Читаем Балерина с коляской онлайн бесплатно

Говорят, самое ужасное в нашем мире – это война. Война уносит жизни, калечит здоровых, ломает наше существование. Но что, если вся твоя жизнь – война? Что же тогда делать?

Меня с самого детства мучают жуткие боли. Однажды, выйдя с родителями на обычную прогулку на велосипедах, я попала под машину. И нет, водитель не был пьян, да и я смотрела по сторонам, но случилось так, как случилось. И вот с тех пор прошло уже лет 15, а боли всё не уходят. Ломит ноги, спину, и иногда отдаёт в правую руку.

Иронично, что мечтой всей моей жизни была и является карьера балерины. До той трагедии я каждый день отдавала тренировкам, с 3 лет и до 10. Потом травма, несколько лет в постели, а сейчас… Единственное, что я могу сама – дойти до туалета и обратно. В остальных путешествиях меня сопровождает инвалидное кресло.

Но, знаете, я не отчаиваюсь! Спортивные тренировки сменили оздоровительные, и теперь я каждый день разминаю ноги, спину, да и вообще всё тело, в надежде на хоть какие-то улучшения, которые то появляются, то уходят обратно, возвращая меня в жестокую реальность. Разве это не война? Когда ты шаг за шагом идёшь к своей цели, а потом тебя швыряет в то место, откуда ты начинал.

Пока всё это писала, перебрала кучу мыслей в голове, и ночь уже наступила, так что я пойду, вернее, поеду спать!

Утро. Первое утро за 3 года, которое началось без болей. Неужели вселенная услышала меня? Я даже смогла встать без чьей-либо помощи! Правда, немного опираясь на кресло, стоящее возле кровати. Сказать, что мама удивилась, когда я приковыляла в её комнату – ничего не сказать! Утро началось с улыбки, а это хорошее начало дня.

– Лида? – Еле говоря спросонья, спросила мама, увидев меня в дверном проёме.

– Лида. – Улыбнувшись, ответила я.

– Ты сама что ли это?.. – Потирая глаза и всё ещё не веря, что это не сон, хриплым со сна голосом озадаченно спросила мама.

– Сама, конечно, мам. Кофе будешь? – Предложила я, стоя, опершись на дверной косяк.

– Давай! – Радостно ответила мама.

Я медленным шагом дошла до нашей небольшой кухни и принялась готовить кофе. Самым трудным было дотянуться до верхней полки, где стояла банка. Потягивание вверх, видимо, растянуло мышцы, и я почувствовала жгучую боль, от которой чуть ли не вскрикнула, вовремя сдержав себя, чтобы не испугать маму, которая в это время умывалась и отходила от шока.

– Мам, кофе готов! – Крикнула я с кухни.

– Иду! – Открыв в этот же миг дверь, ответила мама. Из ванны вышла женщина, выглядящая примерно на 50 лет, с возрастными морщинами на лбу и у глаз, с уже высыхающими губами и давно потухшими глазами. Впрочем, неудивительно, что мама выглядела именно так – много ей пришлось пережить.

Я была похожа на неё, как две капли воды. Те же маленькие губки, прямой носик, большие голубые глаза и пышные вьющиеся волосы цвета каштана. Я будто была рождена, чтобы стать балериной – длинные аккуратные ножки, стройное тело, грациозные руки, но… Вы уже знаете это «но».

– Кофе. С корицей! – Радостно сказала я, ставя чашку на стол перед мамой.

– Какая ты у меня красивая! – Тихонько восхищалась мама. – Спасибо за кофе! Ты-то будешь? – Делая первый глоток, спросила она.

– Балеринам кофе нельзя! – Пошутила я, и мама… Мама заплакала.

Позавтракав, я отправилась в свою комнату проводить свои обычные процедуры – разминать ноги, спину, руки. А делала я всё это под включённый на Ютубе балет. Я представляла, будто бы я там, в белоснежной пачке скачу по сцене, вальяжно переставляя ножки и полностью отдаваясь концерту.

В какой-то момент я даже забыла, что я в своей комнате, и с закрытыми глазами попробовала прыгнуть с одной ноги на другую, выставив руки в стороны. Не получилось. Удар об пол вернул меня из грёз в реальность, в которой надо мной уже стояла мама, пытавшаяся помочь мне подняться.

– Доча! – Кричала она. – Не делай так без присмотра! Хочешь вообще навсегда в постели остаться? – Ругалась мама.

– Мам, всё в порядке. Думаешь, балерины на тренировках не падают? – Весело отвечала я.

– Балерины-то, может, и падают, только ты не балерина! Тебе покой нужен! – Усадив меня на мой диван, говорила мама.

– Покой? – Чуть ли не плача, спросила я. – Покой у меня уже 15 лет был! И что? Вот единственное утро за несколько лет, когда я сама смогла что-то сделать! Смогла хоть на микро-шаг приблизиться к своей мечте! Благодаря движению, мама!

– Насколько приблизилась, настолько и удалилась бы, упади ты не так удачно, Лида! Как ты не понимаешь, нужно ценить то, что имеешь! Только подумай, что будет, если не станет даже этого…

– Мам, а как тогда двигаться дальше? Как, скажи?! – У меня выкатилась первая слеза, и я тут же легла и отвернулась к стенке. – Как мне жить, если и жизни нет? Неужели тебя устроит то, что я проведу остаток своих дней в постели или на коляске?

– Не устроит, но… – Мама озадачилась.

– Но что? Я буду идти дальше, буду стараться что-либо делать! Прости, что я вот такая у тебя. Сама ведь воспитала, что надо идти к своей цели, во что бы то ни стало.

– Да, ты права. И это ты меня прости… – Мама легла рядом и прижалась ко мне. Мы обе, как дуры, начали рыдать.

Кто бы что ни говорил, слёзы всё равно помогают. Становится куда легче, чем было до этого. Вдоволь нарыдавшись, вспомнив всё самое хорошее и самое плохое, мы с мамой приняли решение поехать к врачу, чтобы показать ему моё внезапное улучшение.

Путь занял около часа, и к полудню мы были уже на приёме у доктора.

– Александр Иванович, здравствуйте. – Поздоровалась мама, заходя в кабинет.

– Здравствуйте, Полина Николаевна! – Весело ответил доктор. Это был не старый, но и не молодой специалист, которого нахваливала вся Москва. И, насколько я понимаю, он очень нравился маме. Не как врач, а как мужчина.

Отец ушёл от нас почти сразу после того, как я оказалась в своём положении. Не хотел, якобы, смотреть, как гибнет его дочь. Настоящий мужик! А Александр Иванович казался мне даже очень хорошим дяденькой, который, как мама уже успела выяснить за столь долгие годы общения, пусть и формального, тоже был одинок.

– Чего это вы посреди дня, не предупредив? Что-то случилось? – Так же живо, с душой, спрашивал врач.

– Лида, покажи, что случилось! – Сказала мама, повернувшись в мою сторону.

Я плавными движениями, но без чьей-либо помощи, встала с инвалидного кресла и прошлась по кабинету.

– Ба-а! – Удивился Александр Иванович. – Молодец!

Я села обратно на кресло: – Александр Иванович, это улучшения?

– Ещё какие! Раньше же такого не было?

– Было, но куда слабее. – Грустно ответила я.

– Ну вот видишь! А сейчас аж сама прошлась! Горжусь тобой!

– Спасибо. – Я смутилась. – И что теперь?

– Давайте пару дней посмотрим, что будет. Само собой, надеясь на то, что прежнее состояние не вернётся. И если всё будет в порядке, я Вас запишу на ЛФК. Чтоб вы не дома с мамой занимались, а ходили к ребятам, которые тоже идут на поправку. Хорошо?

– Не то слово! – Ответила я. Мама сидела и улыбалась.

Вы представляете, как много для меня значит пойти на групповые занятия, о которых мне говорили каждый визит к врачу? «Вот поправишься немного, сможешь с ребятками заниматься». И вот, вот тот момент! Хотя надо ещё пару дней подождать, но ничего! Я уверена, что всё будет хорошо!

– Александр Иванович… – Скромно начала мама.

– Да, Полина Николаевна? – Ответил врач.

– А не хотите сегодня после работы заехать к нам в гости, посмотреть, как Лида тренируется? – Предложила она, смущённо затыкая прядь волос за ухо.

– Ой, Вы знаете… – Задумчиво отвечал мужчина. – В принципе, можно. Адрес у меня ваш есть, так что давайте договоримся на 7 часов вечера.

Мама обрадовалась: – Прекрасно! Будем ждать!

– И ещё кое-что: попробуйте сейчас без коляски немного походить. – Говорил Александр Иванович нам вслед, пока мама вывозила меня из кабинета.

– Ой, конечно! – Мама хотела помочь мне встать, но я справилась без её помощи.

Домой я… я шла! Я шла домой! Не ехала, не меня привезли, а я шла! Сама! Что за чудеса творятся?.. Придя домой, я принялась упражняться, а мама пошла в магазин купить чего-нибудь к чаю, ведь вечером к нам придёт гость.

Мама весь день прибиралась, а я читала разные научные статьи про похожие на мою проблемы, пытаясь выяснить, почему же всё так резко улучшилось… Как оказалось, такое бывает. Нужно лишь пить правильные препараты и делать разные упражнение, попутно проходя электротерапию. В общем, просто пришло время поправиться.

Вот и наступил долгожданный вечер. Мама прихорошилась, надела своё любимое платье, которое не доставала вот уже пару лет, накрыла на стол и всё время бегала по квартире, никак не находя себе место из-за томного чувства ожидания.

Звонок в дверь. Мама подскочила с кресла, стоявшего в моей комнате, на котором провела если не половину последних 15 лет, то точно не меньше трети. Она подошла к двери.

– Кто там? – Весело спросила она.

– Александр Иванович! – Ответил мужской уже знакомый нам голос с той стороны.

Мама открыла дверь: – Проходите, чувствуйте себя, как дома.

– Спасибо за гостеприимство! – Александр Иванович улыбался.

– Может, Вам тапочки дать?

– Во-первых, не «Вам», а тебе. А во-вторых, не надо, Полина Николаевна.

– Тогда уж не Полина Николаевна. – Проводя гостя на кухню, говорила мама. – Просто Полина.

– Хорошо!

Я вышла из комнаты, поздоровалась с моим доктором и присоединилась к трапезе. Мама приготовила шикарного цыплёнка табака! А на аперитив было испанское белое вино, которое маме некогда подарил её старый знакомый. Это был самый вкусный напиток, который я пробовала за свои 25 лет!

– Ну как ты, Лид? – Спросил уже не Александр Иванович, а дядя Саша.

– Получше. Я тут читала, почему же могло так быстро всё зажить и…

– Ничего не поняла, да? – Перебил меня дядя Саша, пока я думала.

– Ну, вообще-то, да.

– Человеческий организм – штука сложная и очень интересная! Порой врачи разводят руками, порой чешут голову в непонимании, что происходит. Тебе, скорее всего, помог твой настрой, вера и правильные назначения от, вероятно, великого доктора! – Шутливо говорил мужчина.

Мы продолжили ужин, а после вышли на улицу прогуляться и размять ноги. Погода стояла прекрасная, солнышко подходило к горизонту, придавая небу красноватый оттенок. Было тепло, мы гуляли в одних футболках и шортах. К слову, переодевание – одна из самых сложных частей в моей жизни.

Мы прошлись несколько раз вокруг дома, чтобы сильно не перенапрягать меня, а затем я пошла домой, а мама с дядей Сашей продолжили прогулку, о которой мама мне так много рассказывала на следующий день. Она восхищалась Александром Ивановичем, говоря о том, что он очень умный, воспитанный, галантный мужчина.

Мне так непривычно осознавать, что я хожу… С каждым шагом получается всё лучше и лучше. Сегодня я даже попробовала попрыгать, и знаете что? Всё получилось! Но меня хватило только на пару раз, потом ноги снова пробила жгучая боль. Видимо, пока ещё не время, поэтому я просто упражнялась, разминала ноги, смотря при этом балет. Я никогда ещё не была так близка к своей мечте. Ну и что, что балеринам, в основном, по 20-25 лет? Ничего страшного! Пойду в более возрастную группу! Удивляло то, что тело и мозг совершенно не забыли всех тех движений и упражнений, которые я делала на бальных танцах, будучи маленькой девочкой.

Весь день я провела в тренировках под восхищёнными взглядами мамы, которая, к слову, вечером ушла на свидание! Да, у них закрутился роман с Александром Ивановичем спустя аж 15 лет общения. Я так была за неё рада! Тяжело ей было одной – и работать надо, и дочку нездоровую содержать, и за собой следить. Сколько она потратила нервов и денег на моё лечение, вы не представляете. Мне кажется, даже если бы я пошла работать куда-то, я бы ни в век не расплатилась…

– Лида, я дома! – Сказала мама, закрывая за собой входную дверь.

– Хорошо, мам. Я уже легла. Натанцевалась. – Я хихикнула.

– Умница моя! Как ножки? – Пройдя в мою комнату, спросила мама.

– Хорошо! Лучше не бывало! Пока что. – Отвечала я с улыбкой.

– Ну спи. Спокойной ночи. – Мама подошла ко мне поцеловать меня в щёчку.

– А ты как? Как всё прошло? – Принимая поцелуй, озадаченно спросила я.

– Да хорошо. Давай завтра расскажу, дочь? Надо переварить все мысли.

– Без проблем. Спокойной ночи!

– Спокойной.

Мама вышла из комнаты и пошла в ванную, а я крепко уснула. Спала, как говорится, без задних ног, пусть в моей ситуации это и звучит немного трагично.

Жизнь, всё-таки, странная штука. Как всё резко порой меняется… Вот сидишь и думаешь, мол ты навечно в сером мире, без прекрас. А тут – бац, и ты уже смеёшься, веселишься, радуешься жизни, раскрашенной во все цвета радуги! Странно. И страшно. Страшно вернуться обратно.

Следующее утро началось так же, как и прошлое – с тренировки и лечения. Я намазала ноги согревающей мазью, мама растёрла мне спину, и я принялась делать различные упражнения. Это уже было рутиной. Мама ушла на работу, и я сидела дома одна, пока мне не позвонила моя подружка Катя. На тот момент мы были знакомы с ней около 5 лет, а встретились мы в коридоре больницы, когда она решила помочь моей маме вывезти инвалидную коляску из лифта. «Какая хорошая девочка!» – сразу же сказала мама. Так мы и познакомились.

Катя шла то ли к хирургу, то ли ещё к кому – честно, не помню. Главное, что сейчас у неё всё в порядке. Когда я выезжала от своего врача, Катя ждала нас с мамой у лифта, чтобы снова помочь. Широкой души человек! Она помогла завезти меня в кабину лифта, помогла вывезти внизу, а пока всё это происходило, мы знакомились. Стоит сказать, что внезапные звонки – одна из черт Кати.

– Лид, привет! – Раздался давно знакомый голос на том конце провода.

– Привет, Кать. Ты как всегда внезапно. – Ответила я.

– Это я могу, это я умею. – Весело отвечала моя подруга.

– Что-то хотела? – Поинтересовалась я.

– Да нет, так просто звоню, спросить, как дела у тебя?

– Знаешь… Приезжай в гости! Расскажу!

– О, уже собираюсь! – Обрадовалась Катя.

Через полчаса раздался звонок в домофон. Я не сразу подорвалась открывать дверь, потому что привыкла, что её открывает обычно кто-то другой. К нам редко кто-то приходил, а когда мамы не было дома, то вообще никто. Но спустя секунд 10 непрестанных звонков я осознала, что сейчас мне ничего не мешает подойти к трубке домофона.

– Кто? – Спросила я.

– Катя.

Я открыла дверь и стала ждать Катю.

– Приве-е-ет! – Протяжно поздоровалась Катя, улыбнувшись во всё лицо и раскинув руки для объятий. – Ты уже ходишь?

– Да тут странная ситуация… – Я обняла подругу, и мы прошли домой. – Пойдём чаю выпьем? Или кофе. Что будешь?

– Давай кофе. А пока рассказывай, как ты так вдруг ходить стала? Я ж помню, как тебя на коляске в больнице возила. – Говорила Катя, сев на табуретку возле кухонного стола.

Я рассказала, как 3 дня назад утром вдруг смогла встать, как мы с мамой радовались, как обрадовали нашего врача. Самой до сих пор не верится, что так вышло.

– Это просто… Вау! Я поздравляю тебя! – Говорила Катя, держа в руках чашку с только что заваренным ароматным кофе

– Спасибо. – Ответила я, тоже сев на табуретку напротив. – А ты как? Что нового?

– Вышла замуж, родила, уже на работу вышла.