Читаем Аттракцион онлайн бесплатно

Погода была отличная. Пэджет вышел из дома, предвкушая очередное приключение и рисуя в голове соблазнительные картины. С утра прошел дождь, и Пэджет еще раз отметил, что правильно сделал, выбрав дом в этом районе. Нормальных районов, по его положению, в городе было немало, но за этот стоило переплатить. Улицы, например, здесь вымощены все до одной, и когда полгорода тонуло в слякоти, здесь можно было развлекаться безостановочно. Ну а соседи — рядом барон де Рейду, напротив виконт де Мессагэ, с другой стороны виконт де Меддой, напротив которого графиня ле-Меруа. Все четверо — отличные люди, свойские, без затей; каждый день какое-нибудь захватывающее мероприятие, куда можно заявляться без церемоний. (Особенно захватывающие мероприятия проводились у графини, у которой Пэджет очень мило провел уже несколько вечеров, как наедине, так и в теплой компании.)

Пэджет обернулся на свой особняк. Солидный старинный дом — триста пятьдесят лет. Пэджет, вдыхая свежий воздух, оглядел соседние — все так же чинно, неброско, богато, как подобает дворянину высшего света. Рядом много всяких увлекательных мест — особенно площадь Четырех ветров, площадь Желтых нарциссов, площадь Большой базилики. (Послезавтра будут варить в масле фальшивомонетчицу — такого Пэджет еще не смотрел.) Пэджет снова представил, что и как будет делать сегодня. Сердце забилось, Пэджет ускорил шаг. До маркиза де Мерибор идти минут двадцать пять.

Маркиз арендовал особняк в очень непростой части города. Там Пэджет бывал нечасто, поэтому сегодня, несмотря на значительное расстояние, пошел пешком — поглазеть на шикарные старинные здания по дороге. Он свернул на улицу Четырех династий, бодро пошел, глазея по сторонам. Сразу загляделся на внушительный особняк красного камня. Здесь, конечно, можно не опасаться, что в окно будут постоянно подглядывать из дома напротив. Интересно, кто такой этот маркиз? И что у него будут за люди? При мысли о том, какие у маркиза сегодня могут быть люди, Пэджет сладко затрепетал. Де Рейду — волшебник.

С улицы Четырех династий Пэджет свернул на Королевский проспект. Все эти особняки с дворами (в центре-то города), конечно, вызывали скверную зависть — недостойную дворянина высшего света. Но Пэджету было грех на кого-то пенять. Он получал больше того, что ожидал. Он снова сладко подумал о том, что будет сегодня вечером на приеме, и что, после такого приема, может быть ночью.

Наконец показался особняк маркиза де Мерибор. Пэджету оставалось только скрежетать зубами. Он прошел мимо необыкновенной ограды (ковка — настоящий шедевр, де Рейду называл мастера), свернул на аллею (королевский садовник — действительно высший класс), обошел фонтан (золотой мальчик и девочки, купаются, — также прославленный скульптор), взошел на парадное.

— Барон без слуги?

— И пешком, — бросил Пэджет. — Такой погоды сто лет уже не было.

— Прошу прощения, — кивнул лакей, принимая плащ. — У маркиза оставляют шпагу.

— Ах, да! — Пэджет отцепил ножны. — Предупреждали...

Лакей принял шпагу, поклонился, ушел. Подошел другой.

— Прошу.

У маркиза оставляют шпагу, подумал Пэджет еще раз. Королевская привилегия; с тех пор, как появились собственно шпаги. Де Рейду вчера так напился, что не успел рассказать, откуда взялась такая роскошная привилегия (и вообще, и у маркиза в частности). Чтобы у маркиза оставлять шпагу как у особ королевской крови? Кто он такой, этот маркиз? И почему тогда не герцог?

Лакей провел Пэджета в залу, поклонился, ушел. Еще де Рейду успел рассказать, что особняк до маркиза снимал гофмейстер, для некоторых особых приемов. (Для каких — догадаться легко.) Пока Пэджета представляли, он оглядел убранство. Такого Пэджет еще не видел.

Затем Пэджет оглядел приглашенных. Глаза мужчин прыгали по женским нарядам. Проклятый костюм — сразу не разглядишь, что там и как, хотя намеков достаточно. Девочки здесь вообще что надо, а собственно здесь... Вот что значит — у маркиза оставляют шпагу. Вот к этой подойти обязательно. И к этой. И к этой тоже не помешает. Таких экземпляров Пэджет еще не видел. Вот что значит — у маркиза оставляют шпагу! Пэджет снова ощутил сладкую дрожь, снова похолодели ладони.

— Барон! — раздался, наконец, знакомый голос. — А вот и я, вот и я!

— Рейду! — обрадовался Пэджет. — Я без вас уже заскучал!

— Но каково! — де Рейду полез обниматься. — Каково!

— Надеюсь, нам предстоит тяжелая ночь? — Пэджет снова оглядел сегодняшних избранниц. — Только, боюсь, как бы нас не опередили? У маркизов мы, Рейду, бывали... Но со шпагой там все было как обычно.

— Как можно, барон, как можно! — де Рейду расплылся в ухмылке. — Стал бы я вас сюда тащить? Ну, кто у нас сегодня?

— Вот эта, вот эта. И вот эта.

— О-о-о! — захохотал де Рейду. — О-о-о! У вас, мой друг, вкус не по средствам!.. Рад видеть, маркиз! — барон отвесил непринужденно-изящный поклон. — И вот эту, значит? О-о-о!

— Как можно, барон, как можно! — Пэджет расплылся в такой же ухмылке. — Стали бы вы меня сюда тащить? Или я что-то не понимаю?

— Понимаете, барон, понимаете! — де Рейду похлопал Пэджета по плечу. — Разумеется, барон, разумеется!.. Рад видеть, маркиз!.. Графиня, я в восхищении!

— Рейду, не вздумайте меня сегодня так подло оставить.

— А что? Вам вчера не понравилось?.. Маркиза, я просто ошеломлен! Барон, позвольте представить... Маркиза де Фан де Руа. Маркиза, позвольте представить... Барон Пэджет де Модеро.

Маркиза состроила Пэджету глазки и заухмылялась. Пэджет состроил такие же глазки и уставился сначала в разрез, затем на белоснежный бант. Он бросил вопросительный взгляд. Де Рейду расплылся.

— О, барон, заверяю! Маркиза будет так рада знакомству!

Пэджет расплылся в ответ. Новое дело! Но каково... Быстрее бы закончилась вся эта церемониальная ерунда... Сколько еще — час, два?.. Два часа ходить рядом, болтать всякую ерунду... Это невыносимо.

— Какой сегодня замечательный воздух, барон? — маркиза еще раз состроила глазки и отошла. Рейду отошел к той, первой, и через минуту уже возвращался.

— Графиня, я просто в ошеломлении... Барон, позвольте представить... Графиня де Сэр де Мензо. Графиня, позвольте представить... Барон Пэджет де Модеро.

Графиня вернула Пэджету обещающий взгляд, чуть опустила голову.

— Какая сегодня замечательная погода, барон?

— Изумительная, — выговорил Пэджет, разглядывая громоздкое платье и воображая формы, которые там скрываются. — Я такой просто не помню.

— Барон не забыл, что завтра на площади Четырех ветров будут костры?

— Как можно, барон, как можно! — де Рейду расхохотался, хлопнул Пэджета по плечу. — Уж на этот-то раз! Графиня, вы не поверите... Барон, позвольте, я немного пройдусь на ваш счет... Но в прошлый раз, когда пилили пилой... И, мало того, там была девственница... Барон был просто не в состоянии добраться до площади.

— Нет, Рейду, нет, какой вы все-таки подлый предатель!

— О-о-о! — захохотал барон де Рейду. — О-о-о!

— У барона нет оснований для беспокойства. Он сможет наверстать упущенное и завтра.

— До завтра, надеюсь, закон не отменят, — расплылся де Рейду. — Получите свою девственницу. Главное, только добраться до площади. Какая досада, что девственниц жгут по утрам. Благородным баронам не всегда удается отоспаться как следует! — Рейду снова захохотал.

— Барон...

— Графиня...

Де Рейду отвел графиню в сторону, опять же через минуту вернулся с другой, которую Пэджет наметил во вторую очередь.

— Виконтесса, я глубоко поражен... Барон, позвольте представить... Виконтесса де Тарраго. Виконтесса, позвольте представить... Барон Пэджет де Модеро.

Виконтесса сдержанно улыбнулась.

— Как вам сегодня погода, барон?

— Погода на славу, — Пэджет уставился в глубокий разрез. — Я такой просто не помню.

— Барон не забыл, что послезавтра на площади будет котел?

— Как можно, барон, как можно! — Пэджет стукнул де Рейду в плечо. — Уж на этот-то раз! Котел будет в полдень, так что мы успеем отоспаться как следует?

— О-о-о! — захохотал барон де Рейду. — О-о-о!

— Барон...

— Виконтесса...

Де Рейду, продолжая сатанински хохотать, отвел виконтессу обратно и снова через минуту вернулся уже с той, которую Пэджет наметил в третью очередь.

— Баронесса, я ослеплен и подавлен... Барон, позвольте представить... Баронесса де Мю. Баронесса, позвольте представить... Барон Пэджет де Модеро.

Баронесса так же выдержанно улыбнулась.

— Барон, погода сегодня просто необыкновенная?

— Я такой просто не помню, — Пэджет оглядел платье и представил, как он сегодня будет закидывать все эти ноги на плечи. — Просто какая-то изумительная.

— Барон не забыл, что через два дня на площади будут колы?

— Как можно, барон, как можно! — сказали де Рейду и Пэджет хором и посмотрели друг на друга.

— Барон в столице недавно и еще не видел, как сажают на кол, м-м-м... Дьявол меня побери, но я не помню, кого и за что. Впрочем, какая разница, ха-ха-ха! Я, разумеется, уже подобрал места в первом ряду, ха-ха-ха!

— Барон — настоящий друг, — баронесса улыбнулась де Рейду.

— О-о-о! — захохотал барон де Рейду. — О-о-о! Я самый настоящий друг, баронесса! Наш Пэджет де Модеро только с виду такой. На самом деле он страшно богат. Он вообще-то внебрачный сын короля. Ха-ха-ха! Так что не упускайте своего шанса! — де Рейду расхохотался так, что чуть не упал.

— Рейду, перестаньте шутить, — усмехнулся Пэджет. — У вас глупые шутки. Барон как барон. Был бы богат, был бы сейчас маркизом, — Пэджет оглядел роскошную залу, — у которого оставляют шпагу.

— Баронесса, можете мне поверить... Барон может купить в этом зале всех!

— Барон... — баронесса улыбнулась Пэджету.

— Баронесса...

Де Рейду увел баронессу, быстро вернулся.

— Пэджет, пока развлекайтесь. Здесь, как вы понимаете, все свои. Ха-ха-ха! Маркиз задерживается у короля. Так что карты вам в руки. Подождем для приличия, и потом все как обычно. Ха-ха-ха.

Пэджет, возбуждаясь все больше, заскользил между публикой. Приглашенных было пока немного: Пэджет насчитал двадцать пять человек. Вот она, эта маркиза, де Фан де Руа. (Новое дело — с бантом. О подобном разговора не было. Кто она такая, вообще? Ладно, сегодня — или завтра, или послезавтра — он это выяснит.)

Пэджет принял у слуги кубок с вином, сделал большой глоток, снова оглядел блистательный интерьер. Маркиз, у которого оставляют шпагу. Пэджет не знал таких герцогов, у которых оставляют шпагу. Графиня де Сэр де Мензо. Виконтесса де Тарраго. Баронесса де Мю. Только представить, что будет сегодня. Снова задрожали колени, похолодели ладони, перехватило дыхание. Проклятый маркиз. Де Рейду волшебник.

Пэджет бродил по зале, отхлебывая из кубка, потихоньку пьянея. Подошел де Рейду, с каким-то плюгавым.

— Барон, мне очень приятно представить... Граф Кафор де Верту. Граф, очень приятно представить... Барон Пэджет де Модеро. Граф, заверяю: разделить с вами компанию барон будет рад. Барон, граф — со своей стороны — будет не менее рад... — де Рейду сжал Пэджету локоть.

— Граф, буду рад вашей компании, — сказал Пэджет вполне искренне. Они посмотрели друг на друга значительно. — Молю об одном, граф: о погоде ни слова!

— О-о-о! — расхохотался де Рейду. — О-о-о!

— Мы здесь не для этого собрались, — ухмыльнулся Кафор де Верту. — Не переживайте, барон.

Де Рейду увел Кафора, быстро вернулся.

— Губа не дура не только у вас, Пэджет.

— Графиня?

— А он граф, барон, — кивнул де Рейду. — Но, как я понимаю, вы не переживаете? Ха-ха-ха. Графини, смею заверить, хватит на вас обоих. Тем более, у вас на сегодня еще трое. Маркиза, как я понимаю, тоже не переживает. Ха-ха-ха.

— Рейду, вы только не напивайтесь. Сегодня это необязательно.

— Не переживайте, барон, — Рейду разгоготался и убежал.

Время тянулось так медленно, так мучительно, что Пэджет был готов буквально лезть на стену. Графиня, виконтесса и баронесса (да еще и маркиза!) постоянно вертелись рядом, отчего время тянулось еще ужаснее. Пэджет перезнакомился почти со всей залой, выслушал массу соответствующих историй, рассказал несколько сам (благо рассказывать было о чем), получил четыре приглашения на прием, два на охоту, два на заседания каких-то невразумительных клубов (море алкоголя и ночное хулиганство по соседству с дворцом, с поджогами и ограблением), и одно приглашение на черную мессу. Неделя также обещала быть очень нелегкой.

Наконец появился маркиз. Все радостно обернулись. С маркизом было человек пять. На лицах сверкало выражение такой надменности, какой Пэджет еще не видел — это была уже королевская кровь. И в этой свите находилась женщина, на которой взгляд Пэджета окаменел, а сердце остановилось. Таких женщин Пэджет не видел еще никогда. Вообще никогда.

От нее исходило какое-то обворожение. Одета она была скромнее всех прочих. Украшений имела меньше, прическу проще, держалась совсем незаметно. Но с каким тонким достоинством, с каким филигранным изяществом! В каждом движении сквозила небывалая грация. Как она отличалась, всем этим, от всех! Наряд загадочным образом выдавал и подчеркивал такую фигуру, такое тело...

Сердце у Пэджета рухнуло.

Он, не помня себя и не замечая никого вокруг, приблизился. Пока его представляли маркизу, он, как заколдованный, постоянно бросал на нее беспомощный взор. Наконец она подняла голову, посмотрела. У Пэджета перехватило горло. Она сдержанно улыбнулась (но не так, как все эти, а совсем, совсем по-другому), опустила глаза, опустила голову. В волосах блеснули огоньки свечей. Она снова подняла голову, посмотрела снова. Этот спокойный глубокий мерцающий взгляд пронзил Пэджета насквозь.

Маркиз отошел. Пэджет постепенно приходил в себя. Выхватив у слуги еще один кубок, он разом осушил половину и заметался по зале, высматривая де Рейду. Тот, как всегда, возник ниоткуда. На этот раз его радостную физиономию Пэджет захотел разорвать в клочья. Де Рейду моментально сообразил, что с Пэджетом что-то неладное. Он сбросил улыбку, взял Пэджета за плечо, отвел в сторону.

— Проблемы?

— Рейду. Есть дело.

— Кто?

— Да нет, Рейду, нет!.. Вон, видишь, та... — Пэджету стоило большого труда обернуться и показать. — Вон та... С такой прической, простой?

Де Рейду бросил взгляд, помолчал.

— Барон. Эта птица другого полета.

— Рейду!

— Пэджет, это герцогиня. Во-первых.

— Рейду! Ведь можно что-то придумать?

— Во-вторых, герцогиня не просто. Тебе имя д’Орейе де Ментуа де Боссар не говорит ни о чем?

Пэджет перевел дух, облизнул губы.

— Рейду! Я вернусь домой и повешусь.

— Ох, как страшно, барон. Тебе что, мало вот этих? Три женщины первого класса! Да еще эта искательница приключений. За три дня не разберешься.

— Рейду. Ведь можно что-то придумать! — Пэджета трясло не на шутку.

Де Рейду посмотрел на Пэджета, затем покачал головой и ушел. Его не было так долго, что Пэджет готов был провалиться под землю. Он старался глядеть куда только угодно, но ни взгляд, ни мысли, ни все остальное ему уже не принадлежали. Герцогиня стояла в дальнем углу, вполоборота, и Пэджет просто сходил с ума, наблюдая лицо, линии тела, движения — как на ней все сумасшедше сидит, как нереально спускаются волосы, как почтительно склонены головы собеседников. Это был какой-то кошмар.