Читаем Аромат убийства онлайн бесплатно
Евгений Кукаркин
Аромат убийства
Написна в 1997- 1998 г.г. Повесть о медицинских исследованиях и влиянии запахов на психику человека.
- Не подходи ко мне, я обиделась.
Анька стояла передо мной с возмущенным лицом. Ее голый живот и ноги приняли отпечаток камней, на которых она только что лежала. Подумаешь, обиделась... И все за то, что вчера на танцах, я подрался с Витькой, дружком Аньки.
- Ты не обижаться, ты еще меня благодарить должна.
- Ничего я не должна, дурак.
Анька поворачивается и бежит к воде, плюхается животом в воду, разбрасывая хрустальные брызги и создавая большую прибрежную волну. Я ложусь на камни, только спиной и подставляю свое тело теплому солнцу. Вчера была игра в волейбол и мы жестоко продули москвичам из-за этого придурка, Витьки. Говорил ему за день до игры, не пей. Налакался, сволочь, а на следующий день вышел на площадку вялый с больной головой.
Несколько капель холодной воды падает мне на живот. Анька стоит рядом и растирается полотенцем.
- Вы зря все валите на Витьку, - вдруг говорит она. - Это я виновата. У меня был день рождения и это я заставила его выпить.
- Тихорило. Нет что бы сообщить нам. Мы бы твой праздник сообща справили, только попозже.
- Витька не хотел.
- Он идиот.
- Сам такой.
Вид у Аньки уже не такой ершистый. Она ложиться рядом, тоже на спину и жмуриться на солнце.
- Я понимаю, что я виновата, но сама не ожидала от Витьки. Как приложился к бутылке, так оторваться не мог.
- Еще раз дурак, да еще в квадрате. Я бы так бездарно время не тратил. Такая девушка была рядом, а он...
- На что ты намекаешь?
- На любовь...
Теперь мы молчим. С шумом набежала волна и отхлынув, захлюпала, затерявшись в камнях.
- Мы не опоздаем? - спрашивает Анька.
- Остался час. Еще минут двадцать понежимся и пойдем.
- Ты заметил, что сегодня в санатории чего то творится ненормальное. Сегодня с утра наряд милиции прибыл, все здание оцепил?
- Заметил. Когда я пошел сюда на пляж, мне из кустов два мильтона кричали, спрашивали, куда иду.
- Меня тоже.
- Бандитов наверно ищут.
- Сегодня так необычно, пляж пустой... Куда же потерялись люди?
- Все разъезжаются... Сегодня мы уедем, это уже пол гостиницы, остальные тоже...
Мы замолкаем и дремлем под теплыми лучами солнца.
- Cережа, ты кем мечтаешь стать? - вяло спрашивает Анька.
Чего это она вдруг?
- Миллионером и хочу финансировать твои будущие работы.
- С тобой серьезно...
- Разве сейчас можно о чем то зарекаться. Надо сначала окончить институт, а потом... куда пошлют.
- А я хочу заниматься химией, в лаборатории и обязательно с ароматическими составами , это так приятно.
- Ну, ну. Мечтать не вредно.
Опять затишье и так хочется поспать.
- Нам не пора?
- Сейчас, идем.
Автобус набит студентами. Анька сидит рядом с Витькой, передо мной. Со мной сидит Наташа, красивая чернобровая девушка, с характерной матовой кожей южан.
- Где ты сегодня утром был? - спрашивает меня Наташа.
- Купался.
- Бр..., такой холодина. Знаешь новость?
- Нет.
- По радио объявили, что этот район поставили на карантин. Дядя Леша, обещал проселочными дорогами вывезти нас от сюда.
Дядя Леша наш шофер, он из местных и как все местные, настоящий жлоб.
- То-то я вижу, свернули с шоссе и теперь трясемся по ухабам мимо каких то селений. А... почему объявлен карантин?
- Не сказали. Наверно ящур.
Студенты на последних сидениях сходят с ума, там веселятся и орут песни. Проходит час, веселье спадает и салон автобуса гудит от непрерывных разговоров. Анька, похоже, ссориться с Витькой. Наташа делает вид, что дремлет, на самом деле, залезла мне в карман рукой и гладит тело.
У большой ограды сада машина останавливается. Дверь открывается и появляется милиционер с белой марлевой повязкой на лице.
- Тихо, - мычит он. - Все с пожитками на выход.
- Ну как же так? - понеслись крики. - Нам же надо домой, у нас скоро сессия.
- Автобус дальше не пойдет. Без разговоров, всем выйти.
Вопли возмущения понеслись по салону.
- Если не послушаетесь, применим силу.
В подтверждении этих слов в машину влез другой милиционер, тоже в белой маске. С ворчанием студенты вылезают из автобуса. Напротив нас, за воротами ограды большое белое здание. Из него выбегают две женские фигуры в респираторах. Первая подбегает к воротам и, открыв их, тут же говорит, чуть гнусавым тоном.
- Ребята, заходите...
- Похоже нас ждали.
Рядом стоит Анька и с недоумением смотрит на здание. Я срываюсь с места и подбегаю к дяде Леше.
- Куда ты нас привез?
- Как приказали... так и привез.
- Кто приказал?
- Так ведь, начальник приказал. Район, говорит, на карантине, нужно студентов спасать.
- В чем дело? - рядом с нами стоит милиционер. - Все отправляйтесь в больницу.
- В больницу?
Откуда ни возьмись, появились еще несколько милиционеров, тоже в респираторах и принялись уже дубинками заталкивать нас за ограду.
Мне выделили палату с Витькой.
- Что происходит? - удивляется тот, болезненно морща кожу лица, покрытую синяками. - Дверь тоже закрыли.
Он пытается дергать ручку, потом плюхается на свою койку.
- Вот влипли то.
Проходит час. Дверь открывается и входит женщина в белом халате и маске, в руках у нее кювета, прикрытая марлей, сзади появляется здоровенный мужик, тоже в халате и с респиратором на лице. Он становиться у двери и складывает руки на груди.
- Мальчики, - сипит голос из-под маски, - надо сдать кровь.
- Еще чего? - рычит Витька
Женщина кладет кювету на стол, достает блокнот.
- Медведев. Кто из вас Медведев?
- Я, - говорит Витька.
- Давайте вашу руку.
- Не дам.
От двери отделяется фигура мужика.
- Наденька, помочь.
Витька сразу вянет.
- Сволочи, вонючие, - тихо шипит он и протягивает руку.
- Вася, не надо, у нас все в порядке.
Она ловко берет от Витьки анализы и оборачивается ко мне.
- Ваша фамилия?
- Сомов.
Женщина смотрит блокнот.
- Ага, Сомов. Давайте руку.
Я не сопротивляюсь и сразу заголяю рукав.
Через три часа вызвали Витьку. Я сижу в палате и жду, когда он вернется. Наконец, Витьку приводят. Лицо бледное, взгляд безумный. Он сразу падает на кровать и тупо смотрит на потолок.
- Витька, что там?
Молчание. Я подхожу, сажусь у него в ногах и трогаю за руку.
- Витька...
Он дергается, глаза смотрят на меня и губы шепчут.
- Мы... покойники...
- Чего ты болтаешь?
- Мы все чем то больны. Врачи не говорят, но по их словам и виду можно понять, что это весьма серьезно.
- Откуда?
- Все повара санатория были больны. Врачи, всех, кто там жил посадили на карантин. Нас специально вывезли сюда.
- Откуда ты знаешь? Они тебе сказали?
- Это я узнал случайно, еще вчера вечером. Когда мы с тобой подрались, я удрал в город, потом пришел в санаторий поздно, около часа ночи, а там полно санитарных машин... и милиции. А сейчас мне этот, санитар... Васенька, все выдал.
- Чего же ты сегодня утром никому ничего не сказал?
Теперь дергаюсь я и с опаской соскальзываю с его кровати.
- У меня были свои проблемы. Я еще тогда не осознал, что увидел и сразу пошел спать.
- На счет меня ничего не говорили?
- Нет. Тебе еще все скажут. Там вызывают по алфавиту.
Теперь, я иду к своей кровати и сваливаюсь на нее. В голову лезут слишком невеселые мысли.
Через сорок минут вызывают меня. Здоровенный, Вася, конвоирует в кабинет главного врача. Сам врач и сестра в масках, их голоса глухо разносятся по комнате.
- Так, Сомов Сергей. Как себя чувствуете?
- Нормально.
- Раздевайтесь.
Я снимаю рубаху. Врач проводит пальцами в резиновых перчатках по моей шее.
- Здесь ничего. Поднимите руки.
Я поднимаю руки и теперь он щупает подмышки.
- Узлы тоже в порядке. Снимите штаны, ложитесь на топчан.
Сдергиваю штаны и трусы. Врач проверяет паховые железы.
- Одевайтесь.
- Я болен?
- К, сожалению, да.
- Чем?
- Инфекционным заболеванием.
- Не может этого быть.
- Одевайтесь, молодой человек. Сейчас вам введут сыворотку. Сестра, сделайте укол.
Сестра вводит под лопатку несколько кубиков мутной жидкости.
- Это правда, что повара раньше нас заболели и заразили нас?
- Откуда у вас такая информация?
- В час ночи в санаторий приезжали санитарные машины...
Врач кивает головой.
- Да. Повара были больны.
- Они еще живы?
- Живы. Вы тоже будете здоровы. Не нагоняйте на себя панику.
Я возвращаюсь в палату. Витька по-прежнему лежит как пласт.
- Ну, что? - шепотом спрашивает он.
- Тоже плохо, но врач сказал, что повара живы и мы тоже будем жить.
- Врет он все. Когда я проходил мимо столовой, люди в респираторах выносили из кухни тело.
- Ты узнал кто это?
- Это был Гоги. При мне его увезли на машине. Он был с фиолетовыми пятнами на лице.
Теперь ужас стал проникать в каждую мою клеточку. Я тоже валюсь на кровать и мысли валом обрушиваются на мою голову.
Привезли пищу. Витька отказался есть. Я пересиливаю неприязнь, но свою порцию съедаю.
Утром, Витька не может подняться с постели и смотрит на меня воспаленными глазами.
- Сережа, мне конец. У меня поднялась температура.
- Ерунда. Мы еще вытянем...
Приходит врач с сестрой, они осматривают Витьку и качают головами.
- Началось. Вколите ему еще сыворотки.
Пока она возится с Витькой, врач подходит ко мне.
- Как вы себя чувствуете?
- Нормально.
Он бегло проверяет все железы.
- Да, пока у вас нормально. Сестра, возьмите у него кровь на анализ.
Витьке все хуже и хуже. Температура сжигает его. Я бегаю в туалет менять тряпки, прополаскивая их холодной водой. Двери нашей палаты теперь не закрывают. Без конца заходят санитары и медсестры. Я выхожу в коридор и тут же нарываюсь на доктора.
- Сомов, это вы? Зачем вы бродите?
- Хочу навестить девушек.
Доктор напряженно думает, потом махнул рукой и пошел дальше.
Девушек я нашел на третьем этаже. Наташка и Анька находились в одной палате. Наташка в тяжелом состоянии, мечется в своей кровати и совсем не узнает никого. Анька зарылась под одеялом и когда я сдернул его, чуть не плача, с надеждой смотрела на меня.
- Ты как?
- Сереженька, это ты? Я думала что все...
- Я спрашиваю, как ты себя чувствуешь?
- Плохо. Начинает мутить, чувствую наступает температура. Сереженька, вытащи меня отсюда. Мне нужен воздух...
- Как это сделать? Внизу охрана. Кругом санитары и врачи.
- Мне нужен свежий воздух. Помоги, Сережа.
- Лежи, я сейчас схожу, посмотрю обстановку.
Обошел всю больницу. Везде одно и тоже, наши ребята и девчата то ли больны, то ли заболевают. На запасной лестнице, выход, закрыт на амбарный замок. В подвале нашел стальной прут и вернулся на лестницу, там поддел петлю замка на двери. Шурупы вышли с "мясом" и замок повис на одной петле. Дверь с трудом открылась и пахнуло летом...
Анька с трудом поднялась и я помог ей одеться. Ее тело начинает потеть от температуры. Наташка на соседней кровати мутными глазами смотрела на нас и ничего не понимала. Мы с Анькой плетемся к лестнице и нас никто не задерживает. Наконец, вываливаемся на солнце и она чуть не теряет сознание. Это больничный сад. Я долго тащу Аньку на плече и скоро мы выходим на ограду.
- Анька, ты меня слышишь?
- Да.
- Нужно пролезть через прутья.
Она помогает мне и вскоре, как куль падает на землю с той стороны. Я с трудом продавливаюсь через решетку тоже. Недалеко стоит старый дом. Идем к нему. Двор пустой, дом тоже. Все разбросано, вещи перевернуты, многие лежат во дворе. Я прислоняю Аньку к крыльцу и обхожу строения. В сарае мне попадается на глаза тачка с хорошими резиновыми колесами. Закладываю на нее сена, подъезжаю к крыльцу и перекладываю тело Аньки. Оно уже горит и почти беспамятстве.
Два часа я толкаю тачку в неведомом направлении, нутром чувствуя, что нужно спуститься в низины. Тропинки твердые, пыльные и тачка по ним идет без особых усилий. Где то внизу блеснула вода.
Это было небольшое голубое озеро. Недалеко от берега, покосившийся на бок сарай.
- Сережа, - вдруг очнулась Анька, - опусти меня в воду.
Я подвожу тачку к берегу и стащив девчонку на песок, волоку ее в воду. Солому из тачки подкладываю под ее голову, а все остальное тело в воде. Вода холодноватая, но я решаюсь тоже выкупаться. Раздеваюсь и плюхаюсь в озеро. Потом отлеживался на берегу. Анька то придет в сознание, то опять уходит..., отмокая в этой удивительной ванне.
В этот день, я затащил Аньку спать в сарай, а утром она горела так, что когда я стащил ее в озеро, мне казалась вода вокруг нее закипает. Пока Анька охлаждалась, я лазил по пустым домам в поисках пищи и к нашему счастью, нашел несколько черствых лепешек и подсолнухов.
Нас нашли на третий день. Группа милиционеров в респираторах выскочила на берег со всех сторон.
- Это ты, Сомов? - спросил старший.
- Я.
- Слава богу, нашли, а девушку куда закопал?
- Вон она, в воде.
- Она живая, товарищ капитан, - кричит один из милиционеров, наклоняясь над Анькой.
- Надо достать носилки.
- Здесь тачка есть, - кричит другой, заглянув за сарай.
- Отлично. Пошли, Сомов.
Мы с офицером идем впереди, сзади остальные тянут тачку с Анькой.
- Нагулялся? - спросил врач.
- Нет.
- Раздевайся.
Он осматривает меня и потом барабанит пальцами по столу.
- Ну что же, возьмем кровь для анализа. Иди в свою палату. Где девушка, давайте ее сюда.
В моей палате Витьки нет. Его койка аккуратно застелена.
- Где он? - спрашиваю у, сопровождавшего меня, Васю.
- Помер.
- А остальные?
- Тоже померли, только ты, да девчонка твоя и остались.
- От чего померли, сейчас то вы мне можете сказать?
- Чума...
На следующий день меня перевели в одноместную палату на первом этаже, рядом в другой палате, положили Аню. Больница опять пополнилась пациентами. Вася говорит, что чума в области, косит в основном приезжих. Я захожу к Аньке в гости. Она лежит под одеялом и смотрит в потолок. При виде меня, ее лицо оживает.
- Сережа, мне сказали, что я поправляюсь.
- Поздравляю...
- Доктор сказал, что твои ванны мне очень помогли, сбили температуру. А как у тебя...?
- Не знаю. Доктор вообще ничего не говорит.
- Это правда, что мы остались от всей группы вдвоем?
- Правда.
- Какой ужас.
- Сомов, - в дверях стоит Вася, - иди, доктор тебя зовет.
Доктор опять придирчиво осматривает меня.
- Ну что, голубчик, придется тебя изолировать от всех людей.
- В чем дело, я же здоров доктор.
- Лучше бы ты заболел. В тебе миллионы бацилл инфекции.
- Чумы, хотите сказать.
Он глядит через блюдечки герметичных очков мне в лицо.
- Да, чумы. Есть люди, которые заражаются, а есть люди бациллоносители, это самый опасный тип человека. Они здоровы, а сеют свою заразу направо и налево. К ним относишься ты.
- Так неужели вылечить невозможно. У вас же сыворотка.
- Эта сыворотка нужна здоровому человеку, что бы он потом не заболел, а больному это мертвая припарка.
- Вы же каждому из нас делали уколы этой сывороткой.
- Делал. Надо же было что то делать, вот и колол. Для вашей болезни еще сыворотки нет.
- А Анька как?
- Эта переболела, пошла на поправку. Кто один раз переболел, тот больше не заболеет этой пакостью.
- Куда меня теперь доктор.
- В спец изолятор.
Я прощаюсь с Анькой.
- Куда же тебя? - спрашивает она.
- Доктор не говорит.
- Они всегда темнят. Слава богу, что мы живы.
- В этом ты права. Тебе повезло, немного окрепнешь и поедешь домой, а я даже не знаю..., куда отправляют.
На Анькином лице появились слезы.
- Я буду ждать...
- Лучше не жди, это может быть надолго.
- Все равно буду ждать.
В дверях опять Василий.
- Сомов, машина пришла.
- До свидания, Анька.
