Читаем Аристократы улиц 2 (СИ) онлайн бесплатно

— Войну? — спокойно переспросил я. — Прямо сейчас?

Пётр Бехтеев гневно поджал губы. Он чем-то стал похож на собаку, готовую укусить.

— Всё будет сделано официально, — процедил он.

— Само собой, — кивнул я. — И основанием будет якобы убийство вашего брата?

— Вы видите другое?

— Я никакого не вижу. Алексей убил себя сам, это очевидно, — глядя Петру в глаза, произнёс я. — Вы либо притворяетесь дураком, либо… Хм, забавно.

— Забавно?! — взревел Бехтеев. — По-вашему, смерть моего младшего брата — это забавно?!

— Нет, забавно другое. Я только что вспомнил, что слышал кое-что интересное о вашем роде. Хотите узнать, что?

— Не провоцируйте меня, Эспер!

Именно этим я на самом деле и занимался. Провоцировал наследника графа Бехтеева.

Он повёл себя весьма неосмотрительно, сказав о намерении начать против меня войну. Такие вещи не говорят в лицо. По крайней мере, не когда приезжают в дом будущего противника всего с парой гвардейцев.

Я невозмутимо продолжил:

— Так вот, я слышал, будто ваш род владеет службой уборки. И сотрудничает с гостиницей барона Левина в Старосибирске. Не так ли? Очень интересный факт. Я вас попрошу рассказать о нём подробнее.

— Вы правда думаете, что я буду обсуждать с вами дела своего рода? — Бехтеев фыркнул и кивнул на труп. — Мне надо забрать тело брата. Увидимся на поле боя, Эспер.

— Тело вашего брата доставят домой, не переживайте. Но вы останетесь здесь.

— Как это понимать?

— Очень просто.

Я одновременно сделал три вещи. Активировал защиту, распалил Взор и выхватил револьвер. Сунул дуло под нос Петру и сказал:

— Не дёргайтесь, ваше сиятельство. Раз уж вы хотите объявить мне войну, я атакую первым. Отныне вы мой заложник.

Гвардейцы Бехтеева, стоящие поодаль, всполошились. Выхватили оружие и хлопнули по защитным амулетам. Мои стоящие на страже бойцы сделали то же самое и активировали сигнальный артефакт.

Бехтеев разжёг свой Взор и попытался сформировать защиту. Моя левая рука окуталась голубым пламенем, и я приставил ладонь к шее Петра.

— Я же сказал, не дёргайтесь.

Пётр не рискнул закончить защиту и развеял собранную было живу.

— Сумасшедший, — процедил он. — Убил одного брата, теперь хочешь убить другого?

— Нет и нет. Алексей застрелился сам. А вы, как я и сказал, мой заложник. Не бойтесь, с вами будут обращаться подобающим образом.

— Я тебя не боюсь.

— Как скажете, — пожал плечами я. — Прикажите своим людям бросить оружие. Мне не нужны лишние жертвы.

На сигнал тревоги из дома выбежал ещё один гвардеец, пара прискакала на конях от сторожки. Затем и вовсе раздался шум мотора — с расположенного через дорогу полигона нёсся грузовик, набитый моими солдатами.

Два бехтеевских бойца, вооружённые только револьверами, заметно приуныли. Встали спина к спине и с надеждой взглянули на Петра.

Его лицо побагровело ещё сильнее, чем до этого. Пылающий зеленью Взор столкнулся с моим. Мы с Петром пытались раздавить волю друг друга, и пока что никто не мог взять верх.

— Бросить оружие, — процедил, наконец, он. — Что до меня, барон Терновский, я не буду сдаваться. Вызываю тебя на дуэль.

— Отказываюсь, — ответил я, не отводя взгляда. — Для поединка нет причины. К тому же на словах вы объявили мне войну. Либо вы становитесь моим пленником добровольно, либо я вас заставлю.

— Тогда попробуй! — рявкнул Бехтеев.

Он ударил Взором. Именно ударил — резкую и мощную вспышку нельзя было назвать иначе. Я на мгновение ослеп. Петру хватило этого мгновения.

Он оттолкнул меня и мигом включил защитный амулет, а следом нацепил магический доспех.

Что ж, я сам оплошал. Сказал, что хочу взять его в плен, а не убить. Значит, револьвер под носом перестал быть угрозой.

Зато заклинание — нет!

Из моей ладони вырвался поток ревущего пламени. Он разделился на две части. Одна ударила в ноги Бехтеева, вторая — в область шеи. Я действительно не собирался его убивать, но повредить протоки придётся.

Пётр смог быстро усилить доспех и скользнул прочь, на миг превратившись в размазанный силуэт. Техника смещения — сложная, но эффективная. Сродни телепортации, только на расстояние нескольких шагов.

Хочешь попрыгать? Давай, скачи!

Я разделил огонь на несколько плетей, часть из которых были иллюзорными. Куда бы ни смещался Пётр, я везде мог его достать. Он продолжал скакать по моему двору. Выбрасывал время от времени короткие заклятия, на которые мне было плевать.

Гвардейцы стояли, не зная, что делать. Я выпускал новые огненные плети одну за другой. Только дважды получилось неплохо достать соперника, он был слишком резвым.

Ладно, это быстро надоело. Не бой, а какие-то салочки.

— Огонь по ногам! — приказал я.

Недолго думая, гвардейцы дали залп. Я тоже выстрелил из револьвера. От этого шквала свинца Бехтеева не спасли ни очередной прыжок, ни амулет. Магическая броня, понятное дело, была рассчитана только против магии.

Грохот выстрелов и звон разбитого щита амулета угасли. Стало тихо, только Пётр рычал сквозь зубы, корчась на земле.

Его ноги были пробиты в нескольких местах. Светлые брюки моментально окрасились красным.

— Остановите кровь, быстрее! — приказал я.

Военный лекарь сразу же побежал к раненому, на ходу открывая аптечку.

— Лучезар!

— Здесь, ваше благородие, — офицер вышел вперёд.

— Этих двоих в казарму, — я указал на гвардейцев Бехтеева. — Не вздумайте издеваться над ними. Посадите где-нибудь. Можете заставить работать, только и кормить не забывайте.

— Так точно, господин. А его сиятельство?

— Останется гостем по принуждению, — я вытащил из револьвера пустую гильзу. — У нас есть артефакт, которые заблокируют его магию.

— Понял, — кивнул Зар. — Так что, выходит, у нас война?

— Выходит, война. И объявить её придётся мне. Отдай приказ о полной боевой готовности. Немедленно отзови охрану из контор в Старосибирске и Пихтогорске.

— Оставить без охраны?!

— Всё равно они не выстоят, если бехтеевцы решат их захватить. А они решат, будь уверен. Гражданских работников также эвакуировать, все важные бумаги забрать, остальные сжечь.

— Так точно!

— Вдвое усилить охрану дома. Убедиться, что все защитные артефакты исправны. Ах да, на всякий случай передай Игнатьеву, чтобы покинул стройку «Мандрагоры». Есть у меня подозрение насчёт Левина… Скажи ему, план три.

— Что значит план три? — поднял брови Лучезар.

— Просто передай, он поймёт. Я поеду в город, а когда вернусь, обсудим с тобой, как нам действовать.

— Принято, ваше благородие, — козырнул Лучезар, а потом вдруг улыбнулся. — Ух, повоюем! Аж руки зачесались.

— Думаешь, будет весело? — хмыкнул я. — Как знать. Бехтеевы графский род, у них сильнее гвардия и больше возможностей. Придётся как следует постараться, чтобы победить.

— Так в этом самый сок, господин! Разве интересно слабого побеждать?

— Ты прав, — согласился я. — Ну всё, работаем.

— Вы трое, в город с бароном! — воскликнул Лучезар. — Остальные, слушай приказ!

Пётр, наконец, осознал, что шутки кончились. Кривясь от боли, он позволил моему солдату оказать ему первую помощь. Пытаться применить магию и сбежать не стал.

Проблематично это сделать, когда у тебя прострелены ноги.

На крыльцо вышла мама и оглядела происходящее:

— Эспер, что ты… — она осеклась и продолжила через секунду: — Ты уверен в том, что делаешь?

— У нас нет особого выбора, мама, — ответил я. — Бехтеевы в любом случае объявили нам войну.

— Не ты ли только что сказал, что объявишь войну сам?

— Так я и сделаю. У меня даже есть повод. Клевета и попытка объявить несправедливую войну нам.

— О боги, Эспер! — мать покачала головой. — Разве наш род готов воевать?

— Воевать можно по-разному, — я подошёл и взял маму за руку. От тактильного контакта ей сразу становится спокойнее. — Это мои заботы, и я обещаю, что вы с Белославой не пострадаете. Будь добра, прикажи подготовить комнату для нашего гостя.

— Для этого, которого вы так изранили? — госпожа Есения бросила взгляд на скрипящего зубами Петра.

— Именно для него. И вызови целителя. Лекарь не залечит столько огнестрельных ран.

Через несколько минут прибыл легковой автомобиль. Он был у нас единственным, и пользовался им не только я, но и гвардейцы. Поэтому внутри неприятно пахло табаком и мужицким потом.

Позволить себе достойный личный автомобиль я пока не мог, потратил все деньги на формирование и оснащение гвардии. Да и зачем мне машина в Дальнегранке? Здесь проще ездить на коне.

Хотя на машине, конечно, быстрее. До здания городской канцелярии мы долетели за те же несколько минут. На коне пришлось бы цокать минут двадцать.

Я даже толком не успел ничего обдумать. Только смог до конца осознать, что я действительно начал войну. Теперь пути назад точно нет.

Впрочем, это было разумно. У меня появилась фора, ведь Бехтеевы пока не знают, что я начал действовать. А ещё у меня появился ценный заложник.

— Добрый день, Сергей, — сказал я, заходя в кабинет нового городского главы.

Хотя как нового. Уже больше трёх месяцев прошло. Но Сергей Рылин, бывший полицмейстер, до сих пор как-то чуждо смотрелся на этом месте.

— Здравствуй, Эспер, — он поднялся и протянул мне руку. — Что творится? Я слышал, какой-то парень застрелился у тебя во дворе.

— Не просто парень, — вздохнул я. — Младший сын графа Бехтеева.

— Подожди, Бехтеев? — нахмурился Рылин, крепче сжимая мою ладонь. — Он ведь граф из Старосибирска?

— Ну, не совсем. Да, он построил там основное имение, но, вообще-то, он вассал рязанского князя. Именно это я хотел с тобой обсудить. Без лишних ушей.

Сергей вызвал секретаршу, велел налить нам чаю и погулять где-нибудь полчаса. Бывалый страж закона, он сразу почуял, что разговор будет серьёзным.

Я рассказал ему о том, что случилось. О самоубийстве Алексея, скором прибытии Петра и о том, чем всё закончилось.

— Эспер, Перун тебя порази! Зачем ты это сделал?!

— Что именно?

— Зачем объявил войну?!

— Во-первых, ещё не объявил. Во-вторых, что мне оставалось делать? Ждать, когда Бехтеевы начнут первыми? Их род однозначно сильнее моего. Поэтому я должен действовать на опережение.

Сергей пожевал губами, сделал глоток чая и кивнул:

— Разумно, конечно. Только разве ты не понимаешь, что всё равно проиграешь?

— Почему это? — с наивным видом спросил я.

— Ну, начнём с того, что их род действительно сильнее. Их гвардия раза в пять больше твоей. Сколько у тебя сейчас человек?

— Сорок два.

— Правда? Я думал, ты успел набрать больше. Тогда раз в двадцать.

— Больше я не потяну по финансам. То есть, я собирался набрать шестьдесят человек, с учётом охраны и вооружённых посыльных. Но не успел, увы.

— Ладно, дело не в этом, — Рылин подвинул кресло и сложил руки на столе. — Поскольку ты единственный барон в моём городе…

— Нашем городе, — поправил я.

Сергей посмотрел на меня долгим взглядом. Но мне не понравилось, что он назвал Дальнегранск только своим.

Не я ли помог ему занять место городского главы? Не я ли здесь единственный титулованный дворянин? Не мой ли единокровный брат является протектором Дальнегранска?

Рылин будто прочитал мои мысли и кивнул:

— Нашем городе. Я хотел сказать, что Бехтеевы получат право на вторжение.

— Они же не будут трогать гражданских.

— Официально нет. Но ты и сам, наверное, прекрасно знаешь, как порой ведут себя солдаты на чужих землях.

— Знаю, конечно. Поэтому мне и нужна твоя помощь.

Дворянские войны — запутанная штука. Такая же запутанная, как родственные связи между древними родами, да и почти всё в мире аристократов.

Боевые действия могут вестись только на нейтральных или принадлежащих воюющим сторонам территориях. Но есть нюансы.

Так как в Дальнегранске нет других дворян с титулом, кроме меня, враги получат право вторгнуться в город. Он будет считаться нейтральной территорией. Гвардейцы Бехтеевых не смогут ничего захватывать и причинять вред городскому имуществу. Но, как и сказал Сергей, это лишь официально.

В реальности они наверняка захотят что-нибудь пограбить или просто поджечь шутки ради. Потом всегда можно будет сказать, что произошла стычка с моими бойцами. Доказать обратное будет тяжело.

Суть в том, что я рискую навлечь на Дальнегранск большую беду.

— Ох, Эспер, — Рылин покачал головой. — Как же просто жилось в нашем городе до тебя.

— Не сомневаюсь. Однако теперь я здесь, и жизнь изменилась. Ты же сам дворянин, в чём проблема?

— Я к власти никогда не стремился. Но ты… куда ты рвёшься, Эспер?

— К вершине, Сергей. К вершине.

— И лестницу к этой вершине ты намерен сложить из черепов?

— Слушай, я не собираюсь перед тобой оправдываться, — нахмурился я. — Армия Бехтеева в любом случае пришла бы сюда. Или ты думаешь, я бы сразу сдался?

— Так я точно не думаю, — невесело усмехнулся городской глава.

— Не надо обвинять меня в кровожадности. Мне навязали эту войну.

— Ладно, я понял, — Сергей сдвинул брови. — У тебя уже есть план?

— Пока что нет. Но я хочу попросить тебя сделать две вещи.

— Какие?

— Отправить посланника к моему брату и затем отключить портал.

— С ума сошёл? — возмутился Рылин. — Ты знаешь, сколько стоит запустить его заново?

— Не знаю, но расходы беру на себя.

— В любом случае я не могу этого сделать без разрешения князя… А, ну да, — Сергей чуть смутился. — Посланник. Ты хочешь попросить его высочество Владислава, чтобы он позволил отключить портал?

— И чтобы он ещё кое-что сделал. Письмо я напишу сам.

На самом деле мне казалось, что эта война началась не просто так. И я так думал по нескольким причинам.

Первая: Бехтеевы связаны с бароном Левиным. Моим деловым партнёром, который стал таковым почти насильно и не очень-то этому рад.

Вторая: Бехтеевы вассалы рязанского князя. А у него с моим братом, князем Москвы, имелись какие-то трения. Ходили даже слухи, что готовится война между княжествами.

Возможно, что всё это звенья одной цепи. Левин хочет устранить меня и единолично заниматься «Мандрагорой». А князь Рязани хочет таким образом нанести Владиславу удар исподтишка.

Хоть он меня и изгнал, я остаюсь его братом. К тому же я начал набирать силу, и со временем смогу стать крепким союзником.

Тем более, после последней встречи мне начало казаться, что Влад изгнал меня не просто так. Не потому, что хотел присвоить титул. Была какая-то другая причина.

Возможно, что смерть нашего отца и старшего брата Николая тоже связаны со всем этим.

Трудно сказать. Я не знаю. Вероятно, что и сам Владислав до конца не знает.

Но то, что рязанский князь будет только рад моей стычке с Бехтеевыми — это факт. И наверняка поддержит вассалов. В интересах Влада тоже принять косвенное участие в конфликте.

Левин… Как он с этим связан? Может, и никак. Но наверняка и он захочет ударить меня чужими руками, да побольнее.

Самоубийство Алексея послужило лишь отличным поводом для начала войны. Уверен, что она и так готовилась.

Пётр бы не стал так настаивать на моей виновности, ведь доказать настоящую причину гибели Лёши было проще простого. Он просто сказал: будет война. И всё.

Да уж, в мире дворян действительно всё запутано. Разбираться в причинах того или иного события не всегда есть смысл. Надо работать с тем, что происходит прямо сейчас.

А происходит война.

Вот и будем воевать.

— О чём задумался, Эспер? — Сергей вывел меня из размышлений. — Тебе нужна бумага, написать письмо князю?