Читаем Аз есмь Софья_3_СИ (07.07.16) онлайн бесплатно

***

Это же Софья сказала и брату.

- Лешенька, эта малышка может стать... проблемной.

- В чем?

К таким заявлениям Алексей легкомысленно не относился.

Семья - это сила. Это твоя кровь, твой тыл, люди, которые закроют твою спину. Все, что может внести в семью разлад, должно выпалываться немедленно. Это не Дуняшка, которая сейчас обживает Картли. Это жена царевича. Следующего в линии престолонаследия. И случись что... да, именно так. Понятно, кто может стать царицей.

Умирать, в том числе и бездетным, Алексей не планировал, но отец ведь тоже не планировал, нет? Ульрика-Элеонора еще не приехала, они еще не поженились, детей пока нет....

- Она неглупа, но спесива до крайности. Горда, жестока, свято уверена, что первый после Бога - ее брат, а вторая - она. И ей нужен не Федя. Ей нужна власть.

- Да ей лет-то...

- Лешенька, а сколько? Двенадцать? Через год она станет женщиной, еще через два - матерью. И не захочет трона для своих детей? И власти той, кто стоит за троном - для себя?

- Хммм... Что ты предлагаешь?

- Воспитать не удастся. Вряд ли.

- По возрасту?

- По сложившемуся. Человек никогда не откажется от идеи, что он стоит над всеми. Слишком приятно это выглядит и звучит. Я, конечно, попытаюсь, но без серьезной ломки тут ничего не получится.

- Попробуй, Сонечка. А пока - твои предложения?

- Противозачаточные средства. В обязательном рационе.

- На кухне распорядишься?

- Да. Это первое. Ее служанок отправить куда-нибудь, окружить девчонку своими людьми. Чтобы не плела интриг. Письма вскрывать, сам понимаешь...

- Не жестко?

- Лешенька, а сколько нам было, когда Долгоруков...

Напоминание подействовало. Алексей медленно кивнул.

- Да, Соня. Действуй. Феде скажем?

- Поговорить с ним надо. Но не до конца. Все-таки это его жена... будет.

- Найди ему кого-нибудь?

Софья уже перебрала в уме картотеку. Федю она, конечно, тоже девственником не оставила, еще год назад им заинтересовалась милая девушка Федора, но раньше у девушек не было задания - привязать царевича к себе. Сейчас же...

Она знает, кто ему нравится. Какой тип женщин. Вот и пусть у него будет и жена, и любовница. Две семьи, одна явная, а вторая тайная. И дети будут сначала в тайной семье.

Цинично?

А наплевать.

Особенно любовью к своему семейству Софья так и не прониклась. Ради Алексея она бы кого угодно зубами загрызла, ради Ванечки - но и только. Остальные Романовы рассматривались ей, как удобный и удачный ресурс. Их можно было холить, лелеять, ценить, учить... любить?

В рамках симпатии.

Жив - хорошо. Умрет - жалко. Но и только-то.

Иногда Софья задумывалась, чудовище она - или нет. Но чаще приходила к выводу, что чудовище - штука полезная. Главное, чтобы кормили вовремя и натравливали на кого надо. А остальное - к попам. Они отпустят.

Так что Алексей Алексеевич получил нежную улыбку.

- Какой же ты умный, Алешенька. Я завтра же займусь.

Судя по улыбке брата, он тоже так считал. Конечно, умный. Глупые цари в соборе лежат. Ровненько...

***

Имре Текели ушам своим не верил. Илона улыбалась, спокойно и загадочно, словно древняя икона.

- Да, я выйду за вас замуж, Имре. Это будет взаимовыгодный договор. Вы получаете мою полную поддержку в том случае, если сами поддержите русского государя. Хотя вы и так хотели это сделать.

- Д-да.

- Наша земля должна быть свободной. Мои прадеды всю жизнь для этого отдали, отец голову сложил, мать... - Илона махнула рукой. Не было на земле венгерской того, кто не осведомлен был о доблести рода Зринских, но напомнить стоило, ох как стоило.

Не Имре ей честь оказывает - она ему руку протягивает. С такой женой, как она, с поддержкой родов Ракоци, Батори, Зриньи... горы свернуть можно. Вот и пусть сворачивает их...

Для ее сына.

Ради маленького Ферека Илона убьет, украдет, головой в петлю влезет.

И - да. Более детей у нее не будет. О чем ее будущему мужу, будь он хоть листовым золотом покрыт в три слоя, знать не обязательно.

Первым был у нее Ференц Ракоци - единственным в сердце и останется.

А еще Имре не знал о том, что обдумывала Илона. Русский государь намекнул, что лучшие узы - брачные. И у него есть и брат подходящего возраста, и сестра. Равно его устроят и Ференц, и Юлиана, когда войдут в возраст. Но лет пять у княгини есть подумать.

Илона собиралась серьезно подумать.

Отдать дочь на Русь?

Возможно.

Сыну невесту взять?

Правитель, которого русский государь поддерживает - это сила. Вот, Михайла Корибут, женился на сестре русского государя, так Алексей Алексеевич ему и войну выиграть помог, и потом, когда Крым воевать пригласил, поляки без добра не остались.

Домой довольные вернулись, телеги добра привезли.

Ферек или Юлиана?

Юлиана или Ферек?

И то и другое было одинаково привлекательно. Но это потом, потом...

Хоть и была Илона женщиной, но сейчас надобно было ей стать в первую очередь княгиней.

- Сулейман идет на нашу землю с громадным войском. Что вы хотите сделать?

- Поеду к нему. Поклонюсь в ноги.

- Мы пропустим его через наши земли.

- Да. Я помогу провизией, помогу людьми, коли понадобится, но взамен - когда они завоюют эти земли, пусть признают наше право! Это наша земля! И она должна быть свободна! Достаточно нас угнетали императоры!

Илона только вздохнула про себя.

Мальчишка, какой же мальчишка... пусть так! Сколько раз она видела эти же огни в глазах своего мужа? Сколько раз молилась, протирая коленями пол в часовне. Спасти, сохранить... не уберегла.

Постараемся уберечь этого.

Пусть живет Имре, чтобы смог жить Ферек.

Илона и не знала, сколь хороша она была в этот момент. Тяжелые черные косы, синие тени под темными громадными глазами, нежные губы - и не скажешь, что четвертый десяток разменяла эта красивая и потрясающе сильная женщина. И Имре сейчас смотрел на нее не только, как на союзника.

Не было у Текели недостатка в женщинах, пальцами щелкни - любая бы прибежала. Не эта.

И ворочалось в глубине души нечто новое...

Не только союзника он видел в Илоне. Еще и красавицу, которую хотел бы видеть рядом с собой. Своей видеть....

Только вот кто он, а кто она?

Пусть он Текели... ее кровь благородней и древнее. И все же...

Почему бы и не попытаться?

Он ни к чему ее принуждать не будет, не насильник. Но рано или поздно она к нему сама придет. Он подождет. Он терпеливый...

***

Татьяна встала перед иконой на колени, перекрестилась быстро, двоеперстно, как привыкла. Хотя кто б ее за то ругал?

Добрые девушки в приюте так и объяснили - Бог-то остался, а вот как молиться ему... ну, пока решаем, как правильно, да единый канон вводим - вот отсюда и потрясения. А ты, главное, верь.

Ему-то, поди, все равно, сколь часто кланяются, он нас все равно любит.

Все мы дети и внуки его, все от его крови, от Адама и Евы - неуж он на нашу глупость разгневается?

Татьяна и верила, что не разгневается.

Освободили ж ее из плена? И от плохого брака отговорили. И мужа нашли хорошего...

Вот и благодарила она сейчас Бога за все. И искренне просила здоровья для царской семьи. А для кого ж еще?

Кабы не пошел Алексей Алексеевич войной на Крым!

Кабы не подумала добрая царевна Ирина о тех, кто возвращаться будет!

Кабы не учила царевна Софья девушек, чтобы они помогали...

Кабы не затеял государь-батюшка строить Канал... так случайно она и с Кириллом познакомилась. Только-только тогда от боли сердечной отошла. Ефима от нее прогнали.

Таня аж поежилась, вспомнив, как гневался мужчина, когда отказала она ему. А потом улыбнулась краешками губ. Пусть и неприятно вспоминать, но и... есть за что собой гордиться!

После памятного разговора с Ксенией, пришла она к ней второй раз через два дня. Подумав. И решила отказать Ефиму, да боялась. Плен - он ведь даром не проходит... привыкаешь бояться.

Тогда-то Ксения и предложила, мол, ты с ним говори, а я рядом спрячусь. Верь мне, одну не оставлю.

Таня и поговорила. Честно спросила про жену, про детей... и где по молчанию, где по взгляду поняла - верно все.

Не лгали ей.

Не она Ефиму нужна, не Танюшка со светлыми косами, а пара крепких рук да детородное чрево. И как жить тогда?

В плену быстро приучаешься видеть, что у кого на уме, малейший наклон головы подмечаешь, малейшую тень в глазах - от того и жизнь твоя зависит.

Ефим, конечно, бушевал. Ногами топал, ругался грязно, объяснял, что никто ее более не возьмет, он и то ей милость оказал, но тут уж Таня тоже озлилась. И объяснила, что Христос блудницей не побрезговал. А она не блудница, да и Ефим не Христос.

Вот!

Кто знает, что бы сделал озленный мужчина, не прибудь тут на подмогу Ксения. Ровно мимо проходила, спросила, надобен ли Тане более этот разговор - и увела. А Ефиму холодно заметила, что любой, кто оскорбляет женщину, лишний раз доказывает, что он не мужчина.

Больше Таня Ефима не видела - и век бы не видеть!

А спустя месяц заторопилась из монастыря куда-то и ее подружка, Ксения. Вот тогда Таня и набралась храбрости. Попросилась с ней - хоть бы и служанкой. А Ксения возьми - да и согласись.

Таня не знала, что это решение обдумывали несколько царевниных девушке. И что согласились все. Надо было брать таких Танюшек в новую для них жизнь, надо приучать к людям. А пока серьёзных заданий от царевны не предвиделось, можно и потренироваться.

На кого чаще всего внимания не обращают?

Да на слуг.

Кого не стесняются, не видят, о ком не задумываются?

Царевна своим девушкам сотни раз о том говорила - и Ксения такой ошибки не совершала.

Татьяна была ее глазами, ее голосом, и разглашала только то, что выгодно было Ксении. К тому ж девушка была красива и неглупа. И рано или поздно Ксюша отпустит ее замуж. И ее муж, ее семья будут благодарны государю.

Мало?

Так это капля в море. Здесь, там, и наберется уже озеро. А из озер выходят реки, чтобы прийти к морю. Не бывать на Руси тем, кто царем недоволен. Не бывать бунтам! Это их дом, они тут живут... кому понравится, когда бардак в доме?

Ну да это дела государственные, а для Танюшки важнее было то, что Ксению отправили на Канал. Съездить, да кому-то письмецо передать.

Вот, пока ехали, и разговорилась Таня с веселым парнем.

Кирилл так и объяснил. Он хоть и из купеческих детей, да младший из восьми. Либо на побегушках у братьев быть, либо свое дело начинать, а только не приспособлен он к торговле. Думал он, куда податься - и решил.

Почему бы и не Канал?

Отработает здесь три года, дом получит, на землю осядет - и сделает то, что хотел.

Постоялый двор откроет. И - да, коли Танюшка согласится с ним быть, лучшего ему и не надобно будет.

Ксения об этих планах быстро узнала. Переговорила с Кириллом, подумала - и пообещала Тане поговорить еще кое с кем. Пусть сразу строится. Она ему грамотку от царя добудет. Но она заезжать в гости будет. И коли узнает, что Танюшку в чем обижают...

Кирилл даже и не обиделся тогда. Только рассмеялся. Мол, чаще заезжайте, а то детишкам крестная мама понадобится.

Вот тогда и поняла Таня, что улыбнулось над ней солнышко. И молилась сейчас за всех и сразу. А когда перекрестилась последний раз, повернула голову и обнаружила чуть позади себя Ксению, которая так же молилась. И крестилась пусть тремя пальцами, да разве важно то? Важна душа человеческая, да вера в Бога. Остальное же от Лукавого.

Заговорили подруги только на выходе из церкви.

- Ну как, готова? Завтра уже замужней вечер встретишь.

- Ох, Ксюшенька, волнуюсь я...

- А не надобно волноваться. Кирилл знает все, это не Ефим. Да, у него ни кола, ни двора, ну так поможем, чем можем. Главное, что любит он тебя - и вот такую как есть принял. И обижать не будет, у меня глаз наметан.

- А коли не разрешат ему...

- Разрешат. Постоялый двор держать дело сложное, не каждому под силу. А вот он справится. Деньгами на первых порах поможем, потом отдаст...

- Ксюша... ведь есть у меня деньги.

Рука подруги крепко сжала плечо Татьяны.

- Забудь о том. Поняла?

Таня кивнула. Ксения жестко смотрела ей в глаза.

- Это - твое. На крайний случай, на черный день, на детей... коли твой мужчина тебя обеспечить не сможет - не надобен такой. И знать ему о твоих деньгах ни к чему. Не для того ты из Крыма их везла, берегла, прятала...

- ты знала?!

Ксения лишь пожала плечами.

- И что?

- И меня не выгнали?!

Не отняли деньги, не сказали устраивать свою жизнь самой, не... таких "не" набиралось очень много. А выходило так, что Тане позволили иметь свои тайны - и даже не сочли нужным указать на ложь.

- Танечка, ты свободный человек. Почему ты должна делиться с теми, кто пока не заслужил твоего доверия? Мы же не родные, вот и не лезли в чужую душу. Ты должна была решить, кто мы тебе.

Таня несколько минут молчала. А потом крепко-крепко обняла Ксению.

- Родная ты мне. Сестра...

Ксения успокаивала девушку, гладя по светлым косам. И вовсе даже она не плакала. Ни капельки.

Все у этой Танечки будет хорошо. Поженятся они с Кириллом, трактир держать будут, детей нарожают. А она к ним будет заезжать, крестной матерью деткам станет - и каждый раз об одном и том же думать будет.

Сколько по Руси таких Танечек?!

Сколько тех, кому войны жизнь изуродовали?! Плен, издевательства...

Вот так и поймешь, что никакую цену заплатить не жалко, лишь бы не было на Руси более такого зла.

***

Софья прищурилась, решительно заскользила пером по бумаге.

Нравится ли, не нравится - иногда приходится сотрудничать с врагами и лгать друзьям. Хотя какие друзья в политике? В гадюшнике их куда как больше...

Своими поступками она подставляет Михайлу. Ну и Марфу, конечно.

С другой стороны - это кому еще нужна сильная Польша?

Полякам?

Безусловно!

А Софья предпочла бы видеть ее частью России - в будущем. Сателлитом, другом, союзником - но в составе одной страны.

Веник - он только в связке сильный, а прутья по одному легко переломаешь. Там, в двадцатом веке она искренне удивлялась - как люди этого не понимают? Их детям ведь жить в слабой стране. А это - грустно. Бродячую собаку каждый пнет, а поди, обидь собачью стаю?

И сейчас Софья писала Гуссейну-паше.

Великому Визирю султана Сулеймана.

Не под своим именем, конечно. Писал якобы царь Алексей Алексеевич. И он потом даже прочитает это письмо, как и Ваня. Вот от них Софья ничего не таила. Ну... почти.

Софья договаривалась о будущем.

Торговать, воевать....

Никто ж не думает, что Руси дадут жить спокойно? Это сейчас в Европе небольшие волнения, Людовик бузит, с испанцами Нидерланды делит, а вот как поделит - так и посмотрит повнимательнее. А еще у нее есть планы на кое-кого из европейских монархов. И это тоже не останется незамеченным.

Софья вовсе не хотелось, чтобы ее - или брата, или мужа, постигла судьба Елены Глинской. Яд...

Уберечься можно, но проще сделать так, чтобы травили не тебя, а для тебя. Или создать такую обстановку, когда европейцам не до травли будет - хвост бы из капкана вытащить.

У Гуссейна-паши, напротив, были свои интересы.

Пальцы девушки на миг тронули Коран. В золотом узорном переплете, изукрашенный камнями. Кто сказал, что в эти времена шифров не знали?

Вот закончит письмо, еще раз перепишет, с братом поговорит - и примется шифровать. Один из самых простых и в то же время убийственных способов шифра - книжный.

Выбираешь букву, строку, страницу - и пишешь три числа. Просто?