Читаем Байки сталкера Бабая онлайн бесплатно
Байки сталкера Бабая
И.Ф. Шабельников
15.10.2010
ozzy1957@yandex.ru
www.ozzy1957.narod.ru
Бабай
Сталкер Бабай один из старожилов зоны, он рассказывает, что видел первый чернобыльский взрыв. Врет, наверное, хотя, кто его знает. Лет ему может быть сорок, а может быть все шестьдесят. Зона быстро превращает попавших в неё и выживших пацанов в мужчин, и они потом так и остаются в одной возрастной поре. А потом они просто исчезают. Зона не терпит стариков, старикам в ней места нет. Бабай - редкое исключение.
Так вот, Бабай выглядит стариком, возможно, поэтому у него такая и кличка. Но, я думаю, что свою кличку Бабай заработал не из-за возраста, а за свои рассказы. Его рассказы - это враки, байки и страшилки. Вот, травит тебе Бабай очередную байку, которую ты уже раньше вроде бы уже слышал, а слушать всё равно интересно. А всё от того, что никогда не поймешь, что в этих байках, правда, а что вымысел, и какой на этот раз у этой враки будет конец.
Впрочем, некоторые сталкеры считают Бабая в буквальном смысле "бабайкой", "ночным духом" зоны, а его страшилки - это предупреждения самой зоны. Будто бы рассказывая сталкеру байку, Бабай вещает ему его возможное будущее, поэтому и концы баек для каждого разные. Не поймешь подсказку и вляпаешься в беду. Многие сталкеры считают, что предупреждения в байках Бабая, не раз спасали неопытным сталкерам жизнь. Отсюда и симпатия сталкеров к Бабаю, каждый считает своим долгом поднести ему в баре стаканчик.
В общем-то, я с ними согласен, не по сути, а по существу. Бабай - это реликт зоны. Его рассказы - это дополнительная информация о зоне, меня самого не раз спасали байки Бабая. Не на прямую, конечно. Просто из рассказов Бабая вытекает, что сталкер должен иметь голову на плечах, а не задницу. Хоти, но умеренно - всё в зоне имеет свою цену, иначе одной жопой не расплатишься.
Короче, Бабай старый пьяница. Хитрован с коротко стриженой головой пегого цвета, глаза с прищуром, мешки под глазами. Недельная, если не больше, небритость. Бритым я его никогда не видел, как и трезвым то же. Впрочем, его никто не считает пропойцей. У него сносная амуниция и экипировка, а оружие так вообще выше всяких похвал. Вроде бы обычный калаш, но так любовно модифицирован и доведен, что даст фору любым новомодным стволам. А оптика, это просто чудо. Кроме того, Бабай никогда не клянчит деньги или выпивку. Он пьет, пока кредиты у него есть, или пока за него готовы платить слушатели. Потом внезапно исчезает из бара на недели три в зоне, приносит кучу ценных артефактов, а потом недели две снова пьет.
Я давно начал записывать байки Бабая. Но мой график посещения бара, сильно отличается от графика Бабая. Поэтому мои записи носят весьма разрозненный характер. И всё же, я решил кое-что опубликовать. Вот некоторые из них.
Оборотень
Вот, однажды приключился со мной один удивительный случай. Я, сторговавшись с военными, вышел из зоны, вынес ценный хабар, удачно сбыл его, и завис на ночь у одной женщины. Не буду называть её имя. Не к чему трепать её честное имя, да, и вам, пацанам, оно ни к чему. Так вот, через две недели, я вдруг остро осознал, что мне нестерпимо хочется на волю, то есть вернуться в зону. Стою это я рано утром, курю и наблюдаю, как окрестные болота затягиваются плотными туманами. Батюшки светы, а ведь уже осень! Наверное, я задержался больше, чем на две недели. И тут думаю, черт, а не воспользоваться ли мне туманом и проскочить под самым носом у военных, минуя блокпост по болоту. Это же какая экономия, не надо платить военным "подорожную".
Парни, не поминайте черта перед выходом в зону, мне в тот раз эта чертова "экономия" чуть боком не вышла. Пролез я, значит, под колючкой, подобрал слегу, прыгаю по болоту с кочки на кочку, проверяю кочки слегой. Туман такой плотный, что уже в паре-тройке метром ни черта не видать. Вдруг чувствую, что кочка, на которой я стою, уходит вместе со мной в низ. Я лихорадочно стал прощупывать близлежащие кочки, слега выскользнула у меня из руки, как будто черт ее у меня выдернул, и осталась торчать в полутора метрах от меня. А я уже по колени увяз в болоте. Я бросился назад к кочке с березкой, которую я только что прошел, и увяз ещё больше. Черт, черт, черт!
Вот же, черт, вляпался в зыбун! Теперь чертыхаться можно сколько угодно, ни до слеги, ни до березки дотянуться я уже не могу. Чем больше я дергаюсь, тем ухожу глубже. Скинул с плеча автомат, оперся им в болотную тину - не шибко-то помогает, но всё же. Что делать? Молча потонуть или докричаться до военных, они где-то тут рядом. Я решил попробовать, может, удастся договориться с военными. Если уж на то пошло, тюрьма всё же лучше смерти.
- Эй, кто-нибудь, помогите! - начал я орать благим матом.
Туман скрадывает звуки, разве через него докричишься. Выстрелить из калаша то же не получится - дуло забито болотной тиной, ещё заклинит и разорвет ствол. А между тем я ушел в болото уже по пояс.
- Па-ма-ги-те!
- Эй, ты чего тут орешь?
- Да, вот, понимаешь, угодил в зыбун. Думаю, может кто-нибудь услышит, - я стал озираться и увидел, только огромную серую собаку, сидящую на кочке возле той самой чахлой березки. А где же хозяин собаки?
- Ну, вот я услышал, тебе от этого легче?- я так понял, ответила собака. Слова у меня застряли в горле, от ужаса я замер с раскрытым ртом. Я сразу забыл, что тону в болоте, ведь передо мной сидела в обличье волка сама "нечистая сила".
- Что замолчал, сталкер? - спросила собака, не разевая пасти. Слова звучали прямо у меня в голове.
Оборотень, подумал я.
Я уперся левой рукой в калаш, от чего тот глубоко зарылся в тину, а правой выдернул из разгрузки нож. Волк фыркнул, мне показалось, что глаза его насмешливо заблестели. Я понял, что оборотень не собирается прыгать за мной в трясину. И сидя по пояс в болоте, глупо угрожать ему ножом. Я убрал нож в ножны, выдернул из тины свой автомат и снова в него уперся.
- Я не оборотень, я - волк. Просто я могу ментально общаться с людьми. Может быть, слышал обо мне?
- Слышал, слышал, Рваный рассказывал, называл тебя другом, Аявриком,- а про себя подумал, я не такой простачек как Рваный, меня этот оборотень не обманет. Скольких сталкеров он заманил к центру болта, соблазнив их россыпью артефактов. Ни один оттуда не ушел!
Волк вскочил на четыре лапы и злобно оскалился,- Никого я не заманивал, нечего соваться к моему логову! А не ушел никто потому, что я умный и читаю их глупенькие планы и мыслишки.
- Я не совался к твоему логову. Я просто шел мимо.
- Знаю, поэтому я с тобой и разговариваю,- волк успокоился и снова сел.
- Слушай, может, перекинешься в человека и поможешь вылезти из трясины. Посидели бы, поговорили.
- Вот ты, чудак-человек, я же говорю тебе, что я просто волк, а никакой не оборотень!
- Мне без разницы, оборотень ты или ментальный волк. Если ты такой умный, прояви смекалку и милосердие, придумай, как мне выбраться из трясины.
- Бабай, у вас у людей слишком много слов в лексиконе. У нас, у волков, понятия милосердие и слабоумие обозначаются одним словом.
Ни хрена ж себе лексикон у этих волков. А этот ещё и телепат, наверно уже успел ментально покопаться у меня в мозгах, знает мой ник.
- Почему ты меня назвал Бабаем?
- Я тоже слышал о тебе, ты - "Собачий принц". Нет, скорее так - "Собачий Барон". Это ты ходишь по зоне с собачьим охранением.
Что, правда, то, правда. Собаки меня обожают. Может, я пахну как то по-особенному? Как только собаки меня зачуют, так прекращают лаять, виляют хвостами, стараются лизать мне руки, всячески выразить мне свою преданность. Стоит мне выйти в зону, как за мной увязывается эскорт слепых псов, готовых по моему сигналу броситься на любого.
- Аяврик, насчет телепатии я, пожалуй, могу признать, а вот насчет ума, как, на мой взгляд, так собаки всё же умней волков.
Волк поднялся и начал грызть ствол березки. Я сначала подумал, что мне удалось его сильно разозлить. Я стал подбирать в голове ещё колкости. Что бы ещё такое ему сказать, что бы он прыгнул в болото ко мне. Умереть в короткой схватке с волком, всё же веселей чем медленно тонуть в болоте. Когда же надкушенный ствол березки переломился, и я смог ухватиться за её ветки, я понял что волк гораздо умнее, чем я думал. Если я выберусь на островок, то справится с таким матерым волком, будет ох, как не просто. А если в тумане прячется вся его стая, то у меня вообще никаких шансов.
Волк снова хмыкнул и сказал,- Счастливо оставаться, Бабай,- развернулся и стал удаляться в туман.
Мне стало за себя стыдно, и я крикнул вдогонку волку,- Спасибо, Аяврик!
Волк на ходу повернул голову, подмигнул мне и скрылся в тумане. В этот момент мне стало по-настоящему страшно! До жути страшно! Я ведь уже поверил, что выберусь живым с этого болота, и, что он просто волк, пусть даже и телепат. Я слышал, что в отличие от собак, волки не могут взглянуть назад через плечо. Такая уж у них конституция шейных позвонков. Этот - мог! Он конечно мутант, но не до такой же степени. Короче, оборотень прокололся по-полной!
Вы спрашиваете, почему волк-оборотень помог мне и даже позволил уйти со своего болота? Не знаю! Помог, возможно, потому, что мой запах, пока он не перекинулся человеком, действовал на него почти так же, как и на собак. Потому и отпустил. А может, потому, что он умный и телепат, ведь выбравшись на островок, я достал гранату, и так зажимая её в руке, с выдернутой чекой я и шел, пока не вышел с болота.
Стоша Говназад
Все беды от недопонимания, я вот вам сейчас рассажу один случай. Было это в лихие девяностые. Впрочем, лихие они были для всей прочей страны, а в зоне была тишь да благодать. Страсти по поводу Чернобыля уже поутихли, периметр охранялся из рук вон плохо, а в зоне царили мир и покой. Всё сознательное население было уже отселено, а не сознательное - просто забыто. Впрочем, "несознанцев" было мало, так, кое-где, на хуторах доживали свой век "немерущие" старухи. Причем старухи, не ведающие о том, что такое радиация, вследствие чего радиация их, просто игнорировала. Радиация любит молодых.
Для сталкеров старой школы это была просто лафа. Мы исходили вдоль и поперек всю зону в поисках цветмета. Мы, не имея приборов, научились определять степень загрязнения радиацией с помощью биодетекторов, ну, там жучков и мукашек всяких. Я, например, мог определять степень загрязнения и направление на источник радиации и без детекторов вовсе, с помощью высунутого и смоченного водкой языка. Примерно так, как змеи улавливают запахи. Меня тогда так и звали - "Большой змей".
Вот крест на пузо - не брешу! Только водка должна быть казённая, а не вот эта палёная дрянь, которую бармен нам тут втюхивает. Нет, самогонка и горилка не подойдут.
Что? Нет, до первого вторичного выброса аномалий не было. Мутантов, тоже, во всяком случае, таких как сейчас. Оружия мы в зону тогда не брали. И вообще старались не брать ничего металлического, даже ножей. Металл быстро накапливал радиацию, после ходки, стволы и ножи оставалось только выбрасывать. Вместо ножей брали полосы отточенного прочного пластика. Конечно, пластиковый нож это вам не армейский тесак. Это оружие контактного боя и требует, ловкости, силы, а главное умения. Зря улыбаешься, пацан, в умелых руках и вилка - оружие. Гурон, может быть, слышал о таком, так вот, он мог убить человека обычной ложкой. Как, как? Да, вот так, сел и накакал!
Да, и снаряжение было самое не мудрящее - подобранные на свалке армейские костюмы химзащиты и просроченные противогазы. У меня, правда, был самодельный вещь мешок, сшитый из фартука рентгенолога. Где взял, где взял? Нашел!
Так вот, в тот раз я шел в паре со сталкером по кличке Стос. Обычно я хожу один, но Стос где-то раздобыл армейский дозиметр, я соблазнился и взял Стоса с собой. Мы тогда обшаривали окрестности Радара. Вокруг Радара было много вспомогательных военных объектов, когда то обслуживающих Радар. В одном из бункеров мы срезали метром пятьдесят кабеля из палладия, а я нашел несколько игнитронов.
Что такое игнитрон? Это ртутный вентиль в мощных выпрямительных установках. Игнитроны ценились на вес ртути в них содержавшихся. Забудьте это слово, парни, игнитроны, моими стараниями, в зоне больше не водятся.
Что? Нет, я не сплю. Да, надыбал я тогда игнитроны, и мы собрались уходить. Вот только погода начала портится. Свинцовые тучи накрыли все небо. Тучи висели так низко, что касались верхушек деревьев. Температура резко упала, моросящий дождь сменился на снежную крупу, и это в середине лета. Вдобавок из леса выскочило с десяток кудлатых собак, и начали кружить вокруг нас. Непроизвольно мы со Стосом выхватили пластиковые ножи. Вообще-то собаки мне не враги, но я был не один.
- Змей, не нравится мне эта кодла, пора делать ноги,- процедил сквозь зубы Стос.
- Подожди, Стос, дай я с ними поговорю,- я убрал нож в ножны и вышел немного вперед. Начал ласково увещевать собак, мол, нефиг им здесь крутится, кроме тумаков им тут больше ничего не обломится. Собаки утихли, улеглись на землю и колотили по земле хвостами.
То, что меня любят собаки, я знал ещё с детства. Наверно я пахну для них как то по-особенному. В детстве я обносил яблоки с соседских дач без всякой опаски. Цепные псы, зачуяв меня, только радостно повизгивали, а уж если я поглажу или почешу за ухом, то некоторые писались от счастья. А я вам доложу, что дачники народ свирепый и собак держали соответствующих. Вот помню один случай ....
Что? Ах, да, случай со Стосом. Так вот, вышел я вперед, присел и протянул руку в сторону собак. Одна из собак, наверное, вожак, подползла ко мне на брюхе и начала лизать мне руку. Вдруг с собаками стало происходить, что-то странное. Они как бы разбухли. Мою кожу рук начало пощипывать, а волосы встали торчком. Статика - понял я. Собаки вскочили с земли и бросились в блиндаж, который мы только что обшаривали. Со мной остался только вожак, он жалобно скулил пытаясь мне что-то сказать.
- Змей, валим отсюда, видишь, творится, что-то странное, тем более собаки попрятались.
- Стос, собаки не просто так попрятались, Давай за ними в блиндаж.
- Нет уж, Змей! Ты как хочешь, а я ухожу. И дозиметр я тебе не оставлю. Либо ты со мной, либо оставайся с собаками.
- Стос, не дури! Будет гроза, а блиндаж это укрытие. И пока ты со мной, собаки тебя не тронут.
Собака, которая осталась со мной подбежала ко входу в блиндаж и стала оттуда на меня тявкать, как бы приглашая за собой.
- Собака лаяла, на дядю фраера,- продекламировал Стос,- Прощай Змей.
Стос развернулся и стал удаляться по направлению к лесу. Стос шел, а за ним оставался светящийся след, это вспыхивали огонечки на кончиках травинок. "Огни Святого Эльма", понял я. Засветились и концы кабеля торчащего из рюкзака Стоса. Я стоял как завороженный, не в силах пошевелиться, или окликнуть Стоса. Из оцепенения меня вывела собака, она скулила и тыкала меня в ноги носом. Я не стал больше мешкать, бросился в блиндаж, собака с радостным лаем побежала за мной. Только мы успели заскочить в блиндаж, как с наружи начали полыхать молнии, сопровождаемые оглушительными разрядами грома.
