбамбл, пойманный и запертый в маленькой коробке передо мной, летал по небольшому пространству, неоднократно пытаясь сбежать, но в конечном итоге то и дело ударялся о стекло своей клетки. Профессор настаивал на том, что он зачаровал шкатулку, чтобы убедиться, что за существом ухаживают, но, изучая существо, меланхолично сидевшее на полу, я не могла не согласиться. Я не была уверена, что существа могут казаться меланхоличными, но не было никаких сомнений, что этот бедняга Глумбамбл был таким.

Надеясь, что существо будет освобождено или, по крайней мере, выпущено в большое пространство после окончания урока, я сосредоточилась на эскизе, который мне было поручено создать. Мой рисунок был ужасен, но я поняла, что наличие небольшого рисунка рядом с моими рукописными заметками поможет мне, когда дело дойдет до пересмотра в конце года. И что ж, если рисунок помогал мне отвлечься от колючей болтовни, которая происходила вокруг меня, то это тоже было хорошо. Хотя, как бы я ни старалась, я не могла удержаться от того, чтобы слова не пронзили мои уши.

Растушевывая пушистые лапки моего маленького рисунка, я нажала слишком сильно, когда услышала, как кто-то произнес мое имя. Они говорили обо мне. Напрягая плечи, я отложила карандаш и смахнула сломанный грифель со своего пергамента. Сдув остатки, я рискнула краем глаза взглянуть на студентов, сидящих за своим столом, они должны были заниматься своим собственным изучением существ, но они наблюдали за мной. Надеясь, вопреки всякой надежде, что они прекратят, я опустила руки на колени и сжала их в крепкие кулаки, желая, чтобы меня оставили в покое. Но, конечно, этого было слишком много, чтобы просить.

Стулья за столом резко заскрежетали по полу, когда один из парней из-за стола встал, и я не стала ждать, чтобы узнать, куда они направляются. Вместо этого я быстро встала со своего места, взяла своего Глюмбамбла, поспешила прочь от своего стола и попыталась создать некоторое пространство между нами, возвращая существо в переднюю часть класса. Это было бесполезно. Я обнаружила, что мой путь к отступлению был отрезан студентом, стоящим передо мной и преграждающим мне путь.

Сделав глубокий вдох, я собралась с духом и посмотрела в насмешливое лицо студента, смотрящего на меня сверху вниз. Кэрроу — конечно, это была Кэрроу — стояла передо мной с притворной улыбкой, ожидая меня. Сжимая рукава своей мантии крепкими пальцами, я ждала, потому что я, конечно, не заговорила бы первой.

— Как дела, Лэндис? — спросила моя соседка по дому, воплощение дружелюбия. Не то чтобы она могла быть какой-то иной, кроме приятного, во время урока.

— У меня все хорошо, спасибо, а у тебя? — я ответила, благодарная за то, что мой голос не дрожал так, как хотелось бы. По крайней мере, он был ровный, как будто я не дрожала внутри.

— Я великолепно, — улыбка Кэрроу стала еще шире. Мое сердце упало. — Мой брат спрашивал о тебе. Он попросил меня присмотреть за тобой, передать привет.

Мои губы приоткрылись в слабом вздохе, чистый лед наполнил мои вены.

— Последнее, что я слышала, твой брат не может ни с кем связаться из своей камеры.

При упоминании о нынешней судьбе своего брата, улыбка Кэрроу померкла. Она перестала притворяться и открыто насмехалась надо мной. Язвительность окутала её слова:

— Если я прикоснусь к тебе, Лэндис, ты тоже донесешь на меня? Ты собираешься попытаться дать мне то, чего я не заслуживаю?

— Твой брат получил именно то, что заслужил, — парировала я, желая, чтобы в словах было больше силы. Они этого не сделали. Они были слабыми, но, по крайней мере, я их произнесла. — Он не должен был прикасаться ко мне, и он получил именно то, что заслужил.

Я наблюдала, молча собравшись с духом, как её лицо исказилось, превратившись в портрет ярости.

— Ты…

Кэрроу не договорила. Класс наполнился гулом, который внезапно наполнил воздух. Существа, которых так долго держали в своих маленьких коробочках, агрессивно летали вокруг, и ученики начали визжать, уворачиваясь и пригибаясь, чтобы избежать укусов раздраженных существ. Кэрроу не так повезло, её несколько раз ужалили, и она бросилась прочь от меня, громко ругаясь, пока наш профессор пытался вернуть контроль над существами.

Пригнув голову, чтобы избежать приближающегося жала, я искала убежища под столом, стараясь спрятаться. Издалека я слышала крики людей, когда они пытались спрятаться в поисках убежища, я пыталась выяснить, как эти существа сбежали. Выглянув из-под стола, я посмотрела в переднюю часть класса, где на столе лежали десятки Глюмбамблей, хранящихся в отдельных стеклянных коробках. Они были там, но все они были пусты. Но как…

Мой взгляд остановился на хаффлпаффце, скорчившемся под столом, ближайшим к передней части класса, прикрывая голову руками. Скамандер что-то сделал, но почему? Из того, что я знала о Хаффлпаффе, он слишком заботился о существах, чтобы даже помышлять о причинении им вреда. Не то чтобы этим существам причинили какой-либо вред. Тем не менее, я наблюдала из своего безопасного места, как Скамандер пригнул голову, чтобы избежать укуса. Мое внимание было оторвано от него, когда я услышала, как наш профессор обращается к классу. Пожилой мужчина говорил твердо, настаивая на том, чтобы все успокоились и что он разберется с этим делом. Это заняло время, и к концу урока большинство Глюмбамблов были успешно захвачены, а я все еще пребывала в замешательстве. У меня не было ответа на вопрос, почему Скамандер перевернул стол, но он это сделал, и я была этому рада. Он никак не мог этого знать, но он спас меня.

***

Мое любопытство, впервые с тех пор, как я вернулась в Хогвартс на шестой курс, заставило меня искать сокурсника. Но когда я задержалась за пределами общей комнаты Хаффлпаффа, я должна была признаться себе, что, возможно, это было не так уж и плохо. Возможно, я искала Скамандера, потому что он был одним из немногих людей в этом замке, которые не смотрели на меня как на тварь. Не считая Стефани, он был первым, кто посмотрел на меня без презрения. Было ли действительно так плохо хотеть проводить больше времени рядом с кем-то, кто, по крайней мере, внешне не думал обо мне с презрительным пренебрежением? Но я бы не стала задерживаться надолго. Я бы не стала навязывать свое присутствие хаффлпаффцу, который был известен своим сдержанным характером. Как только я получу ответы на свои вопросы, я оставлю его в покое.

И вот я ждала снаружи подземелья Хаффлпаффа, стоя со скрещенными руками. Студенты, проходившие мимо меня, бросали любопытные взгляды в мою сторону, но не приближались ко мне. Я не встречался с ними взглядом, не желая привлекать к себе еще больше внимания. Было достаточно плохо, что я была студенткой Слизерина, слоняющийся по их общей комнате, где мне нечего было делать. И, Салазар, действительно было странно ждать здесь Скамандера, но я, конечно же, не собиралась обыскивать территорию замка в поисках его. Если бы только я могла дождаться Скамандера, не получая столько неприязненных взглядов. Этого было достаточно, чтобы заставить вас думать, что слизеринцы не могли дождаться хаффлпаффцев. Или, может быть, это было только для меня?