Читаем Белый слон (СИ) онлайн бесплатно

Белый слон

https://ficbook.net/readfic/3431646

Автор:

Ginger_Elle

Фэндом:

Ориджиналы

Пейринг или персонажи:

м/м

Рейтинг:

NC-17

Жанры:

Романтика, Юмор, Повседневность

Предупреждения:

Нецензурная лексика

Размер:

Макси, 106 страниц

Кол-во частей:

8

Статус:

закончен

Описание:

Устроенная жизнь Никиты за один день меняется до неузнаваемости: бывший любовник женится и выставляет его на улицу с пятью чемоданами дорогих шмоток, машиной и лошадью.

Публикация на других ресурсах:

Только с разрешения автора.

Примечания автора:

Кроме указанных в шапке предупреждений в тексте присутствуют: комедия положений, меркантильный главный герой, сомнительное согласие и сильный крен в сторону chik-lit.

Время действия — рубеж двухтысячных и десятых годов. Все персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно.

Написано на ФБ-2015. Бета — Эллаирэ.

Содержание

Содержание

Ход 1

Ход 2

Ход 3

Ход 4

Ход 5

Ход 6

Ход 7

Ход 8

Ход 1

Ходи лошадью. Лошадью ходи, дурак!

к/ф «Джентльмены удачи»

Ход 1

— Никит, ну ты же понимаешь… Чего ты молчишь-то?

Никита сел на край дивана, вытянул ноги и зажал ладони между коленями:

— А что говорить?

— То есть, тебе окей? — Влад не смотрел на него: взгляд растерянно блуждал по гостиной.

— Нет, мне не окей, — сказал Никита и с нескрываемым раздражением добавил: — На подоконнике!

За два года он изучил привычки Влада. Тот, когда снимал контактные линзы, вечно не мог найти очки, потому что оставлял их каждый раз где попало. Линзы можно было носить несколько суток не снимая, но Влад каждое утро, уезжая в офис, надевал новую пару, а вечером, придя домой, первым делом её выкидывал. А потом бродил по квартире и искал очки — и делал это непременно только после того, как линзы были сняты. Бродить он мог долго, потому что с минус шестью для того, чтобы найти очки, были нужны очки.

Никита плотнее сжал ладони коленями: ещё год назад эти беспомощные поиски казались ему милыми…

— На другом подоконнике, — произнёс он, когда Влад пошёл не туда. — Где подзорная труба.

Влад ушёл в дальнюю часть гостиной и обратно возвращаться не стал — решил продолжать разговор, находясь за спиной Никиты. Боялся встречаться глазами? Такой сентиментальности Никита от Влада не ожидал. Но тому как будто на самом деле было стыдно.

— Надеюсь, ты не будешь говорить, что… Короче, не будешь устраивать сцен. Люди расстаются, это нормально.

Никита натянуто рассмеялся:

— Ты где-то видишь сцену?

— Я вижу, что ты злишься.

— Это нормально, нет? Да, я злюсь, потому что… Потому что я думал, что у нас всё хорошо. Мы же созванивались чуть ли не каждый день! Не мог сказать? — Никита повернул голову к Владу и подвёл итог: — Какая же ты трусливая сволочь, Бусыгин!

— Не хотел расстраивать раньше времени.

— О да, ты обо мне заботился, ну конечно! Просто тянул до последнего…

Заявление Влада, что между ними всё кончено, Никиту расстроило не сильно. То есть расстроило, конечно, но скорее от того, что стало неожиданным. А ведь Артём предупреждал — в шутку, разумеется, — что зря он уезжает от Влада на три месяца и оставляет его без присмотра. За таким мужиком надо ходить, как наручниками прикованным, иначе уведут. И вот, пожалуйста, в первый же день после возвращения со стажировки — отставка.

— У нас, правда, всё было хорошо. Дело не в тебе, а во мне.

— О нет! — Никита закатил глаза. — Я сейчас блевану, честное слово.

Влад вернулся в середину комнаты, помялся немного напротив Никиты, а потом сел в кресло.

— При прочих равных условиях я бы предпочёл тебя. Можешь мне не верить, но я бы хотел… Я бы правда хотел, чтобы всё было по-старому, — он старался быть сочувственным и убедительным, но получалось плохо.

Никита неприязненно поморщился и едко заметил:

— Но перед генеральской дочерью устоять не смог.

Влад терпеливо его поправил:

— Злата не генеральская дочь.

— Образно выражаясь, — отмахнулся Никита. — Слушай, мне просто интересно, сколько у папаши должно быть денег, чтобы даже ты купился?

Никита смотрел в упор. Влад опустил глаза:

— Очень много. Но не в них дело. У Ивана Антоновича есть… другие возможности.

— Другие? — переспросил Никита, уже догадываясь, о чём шла речь. — Он тебе корочки пообещал, да?

— Ну… да.

Никита усмехнулся. Бусыгинская мечта: политическое влияние и депутатская неприкосновенность. Влад участвовал в предыдущих выборах, но проиграл. Они как раз вскоре после этого познакомились. Глеб Арнольдович, когда давал Никите на Влада «ориентировку», так и сказал: «Денег просто до хера. У них с отцом мясокомбинат, даже несколько вроде. Колбасный король, короче, но рвётся в политику. На выборах пролетел, видишь, мутный какой ходит. Сходи, утешь».

Никита не принадлежал к числу официальных мальчиков Глеба Арнольдовича, но тот испытывал к нему личную симпатию и совершенно бескорыстно помогал советами несмотря на то, что Никита с регулярностью раз в пару месяцев отвечал отказом на предложение работать. Он приходил в клуб не с надеждой поиметь денег, а с надеждой встретить подходящего человека, хотя от материальной поддержки не отказался бы. Аспирантской стипендии и стартовой зарплаты в не особо процветающей конторе хватало впритык.

Через полгода после того как он утешил несостоявшегося депутата, Никита переехал в его квартиру на Остоженке. Это было рискованно, но они никогда и нигде не показывались вместе, кроме как на приватных вечеринках у людей, которые в силу высокого положения тщательно скрывали свою ориентацию, или в паре закрытых клубов, так что за почти полтора года совместной жизни никто не предъявил Владу обвинений в гействе.

— Ладно, — Никита встал с дивана, — пойду собирать вещи. Где мне тягаться с Мосгордумой.

— Это не Мосгор, Никит. Всё по-взрослому, — многозначительно сказал Влад.

— О, буду утешаться мыслью, что за Мосгор ты бы меня не вышвырнул.

Никита дошёл до дверей в холл, когда Влад окликнул его:

— Извини! Я не хотел, чтобы так вышло, но… Иван Антонович, Златин отец, он всё знает. Он поставил условие: никаких контактов с тобой и вообще никаких парней, иначе…

Никита прислонился к косяку и сложил руки на груди. Это было уже интересно.

— То есть, этот твой Иван Антонович знает, что ты пялишь мальчиков, но думает, что ты исправишься и будешь пялить исключительно его доченьку?

— Он… Как тебе сказать… Он думает, что это типа моды. То есть, посмотрел на выступление Моисеева по телику и стал геем; перестанешь смотреть телевизор — сразу выздоровеешь.

— Слышь, а папашка-то, наверное, тоже депутат? Что-то знакомое слышится…

— Нет, он… Это неважно.

— Влад, ты серьёзно влипнешь со своей Златой. Хотя... какая в жопу Злата? С Иваном Антоновичем. Жаль, ты сразу на нём не можешь жениться, без посредников, — зло рассмеялся Никита и вышел в холл.

— Никит, если что, все вещи в гардеробной в гостевой спальне. Любовь Сергеевна собрала.

Никита вернулся из холла.

— И давно они там лежат?

Влад пожал плечами:

— Не помню, месяц, наверное.

— Ну и сука же ты! Что ты мне там говорил по телефону? Жду, скучаю… А сам со Златочкой кувыркался. Она-то в курсе, что ты пидор — во всех смыслах этого слова?

— Не в курсе. И сразу хочу тебя предупредить, чтобы ты не пытался…

— Что?! — резко оборвал его Никита. — Боишься, побегу расстраивать твою свадьбу? Да сдался ты мне! — он развернулся и скрылся за дверью.

Влад ничего не сказал, Никита услышал лишь тяжёлый вздох. Оборачиваться он не стал.

Вещей в гардеробной оказалось неожиданно много, три коробки и два чемодана, а возле дверей стояли ещё те, что он привез из Лондона. На его машине с микроскопическим багажником придётся делать несколько рейсов, но хотелось разделаться со всем этим одним махом. Он достал телефон и начал искать службу такси, где можно было заказать минивэн.

— Никита, малыш, ну пойми меня, пожалуйста… — неожиданно, так что Никита вздрогнул, прозвучал сзади голос Влада.

— Что тебе надо, а? — огрызнулся Никита, даже не повернувшись. — Я всё уже понял. Хочешь, чтобы я тебе пожелал счастливой семейной жизни, что ли?

— Я бы никогда… Мне никого, кроме тебя, не надо было… Просто это такой шанс.

Никита заполнял форму заказа на сайте и ничего не ответил. Даже с такого расстояния чувствовался запах: от Влада крепко, сильно пахло коньяком — только что выпил. Для смелости, что ли?

Влад, потоптавшись сзади, продолжил:

— Ты оставь всё себе… В смысле, машину и остальное. Если тебе деньги нужны на первое время…

— Да подавись ты своими деньгами! — зло бросил Никита. Он только сейчас, когда стал заказывать такси, понял, что не знает, куда ехать. Понятия не имеет. Его квартира пока существовала только в виде проекта, родных в Москве у него не было, а друзья… Далеко не все из них были готовы принять его вот так вдруг.

У Артёма сейчас, как он понял, любовник в Москве, Женька временно вернулся к родителям, а вот Олежка Замкадыш вполне мог пустить его к себе на несколько дней.

Влад вдруг обнял его за пояс, соединив руки на животе и даже попытавшись подсунуть их под ремень джинсов.

— Ты охуел? — по-деловому, без капли удивления или возмущения поинтересовался Никита.

— На прощанье, а? — зашептал Влад ему в ухо и поцеловал в шею. — Последний раз…

Никита отдёрнул голову и начал отдирать сцепленные в замок руки Влада от себя:

— Лапы убери, козлина!

— Я три месяца ждал. Я правда скучал, Никит… Ну что тебе стоит? Ты сам же хочешь!

— Ни хрена я не хочу, — Никита, наконец, вырвался из рук Влада и развернулся к нему лицом. — Ебись теперь со своим Иваном Антоновичем!

Никита взял первые два чемодана и покатил их к выходу из комнаты.

***

С Олегом Никита созвонился, пока ждал такси. Тот, как Никита и предполагал, был не против кратковременной вписки.

— Конечно, приезжай. Правда, я не дома сейчас. А что случилось-то?

— Потом расскажу, — Никита покосился на консьержа, который с равнодушным видом поливал выставленные в холле пальмы, но, скорее всего, внимательно прислушивался к разговору.

— Влад тебя того или ты сам?

— Того, — пришлось сознаться Никите.

— Вот гандон! — возмутился Олежка. — Ладно, нормально всё будет. Не переживай.

— Угу.

Олежка Замкадыш раньше был одним из протеже Глеба Арнольдовича, но отошёл от дел, когда его карьера в компании, занимающейся оптовыми поставками лаков и красок, пошла в гору. Олег начал регулярно ездить в командировки в Германию и Финляндию, влез в ипотеку и купил квартиру. Именно ей он и был обязан своим прозвищем.

Прозвища на удивление метко умел раздавать Глеб Арнольдович, и у всех его мальчиков кроме «творческого псевдонима» для клиентов была ещё и кличка «для своих», но к Олегу не пристала ни одна. Но когда он, уже уйдя из клуба, купил ту самую квартиру, которая находилась ровненько за МКАДом, на Белой Даче, и сам себя назвал замкадышем в разговоре, прозвище приклеилось моментально.

Никита добирался в Котельники из центра около двух часов — времени поразмыслить над ситуацией было полно, и поэтому, когда Олежка спросил его, как у него дела вообще, безотносительно Бусыгина, он смог точно и определенно ответить, что погано.

— Не ужасно, но денег впритык. Я эти три месяца не работал, а тратил много… Ну и кредит за квартиру ещё.

— Слушай, а я думал, за курсы Влад платил, — Олежка достал из холодильника две новых бутылки пива и поставил на кухонный стол.

— За сами курсы и за проживание — да, а всё остальное я сам… Мог у него попросить, не вопрос, он бы не отказал. Но я что, на еду и шмотки себе сам, что ли, не заработаю?

Никита сделал первый глоток и поморщился, когда от пузырьков газа защекотало в носу.

Живя с Владом, свою зарплату он не то чтобы спускал на ветер, но тратил, не задумываясь, потому что было кому поддержать. Но богатенький папик Бусыгин помахал ему ручкой, а он остался на мели. Сбережения, однажды уйдя на первый взнос за квартиру, из-за кредита и прочих трат накапливаться не торопились; восьмого числа с карточки снимут очередные сорок пять штук за ипотеку — почти половину того, что на ней было. Зарплата не предвиделась до пятнадцатого, а жильё надо было искать уже сейчас: у Замкадыша можно было перекантоваться недельку, не больше.

— Я завтра позвоню по объявам, — сказал Никита, выбирая из стоявшего перед ним блюда креветку покрупнее. — Буду искать что-нибудь поближе к работе.

— Пока можешь не париться, живи здесь. Я через две недели в Анталию уезжаю, заодно за квартирой присмотришь. Только до твоей работы добираться отсюда — полная жопа.

— Ничё, доберусь. Я, может, раньше съеду, но спасибо по-любому.

— Ага, — Олежка кровожадно оборвал креветочью голову. — А с машиной что? Тебе оставил?

— Ну да, она и оформлена на меня была. Я сначала думал, щас так красиво ключи ему в рожу швырну! А с другой стороны, какого хрена? Какая, на хрен, гордость — без тачки остаться?

— Правильно сделал, — подытожил Олежка, — если б швырнул, наши над тобой ржали бы не переставая, что ты за два года даже на машину не насосал.

Никита только пожал плечами и сделал очередной глоток.

У него не было цели сбить с Влада побольше бабок. Возможно, в тот вечер, когда он подсел за его столик, основной мотивацией и были золотые горы, на которые намекал Глеб Арнольдович, но встречался он с Владом не только из-за денег. Влад ему нравился. Умный, уравновешенный, симпатичный, заботливый. Не без недостатков, с частью которых иногда было трудно смириться и которые со временем раздражали всё больше и больше. Но у кого их нет? Правда Никита затруднялся, к чему следовало бы отнести расчётливость и целеустремлённость Влада — чисто теоретически это было достоинством, но в практическом применении к нему, Никите, обернулось готовностью выкинуть его из дома и из жизни вообще, когда на горизонте появилась невеста с приданым в виде депутатского мандата.

Никита подумал, что в глубине души всегда ждал от Влада чего-то такого. Сегодня его вывело из себя не столько «нам придётся расстаться», сколько то, что Влад ему несколько недель пел про люблю-скучаю, а сам в это время вовсю крутил с генеральской дочерью. Вот такого Никита не ожидал. Думал, что в случае чего его пошлют сразу и без разговоров, а получилось совсем иначе: Влад то ли стыдился, то ли боялся признаться и даже пару раз извинился. Но если подумать, Бусыгин был очень даже неплохим мужиком — не ревнивым, добрым, щедрым…

— Ебать… — даже не произнёс, а простонал Никита, хлопнув себя по лбу.

Он отставил пиво в сторону и выскочил в коридор, где вдоль стены стояли в строй пять его чемоданов и три коробки.

— Лошадь! Блядская лошадь!

Обеспокоенный Олежка тоже бросил пиво и вышел в коридор:

— У тебя всё нормально?

Никита раскрыл первый чемодан:

— Любовь Сергеевна точно должна была положить… Тут вроде… Нет!

— Ты чего потерял-то? — спросил Олежка.

— Документы, там целая папка была, — он взялся за второй чемодан. — Документы на лошадь. Я тебе не говорил, что ли? Влад же мне лошадь подарил…