Читаем Атлантида (СИ) онлайн бесплатно

Есть в России один город. Ничем особенным от других городов не отличается. Город как город. Таких, в стране хватает.

Людей много там проживает. Город не из маленьких–то будет. У всех свои проблемы, заботы, радости и печали.

Живет среди этих людей один парень по имени Виталий. Да, не спорю, парней с таким именем в миллионном городе немало. Но не каждый из них любит смотреть мультфильмы, заниматься экспериментальной химией, не теорией (это скучновато), а именно экспериментами. Здорово себя чувствуешь, глядя на все эти колбы, пробирки, красные, синие, зеленые, фиолетовые растворы, соли. К тому же, как красиво они меняют цвета при протекании химических реакций. С недавних пор он занялся кристаллами растворимых в воде солей. Задался целью вырастить кристаллы различных цветов и форм. И, надо сказать, у него это неплохо получается. А еще он очень любит слушать музыку и мечтать. Да, да, может это кому–то и покажется наивным, детским занятием, но он очень любит мечтать.

Ну, ладно, хватит говорить о нем со стороны. Пусть он сам о себе расскажет. А заодно и поведает, что с ним произошло совсем недавно.

Привет.

Я Виталий.

Да. Тот самый Виталий. Чем я занимаюсь в данный момент? Музыку слушаю. Она помогает расслабиться, успокоиться. А это полезно порой бывает.

Со мной недавно одна история произошла. Но прежде чем рассказать о ней, сообщу кое–какую информацию, которая поможет объяснить, с чего все началось, и связать все кусочки воедино.

У меня есть мечта, желание, цель, потребность, (не знаю, как это ощущение можно обозвать словесно), раскрыть в себе способности, какие я еще ни у одного человека не наблюдал.

— Что это за способности? — спросите вы. Отвечу. — Способность летать, то есть отрыв от земли тела человека и его парение в атмосфере согласно сознательному приказу, намерению данного человека.

Способность, манипулируя энергией, создавать вещи, то есть разные объекты в их материальном воплощении в нашем пространстве–времени.

Понимать окружающий мир, т. е. птиц, животных, растения и т. д.

Ну, их вообще еще очень и очень много. Перечислять не буду. Вы и сами уже, наверное, поняли, что это за способности такие, коих мало у кого проявлено. По крайней мере, я таких людей пока в своей жизни не встречал.

Так вот я не просто мечтаю о том, чтобы они у меня раскрылись, а работаю над этим, использую различные методики, упражнения, медитации и еще много всего. Но пока ничего не происходит на этом поприще. Правда, я не отчаиваюсь и, тем более, не останавливаюсь. Я знаю, сдвиг произойдет. Скоро. Уже скоро.

И вот, похоже, время настало. Но это произошло так неожиданно, что я еще довольно часто вспоминаю тот шок, который испытал тогда.

В один из жарких летних дней, в июле, я, как обычно со мной бывает в выходной, находился у себя в комнате. Сидел и слушал аудиозаписи на диске, вставленном в плеер. На мне были наушники, но громкость музыки была невысока. Я не люблю чтобы музыка звучала слишком громко, так как порой сильный звук затмевает букет звучащих интонаций. Вдруг, со стороны коридора раздался звук, довольно сильный и резкий. Ощущение было такое, будто что–то довольно тяжелое упало на пол, с довольно большой высоты. А мгновением раньше я почувствовал свечение, исходящее из коридора. Да, именно, почувствовал, а не увидел, потому, как день выдался ясный. Солнце само по себе светило очень ярко, да и сидел я в кресле, развернувшись спиной к коридору. Глаза у меня были закрыты. Я расслаблялся. А музыка в этом очень помогает.

От той резкости и внезапности, с которой до меня донесся звук из коридора, я почти подпрыгнул в кресле. От состояния медитации не осталось и следа. Кровь бурлила от выброшенного в нее адреналина, сердце бешено колотилось.

Мгновение спустя, отбросив в сторону наушники, и забыв даже подумать о том, чтобы выключить плеер, я вскочил с кресла и бросился на источник звука. Мне на глаза попались часы, что были в зале, и я не долго думая, запечатлел циферблат на «внутреннем экране» в сознании, правда, совсем не понимая, зачем, да к тому же и понятия не имел, сколько в тот момент было времени. Было некогда обращать на это внимание. При этом я совсем не испытывал страха, что это могло быть что–то или кто–то, кто мог бы причинить мне вред.

Появившись в коридоре, я застал следующую картину: парень, примерно моего возраста, может чуть старше, очевидно, уже поднялся на ноги, потому как приводил в порядок свои одежды. Похоже, что это именно он упал на пол в коридоре.

Кто это вообще был такой? И как он попал ко мне в квартиру? Явно не через дверь, да и в такой одежде у нас по городу вообще–то не ходят.

Стиль его одеяния явно отличался от нашего, не то что российского, но вообще даже от земного. И его одежда не была из прошлого, это было бы сразу заметно. Она вообще разительным образом отличалась от одежды нашей цивилизации. Это была полоса ткани, имевшая разрез посередине, в который была продета голова парня. Обе свисавшие половинки ткани покрывали его плечи и тело со спины и груди. Они были подпоясаны узкой полоской этой же материи, в которую плавно переходила широкая ее часть, составляя с ней единое целое. Ткань имела причудливые рисунки разнообразных оттенков сиреневого и фиолетового цветов. Только сиреневый и фиолетовый. Других цветов не было. А на его шее висел какой–то кристалл, испускавший слабое голубоватое свечение.

Пока я его разглядывал, парень немного пришел в себя. Очевидно, он тоже испытал шок не слабее моего. Тем временем, молодой человек удивленными глазами обводил коридор. Добравшись, наконец, взглядом до меня, он испуганно вскрикнул и отшатнулся назад. Мне тоже было немного не по себе. Да что там немного. Я был просто в шоке и одновременно очень удивлен.

Наконец, совладав с собой, он еще некоторое время молча смотрел на меня, а я тупо пялился на него.

— Мне нужен Ви–та–ли. — заикаясь, он еле смог выговорить. — Я ищу Ви–та–ли.

Удивительно, но я его прекрасно понял, хотя, похоже, он говорил совсем на другом языке. Мне это стало ясно по звукам, которые я улавливал на слух, не осознавая их полностью, как будто понизили громкость моего слуха.

— Меня зовут Виталий. Может, я вам нужен? Дело в том, что имен, звучащих как Ви–та–ли у нас нет. — произнес я, выравнивая свой голос. — По крайней мере, я таких имен не встречал.

Произнося эти слова, я совсем не обратил внимания на тот факт, что он, возможно, не поймет меня. Но….

— Может быть, — задумчиво произнес парень — Дух Атлантиды сказал еще, что Ви–та–ли знает, что такое «цвета в искусственных камнях».

Как оказалось, он меня прекрасно понимал. Я и понятия не имел, каким образом это происходило, но факт оставался фактом.

— Духу нужны «цвета в искусственных камнях», очень необходимы, иначе он может погибнуть окончательно…, — парень начинал нервничать. — А без него народ Атлантиды не выживет. Я не могу этого допустить! Не могу! Не могу!

— Успокойся. Не надо волноваться. Дай мне немного подумать. — произнеся это, я углубился в размышления, рассуждая при этом вслух. — «Цвета в искусственных камнях». Так, так, искусственные камни, искусственные алмазы. Вот! Вот оно! Алмаз ведь камнем считается. А искусственный алмаз это, по сути дела, есть искусственный камень. Они ведь выращены не природой, а человеком, поэтому мы и называем их искусственными.

Но почему я? Причем тут Ви–та–ли? Это все–таки, наверное, имя Виталий, просто он мог не расслышать его произношение. И потом, я же не в курсе, как разговаривает Дух Атлантиды.

— Ну, я тоже выращиваю криста…, — слова остановились у меня где–то в горле, совсем не желая выходить наружу, с такой внезапностью, посетила мое сознание некая мысль. Кристаллы тоже являются искусственно выращенными, я же ведь сам их выращиваю в емкостях с растворами соответствующих солей.

— О, Боже…! — меня словно молотом огрела еще одна догадка. — Они же у меня цветные. Синие, красные, зеленые, молочно–белые…. Вот тебе и «цвета в искусственных камнях».

— Нет. Нет. Этого быть не может. — я все еще сомневался в правоте посетивших меня идей. — Это слишком просто. Надо же, «цвета в искусственных камнях».

Я пребывал в шоке. Все не может так быстро разрешиться. Слишком все просто получается. Может быть, здесь какая то ошибка? Да и потом, Дух Атлантиды, что это, или кто? Со слов парня можно было сделать вывод о том, что это живая субстанция, мыслящая.

Атлантида, Дух Атлантиды. Я отлично понимал значение второго слова в сочетании «Дух Атлантиды». Знал так же, что по легенде, Атлантида была затоплена много тысяч лет назад, и до сих пор не обнаружена, но вот что это за дух такой, я и понятия не имел.

Мои размышления прервали слова парня. Он опять разволновался. Очевидно, что до него тоже доходил смысл тех фраз, что я произносил вслух, рассуждая о кристаллах.

— Так ты знаешь, что такое «цвета в искусственных камнях»? — ошарашено выпалил он. — Знаешь что такое искусственные камни? Можешь мне их показать?

Я подошел к серванту. Парень стоял там же, только располагался чуть дальше, что и вызвало во мне удивление тому, как же он мог не заметить кристаллов, находившихся за стеклом. Ведь он осматривал коридор и, просто, не должен был их пропустить.

Наверное, он испытал действительно сильный шок.

Хотя почему он должен был знать, что в серванте у меня лежат те самые кристаллы. Я ведь ему не сообщил об этом.

— Да, я покажу, что у меня есть, только скажи, как мне звать тебя, какое у тебя имя? Я Виталий. А ты?

— А–а–а, да–да. — вывалился он из задумчивого состояния. — Я Макс, Макс Ньютон Говард.

Я не из Атлантиды сам. Попал туда как член экспедиции, и потом остался там. Я языковед–переводчик. Мне известен их древний язык. Да и еще были потом причины.

Теперь уже я прибывал в раздумьях. Его слова, и что–то еще в нем, в его внешности показалось знакомым. Но я никак не мог вспомнить, что же конкретно меня в нем настораживало.

Я подошел ближе к нему. Встал к серванту лицом.

— Вот они, — указал я на цветные, переливающиеся камни. — Эти кристаллы искусственные, так как их вырастил я сам, а не природа. Природные камни, по большому счету, состоят из нерастворимых высокоплавких окислов неметаллов, зачастую имеют более сложный химический состав и, как правило, практически не растворяются в воде, в отличие от этих.

— Да, похоже, это действительно они. И теперь я понял, что, на самом деле, имел в виду Дух Атлантиды, говоря о «цветах в искусственных камнях». — обрадовался Макс. — На самом деле речь шла не о цветах в искусственных камнях, а о цветных кристаллах. Очевидно, просто Дух не нашел подходящих современных слов, чтобы их описать.

Возьми по одному кристаллу каждого цвета, какие у тебя есть, — быстро выпалил Макс, будто торопился куда–то. — И пойдем со мной. Ты должен попасть в Атлантиду и помочь Духу….

— С тобой!? Попасть!? Куда!? — переспросил я, недоумевая, уже открыв при этом стекло серванта, и намереваясь взять кристаллы.

— Подожди. Ты сказал в Атлантиду? Но ведь никто, до сих пор, не знает, где она. Да, к тому же, она еще и затоплена. Как мы туда…? — от неожиданной просьбы Макса я запнулся, недоговорив свой вопрос до конца.

— Да, город затоплен, но я оттуда попал сюда, как видишь. Объяснять некогда, надо спешить, Дух погибает, народ Атлантиды погибает. Похоже, только ты и можешь помочь, так что надо спешить. — затараторил Макс, сильно волнуясь.

Я взял пакет и стал складывать туда кристаллы, по одному каждого цвета, как он и просил, перекладывая их полотенцем. Просто, они были очень хрупкие. Он нервничал, видя мои медленные движения и, похоже, думал, что я, вовсе, не тороплюсь. Я, однако, тем временем, обдумывал сказанные им слова. Допустим, Атлантида, каким–либо образом, сохранилась под водой, и люди выжили.

— Раз он говорит о народе, наверное, Атлантида была довольно большим городом. — рассуждал я про себя, складывая кристаллы в пакет.

Но как он оттуда попал сюда, в мой мир, да еще ко мне в квартиру, минуя при этом дверь? А значит вставал встречный вопрос: как я попаду с ним обратно в Атлантиду? Не по воздуху же. Она ведь, согласно легендам, находится под водой.

— Ну и как же я попаду в Атлантиду? — озадачил я Макса, созревшим в моей голове вопросом, укладывая последний кристалл в пакет, и тщательно оборачивая его полотенцем. — И как, вообще–то, ты попал сюда? Ко мне в квартиру? Может, объяснишь?

Макс хотел что–то мне ответить, но осекся. Видно мой вопрос сбил его с мысли, и он задумался на некоторое время.

А–а–а…. Это…. Да-а…, было…. Я вспомнил. Дух Атлантиды помог мне попасть к тебе. Я его тогда спрашивал о том, как я попаду в ваш мир. И он начал что–то говорить про перемещение тела человека в пространстве в одно мгновение, о частицах, его составляющих…, — задумчиво мямлил он, очевидно, собирая разговор с Духом по кусочкам у себя в памяти. Он, похоже, смысла разговора с Духом так до конца и не понял. Это было видно по его озадаченному взгляду.

— Еще он говорил, что мы, и все вокруг — это энергия, как и он сам. И что надо мысленно представлять себя в новом месте, и, тогда….

— Это телепортацию Дух, что ли объяснял тебе? — перебил я Макса, поняв, в чем собственно дело. Тогда все вставало на свои места, и картина прояснялась.

— Что, что? Телепотра…, телепо…? Как ты назвал это? — очнулся от разговора Макс.

— Да ничего особенного, — начал я. — То, что описал тебе Дух, это явление мы называем телепортацией, то есть переносом тела из одного места в другое, в одно мгновение. И для этого не нужны автомобили, которые есть у нас, да и у вас уже теперь тоже. Ты ведь из 1928 года, верно? У вас, насколько мне известно, в Штатах тоже уже в это время появились автомобили.

— Точно, уже есть, но откуда ты узнал, что я из …? — начал, было, Макс, но осекся. В его мозгу возник вопрос, и он его тут же выдал. — А что сейчас разве не 1928 год, и что означает «у вас и у нас»? Я что не в Америке.

— Сейчас 2005 год от Рождества Христова. И ты находишься в России. Для тебя это, наверное, будущее. — спокойным тоном отвечал я на вопросы Макса.

— Прошло почти 80 лет!? Это что же такое творится? — удивлялся Максимилиан той информации, которую я ему сообщил. — Я в России? А почему не в Америке? Я думал, что попаду в Америку.

Я тоже был в недоумении. На меня опять накатил шок от тех слов, какие я сейчас сам только что произнес. Откуда я мог так точно узнать, что он именно из 1928 года? Почему я никак не могу вспомнить, что мне в нем кажется знакомым? Что–то вертелось в голове, но собрать фрагменты воедино пока не удавалось.

Телепортацию я еще могу допустить, но чтобы в другое время переместиться — этого я пока осознать не мог.