Читаем Бабур-наме онлайн бесплатно
В пятницу, двенадцатого числа[509], прибыли Ахмед бек и Султан Мухаммед Дулдай, оставленные в Баджауре для подкрепления. В среду, семнадцатого числа того месяца[510], Тенгри Берди, в саду айдара Таки дал пир некоторым бекам и йигитам. Я тоже пошел на пирушку и пил. Вечером, в час молитвы перед сном, мы поднялись, пошли в большие шатры и опять пили.
В четверг, двадцать пятого числа[511], был назначен урок по фикху[512] у Муллы Махмуда.
Во вторник, в последний день месяца, Абу Муслим Кукельташ прибыл послом от шах Шуджа Аргуна; он привел в подарок скакуна. В тот же день Юсуф Али Рикабдар сто раз проплыл вокруг пруда, находящегося в саду Баг-и Чинар; ему были пожалованы полная перемена платья, оседланный конь и деньги. В среду, восьмого числа месяца раджаба[513], я отправился в дом Шах Хасана /
В субботу, одиннадцатого числа[514], была пирушка. Между послеполуденной и вечерней молитвой мы поднялись на кровлю большой голубятни и пили. Позднее [мы увидели] нескольких всадников, ехавших по дороге от Дех-и Афгана к городу. По проверке оказалось, что это Дервиш Мухаммед Сарбан, который едет послом от Мирза хана. Мы позвали его с крыши и крикнули: «Оставь повадки начальника и главы посольства и приходи без чинов». Дервиш Мухаммед пришел и сел среди пирующих. В то время он дал зарок и ничего не пил; мы там пили до самой ночи.
На следующее утро, когда я сидел в диване, Дервиш Мухаммед вошел по всем правилам и обычаям и доставил подарки от Мирза хана.
В минувшем году, после тысячи беспокойств, угроз и посулов, мне удалось снять с места всех окрестных жителей и привести их в Кабул. Кабул — тесная область и стадам аймаков и тюрков негде там зимовать и летовать. Жители степей по доброй воле никогда не согласились бы поселиться в Кабульской области. Явившись к Касим беку, они попросили его о посредничестве в отношении перехода в другое место. Касим бек долго убеждал меня; в конце концов, он получил для аймаков разрешение перекочевать в Кундуз и Баглан.
Старший брат Хафиза осведомителя прибыл из Самарканда. Теперь я разрешил ему вернуться в Самарканд и послал с ним Пулад Султану свой диван. На переплете дивана я написал такой стишок: /
В пятницу, семнадцатого числа того же месяца[516], Шах Мазид Кукельташ явился от Мухаммед Заман мирзы; привезя деньги на бедных, подарки и коня, он выразил желание мне служить. В тот же день я облачил посла Шах бека, Абу Муслим Кукельташа, в почетную одежду, пожаловал ему награды и отпустил его. Ходже Мухаммед Али и Тенгри Берди тоже было дано разрешение отправиться в их владения — Хаст и Андар-Аб.
В четверг, двадцать третьего числа[517], Мухаммед Али Дженг-Дженг, которого я оставил в области Каче-Кута и Карлуков, возложив на него управление этими землями, явился ко мне. Шах Хасан, сын Мирзы Малви Карлука, и человек, посланный от Хати, тоже явились вместе с ним. В тот же день Мулла Али джан, который ездил в Самарканд, чтобы привезти оттуда свою семью, вернулся и вступил ко мне в услужение.
Афганцы из рода Абд ар-Рахман, которые жили у границ Гардиза, были несговорчивы насчет дани и неприязненны в обхождении. Проезжие караваны тоже терпели от них ущерб. В среду, двадцать девятого числа месяца раджаба[518], мы выехали на конях, чтобы совершить набег на этих афганцев. В окрестностях Тенг-и Вагчана мы остановились и поели; позднее, после полуденной молитвы, мы выехали оттуда. Ночью мы сбились с дороги и долго блуждали среди холмов и равнин к юго-востоку от болот Аб-и Шахна. /
[Отсюда] мы послали отряды для набега. Один отряд воинов направился в сторону горы Кирмас, что к юго-востоку от Гирдиза; вслед ему я послал бойцов правой стороны центра под начальством Хусрау Мирза Кули и Сейид Али. Большой отряд воинов направился вверх по долине к востоку от Гирдиза; вслед этим воинам я послал отряд под начальством Сейид Касим ишик-ага, Мир Шах Каучина, Киям Хинду бека, Кутлук Кадама и Хусейна.
Так как большинство воинов направилось вверх по долине, то я, — проводив их, сам поехал за ними следом. Жители верхней части этой долины, видимо, находились далеко, так что кони воинов, шедших вверх по долине, притомились, и людям не досталось никакой добычи.
