Читаем Архивариус онлайн бесплатно

2 июня 2030 года. 18:20. Байконур.

«Белое солнце пустыни» стояло на паузе на моменте, где Верещагин заводил баркас.

Не так себе представлял свой первый полет в космос Александр Валантьев. В его детских мечтах это было большое событие, освещавшееся на телевидении, с поздравлениями и прочими атрибутами предстоящего отлета. То, что было раньше. «Сейчас это больше напоминает сценарий из фильма-катастрофы. Хотя, по сути, это оно и есть», – мрачно подумал космонавт.

Он поднял голову и посмотрел на своих коллег: Аю Асано и Джека Доу. Они были понурые. Только узнали, что основная команда была уничтожена ядерным ударом на мысе Канаверал. Теперь они полетят вместо них.

В комнату вошел военный лет сорока в полном обмундировании и с автоматом АК12 наперевес.

– Автобус подъехал, выходим. Романов изменил время отлета, полетите пораньше.

– Хорошо, Артем, уже идем.

Александр перевел другим сообщение, и они начали собираться.

– А что там дальше? – спросила Ая, показывая на телевизор.

– Верещагин взорвется. Сухов выживет и спасет женщин.

– Надеюсь, наш баркас не взорвется, – мрачно пошутил Доу.

– Тьфу-тьфу-тьфу, – ответил Александр, постукивая по деревянной двери.

Они надели рюкзаки и пошли к выходу.

Группа выходила из здания в сторону автобуса. Валантьев видел не раз, как это происходило в нормальных ситуациях: толпа машущих людей, камеры, овации. Сейчас с космонавтами был только Артем, который с автоматом наготове оглядел и просветил периметр на случай опасности. Потом поманил их к себе, чтобы они в полуприседе пошли за ним. На середине пути Артем остановился:

– Нет, так нельзя.

Он достал смартфон, немного покопался и включил музыку.

– А теперь расправьте плечи, выстройтесь вширь и пошли. Вы же космонавты.

– Это опасно! – сказала шепотом Ая по-английски.

– Да ни фига не дэнджерос, я прикрою, не боись.

Алексей с Джеком пожали плечами и выстроились. Традиция есть традиция.

Так они и пошли под громко орущий «И снится нам не рокот космодрома…»

Открылись двери, они вошли внутрь автобуса синего цвета, на котором по всей длине было написано «Байконур».

– Приветствую, товарищи космонавты, – обратился к ним водитель лет шестидесяти. – Можете звать меня дядя Ваня. Я постараюсь привести вас в целости и сохранности к космодрому.

Все пожали ему руку, кроме Аи – она поклонилась. Расселись по местам, и автобус поехал на север из города.

У самого выезда к ним присоединился уазик с военными для охраны. Колонна двигалась в сторону Гагаринского старта.

– Странно все это, – начал разговор Джек. – Я лечу в космос как мечтал с детства, но почему-то не рад этому.

– А я рад. Единственное, жалко, что родители этого не увидят.

– Почему? – спросила Джек.

– Их убили. Во время тупого ограбления. Зараженные ворвались в квартиру и вместо того, чтобы забрать ценности, взяли кухонную утварь и задушили мать и отца шнурами от бытовой техники. – Лицо Валантьева изображало что-то среднее между гневом, недоумением и скорбью.

– Соболезную. Моих тоже нет, – грустно сказал Доу. – Мать умерла вскоре после моего рождения, а отец еще до всей этой истории в автокатастрофе.

– Сочувствую. Мои родители с детства меня вдохновляли. По сути, болели космосом. Отец был астрофизиком, а мать просто учителем физики. Весь дом был наполнен космосом с самого моего рождения.

– А я родился в Хьюстоне, штат Техас. Сам понимаешь, не проникнуться космическими путешествиями там – довольно сложно. К тому же отец как раз работал в NASA.

– Ая, а какая у тебя история?

Ая все это время казалась отстраненной, смотрела куда-то вниз, хотя была повернута в их сторону.

– Мой отец любил космос. И меня. Мы часто смотрели в космос, когда я была маленькая. – Она немного помолчала, собираясь с мыслями. – Мама с папой умерли – погибли во время теракта в Токио. Взрыв раздался в момент, когда я хвасталась отцу, что прошла отбор в пилоты.

– О господи! Нас что, тут собрали таким образом, чтобы на Землю обратно не тянуло вернуться? Вот сука! – Окончание Валантьев сказал по-русски и после нецензурно выругался.

Ая удивленно посмотрела на Александра.

– Саша, а что значит «сука» на русском?

Он немного покраснел и постарался объяснить максимально корректно.

– Вообще да, странно это. У нас тут не остается близких, – задумался Джек.

«Есть движение на шесть часов», – прошипело на рации у солдата.

– Нас догоняют, – крикнул Артем, смотря в окно сзади.

Они обернулись. Их догоняли два огонька.

Водитель нажал на педаль газа. Автобус начало потряхивать – на дороге были выбоины, много лет она просила ремонта.

Послышались выстрелы издалека. Им ответили выстрелами из машины сопровождения.

Раздался треск разбитых стекол – заднее окно автобуса прострелили, часть его рассыпалось и упало на заднее сиденье.

– Ложись! – крикнул Артем, махая рукой вниз.

Джек с Аей пригнулись, легко поняв по жестикуляции, что он имел в виду. Валантьев, присев, направился в хвост.

– Позволь нам помочь!

– Не надо. Лучше старайтесь не словить пулю – вас тогда сложнее будет отправить на орбиту.

Солдат дождался паузы у выстрелов, высунулся из дыры в заднем окне и пустил очередь, после этого сразу присел.

Послышались крики из машины сопровождения и отчаянные выстрелы. Потом прозвучал взрыв.

Артем поднял зеркало над окном и свистнул.

– Плохо дело! Они взорвали наших базукой. Скорее всего, у них еще остались заряды, – сказал он, заряжая подствольный гранатомет.

Он резко поднялся и выстрелил из подствольника прямо в ближайший джип преследователей. Одновременно раздались звуки автоматной очереди. Произошел взрыв – граната пробила радиаторный отсек. Машина преследователей остановилась.

Солдат медленно и неестественно опустился на пол автобуса.

– Машину сопровождения подбили, не знаю, остался ли кто в живых. Сам ранен. У преследователей осталась одна тачка, седан, – передал Артем по рации. Потом посмотрел на космонавтов.

– Подойди сюда.

Александр, как единственный из команды понимающий по-русски, подполз к нему.

– Осталась еще одна машина. – Он закашлялся, отхаркивая кровь. Валантьев смог разглядеть пару ранений – в районе груди и касательный в шею. – От нее надо избавиться. Держи.

Боец протянул две гранаты.

– Это граната РГД-5. Взрывается после отбрасывания этой пластины в течение трех-четырех секунд, – сказал он, показывая рычаг. – Предварительно вытаскиваешь чеку. Они едут достаточно близко: если бросишь сразу – может взорваться слишком поздно. Попробуй подождать секунду и бросай в окно. Главное, Сань, не промахнись, а то нам хана, если она упадет сюда.

– Я бросал на учениях, разберусь.

Саша взял гранаты. Одну положил в карман, из второй, крепко сжимая в кулаке, распрямил усики у чеки и аккуратно вынул.

– Где они сейчас? – крикнул он водителю.

– Они хотят нас обогнать, я пытаюсь этого не дать, – закричал дядя Ваня. – Сейчас – справа от тебя на два часа.

– Можешь разместить их на двенадцать часов?

– Да, – сказал водитель, тревожно глядя в зеркало заднего вида. Он повернул руль налево и выровнял автобус. – Давай!

Валантьев раскрыл кулак, пластина отлетела. Приподнялся и под прямым углом бросил гранату в окно.

Раздался хлопок, что-то ударилось. Но машина продолжила ехать. Послышались ответные выстрелы.

– Слишком рано. Похоже, ты ровно попал под машину, но она взорвалась у кузова, тачка слегка дернулась. Давай еще раз, но задержи. Вот сейчас, давай, на двенадцать!

Валантьев повторил то же самое со второй гранатой, только теперь задержал подольше и бросил.

Взрыв был очень оглушающим. Оставшиеся стекла от окна посыпались на Артема и Александра. Заложило уши.

– Молодец, получилось! Взорвалось у самого лобового стекла. Они улетели в кювет!

Водитель помолчал, всматриваясь в даль у стекла заднего вида.

– Кажется, это все. Надеюсь, на старте никого не будет, – сказал Александр, поднявшись и глядя через дыру в окне, потом обратился к Артему. – Ты как?

– Жить буду, надеюсь.

Дальше ехали без приключений.

* * *

У въезда на космодром, прямо у большой вывески «Гагаринский старт» с Юрием Гагариным, стоял КПП с автоматчиками. Дорогу преграждали бетонные блоки.

– Погодите! Нужно еще кое-что важное сделать, – сказал Артем.

– Да, почти забыли, – поддакнул водитель, останавливая автобус.

Джек и Ая непонимающе огляделись, пытаясь понять, почему остановились.

– Понимаете, – начал объяснять Александр на английском, – есть еще одна традиция. Нужно помочиться на колесо автобуса, прежде чем двигаться дальше.

– Давайте сделаем. Я как раз накопил, – сказал Джек, поднимаясь и направляясь к выходу.

Ая закрыла ладонью лицо, изображая брезгливость и непонимание происходящего.

Когда Джек вернулся под одобрительные возгласы водителя дяди Вани и Артема, автобус продолжил движение, объезжая змейкой бетонные блоки.

* * *

20:30. Гагаринский старт.

– Уважаемые космонавты! На вас возлагается большая ответственность. Вы должны продержаться в чужеродной среде небывалое раньше для человека время. Но не просто так, а ради всего человечества!

Александр, Джек и Ая стояли у старта ракеты в скафандрах, готовые к отлету. Крепкий мужчина под пятьдесят – глава Роскосмоса Олег Романов – говорил им напутственные слова.

Потом они по одному на лифте поднялись на верхнюю площадку. Предстояло еще часа два, пока подготовят космический корабль к отлету.

Они разместились на своих местах ожидании полета.

– С вами хочет поговорить Артем. Мы его подлатали, но он еще плох, – послышался голос Романова.

– Привет. Не забудьте про традицию. Послушайте музыку, пока ждете. А от меня последняя просьба – включите Linkin Park – Leave Out All The Rest, – из последних сил попросил на английском Артем.

– Артем, ты все это время умел говорить и понимать по-английски? – удивился Джек.

– Конечно. Просто я люблю родной язык и предпочитаю говорить на нем.

Композиция задала тон остальному плей-листу. Продолжилось In the End, Waiting For The End от тех же исполнителей.

– Ну и что вы предлагаете? Включать только грустные песни? Да, очень жаль, что космодром SpaceX сровняли с землей. Да, мы все погибнем – они на Земле, а мы в космосе. Но я не хочу грустить. Поэтому врубите, пожалуйста, Highway to hell, – закричал Джек.

После AC/DC по запросу Валантьева включили советские песни о любви, как это сделал когда-то Гагарин.

– Ая, а ты что хочешь послушать? – спросил Джек.

– Если найдете – AlIez. Мой отец любил музыку из аниме, – сказала она с грустью. – Я думаю, ему бы это понравилось.

Так, песня за песней, вспоминая любимые и подходящие моменту, они слушали музыку и ждали отлета.

Настал момент старта. Тьму озарили вспышки огненных клубов, исходящих от ракеты «Союз 2.1а». Она начала подниматься.

– К нам летят ядерные ракеты, как я и предполагал. Но вы успеваете улететь.

Космонавты вдавились в основание своих скафандров, не в силах пошевелиться.

– Полет идет успешно. Отделилась вторая ступень. Удачно вам долететь. Нам конец. Скоро тут будет ядерный пепел. Прощайте, да хранит вас Господь!

Голос Романова смолк. За ревом ракеты они не услышали взрыва разлетающихся сооружений гагаринского старта.

На приборной панели начала болтаться мягкая игрушка с одноглазым Миньоном – они вышли на орбиту.

* * *

Союз МС пристыковался к «Афине». На станции еще не было включено вращение.

Прибывшие влетели в открытый проход, у которого их встречали другие астронавты.

– С прибытием! – обратилась к ним капитан команды Анна Смирнова, обнимая всех по очереди. – Как добрались?

– У нас все хорошо. Что нельзя сказать о Байконуре, – грустно ответил Джек.

– Да. На Земле наших все меньше, – кивнула ему Эми Готтесман.

– Ну что, включаем искусственную гравитацию? – спросила Ли Юн после крепких объятий с Аей.

– Да, полетели, – подтвердила Анна. – Мы уже подготовили все оборудование и вещи.

Они отправились в жилой модуль и закрепились в креслах.

– «Афина», сделай все приготовления для запуска вращения и включения искусственной гравитации.

– Хорошо, Анна. Начинаю. – Из динамиков раздался голос искусственного интеллекта, управляющего кораблем.

Спустя несколько минут ИИ запросил ручное подтверждение. Анна на приборной панели нажала несколько кнопок, отлетела в кресло и закрепила ремни.

– Начинаю вращение. Приготовьтесь.

Корабль закрутился. Земля в иллюминаторе начала вращаться. Космонавты почувствовали приятную тяжесть с легких рвотным позывом.

– Искусственная гравитация установлена на уровне семидесяти пяти процентов от земной. Приятного вам освоения.

– Спасибо, «Афина».

Они отстегнули ремни и встали. У Ли, Эми и Анны это вышло сложнее – они уже некоторое время пробыли в космосе без гравитации.

– Вроде жить можно. – Валантьев попытался попрыгать.

– Да, вполне. Ну что, давайте осваиваться в новом доме? – спросила Анна. Ее вопрос звучал как утверждение. Все так и поняли, и разбрелись по своим отсекам.

В течение последующих дней они осваивали «Афину» под гравитацию. «В первую очередь мы должны заняться садом и огородом. Чтобы через несколько месяцев уже собрать урожай в виде плодов и кислорода», – сказала Анна. Проверяли системы безопасности, работу серверов, настройки роботов. Вместе с тем наблюдали за происходящим на Земле. «Грустно смотреть, как огоньки городов гаснут один за другим», – сокрушалась Эми.

На четвертые сутки случилось странное.

– Народ, быстрее в командный отсек. Просто посмотрите на это!

Когда все собрались, они увидели на экране странную картину. По всей Земле вылетали ракеты и взрывались высоко в атмосфере. От взрыва в воздухе образовывались грибы. Казалось, будто на земном полотне вдруг выросла грибница.

– Взрываются не все! Часть просто вылетает без детонации. Я не знаю, как им это удалось, но они смогли, – восхищаясь зрелищем, говорила командир.

– Вот кто настоящие герои, – произнес Валантьев. – Неизвестно, сколько стоило им жизней, чтобы организовать это разоружение. Остается надежда, что через пятьдесят лет на Земле не будет выжженной пустыни, и кто знает, может, мы сможем вернуться.

Затаив дыхание, они смотрели как вершится судьба человечества. Как горстка неизвестных им героев смогла организовать такую крупную диверсию, учитывая, что многие страны уже пали под напором сектантов.

На шестые сутки корабль был полностью готов к эксплуатации. Они собрались в командном отсеке и расселись за круглым столом.

– Перед тем как начнем жеребьевку, мы должны посмотреть обращение главы SpaceX. Такой регламент. – Смирнова включила видео и присела.

На экране появился мужчина лет сорока. Судя по всему, это было спонтанное видео, записанное в спешке, без нормального освещения. Позади него было только стекло, отделявшее от работающих в офисе людей.

– Меня зовут Том Дженкинс, я нынешний глава SpaceX. Если вы видите это сообщение, значит меня уже нет в живых. – Он посмеялся.

– Его действительно нет в живых, он взорвался вместе со всем командным центром SpaceX, – грустно шепотом сказала Эми.

– Ладно, шутки в сторону, – продолжил Дженкинс. – Я бы хотел начать с хронологии произошедших событий. Как так получилось, что мы докатились до такой жизни, что в кратчайшие сроки изобрели искусственную гравитацию в космосе и анабиоз, как в настоящей космической фантастике, хе-хе?

Все началось с угрозы, которая поставила вопрос существования цивилизации под вопрос.