Читаем Береги нашу дочь (СИ) онлайн бесплатно

========== Ненаступившая смерть ==========

Последствия долгой битвы ужаснули бы кого угодно: полностью разгромленный квартал, обломки домов повсюду, а на фоне слились плачь и радость выживших, смешанные с болью. Кто-то ещё слабо дышит, кто-то пытается встать, и медики без остановки бегают от одного раненого к другому, стараясь спасти как можно больше жизней.

Мудзан теперь мёртв — сгорел на солнце после долгих усилий, что приложила вся Организация. От этого осознания наступило какое-то облегчение, омрачённое множеством потерь — почти все столпы погибли. И теперь никто не сумеет нарушить их вечный покой. Лишь ветер бережно касается уже уснувших тел, мягко поглаживая волосы и лица. Эти лица наполнены спокойствием от осознания победы: они мертвы, но счастливы, что при жизни смогли выполнить возложенный на них долг — счастье, воистину счастье…

— Ох… Кабурамару-кун…

Еле слышный, хриплый голос Мицури доносился из её уст, а змейка Обаная приспустилась на лицо девушки. Мицури была вместе со столпом Змеи, лежала на его руках посреди развалин и обломков. Он успел поймать её, и сидел сгорбившись, из последних сил напрягая руки, чтобы удержать её. Они оба страшно изранены, и их глаза заливает кровь, но они всё ещё живы духом:

— Игуро-сан. Мы победили?

Большие, изумрудные глаза, в которых уже виднелась смерть, смотрели на парня, чьё лицо было в огромных ранах. Несмотря на то, что шрам проходил поперёк через всё лицо, Обанай держал глаза слабо открытыми, хоть даже такое простое действие давалось ему с трудом:

— Да, победили. Мудзан мертв…

Еле-еле, но так нежно и аккуратно прижимая к себе тело Мицури, Обанай тихо ответил. Чувствуя, как обильно кровь стекает по его щекам и шее, он понимал, что долго не проживет.

— Хвала богам… — выдохнула Мицури, немного расслабившись: силы покидали и без того полумертвое тело, и казалось, будто бы это последние минуты жизни. Если так, то хотелось сказать что-то очень важное… — Мне уже совсем не больно… Видимо, я скоро умру… — Прикрыв ясные глаза, девушка смиренно лежала на руках столпа, чуть чувствуя его сердцебиение.

— Ты не одна Мицури… Я… — с трудом выдавливая слова из себя, Игуро тоже пытался говорить — Тоже скоро умру…

Девушка снова открыла глаза, и от услышанного на них вскоре заблестели крупные, горячие слезы. Они потекли по щекам, залитыми кровью, и смешались с ней — всё лицо девушки было в крови, как и тело, бесчисленные ранения не позволяли двинуться с места, оставалось лишь только плакать.

— Нет… Пожалуйста… Игуро-сан… Прошу, не умирайте! — Мицури плакала уже громче, будто бы это могло чем-то помочь — Я и так мало пригодилась вам… Игуро-сан…

От того, что Обанай слышал и немного видел, на его глазах тоже блестели слезы, ведь он всегда любил Мицури. Но его характер никогда не позволял ему признаться. С самой первой встречи, эти теплые чувства заполонили его сердце, но при жизни смелости так и не хватило. Так пусть хватит хоть перед смертью!

— Нет, пожалуйста, не говори так, это не правда… — тихий голос Игуро Мицури слышала очень хорошо, и в этих теплых объятьях хотелось сладко заснуть навсегда — Ты помнишь, как мы встретились впервые?

— Да, я помню… — лёгкая, но счастливая улыбка озарила лицо девушки — Я потерялась в поместье господина Кагаи, и не могла найти выход, а вы помогли мне в тот день…

— Нет… Все было наоборот: в тот день, ты спасла меня! Ты показалась мне обычной девушкой, но тебя радовали всякие мелочи, и ты так красиво и лучезарно улыбалась… Мицури… — Обанай тоже немного улыбнулся — Ты много работала, чтобы стать столпом, прошла через ад, но осталась такой же доброй… — длинные паузы между словами давали понять, что силы на исходе — Я был так рад… Болтать с тобой за обедами… Чувствовать себя обычным парнем и… Рядом с тобой я по-настоящему был счастлив!

И снова слова столпа вызвали горький плач у Мицури. Она и не думала что всё взаимно, оказывается, стоило лишь начать говорить об этом, как горячие слезы уже достигли рукавов формы Игуро, оставляя мокрые, соляные разводы:

— Своей улыбкой… Ты лечила многих людей, своей добротой… Ты спасла много сердец, гордись этим! Мицури… — снова небольшая пауза, Обанай с трудом говорил, все больше склоняясь над ней, так как было тяжело, но он не отпускал девушку, прижимая к себе — Я никому, слышишь… Никому не позволю говорить о тебе плохо… Обещаю… — вновь лёгкая улыбка на лице столпа была обращена к ней, вызвав ещё большие слезы:

— Игуро-сан! — уже взахлёб рыдала девушка, даже не в силах его обнять — Я счастлива… Я очень счастлива! — слезы струйками текли по лицу, всё также размывая подсохшую кровь, оставляя проплешины и лазейки, словно маленькие ниточки, стремясь к земле — Я люблю вас, Игуро-сан — Сжав в руке край его рукава, она продолжала плакать. Обанай уже не мог открыть глаза, и просто слушал её, бережно, словно птичку, держа в своих объятиях — Еда которую я делила вместе с вами была самой вкусной… И вы всегда смотрели на меня очень нежно… Игуро-сан… Игуро-сан, пожалуйста! — уже было сложно даже говорить, и Мицури сама не понимала, то ли от боли то ли от истерики. Ком в горле не давал сказать ещё хоть пару предложений — Пожалуйста, если мы… Переродимся… Если мы вдруг… Будем снова людьми… Вы женитесь на мне? — прижавшись всем телом к столпу, Мицури все ещё лила горячие слезы. Кабурамару старательно их убирал с лица девушки, дабы хоть как-нибудь помочь — Игуро-сан…

— Да. Конечно. Если ты того пожелаешь… — Обанай ответил полушепотом, из последних сил стараясь подарить ей улыбку. Он был счастлив находиться рядом с ней, пусть даже это последние минуты жизни, быть может, он был бы ещё счастливее, признайся он ей немного раньше… — Я обещаю… Что не позволю тебе умереть в следующий раз… Я обязательно. сделаю тебя счастливой…

Уже смутно понимая все вокруг, Обанай будто издалека слышал плач Мицури, что становился все тише и тише, руки сами постепенно расслабились, но он продолжал держать девушку подле себя, сжимая хрупкое, окрававленное тело, что было самым близким и родным за все эти годы. Он получил заботу и ласку от Мицури, просто так, просто потому что был рядом, это его радовало настолько сильно, что он был безмерно счастлив, но если бы ему хватило сил и терпения, если бы только хватило смелости…

— Эй, медики! Срочно сюда! Здесь ещё двое столпов!

Один из какуши очень быстро подбежал к ним, и к слову, оба уже не подавали признаков жизни, что ввело медика в шок и разочарование. Последняя надежда на то, что ещё хоть один столп выживет угасала:

— Они ещё живы! Срочно повязки и медикаменты!

Аой поспешно стала оказывать первую помощь, хоть всё ещё была потрясена смертью наставницы — Шинобу Кочо — но не время было плакать, ведь в руинах осталось ещё много охотников которых можно спасти! Она занималась этим с того самого времени, как на поле боя стало безопаснее, и можно было начать помогать раненым.

Перетягивая раны специальными ремнями и обеззараживая места кровопотери, Аой старательно пыталась выполнять все быстро и точно, ведь на счету была каждая секунда, а жизнь уже не вернуть. Это был единственный шанс спасти столпов.

Поле боя стало тихим, и устрашающим: повсюду от центра событий, где был убит Мудзан, лежало множество мертвых тел охотников, сама земля пропиталась кровью, и стала похожа на багровый лист осенней вишни, забирая последние воспоминания о том, что здесь произошло, сохраняя покой и кровь убитых в себе на века. Но единственное, что немного спасало это живое кладбище, это бегающие медики и их помощники, спасающие охотников, или же унося тех, кого уже не спасти.

После такой битвы будет слишком долгое восстановление каждого, кто участвовал в этом. Такой удар по психике и разуму никого не обойдет стороной, каждый навсегда запомнит этот день, и он у каждого будет на сердце выгравирован болью, словно выжженные листья на солнце с обгорелыми кончиками. Все, кто смог выжить, навсегда будут хранить эти моменты у себя внутри, и будут со скорбью вспоминать эту битву, но с радостью улыбаться тому, что кончена эра демонов, и наступает новая спокойная жизнь, та, о которой мечтал каждый охотник! Жизнь, к которой стремились множество поколений хашира, и семья клана Убуяшики, всё это настало с этим днём! Все проблемы и угрозы остались здесь, в разваленном квартале, в обломках и земле, и никто не позволит этому появится вновь! Лишь свечи и картины с черными лентами будут напоминать об этом страшном дне, но таком важном в истории…

***

С того утра прошло уже полтора месяца, и медики все так же продолжали стараться поддерживать жизни тех, кто ещё не пришел в норму, уделяя много внимания «питанию» тела специальными медикаментами. Вот-вот, казалось, будто кто-то из них проснется! Танджиро уже был в порядке и давно очнулся, хоть так же был на долгой реабилитации после боя, и иногда приходил узнать как Мицури и Обанай

«Светло… Так светло и солнечно… Я в раю?»

Вот первые мысли, что пришли в голову Игуро после пробуждения. Неприятное ощущение от иглы капельницы в руке дало понять, что это не рай, а тот мир, из которого Обанай уже думал, что ушёл. Кое-как попытавшись сесть, Игуро смог оперться на локоть, и стал осматриваться по сторонам — знакомое поместье, комната для раненых, как и всегда, в хорошем состоянии, в помещении он один. Солнце ярко светило через окно, оставляя теплые лучи на полу и мебели, доходя до кровати. По-видимому, было ранее утро, и судя по положению солнца можно было понять, что ещё нет даже восьми часов утра. Вероятнее всего, к нему ещё не придут как минимум час. Чтож, повезло, что он вообще выжил…

«Мицури… Что с ней… Где она? Где моя Мицури?!»

Вспомнив будто бы вчерашний день, Обанай осознал, что они оба чуть не умерли. Он всё-таки выжил, но что же с девушкой? Пока неизвестно, и сейчас он очень ждал того, чтобы хоть кто-нибудь вошёл в комнату, и сказал ему что Мицури в порядке…

Комментарий к Ненаступившая смерть

Очень жду отзывов!! Спасибо за прочтение ☺️

========== Решение стать врачом ==========

Комментарий к Решение стать врачом

Обязательно прочитайте метки )

приятного прочтения 🌸💕

Почувствовав слабость, Обанай снова лег обратно в постель:

«Вставать не стоит… Видимо, всё ещё и правда не так хорошо…»

Закрыв глаза он отдыхал, но уже не чувствовал такой сильной боли как в тот раз, ощущались лишь голод и слабость. Наслаждаясь тем, как солнце постепенно все сильнее грело лицо, Обанай не мог оставить мыслей и догадок о состоянии Канроджи, но всё же стал засыпать. К его счастью, в комнату вошла медсестра, и он снова открыл глаза. На лице девушки появилось неимоверное удивление от того, что столп пришёл в себя, ведь на это было не так много надежд. Медсестра застыла в дверной проёме, словно забыла, зачем пришла:

— Игуро-сан… Вы проснулись! — радостный возглас был слышен, наверное, почти на весь корпус поместья, и на него прибежали ещё несколько медиков — Как вы себя чувствуете?! Давно не спите?

Кто-то уже ушел за водой и завтраком для него, а Обанай не успевает толком понять обстановку, как на него уже сыпется гора вопросов:

— Всё в порядке. Недавно проснулся. Мицури… Она жива?!

Это единственное, что его волновало с момента пробуждения. И почему только он не может сейчас встать и найти её?! Почему ноги не идут, а тело не слушается?! Это одновременно расстраивало и злило Обаная. Медсестра поспешила всё рассказать:

— Канроджи… Она жива, но… Пока нет никаких обещаний и прогнозов. Она всё ещё спит.

— Что значит «всё ещё»?! — это осознание дало понять, что с битвы прошло уже немало дней: неделя, две, или сколько?! — Сколько я тут находился?!

— Полтора месяца, Игуро-сан. Вы всё это время спали здесь, мы лишь помогали вам выжить.

В комнату вернулась одна из сестер и поставила на тумбочку еду: приятный аромат, искодящий от бульона, манил к себе, но голову занимали более важные мысли:

— Полтора месяца… Так много… Она же тоже проснется?!

В воспоминаниях Игуро во всех деталях всплыл тот день, когда они признались друг другу, а после этого он совершенно ничего не помнит. За тот период, что он здесь, не было даже болезненных ощущений.

— У нас нет гарантий. Мы так же не знали, сможете ли вы проснуться. Мальчик по имени Танджиро тоже недавно пришел в себя, и уже почти в норме.

— Этот пацан выжил?! — столп заметно удивился — Ну он и везучий, конечно…

— Вряд-ли это везение, он очень старался…

— Где Мицури? В какой комнате?!

Двигаясь против боли, несмотря ни на что, Обанай сел на краю кровати, но ему не суждено было встать и к мечнику подбежала медсестра:

— Игуро-сан, вам нельзя! Не так быстро… — испугавшись, девушка придержала его за плечи, не давая встать — Вы ещё очень слабы…

— Да плевать, я спросил, где Канроджи?!

Игуро снова повторил свой заветный вопрос. Его ничто не остановит, ведь знать, что она в порядке — это единственное, что могло бы успокоить его буйную голову:

— Но господин Игуро… Вам сейчас стоит набраться хоть немного сил.

— Канроджи в другом корпусе! — в комнату зашла Аой, судя по всему, услышав последние фразы — Наконец вы проснулись… Я уж думала, что не выживете! — Как и обычно, в своем тоне и характере Аой была прямолинейна — Если хотите быть здоровыми, то лучше посидите здесь, а завтра уже пойдете. Вам стоит выпить лекарства, и не увиливайте, иначе лично проверять буду! — поставив перед столпом чашку с лекарством, Аой взяла его за запястье, слегка надавив на его внутреннюю сторону — Вы волнуйтесь поменьше, выживет Мицури, ей просто нужно чуть больше времени чем вам. — отпустив руку столпа, девушка вздохнула и посмотрела в окно — Ну вот, опять простыни повесили абы как! Никакого толку от этих помощников!

Недовольно ворча, она вышла из комнаты. Обанай и не был удивлен такому поведению — такая вот она строгая и серьезная.

— Ладно…

Не двигаясь с места, Обанай пилил взглядом паркет, будто прожигая его насквозь. Слова Аой его не очень обрадовали, особенно когда она сказала о том, что нет гарантий…

«Так значит, Мицури может и не проснуться?!»