Читаем Аверс. Бремя ликвидатора. онлайн бесплатно

— В конец очереди. — едко повторил, будто выплюнул, незнакомый мне высокий дворянин.

Глядя на разгорающуюся перепалку, я нервно теребил лямку ремня на шее. Учитывая моё задание и положение, лучше было не отсвечивать, но…

Напоминаю, в твоём "кодексе" нет на этот случай прямых указаний. — послышался предостерегающий голос в голове. — Не лезь. Если так хочется справедливости — отомсти позже, тихо и незаметно.

Зеленоглазый, одетый с иголочки темноволосый юноша, нависал над оппонентом головы на две и показательно дружелюбно улыбался. Закатанные рукава белой рубашки обнажали тугие канаты мышц и обоженную, пестрящую свежими уродливыми ожогами кожу. Вышитый на рубашке юноши герб изображал нечто, напоминающее черно-белого осьминога.

Сам ты осьминог, а это Кракен. Мерзкие твари, как и графский род Терновских. Опалённые в пятом поколении. Хотя по ожогам и не скажешь. Знатные имперцы вроде не любят портить внешность… — подлезла Айрис с непрошенным советом.

— Согласно законам Российской империи при поступлении в Высокое Училище и на время прохождения обучения все сословия считаются равными… — несмотря на то, что простолюдин явно робел перед наиболее развитым оппонентом, смелости возразить ему хватило.

Весь торс парня был скрыт широкой темной рубашкой с высоким воротом, однако заросшие порезы на лице и кистях выдавали его направление. Кровник.

Тяжело вздохнув, опалённый покачал головой, обращаясь то ли к парню, то ли к толпящимся вокруг абитуриентам.

— Неплохое знание закона для простолюдина. — широко улыбнувшись, брюнет незаметно завёл руку за спину.

Коснувшись большим пальцем широкого перстня с рубином на указательном, дворянин крутнул камень в оправе.

Да чтож ты ему в зубы смотришь, дурак… — в сердцах подумал я, глядя как простолюдин колеблется, не понимая почему его оппонент резко переключился на похвалу.

Раскрутившись, рубин засветился ярче и внезапно вспыхнул небольшим огоньком горелки. Струя концентрированного пламени уперлась в пальцы криво оскалившегося от боли Терновского, прожигая их.

Безнадежный кадр. Тут одного запаха жженой кожи должно хватить, чтобы заподозрить неладное, а он стоит, клювом щелкает.

— Вот только даже в такой мелочи проглядывает босяцкая непосредственность… — выдохнув, дворянин резко выбросил объятую монохромным пламенем руку вперед. — Абитуриентом ты будешь считаться с того момента, как перешагнешь порог училища.

Пудовый кулак врезался парню четко в лицо. Место попадания мгновенно вспыхнуло неестественным белоснежным пламенем с чернильным контуром, а сила удара отбросила юношу на метр, заставляя упасть ничком.

— Тебе это знание, конечно, уже не пригодится… Зато остальные будут умнее. — прекратив улыбаться, проговорил дворянин, с нечитаемым взглядом наблюдая за тем, как черно-белое пламя, будто живое, перекидывается на короткий ежик соломенных волос кричащей в ужасе жертвы.

Моментально толпа, не сговариваясь, создала вокруг места происшествия круг. Несмотря на то что люди были незнакомы, действо заняло пару секунд, будто было они проделывали подобное в сотый раз, на одних рефлексах. Среди отстранённых и скучающих взглядов, скользящих по занимающемуся огнём телу, сочувствующих было меньшинство. Да и те в большинстве своем неловко отворачивались, не желая встревать в потасовку и наживать себе врага в лице графского рода.

— Старая добрая традиция Терновских. Странно, что кто-то всё ещё не в курсе. — увлеченно прошептал кто-то в толпе. — Для магов старше третьего поколения полагается отдельный вход, а эти из года в год приходят сюда чтоб кого-то сжечь.

— Ты то чего лыбишься? Сам же без герба. Жесть, вот уроды… — едва слышно выплюнул женский голос в ответ на эту реплику, адресуя оскорбление то ли наблюдающим за убийством людям, то ли дворянам с такой бесчеловечной причудой.

Ну, ты же кровник! Давай, порежь себя и смой эту дрянь. — напряженно думал я, следя за тем как голову катающегося по полу парня продолжает захватывать магический огонь.

С чадящего тёмным дымом, объятого пламенем кулака брюнета, на землю закапали густые капли прозрачной жидкости. Стоило субстанции коснуться мостовой, как камни тут же вспыхивали, будто от напалма и тонули в лужицах монохромного, расползающегося в стороны огня.

Поморщившись от тяжелого запаха паленой кожи и волос, я стиснул пальцы на лямке ремня и выдохнул весь воздух из легких. Рывок ошейника и полоска кожи на шее затянулась до упора. Гортань крепко сдавило петлей, а голова мгновенно закружилась от недостатка кислорода.

— После того как войдём в училище мы действительно станем равными. Формально. — стряхивая напалм с кисти, дворянин сунул руку в подмышку, гася пламя о явно непростую рубашку. От прежней напускной весёлости не осталось и тени. — На практике — не забывайте, кто кому пойдёт служить после выпуска. За этими воротами…

Дослушивать спич мне не хотелось. По крайней мере сгорающий заживо юноша не добавлял очков уюта выступлению.

И что будешь делать? Нападешь на дворянина просто потому что птичку жалко? — вздохнул в голове голос реверса.

Нет. Первым бить не буду. Но и стоять смотреть на это…

Обманутые мозгом лёгкие судорожно пытались сделать хотя бы один вдох, но тугой ремень становился для кислорода непреодолимой преградой. Щелчок по кнопке, расслабившей ошейник оборвал мои муки и темнеющий на периферии мир резко посветлел, а бешеный стук крови в висках затих.

Хоть я и не знал правильного названия Кракена, но противостоять этому виду магии умел — жизнь в искажённом магией ледяном аду предоставляла море практики.

Выбросив руку вперёд, я плавно взмахнул кистью, направляя тугой, возникший из ниоткуда поток воздуха на горящую голову простолюдина. В любой другой ситуации кислород бы лишь разжег пламя, но не с монохромным огнём — эта дрянь горела даже в вакууме.

Противоестественная, блестящая под лучами полуденного солнца, иномирная энергия впилась в лицо парня, взрываясь белым дымом в месте соприкосновения с магическим напалмом. Давление воздуха мгновенно сорвало омертвевшую часть кожи, но вместе с ней унесло и прозрачную жидкость, являвшуюся источником проблемы. От боли парень тут же отключился.

Вот и всё. Смерть от болевого шока. - насмешливо констатировала Айрис.

Да хоть бы и так. Всё равно лучше чем сгореть заживо.

— Чт… Ты зачем это сделал? — дрогнув от спецэффектов, опалённый удивленно повернулся, безошибочно определив источник ветра.

Обшаривая мою фигуру глазами, брюнет споткнулся взглядом о знак на моей груди. Анализ рисунка занял мгновения и дворянин тут же принял решение.

— Впервые вижу такой герб. Кто-то из нетитулованных? — натянуто улыбнувшись, Терновский сунул руку с перстнем в карман.

Смотри, в этот раз другая уловка. Видимо оценил твою воздушную плеть. Или просто осторожный.

— Вы правы. Малиновский, второе поколение. — не шелохнувшись с места, я обхватил ладонями шею, делая вид, что разминаюсь.

Пальцы привычно подлезли под ремень, пережимая сонную артерию.

— Так зачем ты испортил воздух, Малиновский? — опалённый вновь попытался изобразить дружелюбную улыбку, впившись глазами в руки на моей шее.

Чувствуя, как сердце начинает лихорадочно биться у горла, захлебываясь без кислорода, я натянуто улыбнулся в ответ. Ну вот, теперь мы оба обозначили свои намерения. Единственный вопрос — решится ли он ударить.

— Я его скорее очистил. Не люблю вонь жженой плоти.

Нет, конечно не решится. Да и в карман он полез чтоб гигиеническую помаду поправить. Не устоял перед твоими серыми глазами.

Неожиданно, но похабная шутка Айрис заставила меня подавиться осуждающим смешком. Дворянин же, заметив это, воспринял реакцию на свой счёт, закономерно не догадавшись о сидящей в голове сущности-юмористке.

— Сочувствую. Придётся долго привыкать к этому запаху. — сосредоточившись, брюнет рывком вынул объятую пламенем кисть из кармана.

Рублено взмахнув рукой в мою сторону, будто стряхивая что-то, Терновский отправил в полёт поток полыхающих черно-белым сгустков напалма.

Уходя от снарядов в сторону, я выстрелил кистью, отправляя навстречу каплям плотно скрученный в стенобитный таран ветер. С низким гулом, загустевший воздух взметнулся вперёд, сталкиваясь с пламенными снарядами, которые тут же мгновенно зашипели, испаряясь в дымной вспышке и разлетаясь по сторонам. Языки монохромного пламени заплясали по мостовой всё активнее, грозясь вскоре добраться до границ живого ринга.

Ну хотя бы в нападении на дворянина тебя теперь не обвинят. Наверно. Вот нужно тебе было этого погорельца спасать?.. Вы даже незнакомы!

Сделав глубокий глоток воздуха, я дернул лямку ремня, затягивая ошейник до упора. В густом, затянувшем поле боя белом дыме противника практически не было видно, но для активации заклинания было достаточно и силуэта. Блестящие серебристой пылью потоки ветра завертелись вокруг головы брюнета, создавая разреженное от воздуха пространство.

Напрягшийся при виде моих действий дворянин, по всей видимости понял, что я собирался сделать, но благодаря дыму — слишком поздно. На остаточном запасе энергии он, хрипя от недостатка воздуха, принялся поливать меня потокам горящей субстанции, часть которой, несмотря на мои усилия, всё же достигала цели.

Неплохо держится. Опыта не так много, но потенциал есть. Если бы успел сделать вдох вовремя, то этими сгустками всё бы явно не обошлось.

Ты вообще на чьей стороне? — промелькнула в голове мысль.

Чувствуя, как на охваченных каплями пламени участках кожи пузырятся волдыри ожогов, я продолжал уклоняться, не выпуская ремень-активатор из рук. Играть в долгую с ним не хотелось, поэтому несмотря на привычную боль, я не отвлекался на защитные меры.

Жесты и заклинания дворянина с каждой секундой становились всё более суматошными, хаотичными и слабеющими и вот, в один момент инстинкты взяли верх над разумом. Запаниковав, брюнет схватился за горло, принявшись царапать его ногтями в попытке скинуть невидимую удавку.

Не смей. — предостерег меня голос от снятия заклинания.

А не помрёт?

Посинев, дворянин с выпученными глазами забился в судорогах на полу, хватая ртом воздух как выброшенная на берег рыба.

— Кажется в этот раз традиция дала сбой. — послышался знакомый шёпот. — Три года назад кровник из Долгоруковых чуть не утопил в луже его брата, теперь этот асфиксант…

Переживашь за него? Неужели задумался о последствиях? Тео, это чёртов опалённый в пятом поколении. Чтоб его окончательно умертвить тебе эту сферу нужно минут десять держать, а потом контрольным голову отрубить. И то может как курица бегать начать… — хмыкнула Айрис, глядя на окончательно перекрасившегося в багрово-синий юношу.

Доверившись своему реверсу, я начал отпускать заклинание лишь тогда, когда брюнет перестал подавать какие-либо признаки жизни и обмяк. В этот же момент скачущее по мне и мостовой черно-белое пламя исчезло. Наконец я ослабил ошейник, принявшись жадно глотать воздух — всё же для подпитки заклятья чёртов источник магии требовал соответствующих страданий.

Ещё семь секунд. - подсказал голос и я сдуру решил послушаться, вновь натягивая поводы ветра.

Айрис, твою мать… Лучше бы мы его убили.

На брюках дернувшегося в последний раз парня начало медленно расплываться мокрое пятно.

В этот момент вокруг меня и двух полутрупов возникла абсолютная тишина. Настолько густая, что можно было подумать, будто бы где-то в толпе притаился баловник-хрипящий, наложивший на площадь полог тишины. Десятки пар глаз, до этого в основном безучастных или раздраженных, скрестились на мне, переполненные самыми разными чувствами, от безмолвного одобрения и восторга, до страха и ненависти. Они смотрели на посиневшего, обмочившегося потомка знатного рода и на меня — того, кто умудрился это всё учудить.

— Ты это снял? — прозвучал спусковым крючком чей-то возглас.

Тут же все начали оттаивать, гудя о произошедшем как пчелы в разворошённом улье.

— Конец котёнку. Его же удавят завтра.

Под таким внимание резко стало неуютно. От раздражения на реверса мой глаз задергался. Вот сволочь. Он же со своей семейкой теперь с меня и вправду не слезет.

Поздно заклинания кастовать, коли руки отрубили. Надо было сразу меня слушать, а не лезть в чужие разборки. - увидеть выражение несуществующего лица девушки я не мог, но готов поклясться — она самодовольно улыбалась.

Никакой лжи неделю. — припечатал я в ответ. — Будем считать, что ты достаточно насытилась унижениями Терновского.

Неделю?.. Тео… Неделю?! — ошеломленно встрепенулся голос, мгновенно сменив тон на жалобный. — Ну извини! Сам же знаешь как это работает… Ты благородный, весь такой героический аверс, значит реверс подлый и коварный… Я себя не контролирую, это всё инстинкты!..

Направившись к обоженному простолюдину, я проигнорировал причитания девушки. Таким меня уже давно не проймешь.

Ну Тео! Не молчи! Ты меня и так совсем не подкармливаешь, вот и приходится изворачиваться! — судя по всему Айрис решила сменить подход. — Если я неделю буду без соринки во рту, то придётся ещё сильнее хитрить, понимаешь?! Это в твоих же интересах…